Глава 25

Алина прибежала в свой дом и засела в комнате, где запиралась на импровизированный засов дверь, но всё равно не почувствовала себя в безопасности. Но самым неприятным было не это. Девушке казалось, что она предательница. Ещё недавно она боялась, что Лёша уйдёт, а сейчас сама оставила его одного среди врагов. Мерзкое чувство отвращения к себе заполняло сознание. Рациональная часть мозга напоминала, что мужчина сам просил её уйти. Ну а кто бы не попросил в той ситуации? Алине казалось теперь, что он бы хотел, чтобы она осталась рядом, несмотря ни на что. Думая так, она не знала, насколько ошибалась. Слёзы катились по щекам: девушка справедливо обвиняла себя в том, что может никогда больше не увидеть эти сиреневые глаза. Эти люди могли быть магами или вообще кем угодно! А Лёша явно магом не был, так что его жизнь была сейчас для Алины под вопросом. Людей было много, и мог ли выжить в схватке с ними персонаж Кощеева, она не знала.

Воображение рисовало не радужные картины, как все эти люди убивают придуманного ею мужчину. Рациональная часть мозга снова пыталась напомнить, что никто не собирался расправляться с ним немедленно, но замутнённое отчаяньем сознание не слушало этих доводов. Алина сидела на полу, прижав колени к груди и плакала, а слёзы безостановочно скатывались по лицу. Сейчас она прикидывала, что можно было сделать вид, что она ушла, а на самом деле проследить за ними и при случае помочь мужчине. Почему она так не сделала? Да просто не пришло в голову. Или трусость? Девушка пыталась ответить себе на вопрос, что она испытывала, убегая и оставляя Лёшу наедине с врагами. Она боялась, что за ней погонятся, и боялась услышать выстрел, не ей адресованный. В тот момент она была просто не способна здраво мыслить и анализировать ситуацию. Да и чем она могла бы помочь? Это в кино и книгах у любой девчонки легко получается справляться с врагами, которые угрожают её друзьям, а в реальности противопоставить таким типам бывает нечего. И всё-таки не стоило отправляться домой… А главное, ни единого человека не попалось на пути! Вот до самого дома — ни единого!

А теперь было поздно. Глорф и его люди могли уйти вместе с Лёшей невесть куда, и не было шансов у беспомощной девушки отыскать их. Осознавая своё полное бессилие против них, она признала, что придётся сидеть здесь и ждать. Лёшу ждать. Он вернётся. Сильный, ловкий и изворотливый — конечно, вернётся… Если захочет.

Алина закрыла глаза и уткнулась лицом в колени. От долгих раздумий голова болела, и дышать носом стало тяжело. Сколько времени девушка так просидела, было ей неизвестно. Но когда в дверь осторожно постучали, она не сразу смогла подняться на ноги, настолько они затекли.

— Не бойся, это я, — Лёшин голос заставил забыть обо всех неприятных ощущениях в ногах.

Если бы сейчас по ним бегали не просто колючие мурашки, а впивались настоящие иглы при каждом шаге — девушка всё равно бы метнулась открывать дверь. Отодвинув небольшой засов, она толкнула дверь, и увидела перед собой Лёшу. Он стоял на расстоянии вытянутой руки от неё и всматривался в заплаканное лицо.

Алина же смотрела на него совершенно шальными глазами. «Что она себе успела напридумывать?» — подумалось Лёше. — «С её воображением — всё что угодно…» — ответил он сам себе и улыбнулся уголками губ, отчего незажившая ранка на них начала кровоточить. Но в любом случае улыбка его была крайне неуместна, и в следующую секунду он это понял. Девушка шагнула к нему и порывисто обняла. Он прижал её к себе, избегая дотрагиваться кистями рук, обожжённая кожа на которых продолжала болеть.

— Ты жив! Лёша! Я думала, они тебя убьют! — выпалила она и от переизбытка чувств чуть не разрыдалась, уткнувшись носом ему в грудь.

— Алина, ты же сама меня придумала, — напомнил он, стараясь успокоить лёгким поглаживанием подбородка по волосам. — Я сильный и ловкий, а благодаря пребыванию в твоём мире, ещё и умный. У них не было против меня шансов, — он чуть отстранился, чтобы заглянуть ей в глаза и проверить, успокоили ли девушку его слова: не успокоили. — Ну что ты? — он снова прижал её к себе и стал немного укачивать.

— Тогда почему ты позволил им увести тебя? — всхлипнула Алина.

— Считаешь, было разумнее убить их прямо в центре многолюдного посёлка? — он немного улыбнулся.

— Ты убил их? — девушка немного отстранилась.

Её глаза лихорадочно смотрели на мужчину, боясь услышать ответ. Хотя она бы не стала осуждать его, если бы от утвердительно кивнул. Но от ответил:

— Нет. Глорф наложил на них чары, а сам увёл меня в наш мир… Мы немного поговорили о жизни, едва не покалечили друг друга…

— Что с ним сейчас? — спросила Алина.

— Он мёртв… — просто ответил Лёша.

Девушка нервно сглотнула, но не могла не спросить:

— Ты убил его? — мужчина вздохнул от однообразия её вопросов, хотя вовсе не обижался на то, что она считает его столь кровожадным.

— Нет… — спокойно ответил он. — Его убил кто-то другой. И теперь я думаю, что тебе не следует идти со мной… — он хотел сказать это твёрдо, чтобы получилось убедительно, но голос прозвучал глухо.

— Почему? — тихо спросила девушка, и Лёша сообразил, что ей кажется, будто он бросает её, оставляя одну, и было необходимо срочно как-то растолковать ей, что находиться рядом с ним опасно.

— Потому что тот, кто убил его, хотел убить и меня… Если бы ты была рядом, он мог уничтожить и тебя…

— Ты успел хоть немного разглядеть его? — деловито осведомилась девушка, и Лёша вздохнул: она его не услышала.

— Нет, я не видел его, — ответил мужчина. — Он бил издалека и не шевелился. Явно он пришёл на ту поляну раньше нас с Глорфом… И был опытным чародеем или магом. Не знаю, зачем он там — раньше их не было в моём лесу, — он немного подумал и добавил: — Тебе нельзя идти в мой мир…

Но она снова не слышала его, уйдя в свои мысли и припоминая рукопись и все разговоры с Артуром относительно этой рукописи.

— Лёша… — она, кажется, вспомнила что-то и была этим довольна. — Убить Глорфа могла только невеста его брата…

— Забудь о рукописи! — посоветовал мужчина. — Нельзя опираться на неё, пытаясь понять взаимоотношения обитателей моего мира. Глорф должен был спасти меня и стать мне другом, но он убил Артура и мечтал избавиться от меня… Ты не можешь пойти со мной, — подвёл итог Лёша, желая всё-таки донести эту информацию до собеседницы.

Девушка решила пока не спорить с ним. Она хотела взять его за руку, но стоило дотронуться, как мужчина поморщился от неприятных ощущений. Алина взглянула на его кисти и дыхание её сбилось от неожиданно страшной картины.

— Это он сделал? — тихо спросила она, и голос её дрогнул.

Лёша решил, что единственный способ окончательно убедить девушку в невозможности их совместного путешествия по его миру — это напугать её.

— Да, это сделал тот, кто убил Глорфа, — кивнул он. — Пойдём в дом, я расскажу?

Девушка пропустила его в комнату, а сама снова заперла дверь на засов, словно это могло помочь в случае чего. Мужчина устроился в глубоком кресле, а Алина села на кровать, всем своим видом намекая, что готова внимать его рассказ. Лёша не заставил долго ждать:

— Это был маг… или чародей… В общем, он ни слова не сказал и не показался. Глорф пытался защититься, подставив под удар меня, но тому, кого мы встретили, был нужен именно он, — Лёша посмотрел на свои руки и показал их Алине. — Это ожоги от магической энергии… От одного единственного удара. Я видел, как умирал Глорф, и тот, кто убил его, не расщедрился на быструю смерть. Есть вероятность, что меня этот маг или чародей тоже отыщет…

Алина поглядела в потолок, потом на магические ожоги и покачала головой:

— Лёша, ты не думал, что столь сильный противник уже убил бы тебя, если бы действительно желал этого?

- Думал, но если он просто хотел освободить меня от пут, то сделал это довольно жестоким способом, — парировал мужчина.

— Болит? — участливо спросила Алина.

— Если не трогать, то терпимо, — улыбнулся он в ответ.

Девушка посмотрела на мужчину с нежностью, жалея, что в доме совершенно нет никаких полезных мазей. Да и небольшую аптечку, что вечно лежала в столе, она недавно выбросила, поскольку срок годности на всё содержимое вышел несколько лет назад. Новую она так и не удосужилась купить и теперь ругала себя за это.

Он огляделся по сторонам, изучая содержимое комнаты. Простенькая мебель, старая картина и единственное, что привлекло его внимание — гриф гитары, видневшийся из-за кривобокого комода. Вспомнилось, как Алина переживала, когда полагала, что ночью он покинет её дом, вспомнился и тогдашний разговор.

— Ты снова подумала, что я уйду и не вернусь? — осведомился мужчина.

— Нет, Лёша… — ей стало немного обидно, что он подумал так: она плакала вовсе не из-за глупостей, она переживала, что бросила его в лесу. — На этот раз я действительно испугалась, что с тобой может что-то случиться… Но я знала, что ты вернёшься, — ответила она.

— Выполнишь одну мою просьбу? — лукаво улыбнувшись, спросил он.

— Смотря какую… — пожала плечами девушка, которую было не так-то просто обдурить. — Помню, одну мою ты отказался выполнять…

Лёша снова улыбнулся, на этот раз чуть смущённо. Хотя он был рад, что девушка вспоминала ту ночь и свою просьбу уже спокойно, не ощущая стыда и не жалея ни об одном сказанном слове. Это не могло не радовать. Однако Лёшина просьба была хоть и более простая, но он не был уверен, что будет исполнена:

— Споёшь мне песню?

Алина смутилась. Она ужасно давно не брала в руки гитару. К тому же она не очень поняла, зачем он попросил об этом. Хотел показать, что он не повторит ошибок её бывшего парня, или как обычно, ему было просто любопытно? На самом деле он и сам не знал, зачем попросил об этом. Наверно, просто хотел узнать, насколько близок стал для девушки. По опыту он знал, что целовать бывает намного проще, чем решиться впустить кого-то в своё сердце.