Глава 39

Лес был обманчиво миролюбив. Они шли почти полдня и, учитывая, что отправились в путь они после полудня, приближался вечер. Следовало озаботиться поиском места для ночлега, да вот только чувство тревоги, не покидающее мужчину, заставляло идти дальше. Так длилось до тех пор, пока Лёша не признался себе, что от опасности не уйти по той простой причине, что она преследует их. К сожалению, осознание пришло поздно: они проходили в опасной близости от деревни, да к тому же стемнело.

Воин был один, но «воином» того, кто пробирался к ним, мог назвать только Лёша, который привык сходу оценивать ситуацию, не отвлекаясь на ненужные детали. Это явно была девушка, что угадывалось в каждом стремительном шаге, наполненном решимостью и грацией. Её долго не было видно — только слышно, и то чуть-чуть, хотя кругом были такие заросли, что пройти тихо и не задевая ветви могла только девушка, причём с определёнными способностями. Чародейка, не иначе. Лёше вполне хватало его печального опыта общения с представителями этой расы, чтобы понять: скрыться не получится. Алина шла чуть поодаль, поскольку как раз приметила куст с аппетитной лесной малиной, а мужчина не стал останавливать её, чтобы не дать понять врагу, что его заметили. Алина вообще ничего не чуяла, и Лёша, решив, что чародейка в любой момент может напасть, решительно направился в сторону поедающей ягоды девушки.

— Оставайся на месте, или умрёшь, — посоветовал женский голосок таким ледяным тоном, что Алина, быстро обернувшись, умоляюще посмотрела на мужчину, прося подчиниться.

Баламут замер, ожидая, что будет дальше. Он справедливо рассудил, что, если бы их хотели убить, уже сделали бы это. Вскоре незнакомка позволила себя увидеть. Лёша наспех оглядел её, прикидывая, насколько она опасна. В одной руке девушка сжимала лук, а из-за спины виднелись оперённые концы стрел, которые так плотно были втиснуты в колчан, что при движении девушки практически не покачивались. Она явно ещё не выпустила ни одной стрелы, и, видимо, не торопилась это делать. «Точно чародейка», — безошибочно определил Лёша, глядя на приближающуюся к Алине девушку. Только владеющая магией могла столь ловко пробираться по лесу в столь прекрасном платье, подол которого едва не доставал до земли. Ярко-голубое, оно отлично выдавало бы свою обладательницу издалека, если бы не её магические чары. Алина тоже оглядела девушку: ярко-зелёные, даже изумрудные, глаза с кошачьим прищуром и вертикальными зрачками лукаво смотрели то на неё, то на Лёшу, круглое лицо обрамлялось копной прямых каштановых волос, которые были распущены и опускались до груди. Да, с такой причёской и в такой одежде без магии она не прошла бы и десятка шагов, не зацепившись волосами или платьем за ветки или бурелом.

— Она пойдёт со мной, Баламут! — крикнула чародейка.

Мужчина немного удивился тому, что незнакомке известно его имя, но времени подумать об этом у него не было:

— Зачем? — спросил в ответ Лёша.

Чародейка ловким движением выдернула стрелу из колчана и натянула тетиву, целясь в мужчину. У Алины защемило сердце от того, что незнакомка явно не блефовала. Однако чародейка не собиралась убивать Лёшу ни за что, и это стало ясно из того, что она сказала далее:

— Если будешь задавать вопросы или рискнёшь приблизиться, я прострелю тебе шею… или ещё что-нибудь… Мои стрелы зачарованы и всегда попадают в цель. Я понятно изъясняюсь?

— Вполне доходчиво, — ответил Лёша, пытаясь сообразить, чем можно помочь Алине, находясь под прицелом лучницы.

— А теперь уходим, — обратилась чародейка к перепуганной девушке, словно к старой подруге. — Со мной тебе ничего не угрожает!

Алина бросила вопросительный взгляд на Лёшу, и он ответил ей беспомощным выражением сиреневых глаз, в глубине которых плескалась опасная ярость и готовность к необдуманным поступкам.

— Не рискуй! — крикнула ему девушка, опасаясь, что он может попытаться ей помочь. — Чародеи опасны! Не надо рисковать! Обещай мне!

Мужчина кивнул. Он отлично знал, что чародеи опасны, помнил, какие они жестокие. И умирать, как Глорф, причём на глазах у Алины, он не собирался. Тем более, эта чародейка явно была настроена враждебно лишь к нему, а на Алину этот негатив почему-то не распространялся.

— У него не будет времени преследовать нас! — заявила чародейка, и сперва никто не понял, в чём причина такой уверенности.

Однако вдалеке послышался шум, и стало понятно, что приближаются враги, причём их было несколько. Лёша обернулся в сторону звуков, и чародейка, не теряя времени, убрала стрелу в колчан с завидной ловкостью, после чего схватила Алину за запястье и потащила куда-то в сторону. Хватка у чародейки была железная, и Алина даже не решилась пытаться ей противостоять. К тому же она понимала, что Лёше будет проще справиться с подёнками одному. Какое-то наконец проснувшееся шестое чувство подсказывало, что чародейка не причинит ей зла.