Глава 53

Эти существа оказались настолько громадны, что Алина не сразу поверила своим глазам. Первое, что она увидела — был угольно-чёрный с чуть синеватым отливом по краям глаз. Такого птичьего глаза она не видела никогда прежде: огромный, умный и приветливый, он словно заглядывал в душу и находил там что-то прекрасное, чем и любовался. А у девушки бешено колотилось сердце от этого пронизывающего, пусть и не враждебного, взгляда.

Лёша высвободил свою руку, которую прижимала к себе Алина и приобнял впечатлённую девушку за плечи. От этого она более-менее пришла в себя и смогла оторвать взгляд от не моргающего чёрного глаза. Теперь Алина оглядела всего грифона с лап до головы. Огромное существо с телом льва, а головой орла, имело два огромных крыла, сложенных за спиной. Кроме того, это был не единственный представитель своего рода на этой поляне. Их было около десятка, и все с интересом смотрели на гостей, прекратив издавать звуки и даже замерев. Грифоны были снабжены сёдлами, причём на каждом таком создании могло уместиться по три человека.

— Ужас какой… — прошептала Алина, оторопело глядя на столь необычный вид транспорта.

— Не бойся, — Лёша ласково посмотрел на неё. — Они очень доброжелательны…

Желая доказать это, мужчина подошёл к одному из грифонов, протянул руку к пернатой шее и принялся чесать её. От этого грифон по-птичьи выгибал шею, закрывал глаза от удовольствия, и даже слегка подёргивал задней лапой.

— Прирученные грифоны очень добры, если к ним относиться с уважением, — пояснил Баламут. — Раньше… — он запнулся, но быстро продолжил: — …будучи Гискардом, я много времени проводил с ними. Знаешь, на них не действует магия. Абсолютно. Невозможно заставить грифона подружиться с тобой или внушить доверие, зачаровав. Только общение и интуиция… А ещё у них отличная память. Если однажды ты обидишь грифона — знай, у тебя будет враг на всю жизнь. А если ты понравишься грифону — у тебя будет верный друг…

— Как-то не очень убедительно… — заметила Алина, которая никогда не умела ладить с животными, и тренироваться в своём обаянии на этих громадных звероптицах совсем не казалось хорошей затеей.

— Да ладно тебе, они не очень-то и обидчивые. Надо постараться, чтобы настроить их против себя… К тому же ты полетишь со мной…

Кощее быстро смекнул, что раз Алина полетит с Лёшей, то ему, скорее всего, предложат напарника для полёта.

— Я с этой ведьмой на одном грифоне не поеду! — упрямо заявил Артур, и Нилана притворно закатила глаза.

— Какая жалость, мне так будет не хватать в полёте запаха перегара, к которому я привыкла за дни наших странствий! — издевательски подметила она.

— Времени мало, — поторопил Баламут. — Скоро сюда прибудут вооружённые люди и, чего доброго, маги и чародеи…

Лёша ловко взобрался на лежащего грифона, который был немного разочарован, что его перестали чесать. Усевшись в седле, он наклонился и протянул Алине руку. Та схватилась за неё, и мужчина втащил девушку на спину грифона. Первые несколько секунд она боялась дышать, ощущая под собой плотное мускулистое тело животного. Потом поудобнее устроилась в седле позади Лёши и обвила руками его торс.

Нилана легко оседлала грифона, словно постоянно каталась на них, хотя из-за платья сесть ей пришлось боком. С неудовольствием она заметила, как Артур, которого она недолюбливала, как и он её, взбирается на грифона без тени сомнений. На отдельного грифона — он не собирался лететь с чародейкой и ничто не могло заставить его передумать.

— Ты ведь умный, — сказал Кощеев грифону, усаживаясь на могучую спину и напрочь игнорируя сёдла. — Ты должен отнестись с пониманием ко мне… Нам нужно в гавань… И твоя задача привести меня туда раньше, чем твой друг… или подруга… в общем, раньше, чем тот грифон доставит вон ту ведьму в длинном платье.

Нилана устало вздохнула, а Кощеев лукаво улыбнулся ей. Он давно заметил, что она азартная и легко ввязывается в противостояния с ним. Грех было не воспользоваться случаем.

— Погнали, — скомандовал он грифону, и тот незамедлительно расправил крылья, взмахнул ими несколько раз и взмыл в воздух.

— Почему он послушался его? — недоумённо спросила Нилана у Лёши: она до последнего надеялась, что зверь не взлетит вовсе или взлетит, но быстро сбросит нетрезвого седока. А он не сбросил и взмыл в воздух. Почему — оставалось ей неясным.

— Потому что так захотел, — просто ответил Лёша, едва ощутимо проводя руками по пернатой шее вверх, отчего грифон тоже принялся готовиться к взлёту. — В этом вся суть общения с грифонами. Если ты ему нравишься, он поймёт любые твои слова и выполнит просьбы. Я привык общаться с грифоном, который нас везёт, посредством прикосновений.

— Почему? — поинтересовалась Алина, чтобы продолжить разговор и отвлечься от подступающей паники.

— Ну, во-первых, этот грифон — кинестетик, а во-вторых, я не люблю болтать с теми, кто не может мне ответить или попросить замолчать, — улыбнувшись, ответил мужчина, и Алина ощутила, как мощные крылья разгоняют воздух, кидая его ветром на пассажиров, и это он всего лишь расправил их, чтобы размять. — Держись крепче!

Грифон, до этого отдыхавший на поляне, поднялся на лапы и потянулся. А в следующую секунду стрелой взмыл в небо. Оттолкнувшись от земли мускулистыми задними лапами, он высоко прыгнул, а после принялся работать крыльями, поднимаясь всё выше и выше. Девушка прижалась к Лёшиной спине и зажмурилась.

Открыла глаза она, лишь когда грифон принялся лететь параллельно земле, больше не набирая высоту. Алина огляделась вокруг, но в бескрайнем синем небе виднелись лишь островки облаков, а других двух грифонов видно не было.

— Где Нилана? — тревожно спросила девушка, которой волосы Баламута лезли в лицо, и это весьма мешало ей любоваться пейзажами и облаками.

— Пытается догнать Артура, — усмехнулся мужчина. — Ты же не думала, что она не захочет опередить его?

Алина улыбнулась и лукаво спросила, крича почти ему в ухо:

— Так чего же мы ждём?

— Верно, — ответил Лёша, проводя руками по оперению грифона. — Мы дали им фору и теперь вполне можем прилететь первыми.

Прохладный ветер подул с новой силой, рассекаемый могучим грифоном. Это заставило Алину отстраниться от мужчины и отвернуться в сторону, чтобы его волосы всё-таки не лезли ей в лицо. Мощные огромные крылья, рассекающие воздух, завораживали блеском своих лоснящихся перьев, которые трепетали от потоков воздуха. Мышцы грифона ритмично сокращались в такт взмахам крыльев, и это было странное, но больше не пугающее чувство: ощущение себя на огромном мифическом создании, которое мчится вперёд, к побережью моря, стремясь обогнать своих сородичей. Грифон тоже был азартен. Алина видела, как он издал ликующий возглас, пролетая над Ниланой. Зверь даже изогнул шею, чтобы видеть отстающих, крикнул что-то на своём языке своему товарищу и прибавил скорости, усиленно работая крыльями и снижаясь, чтобы на такой скорости атмосфера не казалась пассажирам слишком холодной. Близилось море, а там в атмосфере властвовал такой холод, что и самим грифонам становилось невозможно там находиться.

Алина напоследок помахала недоумённо глядящей на них чародейке рукой и снова вцепилась в Лёшу, ощущая, что он смеётся.

Летящий впереди Артур, который постоянно оглядывался, проверяя расстояние между ним и Ниланой, заметил приближение третьего грифона заранее.

— Ну что, мохнолапый? — крикнул он своему грифону, подавшись вперёд и немного сомневаясь, где конкретно на этой птичьей голове есть уши, но всё равно крича так, чтоб даже подглуховатый зверь мог его услышать и понять. — Вы — народ запальчивый? Или как?

Грифон ответил протяжным криком, тайный смысл которого сперва ускользнул от Кощеева, но в следующий миг существо начало резко снижаться, заприметив впереди границу суши. Кощееву пришлось лечь на мощную шею грифона и крепко вцепиться в него. Он уже и сам видел конечную цель: гавань была близка. Она ярко выделялась на береговой линии, к тому же располагалась в заводи. Артур плохо понимал в таких вопросах, но видимо, это место было хорошо защищено от волн и порывов ветра.

Чем ниже опускался грифон, тем заметнее вырисовывались силуэты кораблей. Позже можно было различить небольшие суда, яхты и рыболовецкие лодки. «Паруса и вёсла», — угрюмо подумал мужчина. Труб не было ни на одном корабле. Перспективы казались не радужными.

Лёше даже не пришлось ничего говорить: грифон сам бросился вниз, причём снижался не постепенно, а, зависнув над портом, камнем бросился вниз, прижав крылья вдоль тела и вынуждая своих пассажиров пригнуться и вжаться в его спину. Глаза обоим пришлось зажмурить, поскольку ветер бил в них немилосердно, к тому же вид стремительно приближающейся земли не доставлял наездникам удовольствия. Хотя в грифоне и его умении летать и приземляться никто не сомневался.

Артур заметил, как грифон с двумя пассажирами пронёсся мимо них на бешеной скорости, так как падал он с огромной высоты. Кощеев рассмеялся, оборачиваясь на Нилану. Он не ставил перед собой цель обгонять Алину и Лёшу, и потому то, что они оказались на побережье первыми, его ничуть не огорчило.