Глава 59

Нилана нерешительно постучалась в дверь, но крылатый ничего не ответил. Подождав немного, она повернула ручку, отлитую в форме цветка розы, и заглянула в приоткрытую дверь. Мужчина сидел на высоко закреплённой кровати, свесив с неё ноги, и смотрел в пол.

— Пернатый… — тихо обратилась к нему она, заходя в каюту и закрывая за собой дверь. — Я принесла тебе поесть… Ты снова не вышел к нам на палубу…

— Спасибо, — односложно и безэмоционально ответил он, не поднимая на неё взгляд.

Нилана осторожно поставила принесённую еду на столешницу, что висела на цепях, свисающих с потолка. Кажется, Лёша был прав: этот человек не был голоден и не стремился к общению с ними. Но ей он понравился. Ещё когда она увидела его издали, он сразу привлёк её внимание, и ей очень хотелось бы поговорить с ним и узнать о нём больше. Чародейка робко присела рядом с мужчиной, ловко забравшись на кровать, которая всё-таки была слишком высока, и расправила свою пышную длинную юбку. Крылатый по-прежнему не реагировал на её присутствие, но она решила всё-таки спросить:

— Ты не выходишь на палубу, потому что там холодно или по другой причине?

— По другой причине, — ответил мужчина, впервые переведя спокойный взгляд на собеседницу.

Сочтя это признаком готовности к разговору, девушка спросила снова:

— Знаю, что истинные свои имена люди твоей расы скрывают ото всех, но должно же быть у вас имя запасное, для всех… Какое оно у тебя?

— На что оно тебе? — тихо поинтересовался он, изучающе разглядывая её милое лицо, украшенное большими изумрудными глазами.

— Непривычно называть кого-то «пернатый», — призналась чародейка. — Но, если не хочешь, можешь не говорить, — она отвела взгляд и снова принялась расправлять складки своего платья.

— Илтон, — ответил крылатый. — А тебя зовут Нилана, я слышал от твоих друзей.

Девушка смущённо улыбнулась и заставила себя снова посмотреть на собеседника, встречаться взглядом с которым почему-то было и приятно, и страшно. Но он уже не смотрел на неё. Она не могла определить, хочет ли он, чтобы она поскорее ушла, или не против, чтобы осталась. Судя по тому, что он молчал и больше не смотрел на неё, она решила, что лучше покинуть помещение.

— Покушай, Илтон… — попросила она, кивая на принесённую пищу. — Мы не желаем тебе зла…

— Я знаю, — отозвался он.

Она вышла из каюты, шелестя своим платьем, и закрыла за собой дверь, замечая, что пленник провожает её взглядом.

* * *

Ночь выдалась холодной. Прижимая Алину к себе, Лёша всё равно ощущал, как она дрожит. Мерзнет. При том, что самому ему было даже жарко под тремя одеялами и в одежде. И всё-таки, девушка была здорова. Температуры у неё не было, и чувствовала она себя вполне сносно, только зябко.

Дверь в каюту тихо скрипнула, и Лёша приподнялся на локте, чтобы увидеть незваного гостя. Светящееся голубим платье и зелёные глаза отлично говорили о том, кто именно решил заглянуть.

— Баламут… — тихо позвала чародейка.

— Что случилось? — осведомился мужчина шёпотом, стараясь не разбудить спящую рядом девушку.

— Вот, — Нилана протянула ему фляжку, принадлежащую Артуру. — Дай ей глотнуть… — она кивнула на Алину.

— Зачем? — спросил Лёша, спросонья плохо понимая, что от него хотят.

— Напиток Аттиз Ира весьма полезен. Он поможет ей согреться… По крайней мере, этой ночью…

— А следующей? — не удержался от вопроса мужчина, принимая из рук чародейки протянутую флягу.

— Давай не будем загадывать, — подавив тяжёлый вздох, Нилана покинула каюту.

Лёша некоторое время смотрел на закрытую дверь, пытаясь определить, насколько опасно и важно то, что ему недоговаривают. Потом он открутил крышку и поднёс флягу к губам девушки, второй рукой приподнимая её голову.

— Эй… — тихо позвал он. — Попей…

— Чего? Не, я не хочу… — сонно пробормотала девушка, чуя запах коньяка, и мужчина, пользуясь тем, что она приоткрыла рот, влил туда немного жидкости.

Алина сморщила нос, но не поперхнулась и просыпаться не стала. Лёша бережно положил её голову обратно на подушку, незаметно вытащил из-под неё руку, убрал флягу и на удивление быстро уснул, чувствуя, как зажатые в его ладонях руки девушки начали заметно теплеть.

* * *

Время близилось к полудню. Все пассажиры несущейся по ветру на всех парусах яхты, за исключением Пернатого, сидели на палубе и обедали. Артур настойчиво предлагал всем выпить для согрева, но все отказывались. Нилана практически заставила девушку сделать пару глотков. Было ещё не очень холодно, но Алина всё равно жалась к Лёше: для неё воздух этих морей казался колючим и морозным даже сейчас. Мужчина прижимал её к себе и временами целовал в макушку или гладил по волосам, не зная, что девушка желает тепла, а не ласки. Нилана жевала филе поджаренной рыбы, вглядываясь в далёкую линию горизонта. С Гарпуном действительно умереть от голода было невозможно, а при умениях девушки использовать свою обжигающую энергию, приготовление пищи было вопросом нескольких минут.

— Думаешь о Пернатом? — спросил Кощеев у задумчивой чародейки.

— У него есть имя, — заметила девушка. — И да, я думаю о нём!

— Борешься с желанием снова сходить покормить его? — продолжал издеваться Артур, который всё чаще становился невыносимым.

— Борюсь с желанием выкинуть тебя за борт, — честно ответила девушка, и по её недобро сверкнувшим зелёным глазам было ясно, что она не шутит.

— Пернатый поел в прошлый раз? — осведомился Лёша, которому вовсе не хотелось заморить пленника голодом, к тому же следовало прекратить перебранку Кощеева с чародейкой, пока он не вывел девушку из себя.

Получилось. Нилана перевела взгляд на Баламута и спокойно, но холодно из-за подпорченного Артуром настроения, ответила:

— Не знаю, я оставила еду и не стала ждать.

— Он тебя не обидел? — на всякий случай спросил мужчина, замечая погрустневший взгляд чародейки и пытаясь найти этому объяснение.

— Нет, Баламут, — безнадёжно вздохнув, ответила она, поражаясь его не проницательности. — Я пробыла с ним всего пару минут.

— Обидеть можно и за меньшее время, — парировал Лёша, не замечая, что сам начинает раздражать чародейку не хуже Артура.

— Он не обидел меня! — она повысила голос, чтобы было понятнее. — Я просто принесла ему еду и всё!

В чём проблема, Лёша так и не понял, но что она была — почувствовал. Нилана не намеревалась объяснять всем присутствующим, что Илтон ей понравился и его статус пленника не устраивал её. При этом она знала, что Лёша считает крылатого свободным и не стремится задерживать на яхте против его воли, и потому просить снять оковы было бы неуместно. Чародейка знала, что если Пернатый сам попросит освободить его и отпустить — Баламут не откажет ему в этом. Объяснить своё смятение мужчине, что пристально вглядывался в её лицо своими сиреневыми глазами, она не могла.

— Хочешь, я схожу и поговорю с ним? — миролюбиво предложил Лёша.

— Нет, Баламут, — она покачала головой. — И я сама схожу к нему. Хочу понять, что движет им… Он идёт с нами в опасное путешествие…

— А я тогда хочу понять, что движет нами, — признался Артур. — Мы идём в опасное путешествие… — передразнил он чародейку. — Но по сути это не надо никому из нас: мир велик. Мы могли бы уйти с того материка, где Король что-то задумал.

Нилана посмотрела на него, как на полнейшего болвана, коим она, впрочем, его и считала всё время:

— Они не сегодня-завтра захватят большую часть этого мира. Скрываться на затерянных клочках земли или в лесах — ты такой жизни хочешь?

Он посмотрел на неё и хмыкнул:

— Той жизни, которую я хотел, у меня уже не будет. В той жизни моё тело уже доедают черви.

— Ты доволен тем, как прожил ту жизнь? — спросила Нилана, презрительно оглядывая неухоженного Артура.

— Не то, чтобы доволен… — задумчиво отозвался он, так как его состояние располагало к разговорам о жизни.

— Тебе выпал шанс стать лучше, прожить достойнее, — сказала чародейка, не стесняясь высокопарных слов. — Ты уже умер там, у себя в мире. Тебе должно быть не так страшно бросать вызов смерти!

— Фу, как пафосно, — скривился Кощеев. — Мы пока что просто плывём по морю. И я плохо понимаю, зачем… Но за целые сутки безделья мой мозг начинает зацикливаться на мелочах… Например, какого чёрта этот Пернатый вообще с нами потащился? Он не вёл себя, как тот, кого принуждают покидать мирные земли и бросают навстречу опасностям! Мы однажды уже приняли в свою компанию одну разодетую барышню, и я не считаю, что это было верным решением, — он пробежал взглядом по недовольной чародейке и ухмыльнулся: иногда он получал удовольствие от того, что кого-то раздражает.

Нилана не ответила. Ей захотелось срочно увидеть Илтона, и она не стала отказывать себе в этом.