Глава 60

Чародейка постучала в дверь, но Крылатый не ответил, как и в прошлый раз. Он явно не был настроен на общение. Но чем больше Нилана думала о нём, тем сильнее хотелось узнать о нём побольше и помочь ему. Вздохнув, она решительно повернула ручку и открыла дверь. Мужчина лежал на койке, на боку, так как цепи на крыльях не давали лечь на спину. Он смотрел прямо перед собой и дышал ровно, не обращая внимания на появление посетителя.

— Не помешаю? — спросила девушка и осталась стоять в дверях, пока Крылатый не удостоил её взглядом и не ответил:

— Не помешаешь, — он нехотя сел, замечая, что чародейка пришла просто так: в руках у неё ничего не было.

Она подошла к нему ближе и неуверенно села рядом, оглядывая перетянутые цепями крылья и стянутые ремнём руки. Она посмотрела на еду, к которой он не притронулся, и подумала, что, наверно, не очень удобно есть, когда одно запястье прижато к другому. Чародейка потянулась к ремню, и её тонкие пальцы долго не могли справиться с крепко затянутым хитрым узлом. Пришлось применить магию, которую так не хотелось растрачивать на мелочи. Девушка взяла в руки ремень и сложила его вчетверо, решив, что надо будет вернуть его законному владельцу.

— Баламут знает о самоуправстве? — хмыкнув, осведомился Илтон.

Чародейка не ответила. Да, не знает, но точно не рассердится на неё за это, потому что знает, что она сможет усмирить крылатого, если он решит напасть. Но он мирно сидел, положив руки на колени, словно снятие пут было ему безразлично.

— Ты ненавидишь Баламута? — тихо спросила Нилана, разглядывая его руки с длинными пальцами и красными полосами на запястьях от ремня.

— Нет, — ответил он чуть удивлённо, словно не понимал, с чего можно было так подумать.

— Расскажешь, что происходит? — предложила чародейка.

— А что именно тебя интересует? — уточнил он, не выказывая особенного желания говорить, но и не противясь этому.

— Как ты связан с Эббой? — спросила чародейка, изучая лицо собеседника и всё больше находя его привлекательным.

Мужчина немного подумал и ответил, посмотрев в упор на чародейку:

— Я — причина проклятья, павшего на её город. Я ненавижу её, а она — меня. Но однажды нам придётся поговорить. Я к этому готов, а она — нет.

От прямого взгляда карих глаз девушка смутилась и принялась теребить поясок своего платья. Проклятье города Эббы… Она ничего не знала об этом. Не интересовалась, так же, как и Лёша. А ведь ни с того ни с сего обречь целый город на вечные скитания душ его жителей — это чрезвычайно сложно. Настолько, что не каждый маг справится. Силы магии в крылатом мужчине чародейка не ощущала, но её наличие являлось единственным объяснением его беспристрастного отношения к оковам и путам, а так же отсутствию необходимости в пище. Она с нескрываемым страхом посмотрела в его глаза, так как он продолжал открыто смотреть на неё. Неужели он настолько сильный маг, что может не показывать своих магических способностей чародеям? Девушка почувствовала, что руки её начинают дрожать. Если он был магом, то явно злым, поскольку обречь столько душ на неприкаянность было откровенно злым поступком… или суровым наказанием. Нилана нервно сглотнула и шёпотом спросила:

— Илтон, почему ты проклял Город Низких Облаков?

— Я не проклинал его, — ответил он, мягко улыбнувшись, так как ему совершенно не нравилось, что эта прекрасная чародейка смотрит на него, как на злодея.

Нилана облизнула пересохшие от волнения губы. Мысленно она ругала мужчину за то, что он не может просто взять и рассказать всю правду. Но он не собирался выкладывать ей всё начистоту и даже пояснил причину, видя, что девушка чего-то ждёт от него.

— Ты боишься меня, — заметил он. — Не надо, я не опасен для вас. Ты приходишь по своей воле и не желаешь мне зла… Но разве этого достаточно или означает, что я должен быть открытым перед тобой?

— Нет, — ответила она. — Конечно, нет!.. — она почувствовала себя ужасно глупо со своим неуместным состраданием и неловкими попытками стать ближе. — Прости… — она поспешно встала, намереваясь уйти, но мужчина снова заговорил:

— Знаешь, я… — он не успел закончить озвучивать мысль, поскольку где-то наверху Артур закричал во всю силу своего голоса:

— Ведьма, где тебя черти носят, когда ты впервые нам нужна?!

Та, кого Артур назвал ведьмой, смущённо улыбнулась Илтону и прокомментировала обращение Кощеева:

— Проклятый мужлан!.. Схожу, посмотрю, что там у них…

Пернатый улыбнулся уголками губ и понимающе кивнул. Он был доволен, что чародейка уходит. Ему было необходимо подумать, как вести себя с ней дальше. Она была красива, даже безупречно прекрасна, к тому же её изумрудные глаза смотрели на него с теплотой и нежностью, на которые не было видимых причин. Было бы глупо врать себе, что ему это не нравится и не вызывает желания хотя бы прикоснуться к её бархатной матовой коже или попробовать на вкус безупречной формы алые губы. Илтон встречал немало девушек, и мог с уверенностью сказать, что это не типичное для него желание при взгляде на ту, с которой общался всего несколько десятков минут. Это несколько пугало его. Если бы крылатые люди не были устойчивы к магии, он бы мог подумать, что она приворожила его.