Глава 11

Я видела, как Тария стояла у поднятого Истока и смотрела в бурлящую тьму колодца. И чем дольше она стояла, тем растеряннее становился ее вид.

Черная энергия поднималась из глубины колодца, накатывая волнами, но, не доходя до края, снова ныряла обратно в темноту. Руны на каменных стенках вспыхивали и затухали. Тария буквально скрипнула зубами.

— Силы! Дайте мне энергии, сестры!

Воздух в зале задрожал от колдовства. Ведьмы направили свою магию к верховной, надеясь усилить ее и все-таки открыть Исток.

Забили барабаны.

Тария сосредоточилась, прикрыла глаза и что-то зашептала одними губами. Затем распахнула веки и снова всмотрелась в тьму колодца. Ухватилась за его край обеими руками, яростно сжимая пальцы.

Исток молчал. Он не отзывался на призывы Тарии.

Ведьмы вновь посылали энергию. Все громче звучали их голоса. Не переставая били барабаны.

Тария сосредоточенно смотрела в глубину колодца. Шептала, прикрывала глаза, снова распахивала их...

И снова ничего.

Голоса ведьм надрывались.

Барабан неистово бил: Бум. Бум. Бум.

— Почему?! — яростно завопила Тария, ударяя дрожащими руками по краю колодца и поворачиваясь ко мне.

О, сколько непонимания и злобы было в ее глазах. Умей она проклинать или убивать взглядом, я бы уже была мертва. И куда только делось ее наигранное дружелюбие? Ах да, ведьмы больше в нем не нуждались. Они получили то, что хотели. И теперь играть со мной в доброту уже не было никакой необходимости.

Хотя странно. Почему у Тарии не выходило воззвать к Истоку? Связь из меня она вытянула. О том, что сила жрицы заключается в разуме и умении направлять мысли, она знала. И я была уверена, что все время, проведенное в этом мире, она училась именно этому. В отличие от меня. И все же меня хаос хоть немного, но слышал. Даже отвечал. Где-то помогал и спасал. А тут — совершенная тишина.

Где-то внутри себя я даже усмехнулась. Кажется, хаос еще тот абьюзер, и наша Тария ему просто не нравится, вот он ее и игнорирует.

Да, приятно было бы думать, что хаос и Исток способны различать тех, кто к ним обращается, и просто по собственному желанию не принимают верховную ведьму. Но что-то подсказывало мне, что дело не в этом.

А в чем именно — я не знала.

— Почему он не отвечает?! — голос верховной ведьмы перешел на визг.

Я покрепче ухватилась за загривок Эфи и прижалась к его мощному телу. Ощутила, какими холодными стали руны на его шерсти. Мне вообще казалось, что эфирик снова меняется. Или, может быть, нет. Но то, что рядом с ним становилось все холоднее, было фактом.

У меня даже появились мысли, что после того, как Тария забрала у меня связь, отражение тьмы тоже перейдет к ней. Возможно, именно поэтому с Эфи происходила какая-то трансформация.

Вероятно, скоро он снова станет крохотным пушистым комочком у меня на руках. Будет смотреть на меня своими глазами-пуговками... Если вообще после сегодняшнего дня мы с ним останемся живы.

При этой мысли вспомнился наш первый день. Как я услышала легкий шелест в комнате своей квартиры. Как увидела эту симпатичную мордаху: клубок шерсти и огромные глазенки...

Каким же родным он стал для меня за последнее время. Роднее, пожалуй, никого не найдешь.

— Почему Исток не отвечает?! — неистовый вопль ведьмы заставил меня отвлечься от размышлений.

Тария с угасающей надеждой продолжала смотреть в колодец. А там бурлила тьма, даже не пытаясь ответить на призыв верховной ведьмы. Вихри подвывали, бились о стены, но, кажется, Исток был глух к голосу вопрошающей.

Она повернулась ко мне.

От злости ее начало трясти, а лицо исказилось яростной гримасой.

— Что ты сделала?! Почему он не отвечает?! — вопль эхом ударился о стены зала. — Почему?!

Хотела бы я ответить на ее вопрос, но не знала, что говорить.

Я не стала ведьмой. Не стала жрицей. Я не успела толком ничему научиться в академии великой Илинарии. Как я могла ответить на такие вопросы?

Об Истоке я тоже знала совсем немного. И уж точно меньше, чем собравшиеся здесь ведьмы.

Тария сжала кулаки.

Я еще сильнее вцепилась в загривок Эфи. Ощущала, как холодеет рука от энергии, идущей по его шерсти. Руны на ней все так же переливались, но казалось, что ведьма за своей злостью уже ничего, кроме меня, не видит.

В ее глазах застыла ненависть.

Но при чем здесь я?

Я лично ничего не делала. И почему Исток не желает слушаться ведьму, не знала.

А Тария уже не могла себя сдерживать. Она практически подбежала ко мне. Ее пальцы больно сомкнулись на моей руке, буквально отрывая меня от Эфи.

Эфирик тут же зарычал.

— Тихо... Тихо... Не сейчас... — услышала я едва различимый голос Кадеска. — Ведьм слишком много. Мы не справимся.

Эфи прошкрябал когтями по полу и замер в стойке, готовый в любой момент броситься мне на помощь.

— Идем... Идем... — хрипела ведьма, таща меня к Истоку.

— Что вы хотите от меня? — упиралась я.

— Открыть! Открыть Исток! Ты что-то сделала с ним!

— Что я могла с ним сделать?

Тария толкнула меня к колодцу. Я больно ударилась о край и ухватилась за него, пытаясь удержать равновесие. Затем повернулась, глядя на нависшую надо мной верховную ведьму.

— Открывай!

Я замотала головой.

— Я... Я не умею. Да и связь вы забрали...

— Ты что-то сделала! — шипела ведьма. — Что ты сделала? Почему связь не работает?

Тария смотрела таким взглядом, что я даже не сомневалась — она убьет меня, если я хоть что-то не сделаю. Прольет мою кровь прямо на камни колодца, если посчитает, что это поможет его открыть.

— Я не знаю, что происходит... — выдавила я и замолчала, заметив какую-то тень, мелькнувшую у входа в зал.

Я повернула голову и замерла, не веря собственным глазам.

Держась за стену, в зал вошел Рейнер. Бледный и едва стоящий на ногах.

Он пришел за мной!

Улыбка облегчения скользнула по моим губам, но тут же исчезла.

Он один? Нет. К нему подбежали Элара и Тим.

Я всматривалась в некродракона и ребят. Трое. Всего трое. Что они смогут против такого количества ведьм? Ничего. Они не смогут меня спасти. Еще и сами пострадают.

Я вновь посмотрела на некродракона.

И сердце болезненно сжалось. Такого взгляда я не видела у него даже тогда, когда только появилась в академии Илинарии.

Ненависть.

Вот что я увидела в его глазах.

Усталую, обреченную ненависть.

И как-то тяжело стало дышать.

— Рейнер... — едва слышно прошептала я. — Что произошло? Рейнер...

— Открывай! — не обращая внимания на появившихся ребят, заорала ведьма.

Я глянула на нее.

Взгляд Тарии пылал.

— Открывай!

Я снова посмотрела на Рейнера. На ребят. Нет, они пришли не спасать меня... Взгляд Рейнера оставался все таким же полным ненависти. А Элара... Она посмотрела на меня и торопливо что-то достала из сумки. Кристалл. Совсем небольшой. Черный.

Губы девушки шевельнулись...

Я не так много успела изучить в академии, но этот кристалл... В его гранях я увидела свою смерть.

Боги, за что? Что я вам всем сделала? Что произошло за то время, пока я отсутствовала в академии?

Резкие вспышки заставили нас всех отвлечься и оглянуться.

Одна.

Две.

Три.

С разных сторон зала открылись порталы.

Из одного вышли маги во главе со старшим Каллисом.

Из второго — старший Ксаррин со стражей правителя.

Третий открылся совсем рядом с Рейнером, и из него вышел Алекс.

А потом разом грянули голоса:

— Уничтожить ведьм!

— Уничтожить жрицу!

У меня внутри все ухнуло. Сжалось в один болезненный ком.

За что?

Перед глазами снова мелькнул ненавидящий взгляд Рейнера. Элара, держащая в руках артефакт. Маги, бросившиеся на ведьм и ударившие боевыми заклинаниями. Ведьмы, разом ответившие колдовством. Драконы, пытающиеся проложить через них путь ко мне.

«Нет... Нет... Нет... Это происходит не со мной. Я хочу, чтобы все прекратилось...».

Тария отскочила от меня, на ходу выстраивая колдовские нити, которые ударили по магам, и выкрикнула:

— Границы! Колдовство! Защищайтесь, сестры!

И вспыхнули проклятия.

Вспыхнули щиты магов и драконов.

Эфи, стряхнув с себя руку удерживающего его Кадеска, кинулся ко мне.

Костяшка — следом за ним.

Эфирик встал рядом со мной, прикрывая от магических ударов и отбивая заклинания. Его шкура светилась так ярко, что он походил на пылающий факел. Костяшка тоже занял боевую позицию. Где он нашел палку, я не знала, но теперь размахивал ею во все стороны. Самая настоящая боевая нежить на моей защите! Есть чем гордиться. Не зря я его подняла.

Я вцепилась свободной рукой в шерсть эфирика, ощущая, как под пальцами дрожит его тело, как напрягаются мышцы. Руны на его шерсти переливались и искрились.

— Я не хочу здесь быть, — прошептала я, утыкаясь в него лицом. — Не хочу. Я хочу уйти. Провалиться, исчезнуть, оказаться где угодно, только не здесь.

Кадеск, было кинувшийся на помощь драконам, услышал меня, остановился и оглянулся. Его глаза вспыхнули фиолетовым светом, испуганным и напряженным. Он бросился ко мне, отталкивая вставшую на пути ведьму.

— Нет! Диара, молчите! Молчите! — донесся до меня его крик.

— Я хочу исчезнуть отсюда... — прошептала я.

По моему лицу скользнул неизвестно откуда взявшийся ветерок, всколыхнул волосы и ласково погладил, будто пытаясь успокоить.

Я оглянулась.

Прямо рядом с колодцем на полу возникла тонкая серая трещина и начала разрастаться.

— Диара, закройте портал! Диара! — магистр Кадеск спешил ко мне. — Вы слишком близко к Истоку! Диара, закройте портал! Колодец рухнет!

А я смотрела на раскрывающуюся бездну и молчала.

«Портал? — мелькнуло у меня в сознании, и я увидела, как в трещине, в той самой бездне, закрутилась серая воронка. — Но я не открывала портал. Все, что я хочу, — исчезнуть отсюда. Убраться подальше от всех них. Ведьм... Магов... Драконов...».

Кадеск кричал что-то еще, но я его не слышала. Шум битвы, крики ведьм, грохот заклинаний и гул Истока слились в одну бешеную какофонию.

Эфи, стоящий рядом со мной, буквально искрился и пылал замысловатыми символами. Медленно повернул ко мне огромную голову и с какой-то особой внимательностью посмотрел мне в глаза.

— Я просто хочу, чтобы все это наконец закончилось. Пропади пропадом весь этот мир. Провалитесь все в хаос! — в горьком отчаянии прошептала я. — Я хочу исчезнуть отсюда.

— Диара, остановитесь! Вы слишком близко к Истоку! — Кадеск все-таки добрался до меня и ухватил за руку. — Остановитесь! Что вы сказали, Диара?

— Ничего... — на моих глазах выступили слезы. — Я просто хочу исчезнуть отсюда. Магистр Кадеск... Пусть все пропадет, исчезнет. И я... Я тоже пусть исчезну отсюда... Дайте мне уйти!

Взгляд Кадеска помрачнел.

— Нет... Молчите! Молчите, Диара! — его голос утонул в гуле и треске, прокатившимся по залу.

Помещение заметно пошатнулось. Настолько сильно, что я устояла на ногах только благодаря тому, что держалась за Эфи.

Все остановились.

Я видела, как ведьмы испуганно переглянулись. Маги напряженно посмотрели в мою сторону, словно это лично я расшатывала помещение.

Драконы уже не пытались пробраться ко мне, а направили магические потоки в мою сторону. И они бы меня точно достали — слишком много энергии было вложено в эти заклинания.

Но тут прошла волна.

Огромная.

Словно цунами.

Большая дымчатая волна.

Она аккуратно обошла стороной меня и всех, кто стоял рядом. Моей щеки коснулось лишь едва ощутимое дуновение. Скользнуло по телу и...

Запястье полоснуло огнем.

Я глянула на руку. На ней медленно, но отчетливо проявлялись пропавшие узы.

И почти сразу раздался вскрик:

— Диара!

Я вскинула глаза.

Рейнер...

Его взгляд, еще недавно полыхавший ненавистью, изменился. В нем появились испуг и растерянность.

А следом...

— Диара! — и некродракон рванул ко мне.

Замок снова содрогнулся. На этот раз сильнее.

Колодец загудел.

Я шарахнулась назад, видя, как рядом с ним все сильнее расширяется трещина. Портал медленно, но уверенно раскрывался. Огромный разлом тянулся от него к Истоку...

Раздался треск камня.

По стенам колодца пошла трещина. За ней вторая. Третья. Они расползались по борту с невероятной скоростью, осыпая камни и разрушая колодец.

По помещению прокатился грохот. Раздались вскрики.

Я скользнула взглядом по залу.

Увидела, как побледнела и начала отступать Тария, еще секунду назад схлестнувшаяся в бою с одним из магов. Зумрах застыла с расширенными глазами. Остальные ведьмы, переглядываясь, пятились назад. А нити драконьей и магической энергии, которые еще пытались дотянуться до меня, осыпались серыми искрами и тут же затухали в дымке, расплескавшейся по залу.

Потом раздался дикий вой.

Пол вздыбился.

Закачались стены.

Начали рушиться поддерживающие купол колонны.

— Всем назад! — прогремел сквозь гром и грохот голос Алекса. — Рейнер!..

Я повернулась.

Рейнер несся ко мне, перескакивая через трещины в полу и стараясь не попасть под камни рушащегося свода.

И тут раздался дикий, невообразимо громкий треск.

Колодец рассыпался. И из его недр рванул Исток, вырываясь волной темной энергии. Ураганом ударил по залу, снося ведьм, магов и драконов, ломая защитные плетения, гася заклинания и выворачивая защиту, которую те пытались выставить против него.

Я увидела, как упала Тария.

Видела, как Зумрах пытается подняться, цепляясь рукой за рухнувший рядом огромный обломок стены.

Видела Алекса, которого отбросило назад вместе с Эларой.

Тима, пытающегося выстроить над ними защитный купол. И его дедушку, старшего Каллиса, старающегося пробиться к внуку сквозь вихри хаоса.

Громко и отчаянно застучал челюстью Костяшка, пытаясь что-то мне сказать и вытягивая ко мне свою костяную руку...

Очередной грохот заглушил все.

Пол под ногами снова содрогнулся. На этот раз удар оказался гораздо сильнее предыдущего.

Трещины побежали по каменным плитам во все стороны. Они расходились от разрушенного Истока, словно паутина, охватывая весь зал.

Где-то справа с оглушительным грохотом обрушилась колонна. Несколько ведьм едва успели отскочить в сторону.

Из разлома на месте Истока донесся протяжный вой.

Серая дымка, расползавшаяся по полу, стала чернильной и начала двигаться быстрее. Она стекалась обратно к разрушенному колодцу и закручивалась вокруг него плотными потоками, образовывая огромную воронку. Та вращалась все быстрее, затягивая внутрь обломки камня, куски мрамора и пыль.

Пол передо мной просел.

Раздался новый треск. Огромная трещина прошла между мной и Рейнером.

Он не успел добежать до меня.

Каменные плиты начали проваливаться вниз.

— Диара! — крикнул Рейнер.

Я оглянулась назад. Туда, где уже не было колодца. Только огромный вихрь.

— Мы все здесь сдохнем! — выкрикнул Кадеск.

Он схватил меня за руку и громко крикнул:

— Эфи!

Эфи не нужно было приказывать дважды. Он рванул вперед, прикрывая меня.

— В портал!

Оглянулся, увидел Костяшку и сделал невероятный прыжок, выхватывая его из всколыхнувшейся пыли от рухнувшей рядом колонны. Затем посмотрел на меня.

Я все поняла.

Глянула на Рейнера, пытаясь разглядеть его в дымке, которая становилась все темнее и темнее...

Эфи проследил за моим взглядом.

Рыкнул.

Швырнул Костяшку в руки Кадеска.

Магистр, не раздумывая, подхватил нежить и выкрикнул мне:

— За мной! Сейчас же, если не хотите умереть здесь! — после чего прыгнул в воронку портала.

— Но Рейнер! — воскликнула я.

В этот момент рядом со мной появился Эфи. Он не произнес ни слова. Один удар лапой — и я отлетела назад, прямо в воронку портала, отчаянно размахивая руками.

— Рейнер-р-р!.. — мой крик растворился в воздухе, уносясь к стремительно удаляющемуся залу разрушающегося храма ведьм.

Сердце ухнуло и, казалось, разорвалось.

Но тут...

В небольшом проеме света я все-таки заметила их.

Эфи. А на его спине — некродракона.

Черный смерч взвился над ним, завизжал, завыл. Загрохотал обрушивающийся зал.

Яркая вспышка...

Последнее, что я увидела, — Эфи и Рейнер сиганувшие в закрывающийся портал.

А потом все пропало во тьме.