Глава 5

Я шла по коридору, стараясь припомнить все, что показывал мне вчера Рейнер: этажи, коридоры, повороты. Это оказалось не так просто. Уму непостижимо, насколько огромной была Академия и сколько ходов в ней было. Лево – право, право – лево, лестница, еще одна… Заставить Эфи перенести меня к нужному кабинету я не могла – попросту не помнила, где он и как выглядит. Но все же помощь от эфирика я получила. Поняв, что я попросту потерялась в бесконечных лабиринтах коридоров, он вылетел из моего кармана и направился указывать путь. При этом проговорил: – Лучше, если ты пройдешь сама, без портала. Так ты запомнишь, где какой кабинет находится. И сможешь его найти и без меня… В этом я с ним была согласна. Если Эфи с самого начала станет строить мне порталы даже на малейшие расстояния, я никогда не научусь ориентироваться в Академии. В кабинет я вошла, когда лекция уже шла полным ходом. Преподаватель – высокий мужчина с темными, ярко отливающими фиолетом волосами – повернулся ко мне. Невероятные аметистовые глаза с дымчатой поволокой строго глянули в мою сторону. Мужчина сошел с кафедры и неприветливо вскинул голову. – Имя? – потребовал он строго. – Диара, – ответила я, чувствуя, что взбучка от ректора, видимо, на сегодня не единственная. Преподаватель скрестил руки на груди и приподнял одну бровь. – Просто Диара? – Мирская, – добавила я. – Ах, вы новенькая… – фыркнул он. – И в первый же день – опоздание. Прекрасное начало обучения. По правилам Академии я обязан доложить ректору. И не сомневайтесь – я обязательно это сделаю. У меня вырвался обреченный выдох. Действительно, замечательное начало. Я ведь еще толком не отошла от прежнего разговора с ректором – а уже новое нарушение правил Академии, и, как результат, вероятнее всего, очередное посещение кабинета Алекса. – Присаживайтесь, – холодно добавил преподаватель. – На любое свободное место. Не задерживайте лекцию – вы и так ее прервали. Он сделал короткую паузу и бросил уже через плечо, направляясь обратно к кафедре: – И да, меня зовут магистр Кельвин Кадеск. Запомните. Я кивнула: – Магистр Кельвин Кадеск, я запомнила. Он хмыкнул и, кивнул, приказывая мне уже хоть куда-то присесть. Я окинула аудиторию взглядом. Несколько студентов подняли головы, глядя на меня. На их лицах не было особой доброжелательности – скорее, скучающее любопытство и хорошо различимая насмешка в ярких глазах. Судя по всему, они были довольны, что я опоздала и получила нагоняй от преподавателя. Кажется, ведьм здесь вообще не любили. И вдруг я заметила, как на первом ряду, за самой дальней партой, девушка с белокурыми локонами махнула мне рукой, приглашая сесть рядом. Она отличалась от тех, которых я уже видела в Академии. Да, девушка была такая же яркая, но… глаза – глубокого серого цвета, с фиолетовыми прожилками в зрачке. Они приковывали взгляд. Очень необычный цвет… словно в жидкое серебро добавили каплю черники. Хотя я уже поняла, что здешние ребята все как на подбор красавцы, но таких глаз я еще не видела. Немного удивленная тем, что хоть кто-то проявил сочувствие, я поспешила к ней и опустилась на свободный стул. Девушка наклонилась ко мне и шепнула: – Меня Элара зовут. Тебя уже слышала, Диара. Старайся не опаздывать. Магистр Кадеск жутко этого не любит. Для него главное – учись и делай в срок домашние задания. А если еще и дополнительно будешь что-то изучать и потом ему рассказывать – станешь любимицей. – Ого, хорошие познания магистров, – тихо подметила я. Она мне подмигнула. – Я здесь почти про всех все знаю. Это очень помогает в обучении. Я вздохнула. – Мне в обучении ничего, наверное, помочь не может. Я вообще не понимаю, как это все учить, запоминать или использовать. Я ничего ни о магии, ни о колдовстве не знаю. Девушка повернулась ко мне полубоком и удивленно посмотрела – даже светлые брови вверх взметнулись. А потом ее лицо вдруг озарилось осознанием. – Ты та ведьма, которую пикси нашли в другом мире? Я кивнула. Похоже, слухи здесь распространяются очень быстро. – Ты уже обо мне слышала? – Мне Кера, одна из однокурсниц, написала, – чуть слышно сказала блондиночка. – Куда написала? – не поняла я. Девушка хлопнула черными ресницами. – В смысле куда? А тебе разве мнемор не выдали? – Мнемор? – я тут же залезла в сумку и вытащила доску. – Выдали… – Вот, смотри, – она быстро подтянула ее к себе. – Вот здесь, под всеми лекциями… Видишь два символа? Один – в виде значка Академии, а второй – в форме человеческой головы. Если нажать на первый, откроется список всего преподавательского состава, а на второй – все ребята нашей группы. Она уверенно нажала на второй, и я увидела колонку из пары десятков имен. Это очень напоминало самый обычный мессенджер. – По нему можешь общаться… – продолжала говорить Элара. – Давай я лучше на своем покажу. Она пододвинула мой мнемор обратно мне и начала быстро нажимать кнопки на своем. Когда открыла чаты, указала на одну из иконок, где была видна улыбающаяся рыжеволосая девушка и рядом имя – «Кера». Элара нажала и подвинула свой мнемор ко мне. – Вот, посмотри, я вчера с ней переписывалась. Я с сомнением глянула на девушку. Все-таки читать чужие переписки не слишком то хорошо. – Не стесняйся, я же сама тебе даю, – подсказала Элара, увидев мое замешательство. – Может, кое-что поймешь… Я опустила глаза и прочитала. «Элька, ты уже слышала? Кажется, у нас пополнение в группе… Пикси еще одну ведьму нашли…» «Нет. Я весь день провела в библиотеке…» «А зря. Нам еще одну мракоделку притащили. Мне кажется, пикси уже вообще все равно, кого тащить в Академию… Они так деньги на свою псевдо-поисковую организацию отмывают». «Деньги? Ты что, думаешь, что у Эриданов деньжат не хватает?» «Ой, как будто никто не знает, что они за место у короны свою шкуру дерут. А на поиски всегда нужны деньги, вот и тащат невесть кого… Только лично я думаю – Ксаррин их и на дух близко не подпустят, они там плотно засели». «Нам-то какая разница? Пусть хоть перегрызутся». «Да что ты! Не знаю… после последней я бы постереглась тащить таких к нам. Ты же слышала, что она прихватила какой-то артефакт и исчезла?» «Мало ли что говорят, Кера, не стоит всему верить…» «Это ни слухи! Все знают… Как будто это первая пропавшая… Предыдущие тоже исчезали… Может, это Ксаррин прикладывают руку?» «Кера, я на твоем месте такие вещи не писала бы, а то и ты следом за ведьмами исчезнешь…». У меня озноб по коже прошел. Значит, предыдущие ведьмы исчезали. Какое неприятное откровение. И куда же они исчезали?.. Что-то мне это совсем не нравилось – как и явное противостояние двух семей, борющихся за место рядом с короной. И я где-то там, затесавшаяся между ними. После этого сообщения Керы о ведьмах и двух явно недолюбливающих друг друга кланах драконов больше не писала. Ее новые записи стояли уже под сегодняшней датой и сводились к разговору о лекциях. – А кто такие пикси? – спросила я, отодвигая мнемор Элары обратно к ней. – Поисковики, – пояснила девушка. – Те, кто тебя нашли. Это у нас целая организация. Правда, в ней драконы всего одного клана… – Те, которые дерут шкуру за место у короны? – предположила я. Элара быстро глянула на меня и приложила палец к губам. – Тихо… Не стоит об этом говорить вслух. Я поняла и замолчала. Правда, ненадолго. Мой мнемор слегка помигивал, записывая лекцию за магистром. А я чуть склонилась к девушке и спросила: – А ведьм у вас все не любят? Элара слегка передернула плечами. – Ну как – не любят… Большинству вообще все равно, ведьма ты там или кто. Но есть определенная группа, которая каждую ведьму считает виновной в бедах драконов, позабыв, что проклятие-то навел определенный ковен, а не все ведьмы. Она поддерживающе мне улыбнулась. – Короче, не заморачивайся. Это же везде так: кто-нибудь да будет тебя не любить – и даже не потому, что ты ведьма, а просто не нравишься. Меня тоже не особенно любят здесь, – продолжала шептать она. – Я же не совсем дракон. – А кто ты? – тихо спросила я, склоняясь ближе к парте, чтобы магистр не заметил наших с девушкой переговоров. Он и так все чаще обращал на нас взгляд. – Я виверна, – она вздохнула. – Наш род очень малочисленный, и нас за настоящих драконов не считают. Я хотела спросить, почему и за что их не любят и не считают за драконов, но преподаватель резко оборвал нас, ударив ладонью по столу: – Тишина на лекции! Сколько можно болтать! Вы вроде новенькая, Диара, а уже второе замечание – и это на первой лекции! Я тут же уставилась в мнемор. Не знаю, как для других, но для меня тема лекции была не столько сложной, сколько невероятной. Ну не существовало в моем мире и сознании настоящей магии – и занятий по ней, само собой, тоже. А тут… – Основой любой магии являются потоки энергии, – ровным голосом говорил Кадеск. – Их качество зависит от того, насколько вы способны контролировать собственный источник. Если вы не умеете управлять потоком – он разрушает вас. Если умеете – он укрепляет и усиливает. Я слушала его и смотрела в мнемор, где ровными строчками записывалось все, что рассказывал магистр. И вдруг подумала: интересно, а мнемор смог бы записывать лекции и на моих занятиях в обычном мире? На мне ведь сферон – а он связан с энергией Академии. Значит, потоки академической магии почти все время рядом со мной. Выходит, мнемор должен работать… Эта мысль занозой засела у меня в голове. Любопытно, а использовать мнемор в моем мире можно? Это же не использование магии напрямую, а использование артефакта, который мне выделили для обучения. И я им пользуюсь у себя дома. Но ведь мой институт – тоже обучение… Пока я раздумывала, прозвенел звонок. Идя на следующую пару с Эларой, я все же не удержалась от вопроса: – А за что тебя не любят? Она как-то странно посмотрела на меня – как будто ей не слишком-то хотелось рассказывать. – Это не лично меня, а всех виверн, – вздохнув, все же произнесла Элара. – Видишь ли, когда драконов прокляли, виверн это не коснулось. И драконы посчитали это эдаким плевком в морду. Мол, как так?.. Да кто вы такие, что вас не прокляли? А потом еще язвительно, от злости, добавляли: «Вероятно, совсем мелочь, на которую даже ведьмы внимания не обратили». Ну и виверны в долгу не остались, насмехались, и напоминали – мол, вы же нас никогда за драконов не считали, потому и проклятие на нас не подействовало. А вас за ваш же снобизм наказали, так мол и надо. Драконов это очень взбесило. Мало того, что крылья остались при нас, так у нас это еще и не единственный дар. Вообще после того как драконов прокляли, они на всех, у кого какой-либо дар остался, смотрели косо. А у виверн таких даже два было. – А почему драконы не считали вас за драконов? – поинтересовалась я. И заметила, как при этом вопросе в ее серых глазах крутанулись черничные воронки. – Виверны – существа маленькие. Мы раза в четыре–пять меньше драконов. И при обращении у нас не четыре лапы, как у них, а две нижние конечности и крылья с когтями. Было время, когда драконы называли виверн мышами – летучими мышами. Мы же еще и серые от природы. Короче, не камильфо драконам было принимать нас в свой парящий клан. Они считали, что мы не доросли до драконов. – По-моему, это несправедливо, – выдала я. Она пожала плечами. – Да какая разница… Время стерло эти отличия. Пусть мы мелкие, крылья у нас не такие огромные, зато они у нас остались. А драконы… теперь у них и таких нет. Кроме того, виверны еще и пламя не извергают. У нас другой дар. И вот драконы пламенем-то теперь тоже не особо могут пользоваться, а мы… у нас наш дар остался. – А какой у вас еще дар? – мне было очень интересно слушать Элару. – Мы зеркальные эмпаты, – довольно сообщила она. – Чего? – не поняла я. – Ну, ты знаешь, кто такие эмпаты? Я кивнула, хотя плохо представляла, что значит «зеркальные». – Эмпаты чувствуют эмоции других, могут переживать их, а мы… мы отражаем эмоции. – Это как? – совсем удивилась я. Элара начала торопливо объяснять: – Вот, например, ты ненавидишь меня и желаешь чего-нибудь злого… Я смотрю на тебя – и твое желание отзеркаливается. Если более точно, то любое направленное на нас эмоциональное действие возвращается тому, кто его отправил. – То есть я правильно понимаю, что если скажу: «Да чтоб ты поскользнулась», – то едва отвернусь… – вдруг начала понимать я. – Вероятность перелома от внезапного падения у тебя будет более чем высока, – подмигнула мне Элара. – Теперь понятно, почему вас не любят… – протянула я и вдруг охнула: – и понятно, почему на вас не подействовало проклятие! Она приглушенно рассмеялась. – Да, наш род практически исключили из общего потока, на который было направлено проклятие. Потому что в нашем случае вероятность того, что оно могло ударить по самим ведьмам, была очень большой. Сказала это – и внезапно посерьезнела. – Драконам это очень не понравилось. Какое-то время между нами даже общения не было. А потом… время принесло забвение о тех событиях. Про то, что мы все еще с крыльями, драконы предпочли не вспоминать. Она на мгновение замолчала, а потом добавила: – А вот насчет второго дара – нет. Нам было разрешено войти в делегацию Магического союза, но с одним уточнением: на всех нас наложен запрет на использование зеркального дара. – Хм… – удивилась я. – Ведьмы значит их прокляли, вас не тронули… А виноваты вы – только потому, что у вас есть дар, которого нет у драконов? – Диара, пойми, – тихо сказала Элара. – Никому не хочется испытывать страх. Даже просто сказать что-то лишнее при одном из нас – страшно. Все боятся, что кара может настигнуть почти мгновенно. – А что, даже на обычные слова может быть реакция? – я с подозрением посмотрела на девушку. Она кивнула. – И такое бывало. Все зависит от того, насколько сильно эти слова заденут виверну. Мы ведь все что-то можем сказать на эмоциях, на самом деле не желая зла… А с нами… с нами это опасно. – Теперь понятно, – задумчиво сказала я. – Но все равно, наверное, не слишком приятно, когда тебе запрещают пользоваться своим даром. – Привычно, – Элара улыбнулась уголками губ. – Дело-то не только в том, что мы эмоции отражаем. Мы еще и через зеркала ходим… – Чего? Этот мир казался мне все более удивительным. – Того… – выдохнула она. – На зеркальный дар распространяется не только умение отражать что-то эмоциональное, но мы еще и порталы через зеркала умеем делать… вернее, умели. Это нам тоже запретили использовать. – А тут к чему-то придрались? – возмутилась я. Она развела руками. – Переходы по порталам в Элириане магически ограничены, потому что они вытягивают энергию мира. Чтобы перемещаться через порталы, нужно получать разрешение. У виверн высшего сословия оно есть. У меня – нет. – Но, по сути, ты смогла бы ходить между мирами, если бы запрета не было? – поинтересовалась я. – О-о-о, нет, – она снова улыбнулась и покачала головой. – У меня нет столько магии и сил. Только на очень близкие расстояния… очень-очень, буквально не дальше десятка километров. Вообще, разрешения на межмировые портальные переходы есть только у пикси и у высших магов-портальщиков, входящих в делегацию Магического союза. Для всех остальных такие переходы запрещены. Есть разрешение только на переходы на близкое расстояние. А еще – внутри корпораций. Допустим, здание в десятки этажей – ты же не будешь ходить по лестницам. Вот там порталы открывать можно. Или, например, в нашей Академии тоже действуют свои внутренние разрешения. Но все такие порталы создаются на внутреннем резерве. Например, здесь, в Академии, существует резервный кристалл магии, и все, что мы используем, исходит от него. Кристалл пополняется за счет магии ректората – квоту на нее выделяет все тот же Магический союз. – Ясно, – выдохнула я. – А у вас здесь строго. – Это тебе так кажется, – отмахнулась Элара. – На самом деле все очень просто, если постоянно здесь живешь и понимаешь, как существует и работает магия, это не вызывать проблем. – Мне в этом только предстоит разбираться, – призналась я. – И, если честно, я бы не хотела оказаться ведьмой. Элара покосилась на меня. Что-то хотела сказать, но тут нам навстречу вырулила парочка близнецов-драконов – уже знакомых мне. Элли скользнула по мне презрительным взглядом и тут же отвернулась. Эллар чуть задержал взгляд, но в нем, скорее, читалось что-то вроде вопроса: «ты еще здесь?» И, видимо, ответ он дал сам себе. «Она еще здесь». После чего потерял ко мне интерес. – О-о-о, как они на тебя посмотрели, – протянула Элара. – Уже познакомились, полагаю? Я кивнула, но распространяться о нашем знакомстве с близнецами не стала. Вместо этого сказала: – Знаешь, я себя здесь очень неуютно чувствую. Мало того, что узнала, что предыдущие ведьмы куда-то пропадали, так еще и вы тут все какие-то слишком красивые. Прямо как с обложек. Невероятно. А я… – А ты тоже станешь такой, – спокойно заявила моя новая подружка. Я уставилась на нее. – Что значит «стану такой»? У вас делают косметологические операции? – Операции? – удивленно округлила глаза Элара. – О-о-о… Слушай, я так понимаю, в вашем мире вообще магии нет? Вы понятия не имеете, как она работает? – Да, – подтвердила я. – В нашем мире вообще нет магии. – О-о-о, – протянула виверна. – Понятно. Грустно это… ну да ладно. Я тебе сейчас все объясню. На самом деле красавцами тут тоже не все рождаются. То, что ты видишь, – это магические потоки и энергия. Когда начинают развиваться основные силы, а это ближе к совершеннолетию, буквально за год-два, первое, что они делают, – изменяют физиологические структуры. Ну, ты слышала о желаниях? – О желаниях? – переспросила я. Элара кивнула. – Человеческий разум устроен так, что если чего-то очень хочешь, он интуитивно ведет тебя к цели. С магией все то же самое, только развивается все значительно быстрее. Интуитивно все девушки хотят быть красивыми, а парни – привлекательными, сильными… ну и что там еще у них. И потоки, когда выстраиваются уже в магический резерв, первым делом формируют именно это желание. – То есть вы все красавцами не рождаетесь? – я не знала, принесло ли мне это облегчение, но как-то все же стало чуть спокойнее. – Именно, – подтвердила виверна. – Красота приходит со временем, когда энергия стабилизируется. С тобой тоже так будет. Ты изменишься. Ну… в случае, если ты ведьма. – И как быстро протекает этот процесс? – полюбопытствовала я. Она пожала плечами. – Смотря, насколько быстро начнет развиваться твой магический потенциал. Если он у тебя есть. И насколько быстро начнут взаимодействовать с тобой магические потоки. – На самом деле я бы хотела просто быть счастливой, – пробормотала я. Разговаривая, мы уже подошли к кабинету. Элара, открывая дверь, посмотрела на меня и покачала головой. – Это сложнее. Счастье не всегда зависит только от тебя. Оно связано с окружением, событиями, людьми рядом. Внутренняя энергия может помочь, но окончательно повлиять – нет. Слишком много внешних потоков: они постоянно сталкиваются между собой. Она на секунду задумалась и добавила: – С красотой проще. Это внутренний процесс, и он действительно тебя меняет. Не так кардинально, чтобы превратиться в другого человека, но все же. Например, волосы становятся гуще, и если они были просто русыми – могут заиграть серебром или чистым пеплом. В глазах появляется искра, они становятся ярче. Кожа очищается, ресницы темнеют и густеют. В целом тело немного изменяется – в сторону твоих собственных желаний и мечтаний. Ты становишься как бы яркой версией самой себя, – Элара улыбнулась и прищурилась. – Но даже эта красота зависит от потенциала и уровня энергии. – То есть чем их больше, тем красивее ты можешь стать, – догадалась я. Элара, направляясь к первой парте в последнем ряду, кивнула: – Именно так… Видела бы ты императорскую семью! Мы рядом с ними серые мышки. На этих словах мы уселись и замолчали, доставая свои мнеморы – потому что в аудиторию вошел высокий мужчина с русыми, отливающими серебром волосами, со строгим, но спокойным взглядом темно-серых глаз. Он быстро окинул студентов взглядом, остановился на мне и слегка улыбнулся. – Диара Мирская, я так понимаю? Новенькая? Я кивнула. – Магистр Севериан, – представился он. – Преподаю у вас историю мира и происхождение магии. Он посмотрел на остальных. – Ребята, я сегодня кратко повторю пройденные лекции, чтобы новенькая смогла понять общий материал. Думаю, это не затормозит наше обучение, – он снова обратился ко мне: – Диара, вам все выдали для занятий? – Да, – ответила я, немного растерянная его доброжелательностью. – Отлично, – отозвался он. – Тогда начнем. Достаньте мнеморы и внимательно слушайте. Он сделал паузу, дожидаясь тишины, и начал: – В начале всего магического существовал Исток, созданный Госпожой Хаоса – сущностью, вышедшей из вселенной равновесия самого мироздания. Ее вызвали в наш мир древние ведьмы, желая усилить свое взаимодействие с природой и увеличить навыки. Они были уверены, что Госпожа Хаоса наделит их немыслимой силой. И она пришла на их зов. Создала Исток – первоисточник магии, чистую энергию. Вот только Госпожа Хаоса не зря входила в легион высших божественных существ. Создав Исток, она направила его силу не только на ведьм, но и на весь Элириан, посчитав, что так будет справедливо. Люди стали магами, а ведьмы обрели умение пользоваться темными и бывшими им до того запретными силами природы. А чтобы Исток не мог принадлежать лишь одной из сторон, Госпожа Хаоса создала потоки для гармоничного распределения магических энергий. И во избежание вмешательства и поглощения силы напрямую из Истока, то есть оберегая его от вероятного захвата одной из магических сторон, Госпожа Хаоса создала для него стражей – драконов, после чего ушла из нашего мира в дальнейшее странствие по вечности. Магистр сделал шаг вперед, взмахнул рукой – и над кафедрой проявилась проекция черного дракона. Я сидела, слушая и глядя во все глаза. – Изначально драконы не стремились властвовать, – продолжал магистр. – Все, чего они хотели, – это равновесие и мир, ради которых и были созданы Госпожой Хаоса. Они следили за балансом, чтобы силы Истока равномерно проходили по миру Элириана. Но магам, которые получили свою магию, данной силы стало мало. Как, собственно, и ведьмам. Они ожидали большего. И в драконах увидели не просто стражей, а тех, кто якобы завладел всей мощью Истока и не позволяет пользоваться ею в полной мере другим. Они были уверены, что драконы удерживают силу несправедливо и пользуются ею сами. Кстати, они очень долгое время считали, что сила драконов исключительна именно потому, что подпитывается энергией самого Истока. Вспыхнула война. Вот только победить драконов оказалось не так просто – что снова лишь усиливало мнение магов о том, будто те попросту захватили силу Истока себе. За спиной Севериана вспыхнули новые образы – силуэты людей в мантиях. – Кланы магов объединились и заключили договор с ведьмами. Те согласились помочь одолеть драконов в обмен на обещанную им силу Истока. Великий Ковен, некогда и призвавший Госпожу Хаоса, используя мировые темные силы наложили проклятие на парящих. И снова атмосфера аудитории изменилась: над кафедрой появилась новая призрачная картина, на которой можно было видеть падающих с небес драконов. – Драконы лишились не только крыльев, – мрачно провозгласил магистр, – своей связи с небом, дающей им мощь, но и пламени, помогающего против любой магии. Потеряв их, драконы стали обычными магами. Но даже тогда они продолжали сопротивляться. И если бы не ведьмы… – он усмехнулся. – Война, возможно, продолжалась бы до сих пор. Магистр вздохнул, и проекция исчезла. Затем он продолжил говорить: – Теперь ни одна из сил не уступала другой, и тогда, чтобы прекратить кровопролитие, маги и драконы заключили союз. Они решили, что силу Истока нужно разделить: чтобы маги обрели большую власть, а драконы смогли вернуть утраченную мощь и крылья. Севериан окинул аудиторию прищуренным взглядом: – Да-да, мои милые ребята… Маги очень быстро забыли о договоре с ведьмами. Более того, они прекрасно понимали, что договоренность с драконами куда более выгодна и безопасна для них. Можно предположить, что сработал страх: маги поняли, что если ведьмы, обладая лишь частью силы Истока, смогли проклясть драконов, то, получив еще больше энергии, станут владычицами этого мира. А маги и сами были не прочь занять главенствующее место. Он сделал короткую паузу. – Есть и другое мнение: будто маги боялись, что ведьмы снимут проклятие с драконов, как только узнают, что делиться силой Истока с ними никто не собирается. – Севериан усмехнулся. – И да, до сих пор идут споры – собирались ли на самом деле маги делить силу Истока с драконами, или это была очередная ложь, как и с ведьмами… Этого мы уже никогда не узнаем. Маги пригласили ведьм к себе под предлогом подписания соглашения о владении Истоком. А затем – хладнокровно истребили Великий Ковен. Это было предательство. Ведьмы не ожидали его и не были готовы к удару… Великий Ковен был уничтожен. Севериан замолчал на минуту, а потом глухо продолжил: – Только вот маги просчитались. Как оказалось, одна ведьма не пришла. Когда Верховный маг понял это, он тут же направился к Истоку. Каково же было его разочарование, когда он обнаружил, что тот запечатан… Магистр сделал шаг вперед, и на мгновение в воздухе снова вспыхнуло пламя, в котором мы все увидели образ мага, рыдающего над колодцем с Истоком магии. – Да, – протянул магистр. – Оставшаяся в живых ведьма Великого Ковена успела запечатать то, ради чего велась вся эта война и было совершено столь грязное предательство. А сделав это она исчезла. Как показало магическое дознание, ведьма ушла в другой мир. В какой именно проследить не удалось. С тех пор потоки магии в Элириане перестали расти. Мир остался со скудными остатками силы – той, что теперь течет по земле Элириана. Пламя над кафедрой угасло, сменившись двумя знаками – крылом и башней. Севериан сделал паузу и продолжил: – После гибели ковена и потери Истока драконы и маги заключили новое соглашение о партнерстве. Они признали друг друга равными, и у каждой стороны появилась своя империя. Это, конечно, не был доверительный союз, но хотя бы какой-то баланс. Были прописаны правила, нормы и законы взаимодействия, их мы будем изучать позже. Магистр задержал взгляд на каждом из студентов, а потом громогласно заявил: – Запомните: все, что у нас есть сейчас, – лишь осколки той силы, что некогда поступала к нам через Исток. Пока он запечатан, равновесие держится на соглашении магов и драконов. Нарушить его – значит снова обречь Элириан на гибель. Это понятно? – Все равно это унижение, – резко сказал кто-то позади меня. Я оглянулась: за мной сидел темноволосый парень с черными как смоль глазами и безумно привлекательной ухмылкой, которая сейчас дрожала от негодования. – Мы позволили магам диктовать условия. Партнерство? Договоренности? Нет. Это было предательство с самого начала – ведь маги… вы что, думаете, они бы позволили нам вернуть наши силы? Или крылья? Нет. Они бы уничтожили нас, едва бы заполучили высшую магию. Это была хитрая комбинация, и ведьмы ее сломали, запечатав Исток. За это им можно сказать спасибо. Не стоило идти на уступки – мы бы все равно потихоньку одолели этих магов! – Ошибаешься, Джун, – откликнулась девушка с апельсиновыми глазами и задорными веснушками. – Без подписания соглашения война продолжалась бы вечно. Исток запечатан, магии мало. Мы бы всю ее использовали для убийств друг друга! В конце концов она бы просто иссякла, и… что дальше? Ну, исчезли бы маги. А мы, как были без крыльев, так и остались бы. Хотя наиболее вероятно, и мы, и другие магические существа тоже бы исчезли. И то, что сейчас мы в балансе, – итог договоренностей. – А может, правда, кто-то все же сможет найти ту самую ведьму и открыть Исток? – нахмурился Джун. – А ты не думаешь, что это снова приведет к войне за его ресурсы? – холодно поинтересовалась Лика. – Война за ресурсы и так идет, – протянула девушка-блондинка с волосами, переливающимися от сероватого до искристо-синего оттенка. И глянула на парня. – А наиболее активными участника в этой борьбе как раз выступает тени. Ваши пикси так стараются найти ведьму, что уже все поняли – вы хотите завладеть Истоком. – Ты бы рот захлопнула, Дари, – бросил черноволосый, и в его глазах забурлила буря. – Мы, в отличие от вас, просто не смирились с потерей крыльев. И да, мы хотим найти ведьму – но для всех, чтобы снять это гребаное проклятие! А такие, как ты, прихвостни сумрачных, давно с потрохами продались магам. Ах да, вы же еще боитесь, что сам сумрак потеряет место у подножия короны – тогда и ваши насиженные стульчики полетят. Блондинка изменилась в лице, вскочила, в ее глазах взорвался шторм: – Что? Повтори, что ты сказал, тень! И вы и эти мракоделки – одного поля ягоды. Все вы стремитесь к одному – заполучить больше власти через Исток! Парень тоже вскочил. – Повтори, с кем ты нас сравнила? Девушка собиралась было ответить, но тут же обоих студентов окутал туман – ледяной, прошедший по всей аудитории и заставивший всех поежиться. Послышался визг, а следом спорящих ребят буквально сковало и пригвоздило к стульям тонкой коркой инея. От увиденного я просто обалдела. – Что это?.. – прошептала испуганно. – Грозовой туман, – тихо ответила Элара. – Магистр Севериан – туманный дракон. И хотя мужчина он добрый, но вот такого не любит… Магистр в это время мрачно прошел по аудитории и остановился между разругавшимися студентами, у которых разом пропал пыл: девушка дрожала от холода, сковавшего ее, а парень рычал, как лев, все еще пытаясь освободиться. Севериан хмуро взглянул сначала на одну, потом на другого, а в следующий миг обоих полностью накрыло туманом – и они пропали. – Всем повторять тему! Задание на следующую лекцию прочтете в мнеморе, – холодным, каким-то внезапно ставшим ледяным тоном произнес магистр и быстро вышел из кабинета. – Что произошло? – тихо спросила я. Элара вздохнула: – Судя по всему, он направил ребят к ректору. Там будут разбираться дальше. – И часто у вас такое бывает? – поинтересовалась я. Девушка передернула плечами: – Бывает. Находит коса на камень. Здесь две стороны: сторонники бывших фаворитов короны и приверженцы нынешних ларконов. Кто-то поддерживают тень в их стремлении найти ведьму, другие стоят на стороне Ксаррин и считают, что это уже невозможно и все попытки – лишняя трата магической энергии, которой сейчас в мире мало. Подобные споры, особенно в стенах академии, не допускаются. Ребята за нашими спинами тихо переговаривались, осуждая произошедшее. – Вообще-то все это щекотливые темы… и такие обвинения, – вздохнула Элара. – Отработка у ребят будет та еще, – шепотом сказал кто-то позади нас. Я оглянулась. Через парту сидел сероглазый паренек с яркими русыми волосами и серебристыми глазами. Думаю, не стоит уточнять, что был он более чем симпатичный. И взгляд у него – просто сногсшибательный. – Меня, кстати, Тирри зовут. – Ты, как и магистр Севериан, туманник? – уточнила я. Он кивнул: – Точно. И если что – у нас нейтралитет. Ни тех, ни других не поддерживаем. Мы за мир во всем мире! Элара рассмеялась. – А ты ведьма, – уверенно выдал Тирри, глядя на меня. – Жалко тебя… – Это почему? – полюбопытствовала я. – Ну как же… – он покосился на Элару. Та махнула рукой: – Да знает она уже, что прошлые ведьмы пропали. – Прямо все? – насторожилась я. Тирри кивнул и перешел на совсем глухой шепот: – Но ты не подумай… Пикси, на самом деле, ничего такого с ними не делали. Я слышал, что все эти ведьмы создали тайное сообщество и теперь собираются… – он оглянулся, проверяя, не подслушивает ли кто. Нас не слушали – ребята вокруг бурно обсуждали то, что произошло в аудитории. И Тирри продолжил заговорщическим шепотом: – Очередное проклятие… для… – он осекся, а потом зловеще добавил: – Уже магов. И расхохотался. – Дурак ты! – щелкнула его по носу Элара. А парень лишь подмигнул ей. – А что я?! Если так посудить, то это ведь маги предали ведьм, а не драконы. Так что, думаю, теперь проклясть нужно уже их… – он подмигнул мне. – А по поводу исчезновений, Диара, не верь. Просто не те ведьмы были. Значит – их домой отправили. Что им здесь делать? А слухи эти распускают ларконы. Им выгодно, чтобы попавшие сюда ведьмы боялись становиться ведьмами. «И то верно, – подумала я. – Ларконам точно не выгодно, чтобы здесь появилась сильная ведьма, которая смогла бы открыть Исток. Значит все, что мне нужно, – просто не быть той самой ведьмой!» В этот момент раздался звуковой сигнал, оповещающий о завершении лекции. – Идем, не переживай… Если не ведьма – значит, отправишься домой, в свой мир, – поддерживающе заявил мне Тирри. Я сунула мнемор в сумку и, уже более успокоенная и довольная, вышла из аудитории. Но не успела сделать и пары шагов, как меня прямо в коридоре перехватил Рейнер. – Идем со мной, – сказал он коротко, в приказном тоне, даже не поздоровавшись. Я оглянулась на Элару – она удивленно смотрела на парня и уже, судя по приоткрытому рту, собиралась возмутиться. Он сверкнул на нее черными глазами и, прищурившись, произнес: – У нас с ней дело. Приказ ректора. Что-то против хочешь сказать? Элара рот захлопнула, отступила и, глянув на меня сочувственно, поспешила догонять Тирри. А я вздохнула и поплелась следом за Рейнером. Мы прошли по длинному коридору и спустились в полутемный зал с высоким потолком. Судя по виду, это была лаборатория. На полках – десятки пузырьков, колб и сосудов с мутными жидкостями. Воздух пах горькими травами и металлом. Рейнер взял со стола склянку и, повернувшись ко мне, протянул: – Выпей. Я не была любительницей пить невесть что, да и вид мутной зеленовато-серой субстанции оптимизма не прибавлял. – Что это? – настороженно спросила я, не торопясь брать склянку в руки. – Неважно. Просто выпей, – приказал Рейнер. – Нет, – качнула я головой. – Я не буду пить то, чего даже не знаю. В следующий миг он оказался слишком близко. Его пальцы сомкнулись на моем запястье. – Я сказал – выпей. – Рейнер! – выдохнула я, пытаясь вырваться. – Ты не имеешь права заставлять меня!.. – Имею, – холодно заявил он, еще сильнее сжав мою руку. – И если не хочешь по-хорошему… Он рывком притянул меня к себе и что-то произнес – гортанно, на выдохе. У меня в голове закружилось, а все тело вдруг стало ватным и непослушным. Я внезапно превратилась в безвольную куклу в руках парня. Из кармана у меня вылез Эфи и остервенело закружил над головой Рейнера. Тот вскинул на него взгляд и что-то прошептал. Эфирик с тихим звуком шмякнулся на пол, выпучив глаза. Рейнер же вцепился в мою челюсть и заставил раскрыть рот. Я совершенно не могла сопротивляться. Понимала, что на меня воздействуют магией – и ничего не могла сделать. В следующий миг в меня влили весь настой из склянки и зажали рот ладонью. Горькая, жгучая жидкость обожгла язык и горло. Я закашлялась, задыхаясь. Глаза заслезились – от горечи, бессилия и обиды. – Ты… – вырвалось у меня. Голос дрогнул. – Я все расскажу ректору! Алекс должен знать, что ты… Рейнер усмехнулся, не отпуская меня из своих рук. – Расскажешь? Пожалуйста. Но что ты скажешь? Что я дал тебе средство, способное выявить твои способности? И что в этом такого? – Ты не имел права! – выкрикнула я в отчаянии. Он склонился ближе, язвительно усмехнувшись прямо мне в лицо: – Я всего лишь хочу убедиться, что ты ведьма. Этот препарат не причинит тебе вреда. Он только покажет то, чего ты сама о себе не знаешь. Кстати, ты уже можешь шевелиться… И он отпустил меня. Я пошатнулась, но устояла. Да, я действительно могла шевелиться, вот только… Меня свернуло спазмом. Внутри. Словно огромная пружина напрягла все внутренности, готовая вот-вот выпрямиться, и что-то выплюнуть из меня. Я чувствовала, как по этой самой пружине разливается ощутимое тепло. Оно медленно растеклось по желудку, а потом начало проникать во все тело – тянуться по венам, просачиваясь в кожу и кости. После чего меня бросило в жар. Рейнер же спокойно вернулся к столу и взял в руки небесно-голубой кристалл. – Потерпи немного. Сейчас проверю наличие сил и энергии, посмотрим твое вероятное взаимодействие с потоками – и все будет хорошо, – произнес он ровным голосом и повернулся ко мне. – Не подходи, – прошипела я, ощущая, как вместе с жаром меня накрывает невероятной злостью. Слезы обиды жгли глаза, а от ярости, что меня заставили сделать то, чего я не хотела, в висках болезненно стучало. – Иначе что? – ухмыльнулся Рейнер. И вдруг его лицо изменилось – стало напряженным. По воздуху лаборатории прошла невидимая, но ощутимая волна, всколыхнувшая магические фонарики под потолком и заставившая звякнуть все склянки и стеклянные колбы на столах лаборатории. А потом тени в углах зашевелились. Ожили – и потянулись к нам. У меня от ужаса волосы на голове зашевелились. Рейнер побледнел, глаза парня расширились. Кристалл с мягким звоном выпал из его рук. Он метнулся к окну и распахнул створки настежь. Холодный порыв ветра ворвался внутрь, пытаясь рассечь тьму. Рейнер начал что-то быстро говорить, делая пассы руками. Но тени все равно тянулись… Я же буквально оцепенела на месте. Но всего на пару секунд. Я быстро поняла, что это мой шанс… Шанс сбежать отсюда. Бросилась к Эфи, схватила его на руки и выскочила из лаборатории, слыша, как за спиной Рейнер, закашлявшись, все же успел выкрикнуть: – Стоять, Диара! Стоять, я сказал! «Ага, сейчас же», – подумала я, несясь с Эфи в руках по коридору. Однако стоило мне вылететь в холл, как сферон на моем запястье ожил. Кристальная сфера вспыхнула мягким светом, и перед глазами появилась надпись: «Диара Мирская, немедленно в кабинет ректора Алекса!» Я взглянула на прижавшегося к моей руке Эфи и, вздохнув, направилась к ректору.