Глава 7

Кабинет ректора утопал в полумраке. Высокие окна затягивали тяжелые шторы. На массивном столе из черного дерева горела единственная лампа, и ее свет ложился резким пятном на бумаги. Алекс сидел, сцепив пальцы, и глядел в них, с трудом сдерживая злость. Он старался не смотреть на своего визитера, чтобы попросту не проклясть его от ярости. – Ты зашел слишком далеко, Рейнер, – произнес ректор тихо, но голос предательски зазвенел от рычания. – Эксперименты на ведьме – в первый же день! Я ведь тебя предупреждал. Или хочешь, чтобы она, как и предыдущая, сбежала? Хорошо хоть догадался сразу сообщить. Ты вообще понимаешь, что сделал? А если она действительно ведьма? Ты запустил в ней процесс раскрытия дара – и не закрыл его! И она просто ушла домой. Рейнер стоял у шкафа, лениво перебирая старые книги. Он даже не повернулся к дяде, пропуская мимо ушей убийственный тон. – Если она не ведьма, то с ней ничего не произойдет, – сказал парень спокойно и даже отчасти равнодушно. – А если ведьма… я не думаю, что случится что-то действительно опасное. Она же ничего о колдовстве не знает… Зато мы уж в ближайшее время узнаем, есть в ней чары или нет. Меня больше интересует другое: почему эксперимент чуть не сорвался. Я не вызывал теней – они вышли сами. И вышли явно на защиту ей. Такое ощущение было, словно моя собственная стихия пошла против меня. – Уверен, что не было призыва? – строго посмотрел на него дядя. – С тебя станется и теней привлечь. Рейнер обернулся, его губы скривила скептическая ухмылка. – Ты все еще сомневаешься во мне и моих знаниях? Думаешь, я мальчишка, не способный контролировать собственную стихию? Алекс передернул плечами – тон племянника ему не нравился. Как не нравились и его эксперименты. Слишком уж он торопился… Как бы не напортачил чего. – Успокойся, это всего лишь предположение. Я должен тебя контролировать, тем более что девочка и правда необычная… Не знаю, что там в ней, но что-то точно есть. – Ааа, вот! – протянул Рейнер, направляясь к креслу и вальяжно устраиваясь в нем, закидывая ноги на небольшой столик. – Ты уже тоже замечаешь… а я говорил! Алекс раздраженно посмотрел на ботинки племянника и поморщился. Тот понял – и ноги со столика убрал. Ректор откинулся на спинку кресла. – В ней лично я ничего не заметил, а вот события вокруг девочки – не совсем обычные… – Ты что имеешь в виду? – поинтересовался Рейнер. – С ней что-то еще любопытное произошло? Ректор кивнул. – М-да… Знаешь, я отправил ее на отработку в склеп предков. – Ты всех их туда отправляешь, – вяло отозвался племянник. Алекс ухмыльнулся. – Отправляю всех… Но только она уверяет, что видела там призрака. Рейнер замер, насмешливое выражение стерлось с его лица. – Призрака? – переспросил он. Ректор задумчиво кивнул. – Именно. Молодая девушка, в сером платье, серые глаза… Ни на какие мысли тебя не наталкивает? Рейнер пристально смотрел на дядю. – А она что о призраке рассказала? Он с ней говорил? Алекс вяло качнул плечами. – Нет. Девчонка испугалась и сбежала. Пришлось вернуть ее обратно в склеп. Правда, там уже никого не было. Я все еще не уверен, что девчонка мракоделка, но то, что к ней тянутся темные сущности, – это точно. Рейнер постучал костяшками пальцев по подлокотникам кресла. – Любопытно… И что это значит? Алекс хмыкнул. – Хотел бы я знать. Я на всякий случай еще раз назначил ей отработку – там же, в склепе. Рейнер закатил глаза: – И после этого ты еще выговариваешь мне за то, что я проверял ее на проявление колдовства! Дядюшка, да мы с тобой одной крови… – Даже не напоминай, – раздраженно выдохнул тот. – Но кем бы ни была эта девочка, я хочу посмотреть, что произойдет дальше. Если призрак с ней заговорит, это могло бы решить очень многие наши проблемы. Рейнер скривил губы. – Или создать новые… Еще неизвестно, что именно она может начать говорить. Алекс порывисто выпрямился, сверля племянника взглядом. – Именно поэтому не спускай с девчонки глаз. Кстати, ты зачем эфирика ударил? Ты же знаешь, какие они эмоциональные и до гроба могут быть мстительными… Рейнер отмахнулся. – Это всего лишь Эфи, он лез под руки… Завтра помирюсь с ним. – Он поднялся с кресла. – Это все, что ты хотел сказать? Тогда я пойду. У меня на эту ночь есть дела поинтереснее, чем посиделки с тобой. Он развернулся, направляясь к двери. – Твои «дела» случайно не Мади зовут? – холодно бросил ему вслед Алекс. – Ты бы с ней поосторожнее. С ее отцом могут быть проблемы. – С Мади все закончено, – спокойно заявил Рейнер, берясь за ручку двери. – Ты бы вообще прекратил эти свои брачные игры, – сухо заметил Алекс. – И эксперименты тоже. Ты заигрываешь с тьмой. У тебя уже тени выходят из-под контроля! Это становится опасно не только для тебя, но и для вероятной ведьмы. Если сумрачные узнают… сам понимаешь, чем это закончится. Рейнер замер у двери. Медленно повернулся к дяде. – У меня почти получилось, Алекс. Если бы она не сбежала, я, вероятно, смог бы провести анализ. Я создал очень хороший рецепт… Уникальная структура способная вывести на свет любую магию. – Угу, – мрачно выдал ректор. – И теперь Диара с этой структурой в себе ушла в другой мир. Чудесно. Будем надеяться, что она и правда не ведьма и не выкинет чего-нибудь… – Дядя… – протянул Рейнер, но не успел договорить. – Я тебя предупредил! – резко оборвал его Алекс. – Свободен. Парень отвернулся и вышел из кабинета, хлопнув дверью. *** День начался тяжело. Я едва разлепила веки. Казалось, будто и не спала вовсе: тело было ватное, в голове легкое кружение, а внутри такая усталость, словно я всю ночь где-то бродила. Хотелось закрыть глаза и поспать еще хотя бы час. Будильник продолжал настойчиво звенеть, напоминая, что пора на учебу. И хотя лекции у меня сегодня были только после трех, а значит, будильник вещал о времени уже за полдень, я все равно чувствовала себя сонной. Но пропускать было нельзя – меня все еще ожидал ректор Владлен Стахович. И лучше, если я все-таки с ним встречусь. Только эта мысль и заставила меня подняться с кровати. Эфи, растянувшийся на подушке, благостно зевнул. Ему-то хорошо – сейчас заползет ко мне в карман и будет дальше посапывать. Вот уж кому можно позавидовать. Хотела бы я поменяться с ним местами. Я, зевая, прошла в душевую, вяло умылась, оделась, кое-как собрала сумку и вышла из квартиры. На улице снова моросил дождь – мелкий и противный. В небе плотно нависли серые, мрачные тучи – такие же, как мое настроение. Я медленно шла по тропинке и ловила себя на мысли, что она будто не кончается. Или я просто слишком медленно иду. Когда, наконец, показалось здание института, я облегченно выдохнула. У входа меня окликнул Тим: – Привет, красотка! Как дела? – Так себе, – буркнула я. – Эй, ты в порядке? – он наклонился ближе, вглядываясь в мое лицо. Я попыталась улыбнуться: – Почти. Просто не выспалась. – И чем ты всю ночь занималась? – с легким подколом и неявным подозрением поинтересовался парень. – Спала, – нехотя ответила я и добавила: – Хотя ощущение, будто этой ночи вообще не было. Тим, я просто жутко уставшая… и, кажется, опоздала на лекцию. Он кивнул. – Опоздала. Надеюсь, к выходным отоспишься и прийдешь вовремя. Ты ведь помнишь, что у нас встреча? – Помню, – ответила я и подумала, что было бы классно хоть немного отдохнуть от этой сумасшедшей недели. Тим, скорее всего, что-нибудь придумает и хотя бы на вечер вытянет меня из бешеной карусели учебы. Все-таки два института сразу – это уже слишком. А мне еще и отработку припаяли… И, видимо, это стало последней каплей для моего и без того загруженного организма. Сегодня у меня, кажется, уже не осталось сил вообще ни на что. Тим еще что-то хотел сказать, но я махнула рукой: – Пойду я, – и скрылась в здании. На лекции я буквально засыпала. Голова была тяжелая, и я то и дело роняла ее на грудь. Мысли путались, не давая сосредоточиться на словах преподавателя, а глаза упорно слипались. На грани сна я вдруг вспомнила про мнемор. Он ведь у меня с собой… Я не доставала его из сумки с самого утра. Может, и здесь он будет работать. Достала артефакт и коснулась его пальцем. Поверхность вспыхнула мягким светом, перед глазами быстро мелькнули все названия лекций в Академии Илинарии. Но, видимо, не найдя нужную, экран окрасился синим, а следом на нем проявился вопросительный знак и надпись: «Подключиться к новой сессии?» Не раздумывая, я нажала «да». В следующую секунду на экранчике появилась новая строка с названием моего предмета, а потом, строчка за строчкой, начали проступать слова. Все, что произносил преподаватель, автоматически записывалось в артефакт. – Чудесная вещица… – пробормотала я и, довольно улыбнувшись, опустила голову на парту. Сон накрыл мгновенно. Я даже не услышала звонка. Сознание вернулось только тогда, когда кто-то настойчиво позвал меня и тронул за плечо. – Дайка! Да-айка! Я нехотя открыла глаза и подняла голову. Рядом со столом стояла однокурсница Вера. – Дайка, ты чего? Лекция уже закончилась. Я выпрямилась, моргнула, зевнула. – Просто много занималась… не выспалась, – пробормотала, оглядываясь и пытаясь собрать себя в кучу. Аудитория была пуста – все уже ушли. – Идем, а то и на следующую лекцию опоздаешь, – кинула мне Вера и направилась к двери. Я лениво поднялась и взглянула на мнемор. Хорошо, что в нашем мире хватает всевозможных гаджетов – Вера даже не обратила внимания на мой артефакт. А он уже погас. Я нажала на экранчик, и перед глазами мелькнули ровные строки записи лекции. «Прекрасно. Дома прочитаю», – подумала я, закидывая мнемор в сумку и направляясь к выходу. Коридор гудел голосами студентов, но я не обращала на это внимания. Перед глазами все плыло, в голове шумело. Это надо же – так себя загнать. Мне действительно нужен отдых. Вот только как его себе устроить при таком графике?.. Я вздохнула. Еще и к Владлену нужно зайти. Плюнув на оставшиеся лекции, я направилась к ректору. Поговорим, о чем он там хотел, – и домой. Спать. Успею я еще поучиться. Вот только кабинет Владлена оказался пуст. Даже в приемной никого не было – секретарь тоже отсутствовала. Я немного постояла у двери в ожидании, потом развернулась и направилась прочь – с твердым ощущением, что сегодня определенно не мой день. И вообще, не стоило выползать из кровати. С другой стороны, ощущение, что ректора я все-таки увижу – только уже дома, – становилось все сильнее, перерастая в твердую уверенность. «Ну что ж, дома – так дома». От усталости мне было уже все равно. Я просто хотела спать. Правда, у судьбы, как оказалось, были совсем другие планы. На крыльце, едва выйдя под моросящие капли дождя, я столкнулась с самим Владленом. – Ой… добрый день, – растерянно выдохнула я. – А я к вам заходила… а вас нет… никого там нет… Он медленно повернулся и посмотрел на меня. – Добрый день, Диара. Что значит «меня нет»? И где же я, по-вашему? Ректор мягко улыбнулся. – Вы тут… – выдала я. – Угу… – он пригляделся внимательнее. – Вы хорошо себя чувствуете, Диара? – Да, – слишком быстро и резко ответила я, а потом поспешно добавила: – А вы, о чем хотели со мной поговорить? Взгляд Владлена стал еще внимательнее. – Вы выглядите немного рассеянной. – Учеба… усталость… недосып, – призналась я. Ректор покачал головой. – Так много задают? – Немыслимо, – само собой сорвалось с губ. Он на мгновение задумался, потом произнес: – Очень интересно… Год только начался, программа у вас не сложная… Но выглядите вы и правда неважно. Знаете что, Диара, – я провожу вас. По пути поговорим. Я мгновенно очнулась. – Проводите? Домой? – Ну… да. – А родителей еще дома нет! – выпалила я. Он моргнул, слегка откашлялся. – Диара, вы точно нормально себя чувствуете? – спросил с неподдельным сочувствием. – Я для начала хотел с вами побеседовать. – Я просто не выспалась, – тихо ответила я. – Но домой могу дойти самостоятельно, совсем не нужно меня провожать. – Угу, – снова сказал он и пристально посмотрел мне в лицо, будто пытаясь разглядеть какой-то недуг. – Знаете что… пожалуй, мы отложим наш разговор. Ступайте домой и хорошенько отоспитесь. Вы и правда выглядите очень уставшей. Я облегченно выдохнула, развернулась и побыстрее направилась прочь от ректора, размышляя о том, что порой он бывает слишком заботлив к студентам. И вот от этой «заботы» становилось тревожно. Прямо кошки на душе скрести начали. Я быстро спустилась по ступеням и… Богини, я сегодня вообще дойду до дома? Ведь прошу-то немного – кроватку и одеяло. Всего-то часика на два-три. Но нет же. Прямо на нижней ступеньке меня перехватил Тим. Он искренне, по-доброму улыбнулся – и протянул небольшой букет. – Это тебе. Просто так. Цветы были мокрые. Тим – тоже. – Спасибо… – сказала я, принимая подарок. – Но не стоило. – Стоило, – отмахнулся он. – Пойдем в ближайшую кофейню? Я видел новую за углом – говорят, там классное кофе. Выпьем, согреемся. Я хотела отказать. Но, посмотрев на мокрого Тима, на букетик, с которым он, наверное, стоял под дождем, поджидая меня, – как-то неловко стало. А он еще и смотрел с таким ожиданием, что я все же кивнула: – Хорошо. Пойдем. Попробуем их кофе. Кофе оказался действительно вкусным. Да и кофейня приятная – небольшие столики, зеленый уголок и аромат корицы, витавший в воздухе, смешанный с запахом свежесваренного кофе. Тим был разговорчив, шутил, пытался меня рассмешить, но я ловила себя на том, что его слова проходят мимо, и я постоянно теряю нить разговора. Даже крепкий кофе не помог – сонливость не проходила, а, наоборот, становилась сильнее. – Ты плохо себя чувствуешь? – спросил Тим, заметив, как я оперлась локтем на стол. – Я все еще хочу спать, – пробормотала я. – Неужели даже кофе не взбодрил? – попытался пошутить он. Я подняла на него усталые глаза. – Взбодрить меня может, видимо, только сон. Причем как можно более длительный… – Понял, – вздохнул Тим. – Просто я очень хотел посидеть с тобой. До выходных… – Тим, – устало выдавила я. – Давай действительно до выходных. Он кивнул. От кафе мы шли молча. Тим, кажется, понял, что я не в состоянии поддерживать разговор. А я просто не хотела говорить – не было сил. А ведь еще правила Академии учить… Я поежилась – то ли от моросящего дождя, то ли от самой этой мысли. Наверное, все же от мысли, что снова придется встретиться с Рейнером и убираться в склепе… От последнего вообще мороз по коже шел. У поворота на мою улицу Тим обнял меня и попытался поцеловать в щеку, но я опустила голову – и поцелуй пришелся в затылок. Парень смутился и отступил. – Тогда пока, – сказал он. – Высыпайся. – Пока, – кивнула я. Тим махнул рукой и направился прочь по улице. Я отвернулась и побрела к дому, чувствуя, как тяжелыми становятся не только веки, но и ноги. Они словно налились свинцом, и я еле переставляла их, с усилием делая каждый шаг. «Надо же, никогда так не уставала», – подумала я, приподняла голову… и остановилась. Перед моим подъездом сидел старик. Тот самый – в шапке с полями, сером плаще, очках и шарфе, закрывающем нижнюю часть лица. Он сидел на лавочке и изредка оглядывался, судя по всему, кого-то ожидая. И почему-то мне показалось, что этот «кто-то» – именно я. Сонливость мгновенно слетела, уступив место настороженному страху. Я не могла объяснить его причину – просто внутри будто что-то развернулось и больно стукнуло в правый висок. «Чего это я? – мелькнула мысль. – Старика, что ли, испугалась? Вот до чего доводят потусторонние порталы и все эти иные миры… Уже сама боюсь невесть чего и кого… Хотя кого мне, собственно, бояться?» И все же подходить к подъезду я не спешила. Стояла у дерева, прижимала к себе букетик Тима и смотрела на старика. Он сидел спиной ко мне и, кажется, не замечал – только вертел головой. Чтобы увидеть меня, ему пришлось бы повернуться градусов на девяносто. Я продолжала стоять. Дождь усиливался. Я встряхнула с волос капли и уже собралась все-таки пойти к подъезду. В конце концов, ну что этот старик может мне сделать? И вдруг с другой стороны дома, на аллее, появился мужчина с черным зонтом. Владлен. Я тут же узнала ректора. Неужели он все же решил прийти к нам домой? А я уж было понадеялась, что после нашей встречи у института он отложит посещение моих родителей. Владлен шел медленно, сосредоточенно глядя перед собой… вернее, нет – он смотрел на старика. Эфи в моем кармане зашевелился и высунул один глаз. – Чего стоим? Промокли уже… – пробурчал он, а потом резко напрягся. – Странное что-то в воздухе… Я и сама это ощущала. Дождь значительно усилился. Я юркнула ближе к дереву, прячась под тяжелыми ветками. И теперь уже точно никуда не торопилась. Владлен тем временем приближался к старику. Тот заметно занервничал – заерзал на лавке, стал чаще оглядываться. Ректор шел уверенно, и я заметила, что с каждым шагом он будто меняется: походка становилась все более твердой, да и сам он словно выпрямлялся, становясь выше. Старик замер. Медленно встал и сделал какой-то необычный пас руками… В следующий момент дождь перешел в ливень, заглушив все звуки улицы. Владлен опустил зонт – и тут произошло нечто совсем странное. Или мне показалось сквозь пелену дождя?.. Зонт будто растворился, растекаясь лужицей на асфальте, и через секунду та вытянулась вверх, превращаясь в изящную трость. Владлен шел дальше, опираясь на нее. Я застыла. Все вокруг изменилось – свет вечерних фонарей поблек, теряясь в плотных полосах дождя. И сквозь эту пелену мне показалось, что изменилось и лицо Владлена. Всегда добродушный, порой сердившийся на нашу неуспеваемость, но с неизменным сочувствием во взгляде – теперь он выглядел мрачным и чересчур строгим. И глаза… Я отчетливо видела – они потемнели. Не просто потемнели – стали совершенно черными. Без белков. Без радужки. Мне стало жутко. Я прижалась к стволу дерева, стараясь не двигаться. И тут громыхнул гром – небо разрезала яркая молния. Настолько ослепительная, что я на секунду перестала что-либо видеть. А в следующий миг все вернулось… моя улица, аллейка, подъезд. Но старика на скамейке уже не было. Как и внезапно прекратился ливень, мгновенно перешедший в легкий, почти незаметный дождик. – Вы чего здесь стоите, Диара? – проговорили совсем рядом со мной. Я вздрогнула так, что едва не подпрыгнула. У дерева, с другой стороны, стоял Владлен. С самым обычным черным зонтом в руке. – Решили простыть? Сейчас же идите домой, – строго произнес он. Я смотрела на него, ощущая бешеное биение сердца. Эфи в кармане тихо пискнул. – Я… я… – голос сорвался на хрип от неожиданного появления ректора, и я выдала: – Вы откуда здесь? Владлен чуть нахмурился. А я стояла и вглядывалась в его лицо. Это был наш обычный ректор – с привычным, простовато-добродушным выражением. – Я к вам шел, – спокойно ответил он. – У меня разговор к вашим родителям. «Ооо… – я внутренне застонала. – Дождалась». – Разговор… – протянула я, все еще глядя на него широко распахнутыми глазами. Все бы ничего, бог с ним, с этим разговором. Пусть хоть что там обсуждают. Я в новом учебном году еще ни разу не пропустила занятия, а хвосты за прошлый год летом подтянула. Вот только одного я не могла понять – то, что видела минуту назад… Это все мне причудилось? Нет. Такое не может привидеться. – Кто вы? – тихо спросила я. Владлен удивленно приподнял бровь. – Что вы имеете в виду? Я нервно сглотнула. – Просто… мне показалось, что вы… ваш зонт… как будто… что-то изменилось. А там еще старик сидел, и тут молния… и все исчезло… Во взгляде ректора появилось внимательное сочувствие. Он осторожно взял меня под локоть. – Мне кажется, вы слишком переутомились, Диара, – произнес он мягко. – Пойдемте. Я отведу вас домой. И я, сама не понимая почему, подчинилась. Мы молча шли к дому. Дождь стихал. Нигде не гремело, не сверкало, а лавочка у подъезда была пуста. Возле двери квартиры Владлен чуть кивнул, пропуская меня вперед. Я провернула ключ в замке, ощущая, как дрожат пальцы, и вошла. А следом вошел ректор.