Глава 15 · Лишь пыль

Халли

На следующее утро травы и подлесок покрылись инеем, и с каждым шагом Халли и Бена по роще разлетался приятный хруст. Это был самый громкий звук в окружающей их тишине. Воспоминания о том дне трехлетней давности не давали Халли раскрыть рта. Она не знала, почему Бен так молчалив, но с тех пор как он очнулся, Нагс по большей части держал рот на замке.

Они шли по маршруту, который им указал Зик, не менее четверти часа. Иногда Халли жалела, что не купила себе настоящие работающие карманные часы, но это случалось только в подобные моменты. Она провела большим пальцем по крышке своих сломанных.

Пока они шли, она прокручивала в голове последний отрывок из книги «Врата времени». По крайней мере, это отвлекало.

«Врата времени, в честь которых названа эта книга, до сих пор вызывают у меня любопытство. Изучив их издалека, я крайне мало узнал об их силе и предназначении на этой планете, Ялвы также не очень охотно говорят об этом артефакте, поскольку он имеет отношение к их религии, хотя не все туземцы неукоснительно следуют предписаниям и законам своего бога относительно Врат».

Что ж, слова Джаспера Моргана занимали не меньше самих Врат. Халли читала о Сущностях и том немногом, что имелось на тему ялвов в университетской библиотеке, но ни в одном тексте не упоминались Врата.

«Самое большее, что я могу выудить у нынешнего Лорда-старейшины, — это: «Анохем каратэн амха Торо». Пусть я хорошо знаю их язык, но не могу перевести ничего, кроме имени бога — Торо, То же самое можно сказать и о надписи на камнях Врат: «Анора яс эсс Ва-нактр», Я полагаю, она как-то связана с Сущностями, но эти существа, как и Врата, пока остаются для меня загадкой».

Больше всего ее заинтриговали фразы, которые даже Морган не смог перевести. Язык, несомненно, существовал еще до высадки, но если автор книги понятия не имел, что означают эти слова, то как Халли могла надеяться понять их? А еще он говорил, что Врата и Сущности связаны между собой.

Звезды. Вот бы они уже были в Миррае. Тогда она могла бы задать все интересующие ее вопросы.

Она переводила эти абзацы несколько часов, когда Зик лег спать. Халли до сих пор недоумевала, зачем профессор Кристи дал ей книгу, если даже она не могла расшифровать некоторые слова. Как это должно было помочь ей в работе с ялвами?

Они с Беном продолжали поиски. Солнечный свет пробивался сквозь деревья и освещал природу вокруг.

— Такой красивый цветок, — заворковала Халли, глядя на красно-золотое растение перед собой. Оно было похоже на две звезды разной формы, которые наложили друг на друга, с золотым подтоном. Она остановилась и достала свой блокнот и карандаш. Бен тоже остановился и оглянулся.

— Мы будто в сон попали, верно? — спросил он, убирая в кобуру свой электропистолет. Бен протянул руку и коснулся цветка. — Поневоле задумаешься, почему мы до сих пор не исследовали этот континент.

Перейдя на новую страницу, она улыбнулась ему.

— Я бы сказала, что Штормовой залив и драконы могут отпугнуть слабонервных.

Он рассмеялся.

— Ага. Я до сих пор не могу поверить, что вы с Кейсом столкнулись с чем-то подобным и остались живы. Интересно, как ялвы справляются с ними?

Халли высунула язык, быстро набрасывая контур звездного цветка. Джек вечно дразнил ее, что однажды она откусит его.

Халли прогнала воспоминания о его смехе.

«Сосредоточься на цветке. Сосредоточься на лепестках».

Ей хотелось бы знать, что это за вид. После того как она набросает рисунок, надо сорвать несколько штук с собой. Их можно было бы положить в чашку, украсить ванную. Возможно, Кейсу это покажется глупым, но сейчас он был занят тем, что заправлял корабль вместе с Эббой.

— Я все еще в таком же шоке, что и ты. — Халли закончила свой набросок и вернула принадлежности в сумку, а затем сорвала несколько цветов. — Но у ялвов есть своя сила, какой бы она ни была. Возможно, время от времени она пригождается.

— Верно, — пожал плечами Бен. — Думаю, скоро мы это узнаем.

Они прошли еще немного и наконец нашли одну из статуй, о которых рассказывали Зик и Кейс. Халли зарисовала ее на том же листе, что и цветок, после чего они продолжили путь, находя все новые статуи.

Они уже закончили осматривать одну из них, более разрушенную и заросшую, чем предыдущие, когда Халли краем глаза что-то заметила: сквозь деревья пробивался свет, похожий на отражение.

— Кажется, это оно! — Она указала на отблеск.

Когда они пробрались между деревьями, от открывшегося перед ними зрелища у нее скрутило живот и выступили слезы. Строение было высечено в скале, как и говорили парни. А вот сияние, отражающее ранний утренний свет, был похож на блики зуприума.

— О звезды, — прошептала Халли. — Поверить не могу, что вижу это своими глазами. Настоящий ялвенский храм.

Щелк.

Халли повернула голову, обшаривая взглядом землю и окружающие деревья. Ничего. Ни животных, ни падающих листьев или веток. Бен вытащил пистолет, с его дула посыпались искры.

— Что это было? — спросил он, держа палец на спусковом крючке.

Мимо пролетела птица рубинового цвета и приземлилась на ветку дерева недалеко от них. Они подождали минуту, другую, третью, но больше ничего не двигалось.

Халли медленно выпустила воздух, и ее тихий выдох присоединился к легкому ветерку, обдувающему щеки.

— Наверное, просто ветка упала?

Они повернули обратно к строению, и Халли разглядела слова, выгравированные на первой арке.

— Звезды, это действительно потрясающе. Только взгляни. Вероятно, этот диалект появился… ну, гораздо раньше, чем человечество впервые высадилось на Ялваре.

Каждая буква была в высоту с ладонь, края некоторых стерлись со временем.

Бен не выпускал из рук пистолет.

— Что здесь написано?

Халли пожала плечами и достала свои принадлежности.

— Я, наверное, смогу дать вам приблизительный перевод, но лучше перепишу слова и обращусь к одной из своих книг для верности.

Когда карандаш зашелестел по странице, до ее ушей донесся слабый шепот. Она снова повертела головой, пытаясь найти источник. Ничего.

— Ты это слышал?

Бен, водивший пальцами по каменным кирпичам, повернулся.

— Что?

Она покачала головой.

— Неважно.

Шепот не умолкал. Халли закончила копировать грубо вырезанные буквы и убрала принадлежности. Возможно, она просто устала. Прошлая ночь была не слишком спокойной.

— Судя по моим исследованиям, этот двор использовался для самоочищения, — сказала она, вставая и следуя за Беном в арку. — Древние ялвы считали здешние места священными, и если они хотели войти в храм, то должны были сделать это с чистыми телом и сердцем.

Бен прошелся по краю маленького дворика и остановился у двери.

— Удивительно, неужели мои предки построили это…

Он произнес слова шепотом, едва слышно, но Халли их уловила. Сердце заколотилось в груди, холод прокатился по телу.

— Твои… твои кто?

Бен крутанулся, его пистолет рассыпал искры. Халли отпрыгнула в сторону, упав на грубый каменный пол и поцарапав ладонь. Из маленьких ссадин сочилась свежая кровь.

Бен убрал оружие и наклонился к ней.

— О звезды, Халли. Прости меня. Мне показалось, я что-то услышал, а потом просто среагировал. Я рад, что с тобой все в порядке.

Халли вытерла руки о штаны и поднялась на ноги.

— Все в порядке, но то, что ты сказал…

Бен выпрямился и стал теребить конец рубашки, что выглядывала из-под форменной куртки. В свете утреннего солнца его волосы и глаза практически светились, когда он посмотрел на Халли, поджав губы. Наконец Бен вздохнул.

— Я частично ялв. По материнской линии. Вот почему, помимо прочего, я так хотел отправиться на это задание.

Халли разволновалась.

— Правда? Не могу поверить, что ты до сих пор молчал. У меня так много вопросов. Но, конечно, если ты предпочитаешь держать это в секрете… прости. Тебе, наверное, не хочется обсуждать свою жизнь.

— Все в порядке, — ответил Бен, пожав плечами. — Я мало что знаю. Моя мать умерла, когда я был маленьким, и отец никогда не любил говорить о ней.

— Это… это ужасно. — Халли проглотила слова, которые так и норовили сорваться с ее губ. Ей хотелось узнать больше. Она всегда мечтала встретить кого-нибудь, кто был бы хоть как-то связан с ялвами, и расспросить его.

Ей было всего шестнадцать, когда она нашла на чердаке семейного трактира картину с изображением бледной, как Первая луна, женщины с волосами цвета ночи и сияющими золотыми глазами. Отец сказал, это кто-то из знакомых ее прабабушки, но Халли показался подозрительным румянец на его щеках. Джек отмахнулся от ее подозрений, и Халли почти забыла о картине, пока не поступила в Университет.

На обязательном курсе истории почти идентичный портрет красовался на странице учебника по культуре ялвов. Именно тогда Халли поняла, что должна сменить специализацию на изучение этого народа. Ее прабабушка была знакома с одним из них, и, ради звезд, Халли мечтала узнать о ялвах больше.

Щелк.

Звук эхом отразился от скалы, и Халли вздрогнула.

— Благое небо, хорошо, что мы не стоим под тем деревом…

Шепот будто стал громче, а ветер усилился.

— Мы можем зайти немного глубже, — рассмеялся Джек, — Тот стланный свет был немного дальше. Правда, Нильс?

Халли тряхнула головой. Она практически видела ответную улыбку Нильса и чувствовала запах пота, который он вытер, пробираясь через пещеру. Она вдыхала пыль, парящую под потолком старой шахты. Их слова эхом отдавались в надвигающейся темноте.

Ее собственный голос был лишь тенью тогдашнего.

— Но папа сказал, что шахты опасны.

К остальным присоединился голос Нильса.

— Да ладно, Хэл. Где твоя любовь к приключениям?

— Да! — подхватил Джек. — Если хочешь повернуть назад — валяй, но тогда не добудешь золота.

Вот только то, что они нашли, было далеко не золотом.

Она моргнула. Что происходит? Почему ей казалось, будто она там, в горах? Может, разум разыгрывает ее? Из-за того, какой сегодня день?

Халли посмотрела на Бена.

— Ты слышал…

Но он, спотыкаясь, направился к двери, его лицо было таким же белым, как снег на вершине Нарден. Она последовала за ним, ее шаги глушила листва, покрывавшая пол двора.

Сквозь щели в вырубленном в скале арочном дверном проеме прорастали лианы. Проведя по ним рукой, Халли нахмурилась, почувствовав грубую и шероховатую кожу самого растения. Она слегка отстранилась, и у нее перехватило дыхание. Вся тревога последних нескольких минут улетучилась.

Камень украшала резьба, каждая из которых рассказывала древнюю историю. Халли продолжала разглядывать и трогать работы, и на камне оставались следы ее собственной крови. История, выгравированная на плите, что высилась перед ней, рассказывала о битве с огромным ящероподобным существом. Крылья чудовища простирались к небу, а миниатюрные фигурки людей размахивали мечами.

— Дракон, — ахнула Халли. Она взглянула на Бена, который безучастно смотрел на дверь.

Когда он заметил ее взгляд, его щеки окрасились в розовый цвет. Бен провел рукой по поверхности гниющей древесины.

— Я просто не могу поверить, что они на самом деле настоящие.

— Я знаю.

Халли взялась за простую ручку из зуприума и потянула. Дверь скрипнула и зацепилась за траву, но с помощью Бена Халли открыла ее.

«Благие звезды и небеса, если бы только профессор Кристи мог быть здесь со мной».

Как только они с Беном переступили порог, до ее слуха донеслись тихие всхлипывания, которые то и дело переходили в крик.

— Эй? — дрожащим голосом позвала Халли.

Бен странно посмотрел на нее, его глаза буравили ее.

— Значит, ты тоже это слышала?

В тусклом свете, проникающем сквозь щели в массивной двери, она могла видеть только заднюю часть комнаты. Та была едва ли больше кабины пилота на «Юдоре» и пахла пылью. Это напомнило Халли о чем-то другом, но крики становились все громче, заглушая остальные ощущения. Она покрутилась в маленьком пространстве, судорожно ища источник голоса, но там больше никого и ничего не было. Только…

Мечи?

Сводчатая и полуразрушенная комната была полна всевозможных клинков. Их украшала замысловатая резьба. На большинстве из них, похоже, имелись какие-то надписи на ялвенском, но они содержали слишком много незнакомых букв и цифр. В центре каждой рукояти был квадрат из драгоценного камня. Они подмигивали Халли, как звезды.

— Это оружейная, — сказал Бен, наклонившись, чтобы осмотреть один меч. — На камне арки высечены батальные сцены. Практически уверен, что не ошибаюсь.

Плач стих так же внезапно, как и начался. Теперь Халли его почти не слышала, словно звук приглушили ватой.

Или как будто его вообще не было.

Крякнув от тяжести, она подняла один из клинков. Рукоять была теплой, а весил он, наверное, килограммов восемь или десять. Лезвие было из серебристого металла, смешанного с зуприумом, который давал бронзовый перелив.

— Похоже, ты прав.

Она взглянула на остальные клинки. Все одинаковые, за исключением драгоценных камней на рукоятках. У меча, который она выбрала, он был темно-зеленым. Цвет драгоценного камня напомнил ей листья кустарника в саду матери. Это был не нефрит, но, возможно, изумруд.

— Нам никак их все не унести, — сказала она, — но в следующий раз мы возьмем с собой Кейса и Зика. Они будут рады хоть раз воспользоваться своими впечатляющими мускулами.

Бен рассмеялся.

— Зик, может быть. А вот Кейс…

Он взял меч с рубиновой рукоятью и сделал им пробный взмах. Металл высек искры из стены.

— Осторожнее!

Бен поднес острие к глазам.

— Даже царапины не оставил. Давай вернемся, ладно?

Она только ступила на порог и отодвинула гниющую дверь, как кто-то закричал — ужасно, душераздирающе. Этот вопль пронзил воздух и прошил самое ее существо, словно она упала на один из этих прекрасных мечей. Халли, спотыкаясь, вышла из оружейной, едва не потеряв равновесие.

Она уже слышала этот крик. Три года назад. Сердце едва не выскочило из груди.

— Джек? Нильс?

Это был призрак? Игра воображения?

Еще один крик, но теперь какой-то незнакомый.

Он доносился со стороны леса.

— Это Кейс! — завопил Бен и помчался к деревьям, держа меч наготове.

Крепко держась здоровой рукой за свой клинок, она ринулась следом. Наверное, ей не следовало бегать с острым оружием, чтобы не споткнуться, но Халли не останавливалась. Она не позволит никому умереть. Только не сегодня.

«Пожалуйста, пусть все будет хорошо».

Грязь и листья летели мимо нее, пока она, спотыкаясь, неслась к кораблю. Халли не обращала внимания на обледеневшие ветки, лианы, лизавшие ее лицо, и колючки, зацепившиеся за брюки; морозный воздух обжигал открытые ранки.

Снова раздались крики и вопли. Даже охваченная ужасом, она опознала голос Кейса. Сердце колотилось, из горла вырывались хрипы из-за недостатка воздуха в легких. Внезапно она подвернула лодыжку и ударилась о слишком мягкую болотистую землю. Ногу жгло огнем, но Халли не обратила на это внимания, встала, все еще сжимая меч в одной руке, и похромала дальше.

— Пистолеты не работают! — заорал Кейс.

Халли прорвалась сквозь заросли и замерла на месте.

Над Кейсом возвышалась высеченная из грубого камня фигура ростом более двух метров, и его кудри выглядывали из-за чудовищной руки.

У существа, с которым сражался Кейс, отсутствовала часть носа.

У Халли перехватило дыхание.

Точеные руки замахнулись на Кейса, но он увернулся и перекатился в сторону. Рот Халли открылся в беззвучном крике, когда она разглядела лицо создания. Каменная статуя в движении казалась по-своему прекрасной. Должно быть, резчику потребовались годы, чтобы прорисовать каждую деталь лица с красивыми чертами, прямыми бровями и твердым ртом. Ожив, истукан выглядел так, словно в каменной коже был заключен человек, его вены сочились золотом. С него сошел весь мох и плесень.

А еще он был прирожденным бойцом, с хорошими мускулами. И ему на помощь шли собратья. Шаги эхом загрохотали в ушах, когда трое других стали продираться сквозь заросли слева от нее.

— Халли! — Кейс выпустил заряд, увернувшись от каменной руки, что целилась ему в голову. Разве звезданутый идиот не кричал, что пистолеты не работают? — Корабль! Убегай!

Но она не могла пошевелиться. Лишь с ужасом смотрела, как Зик, орудуя мачете из корабельной кладовой, вместе с Беном сражается с двумя статуями. Когда солдат ударил одну из них по лицу, от скулы его противника откололся лишь маленький кусочек камня. Бен явно не знал, как пользоваться выбранным им мечом, но кусок отсеченной им руки истукана отлетел и ударил Зика по предплечью, разорвав мундир, из-под которого хлынула кровь. Солдат закричал, прижав раненую конечность к груди, но продолжал сражаться другой.

Битые, горящие звезды.

— Халли! Беги! — Кейс метнул бесполезный пистолет в сторону своего противника. Он попал, но это остановило тварь лишь на мгновение. Она выглядела скорее растерянной, чем пострадавшей.

Кейс схватил с земли несколько камней и стал бросаться ими. И снова чудовище удивилось лишь на миг, но этого хватило, чтобы Кейс заметил Халли за плечом твари.

— Бежим к проклятому кораблю!

Он не увидел, как статуя снова замахнулась. О звезды, звезды. Истукан собирался снести Кейсу голову с плеч. Мысли Халли мчались быстрее, чем автокэб, даже быстрее, чем «Юдора Джейд» перед бурей. Она уже представила себе кровь, увидела, как та пропитывает кудри Кейса, как его голова катится по испачканной алым траве.

Точно так же кровь покрывала лицо Джека, когда спасатели освобождали его тело из-под обломков.

Слезы обожгли глаза. Она не могла остановить чудище, у нее не было никакого оружия…

Меч.

Оружие у нее в руке. Она бросилась вперед, и Кейс обернулся. Он открыл рот, чтобы издать, как предполагала Халли, свой последний крик перед лицом смерти.

Со всей силы она взмахнула мечом, держа его обеими руками, и ударила тварь прямо в шею. Клинок прошел насквозь. Тяжелая голова соскользнула с плеч чудовища.

Оно не закричало. Кровь не хлынула.

Халли споткнулась и чуть не напоролась на меч сама, но сильные руки обхватили ее за талию. Она закричала, и ее голос вновь обрел силу, она изо всех сил боролась с хваткой твари. Истукан схватил ее; у него не было головы, но он все равно схватил ее…

— Халли! Очнись!

Кейс. Руки Кейса держали ее за талию, голос Кейса звучал в ушах.

Она крутила головой между мертвым истуканом, Кейсом и мечом, воткнутым в землю рядом с каменным трупом.

— Он мертв?

— Да. А теперь марш на корабль.

Все еще тяжело дыша, она кивнула и повиновалась. Кейс схватил ее упавшее оружие и пошел рубить третьего монстра, присоединившегося к битве Зика и Бена.

— Ну же! — крикнул он. — Давай!

Халли не оборачиваясь взбежала по ступенькам на корабль. Эбба стояла у бокового окна кабины, ее прерывистое дыхание мешалось с грохотом истуканов, пытавшихся взобраться на борт корабля. Через несколько мгновений дверь захлопнулась, и по коридору загрохотали шаги. Нагс бросил меч на сиденье и кинулся к пульту управления.

— Взлетай сейчас же, Нагс! Эбба! Электробомба! — Кейс сунул Халли в руки ее странный меч и истекающего кровью Зика. Рукав его мундира, разорванный от предплечья до запястья, лип к коже от крови, сочившейся из пореза чуть ниже локтя. Она помогла Зику дойти до кресла и положила меч рядом с ним, ее голова шла кругом от адреналина и ужаса.

— Разнесите их к звездам! — крикнул Кейс, когда «Юдора Джейд» взмыла в воздух. Халли едва успела ухватиться за спинку одного из кресел, как в кабину ворвался ветер.

— Код не работает! — Эбба стучала по приборной панели.

Кейс вскочил со своего места, и Халли отпрыгнула с его пути. Голос Кейса был резким, гортанным — испуганным.

— Зачем они сунули сюда эту чертову штуку?

Он нажал на ряд кнопок, и корабль резко дернулся в сторону. Халли впилась ногтями в мягкий материал сиденья. Бен потянул руль, и Зик застонал.

— Один схватился за двигатель! — испуганно всхлипнула Эбба, зажимая рот здоровой рукой.

Кейс выругался и нажал еще одну кнопку, а желудок Халли подпрыгнул к груди.

«Они нас уничтожат. Раздробят наши кости, пока от нас не останется только пыль».

Но тут в воздухе раздался треск.

Корабль покачнулся, истуканы выпустили свою добычу, и когда «Юдора» поднялась выше, земля под ними взорвалась.