Глава 11

Дейтон был доволен. Сборище прошло удачно: его представители сработали на «отлично», министр императора был безупречен, Вязовски не подкачал, притащил на встречу де Леонвиля, чтобы придать всему мероприятию веса, а заодно повысить свой статус в глазах собственного правительства. Дилмар не стал присутствовать, чтобы никто не догадался, кто организовал все это действо, а наблюдал за происходящим, сидя в комнате за монитором системы наблюдения. Разговор вышел продуктивный, наметились новые договоренности, выгодные как для Дейтона, так и для Вязовски. Остальные же были уверены, что действуют в своих интересах.

Одно худо, с Риалой вышла небольшая накладка. Ее привезли слишком рано, а этот идиот Даркиан, вместо того, чтобы заниматься своими делами и обеспечивать безопасность, потащил ее знакомиться со всеми. С красавцем начальником полиции Сирил его познакомил заранее, оговорив, что охрану мероприятия должен обеспечить этот самодовольный тип. И теперь приходится наблюдать, как он совершает огромную глупость: вталкивает Ри в комнату. Где собрались высокие договаривающиеся стороны. Это было совершенно излишне. Мало того, это был идиотизм. Дейтон наблюдал за всем через личный пункт наблюдения Сирила и, когда увидел девушку под ручку с этим наглым недогоблином, а потом и среди политиков, пытающихся с ней флиртовать, готов был броситься на кого-нибудь (не будем уточнять кого), и покусать мерзавца.

Но вот посторонние, или те, кого он таковыми считал, уехали. За ними убрался и Даркиан. А Вязовски пригласил Дилмара в гостиную: он обещал познакомить его с легендой этого мира, он обещания держит.

Дил любовался Ри на экране монитора: строгий костюм, строгая прическа, протокольная улыбка. Такой он ее раньше не видел, но готов был представить, что перед клиентами она действительно держится так. Именно эту девушку он и ждал. А тут вошла… фея. Тот же самый строгий костюм цвета стали, та же блузка и прическа та же: тугой, перевязанный черной лентой пучок на макушке, никаких пушистых кудряшек во все стороны. И все-таки что-то неуловимо изменилось: девушка выглядела чертовски соблазнительно. Потом дошло: она всего лишь расстегнула одну пуговицу жакета и показала, нет, намекнула, что под стальной тканью — нежное тело. Он размечтался было, что это ради него, но потом рассудил здраво: она не знала, кого увидит. Но, возможно, строила предположения?

Вязовски как-то очень легко дал ему возможность увезти девушку. А она… Она просто выжидала. Все правильно, он мужчина, ему и делать первый шаг. Не зря он собирал сведения о ней с такой скрупулезностью, он знал каждое ее действие за последние полгода. Сегодня она должна была подтвердить свой диплом адвоката. Значит, можно поздравить и пригласить отметить это дело в ресторан. А еще лучше — к ней домой. В свой отель везти девушку он не решился: не стоит компрометировать ту, с которой собираешься трудиться рука об руку долгие годы.

Как ни странно, она не стала ни возмущаться, ни кокетничать. Просто согласилась пригласить его к себе и подсказала, на какой адрес заказывать угощение. Он и так знал каждую букву в этом адресе, но было приятно услышать его из уст Риалы. Дил сделал заказ и на ее глазах внес адрес в память экора, намекая этим: ему теперь предстоит часто туда ездить.

Поднимаясь в лифте он не удержался и обнял Ри. Ощутил под рукой ее гибкую талию, вдохнул аромат волос и услышал тихий вздох девушки. Она даже не пытается сопротивляться. Ее желание сильнее разума. Надо прямо сказать, его тоже. Она с трудом отстранилась и прошептала: «Не сейчас». Правильно, дорогая, лифт не лучшее место для любовных ласк, для этого существует кровать. Несколько минут можно и подождать… Наконец они доехали, она приложила руку к сенсорному замку, дверь открылась…

Демоны! В огромной светлой студии за накрытым столом сидели десять человек! Двух их них Дил прекрасно знал: Рейно и Кайр, детективы с Энотеры. А Ри… Она как будто вышла из-под гипноза и бросилась к своим друзьям. Поздравления, поцелуи, объятья… Дружеские, дружеские поцелуи и объятья. И среди всего этого веселья он как дурак. Интересно, она знала, что тут ее ждет целая толпа? Да знала, наверняка. Выставила его перед всеми идиотом.

А, вот идет этот ее… Рей.

— Добрый день, эдер Дейтон. Рад видеть Вас живым и здоровым.

— Взаимно. Добрый день, Рейно.

Парень взял на себя инициативу:

— Вы тоже решили поздравить нашу Ри? Давайте я Вас со всеми познакомлю, а то Риала сейчас немного не в себе от радости. Столько работала ради этого диплома.

— Я встретил ее у нашего общего друга эдера Вязовски и предложил подвезти до дома. Кстати, в моем экоре на стоянке остался ящик отличного вина, надо его приобщить к этому столу.

— А рыбу, фрукты и сладости не Вы прислали?

— Сознаюсь, я. Когда узнал, что у Риалы такой праздник, решил сделать приятное. Но я не знал, что здесь столько народа.

— Это еще не все.

— Не все?

— Не все те, с кем она совершила то, за что ее считают местной достопримечательностью. Пятерых нет.

— С ними все в порядке?

— Да, конечно. Просто они не смогли прибыть. Но что мы стоим? Давайте я Вас уже познакомлю хотя бы с Симусом Аржинби и сядем за стол.

Ловкий парень этот Рейно. Такой честный, открытый, доброжелательный, со всеми познакомил, за стол усадил, и заодно удержал Дилмара подальше от Ри. Даже за вином в экор сходить не дал, отправил гонцов. А Риала, радостная и оживленная, порхала между гостями, всем улыбалась, для каждого находила хорошие слова, с каждым пила, вернее, обозначала отпитие, только на него, Дилмара Дейтона, внимания не обращала. И вот тогда, когда он собрался уходить несолоно хлебавши, в дверях нарисовалась огромная корзина белых роз, а из-за нее выглянули римский нос, подбородок с ямочкой и синие глаза Грега Даркиана. После этого уйти стало совершенно невозможно. Вязовски их друг другу представил, значит, надо пользоваться случаем. Познакомиться с соперником поближе, изучить его, прощупать — вот правильная стратегия и тактика.

Даркиан тоже не ожидал найти тут это развеселое общество, а надеялся застать Ри в одиночестве. Это было ясно написано на его физиономии. Риала, уже в подпитии, помахала ему рукой и громко заметила:

— Что, дорогой, не ожидал? Думал, я тебя тут в одиночестве дожидаюсь и слезы лью? Что ж, мечтать запретить нельзя, так же как и веселиться!

— Ри, я хотел тебя поздравить…

— Ты меня сегодня уже поздравил. А если ты про цветы… Поставь их в воду, Грег Даркиан, пока они не завяли. А я, прости, встать не в состоянии..

Она попыталась приподняться, плюхнулась обратно и засмеялась. Рей, сидевший рядом с Дилом тихо заметил:

— Ой, она набралась. Надо увести Даркиана, а то может выйти скандал.

Дейтон удивился до глубины души:

— Она будет скандалить?

— Он, Даркиан. Обидчивый, гордый гоблин. Она дразнится, он злится.

Гоблин? Да, пожалуй, капля гоблинской крови в Даркиане есть. Смуглая кожа, низкий лоб, тяжелая челюсть, густые сросшиеся на переносице брови… Но ему это только придает особой мужественной привлекательности. Наверное, у этого красавца есть и другие гоблинские особенности: плотная кожа, которую трудно поранить, высокий порог болевой чувствительности и устойчивость к алкоголю. Бить его глупо, а вот уговорить можно попробовать.

— Понятно. Сейчас я попробую его увести.

Хорошо, что в прошлый приезд их познакомили. Торжественное мероприятие по открытию туристического центра не обошлось без здешнего президента, а значит, без усиленной охраны. Заправлял всем красавчик Грег, тогда Дейтону его и представили. Сейчас он решил этим воспользоваться: ему надо поговорить с Даркианом о деле пока тот не напился.

Он встал, сделал шаг и поздоровался, протягивая руку:

— Эдер Даркиан, рад Вас видеть. Вы тоже пришли поздравить прелестную эдри Риалу?

Даркиан ответил на рукопожатие и хмуро буркнул:

— Прелестная эдри не интересуется моими поздравлениями.

Дейтон продолжил с широкой улыбкой:

— Тогда, может быть, пойдем? Я здесь случайно и уже успел принести свои поздравления, а с Вами мне нужно поговорить по делу.

Похоже, Грег только и ждал, кто поможет ему выйти из неловкой ситуации. Он вцепился в Дила как утопающий в соломинку. Они оба быстро откланялись, произнося какие-то приличные случаю любезности, причем Даркиан произносил все мрачным, а Дейтон радостным тоном. Навстречу им из лифта вылетела разноцветная стайка девушек и ввинтилась в квартиру Ри как струйка дыма. Пришли подружки ее друзей, сейчас там будет пир горой и танцы. Вовремя он смылся.

В лифте Грег спросил:

— Как Вы здесь оказались?

— Подвез милую эдри от дома ее дяди. Она сказала, что опаздывает, ее ждут на вечеринку друзья.

Даркиан удивился:

— Вы ее подвезли от дома Виктора де Леонвиля?

— Нет, от дома Сирила Вязовски. Я был у него с визитом.

— Он ей не дядя.

— Да? А мне показалось… По крайней мере, ведет он себя по отношению к девушке как старший родственник.

Стоя рядом с офицером, Дейтон понял, что тот приехал к Ри уже изрядно выпившим. Несмотря на то, что признаков опьянения не было заметно, запах вина сшибал на месте. Похоже, и соображение оставляло желать лучшего. Сейчас этого мужика можно разговорить, и он будет плакаться на жизнь как полный дебил, не в состоянии даже соврать убедительно. Дейтон предложил:

— Слушайте, эдер Даркиан, вечер еще не кончился, делать все равно нечего, давайте пойдем в ресторан. Посидим, выпьем, поговорим. У нашего развлекательного концерна возникли трудности. Сюда рвутся отдыхать дроу, и я хотел обсудить с Вами меры безопасности.

— Безопасности дроу? Вы меня смешите.

— Да нет, безопасности здешних граждан от дроу.

— Вы умный парень, эдер Дейтон. Пойдемте, я знаю здесь одно местечко. Вино хорошее, найдется и что покрепче. Безопасность от дроу, это ж надо! И зовите меня Грегом.

Через полчаса, скорешившись в доску, они сидели за столиком маленького уютного бара практически одни. Мрачные типы, туда заходившие время от времени, видели начальника полиции, быстро покупали выпивку и выметались.

Даркиан жаловался:

— Она была так в меня влюблена. Хвостом за мной бегала, была на все готова… И вдруг бац! Я ей больше не нужен.

Офицер готов был биться головой об стену, рыдать, рвать на себе волосы. Да, гоблины устойчивы к алкоголю, но эта устойчивость легко преодолевается парой капель настойки гаорини. А в этом отвратном землянской пойле под названием «виски» гаорини практически неощутима. Дейтон похвалил себя за запасливость: не думал, что эта ерунда ему понадобится, но таскал с собой, и вот такой случай… Если Даркиану надо выговориться, то он расскажет ему все, а завтра и не вспомнит, о чем был разговор. Дил произнес успокаивающе:

— Не переживай, Грег, девушек много, найдешь другую…

— Ага, другую… Другой такой на свете нет. Она такая, такая… Я люблю ее, понимаешь?! И всегда любил! Всегда! Только ее!

— О чем ты, Грег? Мне Вязовски говорил, ты делаешь политическую карьеру, у тебя прекрасные перспективы, у тебя семья в конце концов. Жена. Зачем тебе эта девица и неприятности?

— Жена, жена… Я и сам так думал. Все хотел ее бросить. Даже бросал несколько раз… И каждый раз возвращался. Вот уже думаю совсем расстались, а вдруг услышу ее голос, увижу портрет, случайно наткнусь на ее номер в сэйре, или просто девушка пройдет, отдаленно на нее похожая, и все… Тянет меня к ней, как ты не понимаешь, Дил!

— Ну тогда ты можешь все бросить, развестись и жениться на своей Риале.

Дилмар говорил так, прекрасно понимая: ни за что политик не откажется от своей карьеры. Скорее на ладошках волосы вырастут.

— Ты ничего не понимаешь. Ну как я все брошу? Не могу я все бросить… А главное, зачем? Она же сама меня бросила. Отшила ни с того ни с сего. На звонки не отвечает. Встретились случайно, я пригласил ее на свидание… Она даже договорить не дала! Не хочет меня больше. Может, у нее кто-то появился, ты не в курсе?

— Понятия не имею, — искренне ответил Дейтон.

— Ты не представляешь. Она такая… такая… Как живой огонь! В любой толпе не затеряется. Не красотой берет, а тем, что внутри, вроде магии. Говорят, нет никакой магии, но в ней есть! В постели с ней просто улетаешь! И… всем бабам от меня всегда было что-то нужно. Жене — положение в обществе, другим деньги, помощь полиции, помощь против полиции, еще всякая чушь… А Ри… Ей был нужен я. Такой, как есть. А теперь я ей вдруг стал не нужен. Почему?

— А вы давно вместе, Грег?

— Уже лет восемь.

Дейтон пожал плечами:

— Она просто устала. Если ты мне все правильно описал… для таких отношений пять лет — крайний срок. Потом женщина устает и ее страсть проходит. В это время надо что-то менять: жениться на ней, например, или сделать ей ребенка…

Дейтон плел эти незамысловатые словеса, и Даркиан велся на интонацию дружеского участия…

— Так я хоть сейчас… Ребенка…

— Ты опоздал, Грег, поверь моему слову. Это надо было делать три года назад. Для того, чтобы реанимировать чувства сейчас, я не представляю, какие усилия потребуются.

— Но я знаю… Я точно знаю, что у нее никого нет. Все эти парни вокруг нее крутятся, но ни один… Не могла она меня вот так взять и разлюбить. Просто хочет помучить, как я ее.

Даркиан продолжал лепетать свои жалобы на жестокую Ри, Дейтон его утешал, а в душе ликовал: она больше не хочет Грега Даркиана скорее всего потому, что влюбилась в другого. Почему-то он был уверен, что отставка Грега связана с ним, Дилмаром Дейтоном. Подтвердилась и еще одна его догадка: девочка очень страстная. Большая, надо сказать, редкость. Такая в отношениях не выгадывает, не торгуется, а живет в соответствии со своим чувством. Эта девушка, если уйдет, то от кого-то, а не к кому-то. Если она наотрез оказала Даркиану, значит, больше его не любит, а вовсе не хочет помучить.

Но как она ловко его самого обвела вокруг пальца! Вроде уже была готова отдаться, дышала так, что у него в организме все сжималось от предвкушения. А вместо этого затащила на многолюдную вечеринку, где пришлось строить из себя малознакомого типа, который по доброте душевной подвез девушку до дома. А этот Рей… Ясно, что для нее он просто друг, но ведет себя парень как муж, причем муж, с которым прожит не один год. И очень даже возможно, что в результате она выйдет за него. Такие упорные и спокойные в конце концов своего добиваются. Ну и ладно. Но сначала она будет с ним, Дейтоном, а вот когда надоест… Рей своего дождется. Может быть.

Размышляя, Дил что-то упустил, потому что вдруг заметил, что могучий красавец Даркиан плачет, уронив голову на стол. Надо же не сдержаться и так потерять лицо! Дил не выносил пьяных мужских слез, поэтому поторопился вызвать Грегу такси до дома. Шустрый водитель знал, куда везти начальника полиции и готов был тащить его тушу на себе, за это получил от Дила приличную сумму. Он был готов заплатить и больше, лишь бы отвязаться от пьяного соперника. Сам он практически сразу принял антиалкогольный антидот, поэтому всю дорогу сохранял ясность ума. Надо заметить, на Илимейне этот антидот, как и гаорини, не купишь, поэтому можно пить с местными, спаивать их и получать самую секретную информацию.

Интересно, что завтра вспомнит Грег Даркиан? В любом случае будет доволен, что его доставили домой. Еще чего доброго решит, что Дил теперь его лучший друг. Дейтона передернуло. Ладно, они пока не враги, и это уже хорошо. Особенно если учесть, что ради Ри придется провести здесь эти дурацкие торжества по случаю сколько-то там летия космического пирата.

Риала… В этот раз она его провела, но дальше они будут играть по его правилам. Она не может быть совсем уж к нему равнодушна, иначе бы его поцелуй и прикосновения не действовали на нее так сильно. Во время торжеств или после, но он найдет время проверить свои наблюдения. И если все верно, то… Она как живой огонь? Отлично, он тоже. Их огонь сольется в такое пламя, что всей Галактике жарко станет. Главное, это будет настоящая страсть, а не жалкая имитация, которой его вечно потчевали любовницы. Маленькая гордая и бесстрашная Ри не унизится до изображения того, чего не чувствует.

И работать на него она будет не за страх, а за совесть. Не потому что он ей платит, хотя платить Дил ей собирался более чем щедро, а потому что принадлежит ему душой и телом. А то, что ее не назовешь писаной красавицей… В конце концов природные ум и темперамент влияют на качество секса несколько больше, чем форма носа, вы не согласны?

Следующий день Дейтон провел за работой: изучал отчеты агентов, проверял прохождение финансовых потоков и строил перспективные планы укрепления своих позиций в этом мире. Заодно выписывал, какой информации ему не хватает… Обычно он работал в виртуальном пространстве, но такие вещи доверял только бумаге. Никто по сети не влезет во внутренний карман его пояса, где он носил самое ценное, а в случае опасности бумага отлично горит. Сделав запись, он ее немного подредактировал. Получилось два столбика, в одном вопросы, в другом имена. Вот их-то он и предложит Ри для сбора информации. Вряд ли она найдет такую задачу неинтересной, тем более что многое в этом списке связано с тем покушением. Не зря же оно произошло здесь, в мире Четверки. Проверив все еще раз, он решил, что готов к развитию событий.

Первый день торжеств начался при отличной погоде. Чистое небо и легкий ветерок в начале осени гарантировали теплый, но не жаркий день. Дилмар поднимался в ложу для почетных гостей, когда встретил Грега Даркиана. Тот с жаром пожал ему руку. Дил ненавидел эти землянские традиции, связанные с излишним телесным контактом: рукопожатия, похлопывания по плечу, публичные объятья и поцелуи. Почему кайтэйцы, хоть те же земляне, ведут себя совершенно по-другому? Он скривился, но пересилил себя, и гримаса превратилась в доброжелательную улыбку. Даркиан считает, что они друзья, и гордится близостью такого важного лица? Отлично. Ему тоже найдется место в той картине мира, которую Дейтон намеревается создать. Для больших дел нужны не только головы, но и руки, а Грег, несомненно, рука, и довольно сильная. Манипулировать им можно и сейчас, пока он ничего не подозревает, можно будет и потом, когда он все узнает. Сейчас надо жать на кнопку «любовь», потом будет работать кнопка «ненависть».

— Прости за вчерашнее, Дил, — извинился Даркиан, — я вчера расслабился. Не так часто я себе это позволяю.

— Ну что ты, Грег, я не в обиде. Надеюсь, сегодня ты более оптимистично смотришь на мир.

— Да, спасибо. Ну, я побежал. Я здесь один из организаторов. А тебя ждет ложа для почетных гостей. Найдешь там кое-кого из знакомых.

Дейтон кивнул и поднялся в ложу. Она была практически пуста, лишь у самого барьера сидели двое. Они не смотрели на него, но не узнать их было невозможно. Поблескивающую серебром стрижку и удивительную осанку Сирила Вязовски ни с кем не спутаешь, а сидящая с ним рядом Ри вообще одна-единственная во всей Галактике. Для торжественного случая она принарядилась. Надела элегантный костюм василькового цвета, высоко подняла и заколола волосы, украсив их изящной шляпкой без полей, но с вуалеткой. В мочке аккуратного ушка синел крупный сапфир. Сейчас она была похожа не на детектива и не на адвоката, а на члена царствующего дома планеты Аустрел. Те тоже земляне помешанные на традициях. Дейтон был там на переговорах и случайно переспал с одной из тамошних принцесс, уж больно его заворожило ее умение одеваться и держаться. Но когда он понял, что именно эти два умения составляют содержание ее жизни, он бежал оттуда роняя тапки. С тех пор на Аустреле ему лучше не появляться, а дам, которые выглядят и ведут себя как тамошние принцессы, он избегает. Если бы Ри ему представили сегодня впервые, вряд ли он ею заинтересовался бы. Но ему точно известно: сейчас она просто играет роль. Что ж, так даже интересней.

Эти двое увлеченно болтают и даже не замечают его. Плохо, что говорят очень уж тихо, хотелось бы знать, что их так заинтересовало. Дейтон подошел к парочке, так увлеченной разговором, что они ничего не видели и не слышали, и окликнул Вязовски:

— Добрый день, Сирил, рад Вас видеть в добром здравии.

— О, Дилмар?! Я, кажется, знакомил Вас с Риалой?

— Да, и я Вам очень благодарен за это знакомство. Добрый день, эдри де Леонвиль.

Она сделала вид, что все так и надо. Повернулась к нему и ответила с достоинством:

— Здравствуйте, эдер Дейтон. Пришли полюбоваться на наши торжества?

Что она с собой сделала? Подрисовала что-то на лице? Можно подумать, что за ночь прошла модификацию, но это невозможно! Огромные серые глаза сияют на очаровательном почти эльфийском личике. Мягкий овал, изящные черты… Почему он раньше этого не видел?!

— Что с Вами, эдер Дейтон? — улышал он голос девушки, — Вам нехорошо?

— Нет, эдри Риала, мне хорошо. Мне просто отлично. Почему я не знал, что Вы так красивы? Позавчера Вы были другой.

Она засмеялась, и вслед за ней засмеялся Вязовски.

— Неужели Вы впервые видите результат искусного макияжа, Дилмар? Ри просто немного подкрасилась, чтобы на фото ее лицо не сливалось в одно сплошное пятно.

— Поражен Вашим искусством, эдри. Сейчас Вас можно принять за наследную принцессу планеты Аустрэл.

— Правда? Благодарю за комплимент. Принцессы Аустрэла — образец для нашего высшего общества. Они считаются недостижимым идеалом.

— Они бы сочли идеалом Вас, если бы увидели.

Ри неожиданно фыркнула и перевела тему:

— Как Вас нравится организация праздника? — спросила она, но ответить Дил не успел.

Двери распахнулись из в ложу ввалилась целая толпа. Надо бы уточнить — целая толпа де Леонвилей. Виктор привел за собой весь клан. Впереди в роскошном сиреневом наряде шла удивительно красивая немолодая дама: высокая, статная, золотые волосы, голубые глаза, точеное лицо, с которым ничего не смогли поделать годы. Сильвия, догадался Дил, бабушка Ри. Если сестра Риалы была похожа на бабку, ей и впрямь не нужны были модификаторы.

Остальные члены семейства не отличались такой победительной красотой, но все же Дейтон заметил, что привлекательность большинства — природная. Видно, среди де Леонвилей хорошим тоном считалась естественность. Редкость среди тех, кому доступны все ухищрения современной косметологии.

Риала поднялась приветствовать своих родичей.

К ней тут же подошла бабушка и громко, на всю ложу, заявила:

— Рада видеть тебя, дочь Леонтины. Наконец-то ты соизволила вернуться в семью. Надеюсь, ты не пойдешь по стопам матери и порадуешь нас в ближайшее время почетным браком с каким-нибудь достойным кандидатом. А то что это такое: девица-детектив, о чьих похождениях судачат на всех перекрестках?

Ри встала во весь свой маленький рост и произнесла тихо, но отчетливо:

— Бабушка, если вы пригласили меня сюда чтобы оскорблять, то я сейчас же аннулирую все свои связи с семейством де Леонвиль, и сделаю это публично. Мне не привыкать выступать перед публикой, я не только детектив, но еще и адвокат.

Ее серые глаза метали молнии, в позе был вызов, и Сильвия отступила.

— Успокойся, Риала, ты не так меня поняла. Я не хотела тебя обидеть.

— Правда? Очень рада, бабушка. Надеюсь, Вы учтете мое мнение и в будущем будете обходить тему моего образа жизни.

На помощь матери бросился Виктор. Он подскочил к племяннице, чмокнул ее ручку и спросил:

— Риала, дорогая, ты уже знакома с нашим гостем? Может быть, ты меня ему представишь? А заодно и всех остальных?

Девушка не стала длить конфронтацию, а с милой улыбкой начала церемонию представления. К Дейтону тянули руки де Леонвили всех мастей и возрастов. Дядюшки и тетушки, братьяи сестры, племянники и племянницы Виктора, дальние родственники и совсем-не-родственники, зрелые мужчины, старички, мальчишки, роскошные дамы средних лет, старушки и прелестные юные девы. Все они были польщены знакомством. От такого обилия людей у Дилмара голова шла кругом. Запомнить их не представлялось возможным. С другой стороны, а надо ли это? Под конец к нему подошла бабушка Ри под руку с приятным немолодым господином.

В спутнике Сильвии Дейтон опознал Жюльена де Леонвиля, старшего прямого потомка великого космического пирата. Такой порядок знакомства объяснялся тем, что все ранее познакомившиеся отходили назад и занимали свои места на галерке. Патриарху рода и его супруге предстояло сидеть в первом ряду вместе с двумя не-де Леонвилями: Дейтоном и Вязовски. Сильвию усадили рядом с Дилом, чем он был очень недоволен: пожилая красавица пользовалась очень тяжелыми сладкими духами, от которых у Дила сразу же защипало в носу. Искупало ситуацию то, что с другой стороны сидела Ри, которую никто не рискнул отправить на задние ряды.

Важная дама недовольно бурчала на ухо своему спутнику, но бурчала так громко, что слышно было всем окружающим:

— Да, мы виноваты что с детства дети Леонтины были лишены правильного воспитания. Девочка просто ужасна, совсем не умеет себя вести. Леонтина совсем ею не занималась. Если бы я сразу настояла и отобрала бы у нее детей, обе были бы сейчас живы и замужем за приличными людьми.

И бу-бу-бу, и бу-бу-бу…

Мужчина робко кивал и поддакивал, а глаза у него были совершенно несчастными. Он боялся скандала. Дейтон тоже побаивался, понимая, что Ри все прекрасно слышит. Но она даже не смотрела в сторону Сильвии, делая вид, что увлечена разворачивающимся перед трибунами шествием.

Дейтон ожидал традиционного для Империи военного парада, но его не было. По главной улице столицы ехали разукрашенные платформы, символизирующие планеты, области и разные достижения «четверочников». Между ними шли военные оркестры, исполняя марши. Кое-где за оркестрами шли группы танцоров. Ложа почетных гостей была устроена напротив правительственной, и в этом месте платформы притормаживали, оркестры замедляли шаг и приветствовали как лидеров своего мира, так и потомков своего основателя. Все было красиво, красочно, весело, торжественно и абсолютно бессмысленно, как и все такие мероприятия. Очень скоро шествие всем надоело. Ри обернулась к Сирилу и они стали обсуждать, как оба любят духовые оркестры. В принципе равнодушный к музыке Дейтон был предоставлен самому себе и волей-неволей прислушался к бубнежке Сильвии, которая ни на минуту не прекращала компостировать мозги своему мужу. И с удивлением узнал, что он, Дилмар Дейтон, не представляется даме хорошей партией ни для одной из ее внучек, которых у нее шесть. Он для прекрасной Сильвии неизвестно кто, выскочка, имперец со смешанной кровью, ни более ни менее. Даже эта потерянная Риала слишком для него хороша, ведь она все же де Леонвиль. Жюльен ей грустно поддакивал, что заводило грымзу еще больше.

За те полтора часа, что длилось торжественное шествие, у Дила распухла голова от измышлений злобной старухи.

Наконец все закончилось и можно стало уйти. Сильвия величественно раскланялась со своим нежданным соседом и удалилась. В ее взгляде плескалось удовлетворение: ясно, что стерва все гадости произносила лично для него. Дил улыбнулся ей улыбкой крокодила. Потом обернулся, чтобы сказать пару слов Ри и с удивлением заметил, что она уже упорхнула. Да и остальные почти все разошлись. Рядом с Дейтоном остался только Сирил.

— Наша Риала поспешила убраться, общение с собственным семейством ее просто убивает, — добродушно произнес он.

— Как я ее понимаю. Полтора часа рядом с вашей Сильвией достанут кого угодно.

— Она обсуждала Вас с мужем прямо Вам в ухо? Знакомый приемчик.

— Знаете, Сирил, я думаю что понял, почему когда-то она предпочла Вам этого человека.

— Из-за фамилии, полагаю.

— Не только и не столько. Вы бы не стали всю жизнь смотреть ей в рот. И всю эту фигню слушать не стали бы. Вы лидер. А ей нужна была тряпка, чтобы ноги вытирать.

— Ну, не стоит так о моем старом друге. Он всегда был ярче и привлекательней меня. Это сейчас он погас.

— Вспомните, он ей противоречил хоть когда-нибудь? А ведь мужик с ней не согласен по большинству вопросов, но только хлопает глазами с несчастным видом и поддакивает. Вы бы этого терпеть не стали. Вам повезло, что она выбрала не Вас.

— Я много раз об этом думал. Пожалуй, Вы правы, Дилмар. А вот ее дочь Леонтина… Она была совсем другой. Мягкой, нежной, слабой и в то же время удивительно сильной.

— Риала, в таком случае, скорее похожа на бабушку.

— Силой характера определенно. А вот воплощением… Ри никогда не стремилась всех подмять под себя. Она для этого слишком самодостаточная. Кстати, она ушла, и нам следовало бы покинуть это место. Сейчас придут рабочие разбирать ложу.

На стоянке экоров осталось мало машин, видно и правительство, и гости разлетелись по своим делам. Сирил предложил отправиться к нему, перекусить. Сегодня еще предстоит большой посольский прием по случаю торжеств.

— А Ри там тоже будет?

— Понравилась моя девочка? Да, она приглашена.

— Она меня удивляет. Каждый раз, как я ее вижу, она совершенно разная. Даже лицо меняется до неузнаваемости.

— Профессия. Как-то она, чтобы вытрясти сведения из одного… типа, переоделась эльфийкой. Чистокровной, представляете?! И никто ничего не заподозрил. Я был свидетелем. Только рост ее и выдавал, но ведь бывают же низенькие эльфийки?! Вот посмотрите, на прием она придет совсем в другом виде.

— А какая она настоящая?

— Если честно, не знаю. Хотел бы сказать, что со мной она бывает настоящей, но не уверен. Думаю, для того, чтобы на это посмотреть, надо застать ее у нее дома когда она одна. Не здесь, куда Вы ее провожали, а в ее сельском доме на Энотере. Я там не был.

«А я был», — захотелось сказать Дилу, но он промолчал. Выходит, он видел ее настоящую?