Глава 46

Во дворце Императора шло тайное совещание.

Министр внутренних дел, министр по делам Империи, военный министр и глава службы безопасности граф Коррентиэни сидели, пришипившись, по углам кабинета, Эрголион стоял по центру как памятник самому себе, а вокруг него в развевающихся одеждах нарезала круги Данира.

Прекрасная эдра была вне себя.

С самого начала все пошло наперекосяк. Сам план Даниры родился от сказанных походя слов императора о том, что, возможно, настало время ему увидеть рядом с собой любимую женщину. Сейчас его положение крепко как никогда, и он может себе позволить все, что угодно, не опасаясь потерять трон. Она за эти слова уцепилась: если есть возможность из любовницы стать женой, она его не упустит. Ждала продолжения разговора, но его не последовало. Эрголион был занят всем, чем угодно, только не ею. Но одно ясно: очень скоро место императрицы освободится. Пережив двух жен Эрга, она готовилась пережить третью и в этот раз занять наконец ее место. Поразведав что да как, Данира пришла к выводу: ей нужен Дил. Не где-то там, а здесь, в империи. Эрг, не подумав, выслал мальчика за пределы государства, а без него ей корона не светит. И все потому, что закон гласит: супруга должна обеспечить наследника. Она его обеспечила тридцать восемь лет назад! Другого не будет!

Значит, Дила надо вернуть, а для этого внушить двум мужчинам две мысли. Эргу — что сын ему нужен рядом, а Дилу — что его место в империи рядом с отцом и матерью.

Эрголион на уговоры понемногу поддавался, все-таки капля камень точит. Рычагов воздействия на сына у Даниры на этот момент не было. Похоже, ему и там хорошо. Она наняла несколько агентов, чтобы те постарались вызвать у Дейтона разочарование в его амбициозных планах по созданию Торгового Альянса, а заодно разведали бы, как у него дела.

Поначалу все шло хорошо, вернее, нормально. Ей докладывали, что он перестраивает работу своей системы и мечется с планеты на планету.

Первый звонок прозвенел, когда взорвался звездолет. На такие акции Данира «добро» не давала! Этак ее саму подведут под монастырь! Она рассчитывала только на то, что Дилу в голову не придет связать это происшествие с ней. Пришло! Не сразу, но он обвинил в этом мать и не захотел слушать оправданий. А она... Что она могла сказать? Что не давала такого приказа? А какой давала? Пришлось бы сдать своих агентов. К этому она была не готова, как и к тому, что история может дойти до Эрга. Данира до времени затаилась, приказав продолжать слежку и постараться деморализовать дейтоновских служащих. И тут Дил ей объявляет, что женится на какой-то совершенно левой девчонке. Про нее у Даниры целое досье: чистокровный человек, потомок пирата де Леонвиля, но из бедных: модификацию не проходила, красоты особой нет. Мало того, она еще и не любит мальчика: чуть не год его отшивала, сбежала, когда он привез ее к себе на Ферину. Да и сейчас... Общается со своим бывшим любовником как ни в чем не бывало. Самое возмутительное, что Дил все это терпит, как будто так и надо. А между тем его уже ждет невеста, достойная наследного принца. Красавица, умница, долгоживущая... Она, правда, еще не знает, что Данира определила ее судьбу, но дайте только Дилмару прилететь на Лигет! Она уже готова была его вызвать от имени императора, и тут разразился этот скандал с армирином. Откуда? Чтобы Дил вдруг занялся контрабандой, да еще и тем, что просто так с рук не сбудешь? Глупее ничего не могли придумать? Но публика поверила. С трудом удалось замять.

Данира втайне надеялась, что Дил захочет восстановить свое доброе имя и прилетит, чтобы поговорить с отцом.

А он не летел, и даже не собрался. Купил дом на захолустной планете и жил там со своей человечкой. Когда же мать пригласила его для разговора, отказался. На имперский крейсер нога его не ступит. Если она хочет, может сама с ним встретиться на его звездолете. Хитрый, гаденыш. Но если нельзя действовать напрямую, пойдем в обход, через человечку. Данира пригласила сына и его девчонку встретиться с ней по-отдельности. График составила, чтобы Дил не смог помешать разговору, если общение с ним окажется безрезультатным. На девицу надавить легче, чем на сына, но и ее не следует оставлять без внимания.

Для слежки за ней Данира привлекла бывшую пассию Дила, Шейди Сейскарт. Она, в свою очередь, вышла на какую-то даму с Четверки, которая Риалу знала и могла нанять местных детективов. Они давали регулярную информацию о ее местонахождении вплоть до момента, когда эта мерзавка Ри вылетела на встречу с ней, Данирой, и с тех пор пропали, будто и не было их вовсе. Все, вместе с Шейди. Но, главное, пропала и Дилова девчонка. Очень скоро стало ясно: мерзавку похитили. Такого приказа Данира не давала. Объясняться по этому поводу со взбесившимся Дилом – увольте. План был совершенно иным: опоить красотку и скомпрометировать. Не зря для Риалы Макридис была зарезервирована каюта. Первый пункт плана прошел успешно: кофе приличной дозой нейролептика замедленного действия куколка выпила, да не в номере Даниры, а в роскошной кофейне. Мужчина, который должен был сыграть роль любовника, уже ждал во всеоружии. И тут девчонка исчезает. Нормально?

Сказать по правде, сначала Данира радовалась, как же. избавилась от помехи без лишних хлопот. Но, когда Риала Макридис объявилась на Бэре поняла, что все не плохо, а очень плохо. Ее, Даниру, банально подставили. Хотелось бы еще знать, кто. Не граф ли Амондор? А что, очень похоже. Влезть в чужую комбинацию и вывернуть ее в свою пользу — это его почерк. Но игра не проиграна! Она еще поборется! Главное, чтобы император ее поддержал, а там она скрутит своих врагов в бараний рог и добьется, что все будет так, как она хочет!

Данира видела, что вся ее интрига не только сама летит к чертям, а собирается прихватить туда же мир и благоденствие во всей Империи. Но отказываться от своих комбинаций красавица возлюбленная императора привычки не имела. Особенно по такому ничтожному поводу как народные выступления. Эти мерзавцы просто играют на руку Дилу! Мятежники должны быть схвачены, казнены, и баста! Тогда все пойдет как надо своим чередом.

Более рациональный император пытался образумить любимую. Он хорошо знал историю и не рвался повторить судьбу тиранов из разных миров: все они, так или иначе, плохо кончили. Выступления граждан справедливы. Они протестуют против незаконной практики рабовладения в системе Шиэртана. Девушка осуждена и приговорена? Это в корне неверно. Он, Эрголион, приговора ей не подписывал. Если бы она сама полезла на тот же Бэр, причин вмешиваться не было бы. Но ее похитили, используя крейсер императорской армии. Да еще независимый мир Четверки протестует, а это высококачественные продукты питания и отдых. В общем, девушку необходимо спасти и вернуть в ее мир. А что Дил в нее влюблен и требует (вполне законно требует) ее возвращения живой и здоровой, так это просто так совпало.

С другой стороны, что делать в аверхом Шиертана? Отравить, пока он развлекается на курорте? В принципе, этот старый маразматик всем давно уже надоел, но плохо будет если он умрет не у себя в шиэртанской резиденции. Этим оркам дай только предлог, и они отвалятся вместе со своими ресурсами, разработками и технологиями, а также солдатами и военными кораблями. А если аверх туда вернется, травить его будет поздно: он успеет расправиться с девушкой. Это чревато взрывом уже в центре империи, сменой династии и порчей отношений в галактике в целом.

Куда ни кинь, везде клин.

В эти невеселые размышления императора время от времени врывались полные возмущения и гнева реплики эдры Даниры. От них начинала болеть голова. В конце концов он не выдержал:

–Бесценная моя, прекратите! Вспомните о своем достоинстве! Я считаю неприемлемым наказывать нашего сына таким варварским образом: через его любимую женщину. Представьте, что кто-то, желая меня шантажировать, похитил бы Вас, дорогая. Похитил и угрожал позорной смертью. Поверьте, я сделал бы все, чтобы Вас спасти. Пошел бы на любые условия. Но похитителю с этого момента надо было бы спать в пуленепробиваемом скафандре и проверять на яд каждый кусочек пищи. Думаю, мой сын в этом на меня похож.

– Вы обвиняете меня, Ваше Величество?

Если она рассчитывала на капитуляцию и попытку умиротворения агрессора с его стороны, то просчиталась. Эрг очень не люби, когда его ставили в положение, из которого не было достойного выхода. Он многое прощал своей любимой, но тут она перешла некую грань, после которой, по его понятиям, женщину следовало наказать. Но и лицо терять не хотелось. Поэтому он сказал обтекаемо, но жестко:

– Да, Данира. Я верю, что Вы не заказывали похищение девушки, но способствовали ему и тянули время, когда оно уже произошло. Как ни люблю я Вас, но должен сказать: это отвратительный поступок. Боюсь, Вашим планам, дорогая, в ближайшее время не суждено сбыться.

– А Дил? Его Вы оправдываете?

– И его не могу оправдать. Он подставил под удар свою родину. Боюсь, мальчик не заслуживает признания его моим законным наследником. Вы узнали все, что хотели, Данира? Теперь ступайте к себе. Мне надо посовещаться с моими министрами.

Снести такое унижение Данира не могла, она быстро поклонилась и вылетела из кабинета. Добежав до своих покоев, рухнула на кровать и залилась злыми слезами. Только что император по сути отправил ее в отставку. Да, долго это не продлится, он не привык жить без нее, но на трон в ближайшее время ей рассчитывать не приходится. Актуальную жену уберут, это уже решено. А потом... Кто знает, на ком женится Эрг? Возможно, это будет еще один политический брак... Рассчитывать ей больше не на что. Ее место всегда будет в постели, а не на троне.

И из-за кого? Из-за какой-то девчонки. Она же ничего из себя не представляет, даже красивой не назовешь. Мелкая, серенькая... Модификацию не прошла, лицо простецкое. Данира еще долго выискивала недостатки Риалы, в душе чувствуя, что девочка невероятно привлекательна, не зря ее сын в нее влюбился после стольких лет. В ней горел такой же огонь, что и в самой Данире, и тут уже не важны были рост, вес и прочие подробности. Она была даже лучше: сильнее, честнее, чище. Из тех, кто не идут на компромисс с совестью, и не по глупости, а просто потому что иначе не могут. Но... Тем больше эта маленькая нахалка злила свою несостоявшуюся свекровь.

Спровадив Даниру, император обратился к своим министрам. В отличие от любовницы Эрголион понимал, что силовое решение вопроса в этой ситуации чревато такими последствиями, с которыми ему не справиться. Потерять империю из-за одной девчонки он не хотел, поэтому и подготовил несколько решений, способных, если не разрешить кризис, то смягчить его и потянуть время. Орков следовало как следует пугнуть, народ в центре задобрить, средства массовой информации перетянуть на сторону власти. Еще хорошо бы от аверха избавиться, но, если это сделать сейчас, то это покажется всем подозрительным. А вот когда тот соберется обратно на Шиэртан… План есть, осталось раздать поручения.

– Так, в связи со сложившимся кризисом... Подтяните сюда парочку имперских крейсеров с элитными подразделениями. Еще троечку пошлите к Шиэртану. Пусть дислоцируются неподалеку от ближайшего перехода. Те можно и не элитные, орки обойдутся. Полной боевой готовности не объявлять, но у нас там были запланированы учения, кажется? Вот их и проведете. Можете идти исполнять!

Он милостиво кивнул, отпуская военного министра, и обернулся к министру внутренних дел:

– Дорогой герцог, постарайтесь не разжигать страсти. Люди выступают в поддержку наших имперских законов? Их митинги имеют право на существование. Так что дружелюбнее, а то знаю я вас. Арестовывать только тех, кто будет нарушать порядок. Светильники, там, бить, урны переворачивать... И чтоб на каждого арестованного пьяного охранника. Оркам, постоянно проживающим на Лигете, порекомендуйте неделю-другую посидеть дома: это все ненадолго. Действуйте через землячества, и не дай Вам боги, чтобы это дошло до прессы!

Министр внутренних дел тоже ушел.

– Теперь надо подумать, как разбираться с Шиэртаном. К сожалению, сменить аверха пока не в нашей власти. Значит, дорогой маркиз, Вам придется ехать и уговаривать этого старого негодяя сменить гнев на милость. Если он будет угрожать ритуальным самоубийством, ничего страшного. Стойте на своем. Смерть во имя своего народа сделает его героем. А нас избавит от лишнего геморроя. И передайте нашему послу графу Осватинеи: пусть уговаривает Четверку не вводить эмбарго. Может обещать за это практически что угодно. Император не имеет отношения к произошедшему, наоборот, делает все возможное, чтобы спасти девушку и компенсировать ей пережитые страдания.

Получив указания для себя и для министра иностранных дел, ушел и министр по делам империи. Остался только граф Коррентиэни. Он сидел в углу и внимательно следил за Эрголионом своими черными, как антрацит, глазами. Император одним движением оказался рядом с графом.

– Вам, Амондор, я поручаю самое сложное. Вы летите на Бэр и под любым предлогом вывозите оттуда девушку сюда, на Лигет. Знаю, это практически нереально. Но я в Вас верю. Если Вы не сможете, то это никому не дано.

Граф еле заметно подвинулся, давая больше места императору. Или просто отодвинулся, чтобы оказаться подальше от монарших милостей:

– Вы льстите мне, Ваше Величество.

– Нет, друг мой, это не лесть. Я адекватно оцениваю способности своих людей. Средние, между нами говоря, людишки служат государству. Сливки снимает большой бизнес. Но Вы — другое дело. Вам по плечу такие задачи, которые остальные даже понять не могут, не то что выполнить. Сейчас я прошу Вас спасти целостность Империи. Ваше положение сейчас высокое, но если Вам удастся... Оно станет гораздо выше, это я могу обещать.

– Что будет с девушкой потом, Ваше Величество? Я знаком с ней, поэтому мне небезразлична ее судьба. Вы собираетесь выдать ее за своего сына?

– За Дила? Ну, если она этого потребует... Но я надеюсь на ее благоразумие. Человеческие девушки неподходящие жены для долгоживущих. Они стареют и уходят, оставляя любящих безутешными. Я собираюсь с почестями препроводить ее на родину. Пусть Осватинеи передаст ее родственникам в торжественной обстановке. Можете сделать это сами, если она Вам небезразлична. Кстати, никогда не слышал о ней беспристрастного мнения: в ней действительно есть что-то особенное?

Темные глаза полуорка сверкнули:

– На мой взгляд да. Очень незаурядная личность, яркая и запоминающаяся. Далеко не красавица, но на ее фоне любая красотка меркнет. Если бы не Ваш сын, я бы сделал все, чтобы затащить такую в свою постель. С ней никогда не будет скучно.

– Ну что ж, рад был услышать мнение эксперта. Если уж Вы, главный обольститель дам, ею заинтересовались, значит, она действительно достойный экземпляр. А Данира лезет на стенку от ревности.

Не надо было это говорить. Граф тут же произнес верноподданническим голосом с оттенком сожаления:

– Простите мою вольность... Вся эта ситуация очень неприятна.Эдра Данира обиделась...

– Ничего, ей полезно. Она иногда начинает зарываться, и ей необходимо напомнить, где небо, где земля. Возвращайтесь с победой, и я помирюсь с Дани. Вы тоже внакладе не останетесь.

– Ваше Величество, я вылетаю на Бэр через час.

Расставшись со своим шефом секретной службы, Эрголион отправился к Данире. Что бы там ни было, а он не привык ложиться спать не помирившись с любовницей. Она встретила его холодно, церемонно поклонилась и спросила:

– Что будет угодно моему повелителю?

Голос был ледяным. Похоже, дуться будет долго. Было два пути: оставить ее одну дня на два, сделав вид что он сильно гневается, и заставить упрямицу молить о милости, или... Ждать было выше его сил: Данира нужна ему здесь и сейчас. Он сказал не менее холодно чем она:

– В спальню. Быстро.

И, не дожидаясь взрыва, который должен был последовать, толкнул ее на диван и навалился сверху. Сначала женщина отбивалась как дикая кошка, потом вопли гнева перешли в крики страсти. Когда они лежали рядом, утомленные бурным сексом, Эрг тихонько сказал:

– Ты же у меня такая умница, ну что же ты такая дурочка? Так все мне и себе усложнила... Пришлось даже Амондора на Бэр посылать за девчонкой...

Данира вскочила:

– Что? Графа Коррентиэни? Ты вообще соображаешь? Как ты думаешь, что он нам оттуда привезет? Боюсь, что свои сожаления и труп.

Она ничком упала на кровать снова зарыдала, теперь уже от бессилия.