Глава 39. Аня

И правда… теперь все как-то по-другому.

По-настоящему.

Следующие дни мы оба заняты ежедневными делами, а ночи, наполненные жаркими стонами, объятиями и любовью, проводим вместе.

По совету отца я записалась к физиотерапевту и занимаюсь восстановлением после перелома, а еще наконец-то спокойно берусь за учебу в колледже. Это тяжело из-за такого перерыва, но многие преподаватели идут мне навстречу, разрешая пересдать контрольные и тесты.

Проблема, как всегда, только с английским.

Здесь уже подключается мой муж, помогает и направляет, несмотря на свою занятость, а я все больше вливаюсь в его жизнь.

И с каждым днем он восхищает меня сильнее.

Спорт — это не про кубки, медали и рекламные контракты. Не про деньги, как многие считают. Спорт — это то, чем живет Миша, вставая в шесть часов утра и отправляясь на первую тренировку.

Каждый день — дисциплина.

Каждый день — система.

Каждый божий день.

А вечером, как правило, то, что не покажут по телевизору и не напишут в статьях: полное опустошение, усталость и полотенце со льдом на распухшем колене. Если кто и учит меня преодолевать трудности и не смотреть назад, так это он — мой Авдеев.

Игры в солнечном Сочи для «Родины» становятся самыми успешными в этом сезоне. Победы — безоговорочными и вполне закономерными. Уж больно хорошо парни играют. Это отмечают и в прессе.

«Восьмой номер «Родины» — самый настоящий счастливчик».

«Лакимэн, которого боятся вратари, уважают соперники и просто обожает Ее Величество шайба».

Читая эти заголовки об Авдееве, я хмурюсь и отпиваю утренний кофе в небольшом ресторанчике на набережной. Зимнее море сегодня спокойно, холодный ветер разгоняет чаек, а солнце приветливо выглядывает из-за туч.

— Это неправильно. Писать так, будто весь результат Миши — чистое везение, — возмущенно делюсь с собеседницей на экране.

Бьянка с заспанном лицом, вытягивая светлую прядь утюжком, смеется:

— А что им еще писать?

— Почему он стал таким успешным. Показать, как много Миша тренируется, какой он трудолюбивый и целеустремленный.

— Это никому не интересно, Ань. Все хотят чуда! Сказки! Ну или чтобы кринжа навалили.

— Все равно ерунда какая-то.

Бьянка откладывает утюжок и грустно вздыхает.

— Блин, жалко я с вами не поехала. Это правда, что парням дали целых три дня отпуска?

— Ну… как сказать отпуска? — ворчу. — Утренних тренировок никто не отменял, но да, Миша уже сегодня ночевал со мной в гостинице…

На экране вижу, что после этих слов мое лицо становится пунцовым, поэтому предусмотрительно прячу его за чашкой кофе. Секс мне нравится. Нет, не так. Секс с Мишей мне нравится, но говорить о нем открыто я пока не готова.

— Да вижу уже, молодожены! — восклицает Бьянка. — Что вы вместе ночевали.

— В смысле? — пугаюсь.

— У тебя на шее справа огромный засос, Авдеева. Его из космоса видно.

— Черт, — поднимаю подбородок, пытаясь рассмотреть. — И правда, как я не заметила…

Расстраиваюсь, потому что вернуться в гостиницу и сменить футболку на водолазку уже не успею. Придется замазывать консилером где-то в дороге.

— Расслабься, подруга, — Бьянка мечтательно вздыхает. — Это значит, что у вас с Мишей все хорошо. Яичкина там, наверное, вкрутую сварилась от злости, — хихикает.

— Не напоминай, — морщусь, словно съела что-то кислое. — На играх здесь Вита вела себя так, будто меня нет. Даже не поздоровалась ни разу. Ну мне и не надо…

— А что Алиса? Справляется с обязанностями?

— Да, все отлично, — пытаюсь вспомнить, что можно было бы обсудить и посплетничать. — Алиса вроде нормальная, и парни на нее хорошо реагируют. Ты же видела ее новые видео в группе? По-моему, классно получилось.

— Я бы все равно лучше сделала. Дурацкое правило, что мы теперь с ней должны сопровождать команду на выездах по очереди.

— Согласна! — поддерживаю.

— Ты вот самая умная из нас Авдеева, выскочила замуж за хоккеиста. Может… и я когда-нибудь выскочу. Такое платье себе присмотрела. Как там, кстати, мой Алтай?

— Хм… — хмурюсь, замечая, что в кафе заваливается целая толпа в одинаковых черно-оранжевых куртках.

Игроков «Родины» видно издалека.

Первый, кого замечаю, — конечно, Миша.

Он, стягивая капюшон, бегло осматривает зал, видит меня за столиком у окна и весело подмигивает. Широким шагом идет по проходу.

Высокий, широкоплечий, сбивающий с ног своей энергетикой.

Мне до сих пор не верится, что мы вместе и все плохое позади.

За Авдеевым идет Алтай. Он о чем-то рассказывает улыбающейся Алисе и недвусмысленно приобнимает ее за плечи.

Что за ерунда, блин?..

Черт.

— Я перезвоню тебе, дорогая, — быстро говорю Бьянке. — Миша пришел.

— Ладно, давай. Передавай всем привет. Авдееву пламенный. Алтая поцелуй за меня.

— Хорошо, — вяло улыбаюсь.

Я лучше ему врежу.

— Отличного дня.

Как только выключаю телефон, Миша выдвигает свободный стул.

— Выспалась, родная? — спрашивает, снимая куртку.

— Да-а-а, — растерянно улыбаюсь и подставляю лицо для быстрого, смачного поцелуя. — Как прошла тренировка?

— Отлично. Завтра отдыхаем.

— Ого!

— А это тебе! — вынимает из кармана спортивных штанов маленькую шоколадку.

— Мне?.. Спасибо.

Я искренне радуюсь, хватаю подарок и прижимаю к груди.

В этом весь Авдеев!.. Он никогда не приходит с пустыми руками. С ним всегда цветы, фрукты или жвачки с заправки. Сегодня вот шоколадка. Порой это такие мелочи, но именно благодаря им я точно знаю: муж обо мне не забывает ни на минуту.

— «Мишка косолапый»? — читаю на обертке и вскрываю ее.

— Ага. Увидел в буфете Ледового. Подумал, ты оценишь!

Откусываю дольку и предлагаю ему. Отказывается.

— Я оценила, — крепко обнимаю сильную шею и целую небритую щеку.

Прячусь в ласковых объятиях мужа, наблюдая за происходящим вокруг нас.

В кафе становится шумно и весело. Парни приставляют столики к нашему столу, двигают стулья. Кто-то сразу же отправляется в туалет, кто-то к барной стойке, официантки ошарашенно наблюдают за всей этой вакханалией.

Замечаю, что здесь не только игроки, но и персонал «Родины». Менеджеры, кто-то из тренеров, администрация.

Все решили позавтракать здесь.

В том числе Ярослав. С ним здороваюсь незаметно.

— Мне немного неловко перед Бьянкой, — киваю на Алтая и воркующую с ним Алису, сидящих наискосок от нас.

— Понимаю, — Миша хмурится и успокаивающе поглаживает мою ногу. — Но сделать мы ничего не можем…

— Надо ей рассказать. Так нечестно.

— Не стоит, Анют. Пусть сами разбираются.

— Думаешь? — смотрю на него доверчиво.

Люблю до посинения. Думать ни о ком другом просто не в силах!

— Знаю!.. — отвечает, кончиком указательного пальца задевая мой нос.

— А вот это знаешь, Авдеев? — округляю глаза и поворачиваюсь к нему, демонстрируя шею.

Он осматривает свою же метку и самодовольно улыбается.

— Догадываюсь!..

— Ты с ума сошел? — шиплю, прикрывая засос волосами.

— Если только от тебя, Ань, — его голос становится низким.

Вот как тут обижаться?

— Ладно! — смеюсь, потому что и сказать нечего, поднимаюсь. — Давай ты пока закажешь нам завтрак, а я пойду как-нибудь это исправлю.

Недобро посмотрев на Бессмертного и свою коллегу, подхватываю сумку и спешу в уборную. По пути встречаю парней, здороваюсь, вежливо улыбаюсь.

Как только дверь женского туалета за мной закрывается, из кабинки выходит Вита. Поморщившись, она включает воду и нагловато смотрит на меня через зеркало.

Я, повесив сумку рядом с умывальником, не обращаю на Яичкину никакого внимания. Среди салфеток, косметики и прочей требухи долго ищу консилер.

— Да чтоб тебя, — ворчу.

Когда заветный тюбик наконец-то находится, нервно снимаю крышку.

Под внимательным колючим взглядом наношу несколько капель на засос и аккуратно вбиваю их пальчиками в кожу.