Глава 28

Мартина – Мирон у мамы с папой. Они сейчас, наверное, уехать должны. Я свяжусь с родителями, постараюсь объяснить им ситуацию. Надеюсь, они поймут. Уверена, что поймут. Они же у меня хорошие, славные… Отходчивые! – добавила я, впрочем, уже не так уверенна. Гоша, знающий меня, как свои пять пальцев, чутко насторожился и уловил переменчивое мое настроение, уточнив: – Что-то не так? – Все так, просто… – Просто они всегда ждали от меня подвоха, да? – уточнил он с усмешкой. Я не стала говорить ему, что это не так. Сам же знал, из какой среды вышел и при каких обстоятельствах мы встретились впервые. * * *Тогда я была на последнем курсе медицинского колледжа, по специальности фельдшер и проходила стажировку в составе бригады скорой помощи. Распределение – вещь непредсказуемая, и куратор, которая меня не очень-то жаловала, забросила меня проходить стажировку в регион. В один из небольших поселков. Либо так, либо никак и проваленная практика. Я сцепила зубы покрепче и каталась в составе бригады. Так как ездить было очень далеко, то и квартирку снимала там же, в небольшом поселке. Как вспомню этот домик, мама дорогая… Двухэтажное старейшее здание. Отопления центрального нет. Котельной – тоже. Каждая квартира, еще со времен разрухи, отапливается углем или дровами при помощи крохотной печи, так называемой буржуйки. Сутки отпашешь, как лошадь, приходишь в эту квартирку, а там дубак стоит, пока чуть-чуть прогреешь, в шубе сидишь и трясешься от холода! Создается впечатление, будто откатилась назад в прошлое, а не живешь в современном мире. Именно в одну из смен своей практики я и встретила Георгия Декабрина. Встреча была запоминающейся… Вызов поступил о том, что кто-то поскользнулся и разбил себе голову. Я не сразу поняла, в чем дело, а местный фельдшер, тучная и хамоватая врачиха, кажется, с первого же мгновения поняла, в чем суть, и заохала, притворившись больной. Она дала добро, чтобы я выехала на вызов сама, с водителем и санитаром. Те тоже как-то помалкивали и ехали неохотно. Я же, дурочка, полная энтузиазма, ничего не подозревала. Откуда мне было что-то подозревать?! Я же была не местная. Старенькая машина скорой помощи притормозила возле ворот высоченного двухэтажного дома, в элитном районе того поселка. Едва я вылезла из машины, как водитель долбанул по газам и скрылся. Я осталась одна. Ни водителя, ни санитара. До поста топать на другой конец поселка, километра три-четыре, не меньше. Еще и вызов этот… Чемодан тяжеленный. Перед лицом – кованые ворота со звонком. Тащиться обратно? Или прийти на помощь? Я выбрала второе. Нажала на кнопку звонка. Калитку открыли дистанционно. То, что здесь царит веселье разнузданное, я поняла буквально с первых же шагов, сделанных по расчищенным дорожкам. Дом виднелся впереди. Слева стояла большая баня. Дверь этой бани открылась, из нее с визгом вылетела голая, сисястая девица. Визжащую, раскрасневшуюся девку швырнул голой попой в снег здоровенный, раскачанный, почти лысый мужчина. Я буквально в тропинку вросла, разглядывая крепкий, подкачанный зад и широченные плечи этого исполина. Он обернулся, встретился со мной глазами. Это была первая встреча с Георгием Декабриным. – Ты кто? – Скорая… помощь. Взгляд невольно скользнул вниз, через крепкую, красивую грудь, на пресс и чуть ниже. Щеки заалели. Мужчине было чем гордиться. – Кто-о-о? – протянул он. – Скорая помощь. Вызов. Был. Куда идти? – Вызов? – мужчина нахмурился. Пар от него валил во все стороны. Жаркое, раскрасневшееся тело было полно жара и силы. – Сказали, кто-то ударился головой. Если вызов ложный, я пойду обратно, – попятилась. – Погоди. Ща узнаем. В грудь мужчине прилетел снежок. Девица, сильно подвыпившая, хохотала и голыми руками катала снежки. – Угомонись, – негромко сказал мужчина. – Не до тебя, бля. В дом вали. Говорил мужчина негромко, но девушку, как ветром сдуло. Виляя голой задницей, она побежала в сторону дома. До него было идти метров двести, не меньше. – Застудит же, – вздохнула я. – Что именно? – Все те места, которые вас… кхм… интересуют! Не жалко? Мужчина хохотнул, посмотрел на меня уже не так равнодушно, с интересом каким-то. – Другая найдется, – отрезал. Он вернулся в баню, соизволил натянуть трусы и резиновые шлепанцы, двинулся в сторону дома. Все время шел впереди меня и демонстрировал мне свою спину и упругий зад. Не то чтобы я на него часто пялилась, но, когда этот мужчина добрался до двери, резко обернулся и посмотрел на меня, мой взгляд оказался на уровне его паха. – Проходи, – распахнул передо мной дверь и… В тот же миг меня едва с ног не сбили двое дерущихся мужчин. В последний момент полуголый мужик успел оттащить меня за плечи, буквально вжав в свое горячее тело. Тогда мне показалось, что я этот жар ощутила даже через толстый слой фирменной куртки и безобразно широких штанов зимней формы медиков скорой помощи. – Осторожнее, кроха! – Что здесь у вас творится? – ахнула я, увидев, как мужики колошматили друг друга до крови, выбивая зубы и ломая носы. Из дома доносились басы музыки. – Да у вас тут кутеж! «Работы – километр!» – подумала я. Вот теперь еще нос кому-то вправлять придется. – Отмечаем, – коротко отозвался мужчина. – Пойдем, глянешь, кому помощь в доме нужна. Че тебя одну отправили? Чемодан больше, чем ты сама… Или струсила, кроха? Мужчина подмигнул, ущипнул меня за кончик носа, раскрасневшегося от мороза. Оказалось, все очень непросто, а та встреча стала нашей первой, но не последней. * * *В доме была вакханалия. Пили, смеялись, танцевали полуголые девки, взвизгивали довольно, когда их лапали мужики. Блатные разговорчики, шутки похабные отовсюду. Пот заструился по спине. В доме было хорошо натоплено, мне было жарко в униформе ватной. Но я упорно тащила чемодан. На первом этаже никому помощь была не нужна. За исключением девушки, которая, кажется, перебрала то ли с выпивкой, то ли с чем-то еще и блевала в унитаз. На втором этаже были спальни. И, едва поднявшись по лестнице, стало ясно, что у тех, кто решил уединиться, все было очень даже хорошо и весьма обоюдно, судя по стонам. – Долгого не вижу, – нахмурился мужчина. – И еще парочку человек. Может, на цокольном. Пошли. Я вытерла рукавом пот со лба. Мужчина шел впереди, оглянулся, окинул меня сомневающимся взглядом. – Ты там не упарилась еще? В доме жара. – Все хорошо. Показывайте, где больной? Или вызов был ложным?! Изо всех сил я старалась, чтобы мой голос звучал серьезно. – Сейчас проверим. Чемодан помочь донести? Я вцепилась в чемодан как можно крепче. В голове промелькнула мысль: не отдам! Если что случится, я этим чемоданом отбиваться буду. Хотя, наверное, это будет не так-то просто. Чемодан тяжеленный. В крайнем случае метну его, как ядро! Даже этому бугаю почти лысому полголовы снести может… – Я сама. – Ну, сама так сама. На цокольном этаже обнаружились двое, играли в бильярд. Один безбожно продувал, второй с азартом загонял шары в лузы. – Кот, ну ты мне хоть немного оставь! – канючил второй. – Долгого не видели? Тот, кого назвали Котом, выпрямился, махнул рукой в сторону. – Там сидели. В карты резались с Костяном, а что? – Сам Костян где? – Позвонить выходил. – Наверное, он и вызвал, – отозвался почти лысый бугай с чудо какой крепкой задницей и широченными плечами. – Кого вызвал? – Скорую! – махнул на меня. – Где скорая? Эта, что ли! – рассмеялся Кот. – Она там в ватниках не утонула? Ей бы самой скорая не помешала! – и заулюлюкал. – Девочка, а девочка! Ты хоть искусственное дыхание делать умеешь? Рот в рот! Вернее, член в рот, а то мы здесь задыхаемся! – схватился рукой за ширинку. Его игрок по бильярду заржал, довольный пошлой шуткой. – Завались, а… – махнул на него рукой бугай и обратился ко мне. – Пошли. Долгой обнаружился в самой дальней комнате, в луже крови. Вот только это была точно не раны головы и уж точно не от того, что мужчина поскользнулся. Его порезали. Он почти отключился и не двигался. – Это ножевое, – сглотнула я. – В полицию сообщить надо. – Блять. Мужчина окинул взглядом комнату, распростертого на полу мужчину и еще раз крепко выматерился, заметив вывернутые карманы. – Кажется, Костян продул и вспылил. С ножом бросился. Обчистил, еще и свалил. Как только совести хватило… скорую набрать! Короче, так! Осмотри его. Посмотри, что можешь сделать! Ну? Ты хоть что-то делать умеешь? Или как? Я словно очнулась. Меня больше поразило спокойствие, с которым мужчина объяснился. Как будто для него в порядке вещей были такие ситуации, что из-за карточного проигрыша можно сильно человека порезать. – Умею. Только, если у него внутренние органы задеты, я ничем помочь не смогу. И в полицию надо. – Не смеши, – фыркнул. – Разберись тут давай! Мужчина затрусил обратно, начал шумно выяснять, как долго Кот с другим играют в бильярд. Оказывается, совсем недавно. Мужчины начали шумно выяснять, куда мог свалить Костян. Я принялась осматривать Долгого. Вроде ничего такого не задето, просто порез был очень длинный, но не глубокий. Жить будет. Пришлось кое-как накладывать швы. Я уже поняла, что, судя по всему, вызов пришелся на праздник каких-то бандюков, поэтому врачиха свалила, водитель и санитар – тоже. Обиднее всего было, что они меня даже не предупредили, бросили на произвол судьбы! В таком месте же все, что угодно могло произойти! Тут вон… на одном углу баб трахают, на втором углу баб в сугроб голышом швыряют… Брр… Кое-как справилась. Не супер красиво, но пусть и на том спасибо скажут. Я вообще не обязана была никого зашивать, а доставить в больницу. Но не на себе же мне его тащить! К тому времени мужчина очухался. Был слаб, но приходил в себя понемногу, матерился. Думаю, на этом все. Можно и уходить. Пошла помыть руки. Пальцы дрожали, испарина на лбу была холодной. Перенервничала немного. Наклонилась над раковиной умыться, поднимаюсь, за спиной кто-то стоит и ухмыляется. Рожа косая, пьяная. – Откуда рыжуля взялась? – пошел ко мне, распахнув объятия. – Иди ко мне, красоточка! Пьяный, обкуренный. Глаза краснющие! Еще и дверь закрыл, урод! Вот это я попала! Я сделала два шага, отступать было некуда. Только в унитаз смыться. Пьяный же ничего не слушал, никаких моих оправданий и попыток приструнить нахала, как ринулся на меня! Я схватила, что кинулось мне в глаза – туалетный ершик и хлобыстнула наглеца по роже, прочесав ему по глазам. Он завопил и заматерился еще громче. Я тоже вопила. Внезапно дверь затрещала и вылетела. На пороге стоял тот самый мужчина, который и водил меня по злачному месту. Он быстро оценил ситуацию и за шкирку оттащил от меня нахала, со всей дури приложил его рожей о кафельную стену. Кровь брызнула во все стороны, раздался противный хруст. Нападавший обмяк. Я застыла. С ершиком наперевес. – Ты как? – поинтересовался бугай. – Не подходите! – заорала я. – Пошли, выведу тебя. – Никуда я с вами не пойду! – А что, остаться хочешь? – покачал головой. – Нет! Отойдите! – я ершиком взмахнула. – Я выйду сама. – Сама так сама… Бугай отступил, освобождая проход. К тому времени он натянул штаны и даже туфли, но торсом голым продолжал светить, как ясно солнышко! Я не сводила с него глаз, вышла в большую комнату, отступила к чемодану, принялась одной рукой быстро сваливать все туда, второй рукой ершик держала. Конечно, ершик против этого бугая – все равно, что булавка против слона, но так мне было спокойнее. Чемодан не застегивался. Никак! – Помочь? – Я сама! – огрызнулась, но ничего не выходило. – Брось его. – Это имущество… Материальная ответственность! Я чуть в голос не разрыдалась, слезы предательски поползли по щекам. – Ну и чего ты нюни развесила? Мужика была готова отметелить ершиком, а из-за чемодана расстроилась, нюня-Манюня. Подтирай, что с носа течет, выведу тебя.