Глава 27

Матрешечка в любви мне призналась, и это было мило. Да, конечно, во время секса я слышал ещё и не такие откровения, но в этот раз я действительно почувствовал искренность девичьих слов. То есть Тильда реально считает, что в меня влюблена. На деле же, это ее первая влюбленность, первые интимные отношения и, само собой, она будет идеализировать меня. До поры до времени. Пока какой-нибудь хер или какая-то шлюха не расскажут обо мне что-нибудь неудобное. А такие люди найдутся, если хорошо поискать. Я не ангел и не святой, и много грешил. И если Тиля прислушается к чужим словам, то грош цена такой любви. В том, что Дауд готовит очередную пакость, я уверен. К сожалению, я не умею читать мысли на расстоянии и не знаю, что конкретно. Но ход с его стороны будет. Суд надо мной он ни за что не пропустит. Может быть, я даже узнаю, почему он пошел против меня. Кому-то продался, или я его чем-то задел? – Ром, а ты хотел бы детей? Ну, началось. Вот поэтому я сразу озвучиваю свои правила: только секс и никаких детей. – Нет. – Почему? – девчонка привстает на локте и заглядывает мне в глаза. – Потому что с меня выйдет плохой отец, – режу. – Да это все так говорят, – с воодушевлением тарахтит девчушка, – а потом… – Закрыли эту тему, – пресекаю жёстко. Обиделась. Укрылась одеялом и отвернулась. – Тиль, ты чего? Ну какие дети, алеё? Я под следствием, – трогаю ее за плечо. – Не прикасайся ко мне, пожалуйста. Я хочу спать. – Не ври мне. Насильно разворачиваю ее к себе лицом и глажу по персиковой щечке. – Прости, малыш, – шепчу покаянно. – Я слишком несдержан. Сейчас не время для таких разговоров, правда? Ты же сама меня скоро бросишь… – Нет! Я не брошу, – ужасается моим словам. – А вот и бросишь. Будешь меня ненавидеть. Поэтому соглашайся на мои условия, детка. Если между нами будет только трах, то тебе не придётся страдать. – Но почему я должна страдать? – хлопает ресничками. – Завтра на суде что-то произойдет. Конечно, я не могу заранее все знать, просто… – Да что там такое затевается, Ром? – смотрит испуганно и прижимается ко мне. – Если бы я знал, – горько усмехаюсь. Крепко прижимаю ее к себе, и член снова наливается кровью. Быстро реагирует на нее, на такую сексуальную лапочку. – Дашь мне ещё разок? – спрашиваю игриво. – Роооом, – тянет капризно. – У меня там все болит, – добавляет страшным шепотом. – Потерпи чуть-чуть ради меня, а то теперь неизвестно, когда увидимся в следующий раз. Я так тебя хочу… Провожу пальцами между ее ягодиц, и Тиль напряженно вглядывается мне в лицо. – Да не бойся… Не трону твою попку. Я ж говорил, что без изысков трахаюсь. – Успокоил, – расслабляется и даёт потрогать свои аппетитные полушария. Попка, что надо, у моей матрешки. Но боюсь, такая малютка не выдержит мой агрегат. – Хочешь попробовать мой член на вкус? – беру его в руку и подрачиваю. – Ой нет, я стесняюсь, – прячет в ладонях лицо. – Кого стесняешься? Меня что ли? Тиль, мы с тобой сегодня близки как никогда. Вообще нет смысла жеманничать. – Да я не жеманничаю, просто… ну не делала этого никогда. От мысли, что и первый минет тоже достанется мне, становится горячо в теле. – Пожалуйста, малыш. Хочу твои сладкие губы на своем члене. Или противно? Я вытер его влажной салфеткой, ты же видела. – Ладно, но я не гарантирую, что получится нормально. – Главное зубки держи при себе, – напутствую ее. Голая  и смущённая Тильда устраивается на моих ногах и наклоняется к головке. Я передаю ей в руку ствол. Из прорези показывается капелька, и матрёшка заворожено смотрит на нее. – Давай, слижи ее, – подстегиваю девочку. Она смешно высовывает язык и пробует предэякулят. – Соленое! – морщит носик. – Сейчас будет сладкое, возьми всю головку в рот. Девчонка послушно выполняет указание, и я в блаженстве прикрываю веки. Кааайф. Она снова действует интуитивно, и у нее неплохо получается. Я доволен. Кончить – не кончу, но удовольствие получу. – Молодец, отлично получается, – уже в который раз за ночь хвалю свою старательную девочку. – Теперь садись сверху на него и сама регулируй темп и глубину. – Ой, а так можно? – Конечно, – смеюсь. Тильда насаживается своей влажной киской на головку и, айкая, пропускает ее внутрь. Пока сосала, потекла моя малышка. Как бы ни прикипеть к ней душой? Где я потом такую же отзывчивую кошечку найду? Которая ни в какое сравнение с опытными шлюхами не идёт. Сжимаю ее небольшую грудку и пощипываю виноградинку-сосок. Тильда сидит на моем члене, прислушиваясь к своим ощущениям. Я устроил ей сильную пульсацию стволом, и она запищала восторженно: – Он шевелится во мне! Тиль упирается ладошками в мою грудь и потихоньку двигается. Я не требую от нее скакать во весь опор, потом дотрахаю в другой позе, а пока пусть учится. – Нравится? – спрашиваю, поймав на ее лице улыбку. – Даааа, – наклоняется и целует меня в губы. Я не особо люблю это дело, но с матрешкой все иначе. Целую ее столько, сколько нужно. Через несколько минут решаю, что с нее хватит, и подминаю ее под себя. Диван жалобно скрипнул. Мы его расшатали, пиздец. Хоть бы не сломался в самый интересный момент, когда я буду кончать. Третий заход изрядно подзатянулся. Девочка моя вся измочаленная. Но сексуальная такая, и глаза порочно горят. Губы искусаны и припухли. Темные волосы растрепались и стали влажными на лбу. А все равно она самая красивая! – Кончаю, – хрипя, вытаскиваю член и поливаю ее живот. Фух, чуть не прошляпил и не прыснул внутрь! Слава богу, сперма жидкая, как вода, и живчиков в ней, наверное, мало. Не подставлю малышку. Рано ей иметь детей, хотя и задумывается уже об этом. До рассвета осталось всего несколько минут. Я натягиваю штаны, давая понять, что сексуальный марафон на сегодня закончен. Тиля надевает нижнее белье и, завернувшись в одеяло, садится на подоконник. Мы ждём рассвет. – Я хотела спросить, но ты перевел тему, – говорит Тильда. – О чем? – выпускаю дым в открытое окно. Прохладно, но я стою без рубашки. Освежающее утро. Ещё бы чашку кофе, вообще было супер. Но в наличии только вода и апельсиновый сок. – Об Олеге. Что с ним случилось? – Передоз. – Вот как? Только… знаешь, есть кое-что странное. Перед тем, как с ним случилось несчастье, я видела Инну, которая выходила из его кабинета. – А ты зачем к нему ходила? – Увидела Дауда на Риткиной фотографии и хотела вам сообщить. Инна, значит. Что ж, неудивительно. Стерва показала зубки, потому что знала, что мы проиграем? Иначе бы не осмелилась. Дауд, наверное, напел ей в уши всякого, раз она решила Олега похоронить. Кстати, Клевцов паршиво с ней обращался, и не раз принуждал к сексу и к содомии всякой. Отомстила, значит. – Выбрось его из головы. Когда-то это должно было случиться. Да, он мой друг и партнер, но нужно смотреть правде в глаза. – Он наркоман? – Мгм… типа того. Торчит постоянно. На горизонте показывается полоска восходящего солнца, и мы прилипаем к ней взглядом. – Иди сюда, ко мне, – зовёт матрёшка, – ты такой холодный, как Лед. – И есть Лед. – Нет, ты просто замёрз. Тильда делится со мной одеялом, и мы, обнявшись, встречаем рассвет. Вот и закончилась наша бурная и счастливая ночь… А впереди – неизвестность. Свобода либо тюрьма. Пятьдесят на пятьдесят. Надеюсь, у моей девочки хватит выдержки вытерпеть весь этот ад…