6-8

— Подожди, — ахнула я. — Купальник же мокрый! Надо снять…

Приподнявшись на локтях, я попыталась нащупать лиф, но мне не позволили. Эван одной рукой перехватил мои запястья и завёл за голову.

— Как скажешь, принцесса, — хрипло прошептал он и, подцепив второй рукой тяжёлую ткань, потянул вниз. А я замерла, не смея пошевелиться. Только всё сильнее краснела, ощущая, как постепенно оголяется моё тело. Грудь. Живот. Ложбинка пупка.

Дойдя до бёдер, Эван потянул за завязки — сначала справа, потом слева. Через пару секунд купальник с мокрым шлепком упал на пол.

Я коротко вздохнула и прикусила губу. Поёрзала, сводя ноги.

— Сними, пожалуйста, повязку, — попросила я. — Хочу… хочу тебя видеть.

Послышался тихий смешок. Но отвечать Эван не спешил. Вместо этого он склонился к моим губам и поцеловал. Медленно и невероятно трепетно. Отпустил запястья. Провёл пальцами по скулам, коснулся волос… и отстранился, заглядывая мне в глаза. Склонил голову и улыбнулся, покачивая на указательном пальце повязку. И когда успел стянуть?

— Ты невероятно соблазнительна, принцесса. Ты знаешь?

В комнате царил полумрак. В свете магических огней глаза Эвана казались почти чёрными. Влажные после купания пряди спадали на лоб, придавая ему диковатый вид. На обнажённой коже блестели капельки воды.

Мы не касались друг друга. Но напряжение между нами росло с каждой секундой. Казалось, ещё чуть-чуть, и воздух заискрит.

Не сдержавшись, я протянула руку и провела пальцами по горячей коже. А потом приподнялась и несмело прикоснулась губами к мужскому плечу. И довольно улыбнулась, когда Эван рвано выдохнул.

— Принцесса, — угрожающий хриплый шёпот. — Я ведь не сдержусь.

— Не сдерживайся, — разрешила я.

В следующую секунду меня вновь опрокинули на кровать. А Эван навис сверху и впился в губы голодным, жадным поцелуем. Прикусил нижнюю губу. Лизнул. И обречённо застонал, когда я сделала то же самое.

Полумрак комнаты. Запах хвои и мужского тела. Жаркий шёпот и дыхание Эвана на моих губах. Горячие пальцы на внутренней стороне бедра. Сердце грохочет в ушах, перекрывая посторонние звуки. С моих губ срывается протяжный стон. И я выгибаюсь, когда Эван отрывается от моих губ, чтобы проложить по шее дорожку из поцелуев, по пути слизывая влагу.

Простыни насквозь мокрые. Стоило бы, конечно, по пути использовать полотенце — или хотя бы сейчас подсушить магией постельное бельё. Но я боюсь, что в нынешнем состоянии я либо подпалю постель, либо не смогу извлечь ни искры. Я в полном раздрае — мечусь по кровати, пытаясь найти себе место. Пока Эван покрывает моё тело поцелуями. Касается в самых сокровенных местах.

— Хн-н! — не то стон, не то мольба.

Пальцы Эвана касаются самого сокровенного, и я начинаю мелко дрожать. Кажется, всё это мы уже проходили. Однако в этот раз прикосновения в разы откровеннее. Эван больше не гладит, не ласкает. Нет, он уверенно проникает пальцем прямо в моё лоно. И одновременно подтягивается, накрывая поцелуем мои губы.

Хочется возмутиться, но горло сводит спазмом, и я не могу издать ни звука. А через пару секунд вовсе забываю, в чём было моё недовольство. Эван выскальзывает из меня, находит влажными пальцами чувствительный бугорок и обводит его по кругу. И всё это не разрывая поцелуя.

Я снова выгибаюсь в его руках. Всхлипываю и оседаю обратно на подушки. А он снова скользит пальцем внутрь меня. И мне кажется или теперь их уже два?

— Что ты делаешь? — хнычу я, отстраняясь от его губ. Бёдра мои словно живут своей жизнью. Подаются навстречу его ласкам. Снова и снова. Меня уже мелко трясёт от напряжения.

— Нужно проверить, — хрипло отзывается он. — Убедиться, что боли нет.

Я на секунду замираю, прислушиваясь к ощущениям. Ну точно, год назад, в день нашей единственной близости с Джейкобом, мне было безумно больно. Так, что слёзы текли из глаз.

Сейчас глаза мои тоже блестят — но уже по другой причине.

— Не больно, — признаюсь я, почему-то шёпотом. Словно раскрываю страшную тайну. И тут же снова всхлипываю и опять двигаю бёдрами. — Эван… пожалуйста!

Я сама не знаю, чего прошу. Зато мужчина, похоже, прекрасно понимает всё без объяснений. На его губах расцветает потрясающая чувственная улыбка. Не сводя с меня потемневшего взгляда, он разводит мои колени и устраивается посередине.

— Я буду очень осторожен, — шепчет он. — Но если вдруг почувствуешь боль…

Вместо ответа я поднимаюсь на локтях, обхватываю ладонями его лицо и целую. Провожу языком и слегка прикусываю губу.

И это всё, что я успеваю сделать. Потому что в следующую секунду Эван подтягивает меня к себе за бёдра. И я ощущаю восхитительное давление между ног.