Глава 10

Антон

Я стоял у ее двери, сжимая в кармане ключи от машины, которую она так любила. «Мерседес», черный, как моя злость. Пальцы дрожали от ярости, что кипела внутри, как дешевое пойло в душном баре.

Юля. Эта сучка. Эта наглая, расчетливая, мелкая шлюха, которая думала, что может играть со мной и остаться безнаказанной. Я пытался забыть, честно, даже завел новую игрушку, но это не помогало. Она посмела мне изменить.

Полгода. Полгода я трахал ее в съемных квартирах, в машинах, в офисных туалетах, пока моя жена спала дома, а ее отец – этот старый хрыч, этот жирный паук, который держал меня за яйца, подписывал контракты.

Полгода я врал, что уйду от жены, что брошу все ради нее. А Юля верила. Глотала каждое слово, как голодная кошка сметану. И что в итоге? Она врывается в мой якобы номер в новогоднюю ночь, в этом дурацком красном белье, которое я даже не успел увидеть, потому что там был НЕ Я.

Так и должно было быть, так было задумано. Я заплатил деньги и готов был расстаться с Юлей, но мне нужен был мотив.

В номере был тот ублюдок. Этот наемный клоун, которого я сам же и оплатил. Я видел фото. Видел, как Юля извивается под ним, я словно слышал ее крики, представлял, как течет, как отдается.

Так, как никогда не отдавалась мне. Никогда.

Со мной она была холодной, сдержанной, как будто делала одолжение. «Антон, не здесь», «Антон, потише», «Антон, не сейчас». А с ним? С этим безымянным куском мяса? Она была другой.

Но Юля все равно была моей. И он украл это. Украл мой сюрприз. Мой Новый год. Мою женщину. Но она все мне вернет, она отдаст мне то, что отдала ему.

Нажал на звонок. Раз. Два. Три. Дверь открылась.

– Ты?

Юля стояла в старой футболке, в спортивных штанах, волосы растрепаны, глаза красные. Плакала? Хорошо. Пусть плачет. Пусть знает, каково это – быть раздавленной.

– Антон? – ее голос дрогнул. – Уходи.

– Нет, – шагнул вперед, втолкнул ее в квартиру, захлопнул дверь ногой. – Мы не закончили.

– Нет, мы закончили, ты мне все сказал.

Она отступила, спиной уперлась в стену. Я видел страх в ее глазах. И мне это нравилось. Нравилось, как она дрожит. Как сжимается. Как понимает, что именно я ее хозяин. Не этот наемный кусок дерьма. Я. Всегда я.

– Ты думала, все? – подошел ближе, схватил ее за горло, прижал к стене. – Думала, я отпущу тебя после того, как ты опозорила меня? После того, как ты легла под другого в моем номере?

– Это был твой план! – Юля закричала, пытаясь вырваться. – Ты сам все подстроил! Это ты все сделал. Ты ясно дал понять, что я никто для тебя. Убери свои руки от меня! Отпусти!

– Заткнись! – ударил кулаком по стене рядом с ее головой. Юля вздрогнула. – Я подстроил, чтобы ты ушла. Тихо. По-английски. А ты? Ты устроила шоу. Ты была шлюхой на тех фото, ты и есть шлюха.

Сжал пальцы на горле, не сильно, но достаточно, чтобы она замолчала. Глаза девушки расширились. Слезы потекли по щекам. Хорошо. Пусть плачет. Пусть знает.

– Я любил тебя, – соврал. – Я был готов бросить все. Жену. Ее отца. Бизнес. Ради тебя. А ты? Ты предала меня. С первым встречным.

– Ты совсем сошел с ума? Ты женат! – ее голос сорвался. – Ты врал мне каждый день! Ты сам понимаешь, что сейчас говоришь?

– И что? – усмехнулся, наклонился ближе, вдохнул ее запах. Тот же, что и тогда. Шампунь. Кожа. Страх. – Ты знала. Ты сама пришла. Ты хотела денег. Квартиру. Машину. Я мог дать тебе все, а ты плюнула мне в лицо.

– Да ты спятил, Антон!

Отпустил ее горло, схватил за футболку. Рванул. Ткань затрещала, обнажив грудь. Она закричала, попыталась закрыться руками, но я был сильнее. Всегда был. Я – мужчина. Она – просто женщина. Моя женщина, сейчас моя.

– Это должен был быть мой сюрприз! – заорал, срывая с нее остатки футболки. – Я должен был быть в том номере, с тобой в новогоднюю ночь! Я должен был слышать, как ты кричишь мое имя!

Она билась, царапалась, но я прижал ее к стене всем телом. Мой член уже стоял – от злости, от власти, от того, как она дрожит подо мной. Схватил другой рукой девушку за штаны, рванул вниз. Ткань порвалась. Она осталась в трусиках. В тех самых, что я покупал ей. Черные. Кружевные.

– Покажи мне, – прошипел, впиваясь пальцами в ее бедра. – Покажи, как ты его хотела. Как текла. Как извивалась. Сделай это для меня. Сейчас. Здесь. На полу. Как шлюха, которой ты и являешься.

– Отпусти! Остановись, Антон! Отпусти меня, ты подонок!

Она плакала. Билась. Кричала. Но я был сильнее. Я всегда был сильнее. Схватил ее за волосы, потянул вниз. Она упала на колени. Я расстегнул молнию. Мой член вырвался наружу. Твердый. Готовый.

– Открой рот, – приказал. – Как тогда. Для него. Только теперь – для меня.

Юля замотала головой. Я схватил ее за челюсть, сжал, она вскрикнула. Я уже наклонился, уже готов был войти в нее силой, уже видел, как она сломается, как будет умолять, как станет моей снова...

И тут – удар.

Кто-то схватил меня за ворот, рванул назад. Я полетел в стену. Голова взорвалась болью. Перед глазами – тьма. А потом – кулаки. Сильные. Жесткие.

– Ты. Коснулся. Ее, – голос был низкий, рычащий. Знакомый.

Поднял глаза. Саша. Тот самый. Из номера. С фото. Из моих кошмаров. Он бил. Жестко. Методично. В челюсть. В живот. В ребра. Я пытался отбиваться, но он был быстрее. Сильнее. Он был машиной для боя.

– Ты. Ее. Тронул, – каждый удар – как приговор.

Юля кричала где-то позади. Плакала. Выкрикивала его имя. Его имя. Не мое. Упал на пол, кровь текла из носа. Изо рта. Голова кружилась. Последнее, что я увидел – его ботинок над моим лицом.

– Ты больше никогда к ней не подойдешь! Или я тебя убью. Ты меня понял? Я спросил, ты понял меня?

– Да, да… я… я понял.

– А если ты не оставишь ее в покое, то твоей тест узнает не только о всех твоих любовных похождениях, о внебрачном сыне, которому уже пять лет, но и о том, как ты воруешь его деньги.

– Да, да, я понял, все понял.

Я стоял на коленях, униженный, все лицо и ребра ныли от боли. Откуда он вообще взялся, как все узнал? Но я недооценил противника, которого сам же и нанял. Глупец.