Глава 26

Утром дворника уже не было. Вместе с ним исчезли все следы его пребывания, как будто в этой половине домика никто никогда и не жил. Вместе с Саввой исчезла и Лизавета, правда, ее вещи остались почти нетронутыми. Поразмыслив, Илья решил обо всем рассказать Макару и попросить у того содействия. Но для начала хотел разобраться с тем самым зельем.

Алхимиков в столице хватало, но все так или иначе пересекались. Больше того – учились в одних и тех же заведениях, практиковались в одних лабораториях. Значит, есть неплохой шанс отыскать того самого умника, сотворившего «кукольное» зелье. Зацепка могла быть и ложной, но проверить ее стоило. Действие у зелий похоже, а его составитель явно не дружил с законом.

Подумать только, все-таки алхимия! Он был уверен, что подобное можно сотворить только чистой магией или вовсе какими-то хирургическими вмешательствами в мозг.

После обеда, когда прибыл в академию, Илья снова зарылся в библиотеку, чтобы найти там списки дипломных и научных работ. Вполне возможно, что когда-то этот алхимик пробовал протолкнуть свое зелье в официальный реестр, но его не пустили. А если ничего не попадется, то все равно получится список тех, кто так или иначе интересовался этой темой. Плохо, что Илье доступны списки только из их академии, а в столице еще минимум две готовили алхимиков. А есть еще университет в Тергороде и несколько других по стране. Не считая того, что умелец мог быть самоучкой. Но с такими сложностями уже предстоит разбираться коллегам Макара, Илья проверит то, что сможет.

До начала лекции оставалось совсем немного времени, а он не просмотрел и пятой части каталога. Никогда не задумывался, сколько всего пишут и публикуют в стенах медицинской академии! Это и логично, учитывая количество выпускников и штатных сотрудников, но все равно объем вышел пугающим.

За пролистыванием каталога его и застал самодовольный Голубицкий.

– Что, Илья Андреевич, свои идеи закончились, ищите чужие? – нахально улыбнулся он и устроился на стуле неподалеку.

Библиотекарь скосилась на них, но замечание делать не стала. Видимо посчитав, что двое профессоров посреди пустого читального зала никому не навредят, а если подерутся, то лучше на ее глазах. Чтобы разнять побыстрее и первой разнести сплетню. Но у Ильи были другие планы.

– Семен Аркадьевич, вы же за всеми следите, все знаете, нужен ваш совет.

Голубицкий сразу презрительно хмыкнул, не веря в такое признание. Еще бы, Илье раньше и в голову бы не пришло просить у давнего соперника советов, но сейчас ситуация была серьезной. Где-то до сих пор страдала девушка, превращенная в куклу. А то и не одна. Если же найти алхимика и узнать состав и действие зелья, можно попытаться им помочь.

– Сталкивались когда-нибудь с зельями ифрийских колдунов? От которых человек вначале будто мертвый, а потом превращается в куклу?

– Хм… – Голубицкий потер подбородок. – Я даже статью писал на эту тему, правда, не по своим исследованиям. Только зелье – выдумка, вроде местной сказки. Риттские и фарузские ученые долго искали хотя бы один действующий образец или реально выпившего зелье, но пришли к выводу, что это просто страшилка для приезжих.

Илья в такие истории никогда не вникал. В работе алхимика нужно смотреть вперед, а не копаться в сказках и легендах. Сколько его коллег истратили жизнь и талант на поиски живой или мертвой воды. А некоторые так вообще пытались свинец превратить в золото, что полностью и абсолютно антинаучно!

– Но кого-нибудь, экспериментировавшего в этой области вы знаете? – не сдавался Илья. – Это крайне важно.

«Ведь моя Софья в опасности», – чуть было не добавил он. Хотя Голубицкий – последний человек, с которым стоило бы откровенничать. Вряд ли он поймет и посочувствует, скорее уж растрезвонит везде историю о том, как Илья Гордеев нашел себе фальшивую невесту.

– Был один студентик… – произнес Голубицкий после недолгого раздумья. – Помню, подошел ко мне после лекции, долго расспрашивал об этом зелье и его возможных ингредиентах, рассказывал о своих наработках. Это было… Лет семь-восемь назад, на одной конференции, если порыться в записях, то найду его данные.

– Вы записываете всех встреченных людей? – опешил Илья.

– Никогда не знаешь, кто тебе пригодится, – Семен пожал плечами. – Вот вам понадобился этот студент. А не было бы моих записей – и попробуй отыщи.

– Не поспоришь.

Голубицкий многозначительно замолчал, разглядывая Илью. При этом его маленькие птичьи глазки загорелись алчным блеском.

– Ладно, говорите свои условия, – сдался Илья, почти уверенный, что Голубицкий сейчас попросит его не претендовать на должность старшего алхимика. И даже мысленно с этим согласился. Место от него не уйдет, а если есть хоть малейший шанс выйти на банду «кукольников», то им стоит воспользоваться.

– Мои теща с супругой давно хотят в книжный клуб, где ваша маменька активно участвует, пусть составит им протекцию.

Илья важно кивнул, не уточняя, что добродушная Валерия принимала в клуб всех желающих, были бы схожие читательские интересы. Да и вдруг сударыням Голубицким без протекции по клубам не ходится, статус не позволяет.

***

Уже вечером, отбыв все положенные пары в академии, Илья отправился обратно в лечебницу святой Фанасии, забрать оттуда Софью. Она как раз должна была закончить свою беседу с Григорием Ильичом. В то, что Софья аферистка, Илья не особенно верил, но хотел хоть какое-то объяснение ее странностям.

Может быть, она вправду училась на педиатра? Где-нибудь в глубинке, а в столицу завернула на выходные, и здесь же упала в реку. Поэтому никто ее и не искал: семья Софьи просто жила очень далеко отсюда.

Нет, все равно глупо. Уж скорее он поверит в побочное действие своей медовой воды, чем в такую избирательную потерю памяти. Чтобы о себе – ничего, зато на тему медицины – будто пять томов энциклопедии.

Втайне Илья опасался, что Григорий Ильич выставит Софью, обозвав шарлатанкой. И заранее приготовился ее защищать. Она ведь не аферистка, и вообще. Что именно «вообще» он пока боялся даже думать. Главное – его Софью обижать нельзя. Никому и никогда.

Да, возможно, он ее и обидел во время вчерашней ссоры, а потом толком не нашел времени помириться, но это исключительно по вине внешних обстоятельств. Не каждый день узнаешь такое о домочадцах!

Потому в отделение педиатрии он спешил со всех ног, готовясь выслушать любой вердикт от Григория Аркадьевича, но застал весьма странную картину. Они сидели в ординаторской, Софье даже выдали белоснежный халат по размеру и чашку с чаем. Который она и пила, пока Григорий Аркадьевич увлеченно о чем-то рассказывал.

– Аллергия, – невозмутимо ответила ему Софья и мило улыбнулась Илье. Наверняка в рамках ее игры в идеальную невесту. – Все симптомы на это указывают.

– Я вас умоляю, мы все продукты исключили! – возмущался он. – Ребенок на диете, получает необходимое лечение. Ну откуда аллергия?

– Вы исключили, а родственники добавили. Он же маленький, сидит, грустит, надо ему конфетку или леденец. А то и цитрусов подбросить. Что там злые доктора себе напридумывали? От нечего делать все запрещают, а вот добрые мы дитятку спасем.

– Его родители – разумные люди! Они бы на такое не пошли. И у нас в отделении проверяют все, что приносят детям.

– Что приносят и оставляют, – не сдавалась Софья. – А они накормили и забрали улики с собой. Вот придут анализы и убедитесь, что я права!

Григорий Аркадьевич в возмущении открыл рот, затем всплеснул руками и с мольбой повернулся к Илье.

– Это просто невозможно что такое! Вы должны на нее повлиять!

– В чем? – не понял Илья, но встал за спиной у Софьи и положил руку ей на плечо. Она с благодарностью сжала его пальцы.

– Ваша Софья говорит такое… такое… что мне впору отдать ей свой халат и убираться из отделения! А у самой вряд ли сестринские курсы окончены! В ее-то годы!

– Зато большой опыт общения с людьми, – ответила она.

– Да, в этом Софья большой специалист, – поддакнул Илья из чистой солидарности. – И вы же сами хотели с ней встретиться.

– Хотел, – сдался Григорий. – Но я до сих пор не знаю, как она это делает! Наверняка какое-то заклинание или норнгский прибор… Что-то же помогает ей ставить диагнозы!

– Святая Фанасия, – невозмутимо ответила Софья. Сделав вид, что не замечает, как Григорий говорит о ней в третьем лице. – Если уж вы так яростно отрицаете саму возможность того, что я просто все это знаю.

– Откуда женщина, еще и в вашем возрасте может все это знать? Это все какой-то фокус!

Он распалялся все больше, сжимая кулаки до белых костяшек. Илья же ненавязчиво вышел вперед, загораживая Софью.

– Успокойтесь, нет никакого фокуса! А мы, пожалуй, пойдем.

– Нет уж! – запальчиво воскликнул Григорий. – Мы дождемся результатов анализов. Чтобы ваша невестушка убедилась: у мальчика – инфекция!

– Мы пойдем, – твердо ответил Илья и взял Софью за руку. – А я на днях зайду и поинтересуюсь результатами. Думаю, с глазу на глаз вам будет проще признать поражение.

От возмущения Григорий даже крякнул, но возражать не стал. Все же одно дело – спорить с хрупкой девицей, другое – с боевым магом. У которого вместо ругани может сорваться какой-нибудь огонек, и тогда мало не покажется.

Но Илья не собирался усугублять ситуацию, им же еще работать в одной лечебнице, поэтому вывел возмущенную Софью в коридор. Там она шла молча, упрямо глядя перед собой, и казалась куда старше своих лет. И вообще, злилась куда сильнее, чем при их вчерашней ссоре.

Так же молча она забрала свое пальто из гардероба и теперь терзала, пока Илья не отобрал и не помог ей одеться.

– По-моему, – тихо произнес он, – Григорий просто недооценивает познания Василисы Животворовой.

Софья застыла на месте, метнула на него недобрый взгляд и в одно движение забросила на шею шарф, затем устремилась к выходу из лечебницы. Илья прихватил свои вещи и поспешил за ней.

– Злорадствуете? – спросила она, втянув носом теплый весенний воздух. Тот уже пах травой и цветами, намекая, что время долгой зимы закончилось, и скоро наступит лето.

– Пытаюсь разрядить обстановку, – Илья подставил ей локоть, на который Софья нехотя оперлась. – Жалуйтесь.

– Да ладно, вы тоже считаете меня шарлатанкой. Все различия, что Григорий пытается разгадать секрет, а вам все равно.

– Нет, но я стараюсь усмирить свое любопытство до тех пор, пока вы не решитесь все честно рассказать. Но, согласитесь, это странно, когда юная барышня демонстрирует знания, которые ей просто неоткуда было взять.

– Странно то, что вас во всей юной барышне тревожат только ее знания.

Она произнесла это таким разочарованным тоном, что Илья не удержался от улыбки. Все же Софья – само очарование. Тысячу раз прав был Макар, когда советовал за ней приударить. Но кто же виноват, что Илья сам все испортил?

– Сам себя не узнаю, – ответил он. – Но вы все равно жалуйтесь. Как там было… – Илья прищелкнул пальцами, – раз капитан-сердцеед задерживается, то ваши проблемы в том числе и мои.

– Не на что жаловаться. Этот долдон отказал мне в работе, даже на сестринской должности. Хотя я узнавала, при запросе от лечебницы, можно пройти ускоренные, полугодовые курсы. Но нет! Видите ли, я много на себя беру и вообще шарлатанка. Просто потому, что ставлю диагнозы быстрее и точнее, чем он!

Илья хотел разумно возразить насчет возраста и того, что никто не имеет права устроить в лечебницу девицу без диплома, но скосил взгляд на Софью и промолчал. Ее щеки покраснели от злости, челюсти упрямо сжимались, а в глазах поблескивали слезинки, что уж совсем никуда не годилось.

Поэтому он остановился посреди тротуара и просто обнял Софью, прижимая к себе.

– Пустое, – произнес он. – Откроете себе кабинет частных консультаций, я помогу с документами. Григорий еще поплачет от зависти к вашим гонорарам.

– И буду там шарлатанствовать? – она подняла на него лукавый взгляд, но Илья только крепче сжал объятия.

– Со всем возможным размахом! А захотите – поступите в медицинскую академию. Уж с дипломом оттуда вас точно никто не переспорит.

Софья тоже стиснула его за талию, затем нехотя отстранилась и устало улыбнулась, явно замолчав что-то важное. Еще Илья запоздало подумал, что сейчас был отличный момент для поцелуя, который он упустил. Но, возможно, и к лучшему, на них и так оборачивались. А ему все же не семнадцать, целоваться с девушками на улице.

– А пока давайте в кафе зайдем? – предложил он, чтобы перебить свои грустные мысли. – Выпьем по чашке какао.

– Пф! – Софья закатила глаза и бесцеремонно ткнула его в бок. – После такого тяжелого дня барышня желает полноценный ужин с куском поджаристого мяса или рыбы!

Илья довольно усмехнулся и отправился ловить им такси.