Глава 28

Ахметов в самом деле ушел ни с чем. Софья к концу разговора совсем расклеилась и постоянно кашляла, в конце концов просто попросила пощады. До того она изо всех сил держалась и рассказывала все на удивление складно, будто заранее репетировала. Помнила Софья немного, но назвала приблизительное место, где их держали, описала нескольких «воспитателей», и, главное, девушку, в точности похожую на ту «куклу».

От ее слов по спине бежал нехороший холодок. Выходит, Софья в самом деле бежала от этих бандитов, и от них же прыгнула в реку. В которой выжила только чудом и частично лишилась памяти. Даже будто не лишилась, а получила какую-то другую, в которой хранились тома медицинских справочников, но не было малейших познаний о магии. Мысль показалась дикой, поэтому Илья повертел ее и временно отбросил.

Куда больше его насторожил рассказ Софьи о том, как они с сестрой Элией кружили по центру города и искали то самое здание. И даже нашли, только оно оказалось заброшенным, поэтому Софья никому ничего и не сказала.

Додумалась тоже, бродить рядом со злодейским логовом! И пускай вместе с бравой командиршей из специального управления, но Софья-то об этом не знала!

На справедливое замечание Ильи она только закатила глаза и сказала, что если бояться пройтись по центральной снежеградской улице, то лучше уж запереться в подвале и не высовываться наружу. С точки зрения логики – не поспоришь, но где переживания, а где логика? Тем более выходило, что ездила она туда после их ссоры. И если бы той не вышло, то вполне могла бы поделиться воспоминаниями с Ильей, а значит и поехать с ним.

Как-то все у них неправильно идет. Но сейчас не время с этим разбираться, поставить бы Софью на ноги, а дальше будет видно. Потому, как только вопросы Макара пошли по второму кругу, Илья ненавязчиво выпроводил друга из спальни, а Софью напоил еще одним эликсиром на ночь.

На выходе он столкнулась с Лизаветой, тащившей поднос с выпечкой и чайник.

– Там чай? – удивился Илья. Просто матушка никогда и ни о ком не заботилась, видеть ее с угощениями для больной Софьи было странно и дико.

– Нет, царская водка, – скривилась та. – Вы же этого от меня ждете, не так ли?

Илья хотел пошутить, что раздобыть концентрированные кислоты в принципе непросто, но прикусил язык. Прозвучит же, как вызов! А у Лизаветы, оказывается, скрытые криминальные таланты. Поэтому он ответил иначе:

– Я, если честно, уже не знаю, чего от тебя ждать. Давай хотя бы пару дней без сюрпризов?

– Буду сама доброта, – отмахнулась она, – только не забудь о нашем уговоре.

При этом Лизавета выразительно поглядела на Макара, на что тот широко улыбнулся и рассыпался в комплиментах. Уже внизу лестницы, когда они остались наедине, шепнул:

– Ты бы проверил напиток, какая-то она подозрительная.

– Все в порядке. Я здесь узнал, что матушка все же умеет заботиться о других. Правда, пока не понимаю, как к этому относиться, никогда не подозревал таких граней в ее личности.

Пока они шагали до столовой, Илья вкратце пересказал историю Ивана-Савелия. Макар слушал внимательно, изредка вставляя свои комментарии, и действительно обещал посодействовать в пересмотре его дела, если для того будут основания. О горничных Илья решил не распространяться, и без того было стыдно. Только предложил Макару поужинать вместе, а тот не стал отказываться. Видимо, тоже успел набегаться и устать за день.

Кухарка к этому времени уже ушла, но молчаливая Фекла привидением возникла на пороге столовой, а затем споро накрыла им ужин. Илья тут же набросился на свою порцию рассольника и с одобрением поглядывал на стоявшие рядом мясные рулеты, запеченные овощи и целое блюдо орехового печенья.

Макар тоже не жаловался на отсутствие аппетита, даже попросил добавки, моментально предоставленную Феклой. Золотая она женщина! Но нужно будет поискать кого-то на должность приходящего дворника или садовника, чтобы справлялся с тяжелой работой. В чем-то Савелий был прав: его Иван вышел просто отличным.

– И еще у меня есть имя одного алхимика, – Илья протянул Ахметову записку, полученную от Голубицкого, – несколько лет назад интересовался ифрийскими зельями, похожими по действию на наше.

О роли Лизаветы в побеге и укрывательстве Савелия он решил не распространяться, а Макар тактично не спрашивал, погрузившись в чтение записки. Дотошный Голубицкий сохранил не только имя алхимика, но и название его университета и той самой конференции. Приложил даже краткое описание внешности любителя ифрийских зелий. Страшный человек! На Илью, наверное, пару папок досье хранит и родословную до десятого колена. Но в данном случае дотошность Голубицкого пришлась весьма кстати.

– Завтра еще портретиста к Софье пришлем, – продолжил Макар, – и попытаемся найти этих умников. А то начальство рвет и мечет, что такое предприятие развернули у них под носом, еще и Эльвира временно в поле, все руководство на меня свалилось.

– Мог бы кого-нибудь другого для этого поля найти, – произнес Илья, наконец отодвигая тарелку. – За моей добродетелью не так сложно приглядывать.

Макар широко и беззлобно улыбнулся и развел руками.

– Я ей не командир. Выбрала тебя для присмотра, значит, так было нужно. И вообще, чем ты недоволен? Такая женщина – и вся твоя! В смысле, занята только твоим делом.

Уточнять, что там за дело такое, Илья не стал. Раз приехала, значит, были на то причины. И, хотелось бы думать, что они связаны с магическим появлением Софьи, а не тем, что самого Илью в чем-то подозревали.

– У меня тоже новости, – Макар посерьезнел и вытащил из внутреннего кармана не слишком четкую копию с фото. – Узнаешь красавицу?

Илья забрал листок себе и дернулся, как от удара. На него смотрела милая светловолосая девушка в строгом темном платье. Ее взгляд был усталым и печальным, а еще – немного растерянным, отчего лицо потеряло часть своего очарования. Но Илья его определенно знал, потому как видел не более получаса назад.

– Софья? – удивился он. – Откуда у тебя ее снимок?

– Полина Егоровна Строгина, двадцать один год, – пояснил Макар и забрал лист себе. – Тетушка неделю назад принесла в полицию заявление о ее пропаже. Говорит, племянница отпросилась поехать на практику от колледжа, но к оговоренной дате не вернулась. В учебном заведении вообще ничего не знают о ее практике, там Полина написала заявление на отпуск, обещала все догнать по возвращению. Ее пошли на встречу, Строгина там отличница и образец для подражания.

– А училась по какому направлению?

– Что-то связанное с обслуживанием станков. Девица из хорошей семьи, но отец неудачно вложился в акции одной компании, прогорел, от горя удавился. Мать умерла еще раньше. Поэтому Строгина жила в общежитии с той самой теткой.

– Вдруг сестры? – предположил Илья, хотя и сам не слишком верил в подобные совпадения. Они же не в сентиментальном романе, чтобы встретить разлученных близнецов. – Или просто похожи? Качество у снимка не лучшее.

– Как Софья оклемается – проверим. Странная все же история, и подозрительно, что вокруг тебя закручивается.

На это Илья не знал, что ответить. Не особенно-то и вокруг. Он просто оказался на дежурстве, когда Софью выловили, а потом предложил ей сыграть роль его невесты. Во всем этом слишком много случайностей. Чтобы такое подстроить, надо быть святой Фанасией, не меньше.

– А вообще, смотрю, ты с этой невестой прямо расцвел, – заметил Макар. – Подарок тебе от богов, не иначе.

– За что?

– Авансом. Посмотрел на тебя Отец Небесный и решил: много хорошего может сделать этот мужчина, если ему женщину подходящую подсунуть. И бултых Софью в Хомку. За что ей такие муки, конечно, вопрос.

– Ну да, мною только преступниц и наказывать, – кивнул Илья.

– Одним тобой слабовато, конечно, а вот комплектом с Лизаветой – самое то, – заверил его Макар.

И все равно хотелось верить, что он может быть хорошим и понимающим мужем. И что если все действительно не просто так, то и Софье пригодится его поддержка. То есть Полине. Голова кругом от этих новостей.

Часом позже Илья проводил Ахметова и осторожно поднялся на второй этаж, где зашел в спальню к Софье. Та безмятежно спала на кровати, откинув одеяло. Видимо, ушел озноб, а с ним и потребность укутываться. Илья окинул взглядом ее порозовевшие, уже не болезненно, щеки, острые ключицы в вороте рубашки и даже стройную щиколотку, выглядывающую из-под подола.

– Полина, – тихо позвал он. Девушка не пошевелилась и не отреагировала, тогда Илья также тихо произнес:

– Соня проснись.

– М? – она тут же дернулась и приоткрыла глаза. Сонно заморгала от неяркого света ночника и мягко улыбнулась. – Илья Андреевич, мне послышалось, как вы ко мне обратились на ты. А мы-то и пары месяцев не знакомы! К чему эта спешка? Нужно выждать год-другой, для надежности и соблюдения приличий.

– Думаю, уместное форсирование, учитывая, что капитана все нет. А я все чаще думаю, что отдавать собственных невест всяких незнакомым мужчинам – плохая идея.

– Точно, – легко согласилась она, затем села. – Новый эликсир принес?

– Нет, хотел поговорить.

Илья огляделся, затем подсел к Софье на кровать. Та не возражала, только подтянула к себе ноги и подкрутила ночник, чтобы свет стал ярче. Выглядела она действительно лучше, хотя до сих пор была бледной, а еще почти сразу закашлялась.

Наверное, не лучший момент для беседы, но и тянуть дальше глупо.

– Полину тетка ищет.

В глазах у Софьи на мгновение заметалась паника, но быстро сменилась сосредоточенным спокойствием. Наверняка сейчас улыбнется, подвинется ближе, чтобы сбить с мысли и расскажет очередную небылицу.

– Принесла в полицию твое фото, где-то оно попалось Макару. А тот показал мне, наверняка дает нам время проработать легенду, почему вдруг Полина Строгина называется другим именем и живет у меня дома.

– Память потеряла, вот и живет, – она пожала плечами. – Говорила же, я помню все только обрывками.

– О жизни Полины – да, но мне кажется, в других областях у тебя полный комплект. Соня, – Илья собрался с духом и взял свою фальшивую невесту за руку. Та не стала возражать и отбрыкиваться, наоборот, охотно сжала его ладонь, – расскажи все, как есть.

– Я действительно пошла за кричащим котенком, поскользнулась и упала. А очнулась уже в больнице, на вашем столе, – тихо произнесла она, отводя взгляд. – Только тело было не мое и мир. В остальном я не соврала, просто не рассказывала то, что выглядело бы бредом. Понимаю же, как оно выглядит: девушка очнулась после клинической смерти и помнит другую жизнь. Шизофренией попахивает.

– Тебя в лечебнице проверяли, – неуместно ответил Илья. Но он толком не понимал, как реагировать на такой рассказ. Даже вариант с разлученными сестрами выглядел не настолько сказочно. Другой мир и чужое тело! Подумать только! Но это, по крайней мере, объясняло, откуда у нее столько познаний в медицине.

Но Софья тоже промолчала, только склонила голову набок и чуть приподняла угол рта, как намек, что шутка вышла неудачной. При этом выглядела такой взрослой, что сомневаться в ее словах не приходилось.

– Значит, на самом деле пятьдесят семь? – он невольно отзеркалил ее жест.

– В нашем мире это не так уж и много, меня до сих пор на свидания звали, – уголки ее губ едва заметно дрогнули, а ресницы привычно затрепетали, но Софья тут же закашлялась.

Илья сходил ей за сиропом и выдал полную ложку.

– И больше тридцати лет стажа в педиатрии, – добавила она. – Так что никакая я не шарлатанка!

Последнее она сказала с таким жаром, что настала очередь Ильи улыбаться. Вот что волновало Софью Павловну больше всего: признание ее профессионализма. Да и вообще, она как будто была рада поделиться с ним этой частью своей истории.

– Я из-за тебя все статьи Василисы Животворовой прочитал, искал в них эти же знания.

Она виновато развела руками.

– Правда слишком странно звучит, я не планировала ее никому озвучивать. И не думала, что Полину ищут. Я очень мало всего о ней помню, почти все обрывки так или иначе связаны с этим пансионом. Будто кто-то хотел, чтобы я помогла найти их и остановить.

– М-да, – Илья потер переносицу, – а Макар уверен, что тебя уронили в реку точнехонько для меня.

– Одно другому не мешает, – Софья лукаво подмигнула ему и слегка приосанилась. – Я еще намерена разбивать твое сердечко, сбежав с залетным капитаном.

– Да в Хомку его, этого капитана, поправляйся главное. Потом подумаем, что делать со всем остальным.

– Спасибо.

На этом она придвинулась ближе и обняла Илью. Он тоже прижал ее, вдыхая легкий цветочный запах от волос и едва уловимый – лекарств. А еще он чувствовал ее сбивчивое дыхание, как будто Софья собиралась заплакать, но сдерживалась. Илья не выдержал, ободряюще погладил ее по спине и поцеловал висок.

– Все хорошо, Соня, придумаю что-нибудь и с этой родственницей, и с документами.

Она не ответила, только прижалась плотнее.