Глава 12. Можно ли договориться с соперницей?

Подготовка к отъезду велась полным ходом. Сейчас дворец больше напоминал муравейник, нежели жилище, оплот мира и спокойствия. Индары торопливо сновали туда-сюда, собирали провизию, готовили лошадей. Повозки, на которые раздраженно вздергивал бровь Эрик, – задержат продвижение они знатно! – были груженными доверху: посуда, хрусталь, толстые рулоны тканей, от тяжелого бархата до струящегося шелка, золотые шандалы и серебряные бра. Увесистые сундуки с бельем и предметами обихода, ларцы с духами и эфирами. Личные вещи Алиры, за редким исключением, были уже собраны и погружены. А она еще удивлялась и в ладони хлопала, когда ей невзначай предложили полностью обновить гардероб. Особенно изумляясь тонким, как паутина сорочкам: что в них – что обнаженной! Теперь понятно: ей готовили приданое. Хотели, вероятно, чтобы она мужа очаровывала после брачных клятв. Это они еще поглядят, кто кого! Сначала пусть поймают!

В комнате, под кроватью хранилась седельная сумка со всем необходимым: смена белья и платье, котелок, паек, огниво, золото – ей будет, чем расплатиться и на что жить, по крайней мере первое время. Алира достала ее и еще раз все внимательно проверила, добавив мех с пресной водой. Порядок. Путь предстоит неблизкий, но всегда можно поохотиться и воды набрать, с остальным разберется, как окажется в городе. Правда, самое главное, еще под вопросом: как выскользнуть незамеченной? Как сбежать из-под надзора? Как просочиться мимо дозоров? Одной это сделать проблематично, даже невыполнимо, но если… Алира спрятала сумку обратно и выбежала из комнаты. Она знает, кто должен ей помочь. В ее голове родилась безумная идея.

«Замуж я выйду только тогда, когда захочу, и за того, кого выберу сама!» – с этой мыслью Алира отправилась на поиски рыжей стражницы.

Она осторожно расспрашивала, где может находиться Цисса, пока не наткнулась на красавца Морнэмира, командира личной охраны владыки Роутвуда. Алира не знала, насколько тот осведомлен об их с Эриком связи, но любезен и почтителен был всегда. Может, потому что знает, а, может, наоборот, потому что не знает.

– Да, госпожа, милорд вызвал ее к себе.

– Спасибо, – поблагодарила Алира и направилась к королевским покоям.

Чем ближе она подходила, тем сильнее хмурилась. Цисса явно влюблена в своего господина и, возможно, до сих пор стремится привлечь его внимание. Но Эрик-то нет! У него вообще могло быть миллион причин, чтобы вызвать командира стражи! Доводы доводами, а ревность все равно опалила сердце. Врываться к ним, конечно, не стоит, но узнать, чем же они там занимаются очень бы хотелось.

Дверь распахнулась, и Эрик вместе с Циссой вышли. Алира резко отскочила и больно врезалась в стену. Она мысленно проклинала все и вся, держась за ушибленную руку и надеясь, что осталась незамеченной для пронзительных синих глаз и острого охотничьего слуха.

– Я отдал распоряжения караульным. Выезжай на рассвете.

– Слушаюсь, владыка, – поклонившись, Цисса ушла. Алира не видела, только слышала шаги, ожидая, когда можно будет выйти из укрытия. Не дождалась – ее жестко качнуло, припечатав к холодному камню.

– Тебя не учили, что подслушивать нехорошо? – шепнул на ухо Эрик, вдавливая ее в колонну, скрывая их обоих от стражи. – Что ты здесь делаешь? Соскучилась уже?

– Может, и соскучилась, а может, и нет! – заносчиво ответила Алира.

– Ты не должна так часто приходить сюда.

– Я шла не в твою спальню, а мимо нее. Это большая разница! – Получается, что она еще и напрашивается! Вот еще! Алира попыталась высвободиться от удерживающих ее рук. Не вышло.

– А-ли-ра, – мелодично произнес Эрик, крепко схватив ее за локоть. – Ты забываешься. Поумерь свою дерзость. – Он опустил веки, смиряя гнев, и выпустил ее руку, почувствовав, что причиняет боль.

– Скоро я навсегда освобожу тебя от своего присутствия!

– Да что с тобой сегодня? – встряхнул ее Эрик.

– А куда ты послал Циссу?

Он изумленно вскинул бровь. Ревность?

– Она моя подданная, командир моей стражи…

– Я не ревную, если ты об этом! – с деланным равнодушием пожала плечами Алира.

– И это правильно.

– Ну конечно! Ревность – это низменное чувство. А ты не ревнуешь? Никогда не думал, как я буду отдаваться мужу…

– Замолчи.

– Делать то, чему ты меня учил…

– Закрой рот.

– Доставлять ему наслаждение…

– Закрой. Свой. Рот! – Эрик схватил ее и прижался к губам, не желая слышать. Алира говорила это от отчаяния, хотела задеть, и у нее получилось. Воображение ярко нарисовало картину: она в чужих объятиях, подставляет губы для поцелуев или, наоборот, отворачивается и рыдает. Все это одинаково плохо. И для нее, и для него. Да, ревность – чувство низменное, индары редко, почти никогда, испытывали его. Но в последнее время оно терзало и Эрика. Алира заслуживала большего. Он бы так хотел дать ей больше, но, увы, их разделяло слишком много, столетия. Время. Оно их враг во всех смыслах.

– Пообещай мне кое-что, – оторвавшись от спелых губ, произнес Эрик.

– Что же?

– Пообещай мне, что забудешь меня, что не будешь жить памятью обо мне.

– Как я могу!

– Ты попробуй. Людские сердца переменчивы.

– Неправда!

«Неправда, только не ее», – согласился Эрик.

– Хорошо, – вдруг сказала Алира. – Я попробую.

– Что? – не понял он.

– Забыть тебя, – она резко поднырнула под его руку и быстро устремилась к повороту, за которым скрылась Цисса, оставив Эрика недоумевать в одиночестве.

***

– Мне нужно поговорить с тобой.

Цисса, подтягивавшая подпругу серому жеребцу, бросила на нарушительницу уединения прохладный взгляд. Алира ответила таким же. Им обеим мало удовольствия общаться, но иногда другого выхода нет. Иногда приходится объединяться с тем, кто не нравится. И, судя по колючему взгляду Циссы, чтобы это произошло Алире необходимо применить весь дар убеждения.

– Говори, – безразлично кинула Цисса.

– Это личное, пройдемся? – сделав приглашающий жест, Алира пропустила ее вперед.

Пока они шли, она раздумывала, как подступиться к разговору, как убедить, как заставить помочь. То, что еще мгновение назад казалось единственным шансом, сейчас выглядело, как сложная головоломка.

Остановившись, Цисса резко обернулась. Смотрела неприветливо и выглядела так словно теряет время.

– Мы достаточно прогулялись. Чего ты хотела?

– Мне нужна твоя помощь.

Стражница тихо засмеялась:

– С чего ты взяла, что я буду тебе помогать?!

– Я не нравлюсь тебе, – констатировала Алира. – Ты тоже не нравишься мне. – Цисса скривилась. Что есть, то есть. – Ты, наверняка, хотела бы избавиться от меня. Давай это устроим.

Цисса облокотилась на перекладину загона и заинтересовано ответила:

– Продолжай.

– Помоги мне бежать! Сегодня ночью я должна уехать. Я не желаю выходить замуж. Побег – мой единственный шанс, иного пути у меня нет.

– Зачем мне это? Скоро ты и так исчезнешь из нашей жизни.

– Да, но я буду умолять мужа почаще наведываться с визитом в Роутвуд. Ведь великий король Зачарованного леса помог нам соединиться! – Алира тряхнула кудрями и обольстительно улыбнулась. – Вряд ли он мне откажет. А так я могу исчезнуть раз и навсегда.

Цисса помрачнела и с неприязнью произнесла:

– Если владыка узнает, мне не сносить головы.

– Ты говорила, что таких как я могут быть тысячи в его жизни. Думаешь, Эрик будет переживать из-за какой-то там смертной?! – не без сарказма напомнила Алира. А еще назвала его по имени, без громких титулов, пусть видит, что он для нее больше, чем король, маг, бессмертный. Он – мужчина ее сердца. А она… Она надеялась, что он будет помнить ее больше, чем один миг.

– Это прямой вызов его власти. Сейчас владыка – гость лорда Дарэла, а ты собираешься нарушить планы своего опекуна. Если король узнает, что кто-то из его индаров помогал тебе, то не пощадит.

– Эрику незачем меня искать, – пожала плечами Алира. – Он просто уедет, как и планировал. А владыка Дарэл не будет тратить время на поиск моих возможных сообщников.

Да, она блефовала: за время, проведенное с королем Зачарованного леса, успела изучить некоторые черты его характера. То, что Эрик будет в ярости, не вызывало сомнений. Вероятно, не столько из-за пропажи самой Алиры, сколько из-за того, что его планы нарушили. В любом случае ее помощники сильно рискуют. Но ей нужна помощь, и она ее получит! Алира говорила убедительно и уверенно. И она видела, как в Циссе инстинкт самосохранения борется с желанием избавиться от соперницы.

– Ты ведь уезжаешь на рассвете. На тебя никто не подумает, – привела последний аргумент Алира и замерла, ожидая ответа.

– Хорошо, – сдалась Цисса, – что от меня требуется?

– Как видишь, не такой уж и большой риск для тебя, – изложила свой план Алира.

– Если тебя поймают, и ты сдашь меня, я убью тебя!

– Если поймают, то будет уже все равно, кто мне помогал.

– И где ты собираешься прятаться? Почему вообще решилась на это? Просто «не хочу выходить замуж» – какая-то не слишком веская причина.

– Куда – я тебе не скажу. А почему? Ты и сама знаешь.

Цисса с сочувствием посмотрела на Алиру, но быстро отогнала его. Не хватало еще жалеть ее!

– Самая распространенная ошибка женщин – влюбляться не в тех мужчин.

– Дело не только в этом! – тихо воскликнула Алира. – Ты ведь инда! Ты должна понимать, что любви по принуждению не бывает!

– Но ты не инда, – спокойно ответила Цисса. – Мир людей живет по другим законам.

– Вот от этих законов я и бегу. Лучше буду старой девой, чем лягу с тем, кто мне не по сердцу.

– Ладно, я сделаю, как договорились. Мне нужно готовиться к отъезду. Ты тоже готовься. И запомни: не явишься – ждать не буду.

Праздник по случаю отъезда был в самом разгаре. Отовсюду звучала музыка и лились песни. Сегодня Долина прощалась как со своими гостями из Зачарованного леса, так и с дочерью Армейла, которой предстояло покинуть дворец навсегда. Все собрались в главной зале, веселились, поднимали кубки за короля Эрика Лейна и поздравляли невесту. Алира молчала и улыбалась, только улыбка эта не была радостной. Как можно веселиться, когда жизнь идет прахом, когда индаров, которых Алира знала с самого рождения, скорее всего больше не увидит? Долина – ее дом! Так всегда было! А сейчас нужно уехать, оставить все, что дорого. И ради чего? Ради какого-то жениха, навязанного чужой волей! Если Алире все-таки удастся совершить побег, то еще долго нельзя будет подать весточку брату без опаски, что ее вернут. Потом, конечно, ее простят, по крайней мере она на это очень надеялась. А еще надеялась, что сможет хоть иногда приезжать сюда.

По традиции Алире, как невесте, полагалось на праздничном ужине принимать дары, но, поскольку они отбывали уже завтра, подарки преподносили в течение всего дня. Заколки и браслеты, искусно вышитые платки, перчатки из мягкой телячьей кожи и такие же сапожки. Все добро уже упаковали и уложили. Но не все презенты были преподнесены – свой лорд Дарэл оставил напоследок. Правда, Алира была в таком подавленном состоянии, что не радовалась ничему и даже на близость Эрика, сидевшего рядом, не реагировала.

– Дитя, – лорд Дарэл поднялся, – ты знаешь, как дорога нам: ты и твой брат стали частью нашей семьи и всего нашего народа. Мне больно расставаться с тобой, но такова судьба. Прими от нас этот небольшой подарок. Он не затмит твоей красоты, но подчеркнуть ее сможет.

Алира ахнула. Украшение было изысканным и прекрасным! Диадема, золотое основание которой сплетено замысловатым узором и обсыпано сверкающими бриллиантами, а в тонких веточках и лепестках, соединенных ажурной вязью, сияли аквамарины и топазы.

– Благодарю, повелитель! – Алира крепко обняла его и поцеловала в щеку, утирая непрошенные слезы. Ей нельзя плакать. Она и так всех расстроит, пусть хотя бы сейчас будут спокойны.

– Не грусти, – мягко погладил по волосам лорд Дарэл, – это твой дом. Тебе всегда здесь будут рады. Чтобы ни случилось, помни: это твой дом! Тебя здесь любят и всегда примут.

«Вряд ли примут, после того, что я собираюсь сделать», – подумала она и нервно улыбнулась. Ей ведь сегодня подарили много прекрасных и нужных вещей, но она знала, что не возьмет ничего из них. Она не имеет на них права, потому что невестой не станет.

– У меня тоже есть подарок для прекрасной невесты.

Эрик поднялся и, взяв тонкую руку, надел на палец кольцо с огромным сапфиром, цвет которого напоминал синее озеро, покрытое тонкой коркой льда.

В зале повисло тяжелое молчание. Эдрик нахмурился, переглянувшись с не менее озадаченным лордом Дарэлом. Преподносить невесте подарки было традицией, но дарить драгоценности юной деве было знаком особого расположения. Такое мог позволить себе только мужчина, намеренный просватать девушку. Но это невозможно! По тысяче и одной причине!

– Вы мне уже преподнесли подарок, ваше величество. Я не могу принять этот перстень, – севшим голосом пробормотала Алира. Боги, что же он делает!

– Можешь, – тихо, с нажимом ответил Эрик и громче добавил: – Я чту древние традиции, но не могу не воспользоваться случаем и не заручиться дружбой будущей королевы Андора. – Напряжение спало и вокруг снова зазвучал смех. Эрик, торжественно поцеловав ее руку, сел с абсолютно отрешенным видом, будто выполнил простую формальность.

Весь оставшийся вечер Алира наблюдала за парами, весело кружащимися по зале – танцы были в самом разгаре! Но сама никому не хотела составить пару. Когда луна поднялась высоко, освещая ясную теплую ночь, Алира, сославшись на усталость, встала из-за стола, собираясь лечь по раньше. Хотя знала, что спать сегодня не придется. Она не сможет уснуть. И очень надеялась, что Эрик не даст. Он ведь придет к ней в последний раз?..

– Алира, постой, – Дино мягко схватил ее за руку, увлекая на едва освещенный балкон.

– Где ты был? – Она порывисто, взволнованно обняла его. – Я тревожилась о тебе. Думала, что не увижу до отъезда.

– У меня были дела, – он вяло улыбнулся, и от Алиры не укрылась усталость и помятость – это было странно. Дино такого никогда не позволял. Выглядел он всегда идеально.

– Конечно, дела, – улыбнулась Алира и заплакала. Как же грустно, как тяжело. Сейчас она прощалась с детством, с друзьями и близкими.

– Не плачь, – Дино привлек ее к себе, обнимая крепко, целуя в макушку. – Если хочешь, то ты не уедешь. Если останешься со мной…

– Что? – не поняла она.

– Оставайся со мной. Я никому тебе не отдам. Выходи за меня замуж. Если ты согласишься, то никуда не уедешь.

– Дино, – шепнула Алира. – Не нужно, что ты! Ты должен выбрать ту, что полюбишь. Не надо меня спасать. Меня уже не спасти… – Она крепко обняла его, погладила каштановые волосы и отправилась к себе. Ей пора. Ночь убегает сквозь пальцы, а нужно еще попрощаться со своей единственной любовью.