Глава 13

Рейнард Локвуд

Когда Бэни сообщил, что Вильям сбежал, я даже не удивился. Это было ожидаемо. Его рыло точно было в пуху, и он будет пытаться отбрехаться, как только сможет. Но это было бы ему сложнее, если бы его повязали прямо здесь. Ему нужно время…

Мерзкая крыса.

Не знаю, сколько еще я буду вариться в чувстве вины и осознании собственной халатности, но хорошо, что в доме обнаружилась Анна.

Я сразу заметил, что с ней что-то не так. В тот самый день, когда увидел ее в первый раз. Когда окунулся в эти глаза, полные осуждения и ужаса.

А еще в них не было того благоговения или оттенков раболепия, что почти всегда я вижу у слуг. Держалась она тоже как-то иначе, даже когда занималась уборкой. Без брезгливости, но так, словно для нее это не привычное занятие, а утомительная трата времени. В тот же день, когда встретил ее в библиотеке, я понял, что она точно что-то таит в себе. Тогда эта загадка заинтересовала меня, но из-за всех последних перипетий, я не успел ей заняться.

Нарцисса только накануне высказалась на ее счет. И, похоже, тоже подозревала эту девушку в том, что та недоговаривает. Она даже отправила запрос в те края, откуда прибыла Анна, но там подтвердили, что это и правда она. Впрочем, наших подозрений это не умалило.

А сегодня, когда она так стойко проявила характер и во всем мне призналась… Что ж, пожалуй, это действительно все объяснило.

Попаданцы, конечно, были редкостью, но не такой, чтобы сложив два и два я не смог ей поверить. К тому же, я видел, как она смотрит на малышку Люсиль. И либо я снова ошибся, что будет непростительно, либо Анна и правда была врачом в своем мире и не может спокойно смотреть на больного ребенка.

Само собой, я не стану больше пускать все на самотек и буду внимательно следить за ее действиями. Я даже уже отправил запрос в столичную больницу, и пусть лечение там стоит, как годовая прибыль с моих земель, но если будет нужно, мы отправимся туда.

– Лорд Локвуд! – Генри, один из моих верных ребят, ворвался в комнату, – похоже, мы поняли, куда они отправились!

Мы с городским дознавателем только-только закончили с бумагами. Я написал заявление, а он уже изъял некоторые средства из комнаты Бродрика и опечатал ее.

– Лорд Локвуд! – Следом за ним в гостиную практически ворвалась встревоженная Марта. Я нахмурился, разве она не должна находиться сейчас в комнате Люсиль вместе с Анной.

– У тебя что-то срочное, Марта? – мне нужно было идти вместе с Генри, который мял в руках какую-то тряпку и явно не хотел терять время.

– Да, – Марта схватилась за спинку стула и мне показалось, что ее даже качнуло. Хотел уже подоспеть к ней, но Генри оказался ближе.

Марта перевела дух и посмотрела на меня так, что у меня сердце на миг замерло.

– Анна, она пропала… – выдохнула женщина.

– Как пропала?

– Она пошла переодеть фартук и не вернулась. Кто-то из слуг видел, как она направлялась в прачечную, но туда она не дошла.

Я непроизвольно нахмурился.

– Лорд Локвуд, это второе, что я хотел вам сказать. – Каждое слово Генри заставляло меня холодеть все сильнее. – Мы нашли в парке вот это.

Он протянул мне ту самую тряпку, что все это время сжимал в руках. Я взял ее, расправил и едва сдержал.

– Черт, – я все же выругался. Сложить два и два оказалось несложно, но я все же спросил вслух, – Бродрик?

Генри кивнул.

– Боюсь, что там, лорд Локвуд. Он забрал Анну. И не похоже, что она пошла с ним добровольно. На земле видно, что кого-то тащили. Мы нашли следы, а собаки взяли его след. Они, видимо, в старой сторожке.

– Они?

– Да, хозяин, там точно не один человек. Следов много.

– Проверьте, только осторожно, – велел я Генри и повернулся к дознавателю. Мистер Ротчер был человеком строгих правил и не терпел, когда кто-то преступал черту закона.

– Вы сами все слышали, – сказал я ему. Мужчина, он был уже в летах, кивнул. Цилиндр на его голове чуть съехал вперед от этого движения.

– Да, лорд Локвуд. Я немедленно отправлюсь в управление и вернусь к вам с подкреплением. Неизвестно, кто еще может помогать этому человеку. Прошу вас действовать осмотрительно.

На этом он поспешно покинул помещение, а я отправился на улицу, нужно дождаться, когда вернется Генри и понять, что ждет нас в той сторожке…

И надеяться, что с Анной все в порядке. В конце концов, если бы хотел, Бродрик убил бы ее там, в парке, а не стал бы похищать…

Прошло около часа, когда все мы выдвинулись из дома. Свора собак и десяток вооруженных мужчин, мы отправились прямо к сторожке, когда Генри вернулся с Тодом. Последний держался за окровавленную руку – один из подельников Бродрика подстрелил его и это привело меня в еще большую ярость.

В сторожке никого не оказалось, ублюдки успели сбежать. Зато мы обнаружили почти полный короб морника. Но что ужаснуло меня, так это свежие следы крови на подстилке в углу комнаты. Впрочем, при ближайшем рассмотрении, я смог составить картинку…

Анна… смелая девушка. Пожалуй, я даже недооценивал ее.

Мы отправились по следу рассредоточились, а вскоре я услышал женский крик.

В темноте сложно было понять, что там, в овраге, но тут луна все же смилостивилась и подсветила картину происходящего.

Ярость застила мне глаза. Мир вокруг предстал в алых тонах.

Ублюдок не замечал меня до последнего. Был слишком увлечен, тварь.

Стрелять из ружья я не стал, побоялся в суматохе ранить девушку. Но снес его разом и принялся молотить по лицу до тех пор, пока костяшки кулаков не заныли. Кажется, он даже не понял, что произошло и почти сразу отрубился.

Мразь.

Ненавижу насильников.

Когда стало понятно, что ублюдок отключился, я заставил себя остановиться. Нельзя убивать его. Пришлось заставить руки расслабиться.

Я откинул с лица волосы. Кулаки саднило, но это была боль удовлетворния, да и она меня совершенно не беспокоила. Что сейчас было важно, так это успокоить Анну. И отвести ее домой.

– Анна, – позвал я. Трава чуть в стороне зашелестела, я наконец заметил ее.

Бедняжка выбилась из сил, но все еще стремилась прочь.

Я осторожно ступил за ней следом. Наверняка, она сейчас с трудом понимает, что произошло. Я позвал ее снова, но она не реагировала.

Я был уже совсем рядом, осторожно склонился к ней, коснулся плеча.

Она вся сжалась, но в следующий миг дернулась, развернулась резко и ударила меня по руке.

Ее глаза, наконец, посмотрели в мои. И я понял, что разум ее затуманен.

Бедняжка натерпелась…

Такое ощущение, что я никого не могу сберечь.

– Анна, прошу вас, все хорошо, я не сделаю вам ничего дурного, – я старался говорить с ней мягко и тихо. Медленно протянул ей раскрытую ладонь, надеясь, что она не заметит кровь на сбитых костяшках.

Анна замерла, ее била крупная дрожь.

А в следующий миг, она подалась ко мне, вжалась в мою грудь, прячась, видимо, от всего мира.

Я инстинктивно обнял ее, невольно удивившись тому, какая она хрупкая, какие узкие у нее плечи… И как сильно она дрожит.

Пришлось разжать руки, хотя сама она продолжала хвататься за мою рубашку. Я стянул куртку и накинул ей на плечи.

Помог ей подняться. Осмотрелся.

На вершине оврага появились люди. Я махнул им рукой.

– Сюда!

Генри, Бэни, господин Ротчер и его люди, все они были здесь.

Я снова глянул вниз, на Анну. Видел сейчас лишь ее макушку. Девушка не плакала, она дрожала и резко, как-то судорожно дышала.

Я подхватил ее на руки. Кажется, она напряглась от этого, но когда я прижал ее к груди, выдохнула.

– Теперь все будет хорошо. Простите меня, Анна. – Тихо вымолвил я.

Она вскинула голову и посмотрела на меня своими огромными глазами цвета лунного серебра.

Я невольно сглотнул.

***

Анна

Я чувствовала, как все мое тело дрожит, словно внутри меня бушует буря.

Грудь сдавливало от страха, от боли, от бессилия.

Я не могла понять, где я, что произошло. Все смешалось, превратилось в хаос. Но его голос... Его голос пробился сквозь этот хаос, как тихий, успокаивающий шепот моря.

"Теперь все будет хорошо", – сказал он. Но будет ли?

Я подняла голову, и наши взгляды встретились. Его глаза, полные тревоги, смотрели прямо в мои.

Но кроме тревоги в них читалось и иное чувство. Забота? Нежность?

Это было странно, но в то же время согревало.

Я выдохнула, заставляя тело расслабиться.

Мне действительно захотелось поверить, что он прав. Что все действительно будет хорошо. Но я знала, что не могу себе этого позволить. Не сейчас.

Мой взгляд ускользнул от его глаз, упал на его руки, которые так бережно держали меня. На сбитые костяшки, покрытые кровью.

Эта кровь...

Возможно, она принадлежала тому чудовищу. Тому, кто...

Я судорожно вдохнула, пытаясь отогнать воспоминания, но они возвращались, как тени, как зловещие образы, которые я не могла стереть из своей памяти.

Я закрыла глаза, чтобы не видеть. Чтобы не вспоминать. Чтобы не чувствовать этот мир, который, казалось, был настроен против меня с самого момента, как я сюда попала. Этот мир, в котором я была чужой. В котором я была лишь пешкой, случайно оказавшейся на чужой доске. Страх исказил мое восприятие.Теперь мне не казалось, что я способна на все. Что способна стать здесь своей.

Слишком много чуждого моей природе было привычным для людей, здесь живущих.

Но голос лорда Локвуда продолжал звучать.

Мягкий, тихий, заботливый.

Он говорил мне что-то, но я никак не могла сосредоточиться на словах.

Думаю, он пытался успокоить меня.

И, возможно, это даже немного помогало. Его тепло, его близость – все это казалось мне чем-то нереальным, словно оно было из другого мира. Моего мира.

Мир... Как же я хотела домой в этот момент. Вернуться туда, где все было проще, где не было этого ужаса, этих людей, которые видели во мне лишь инструмент или угрозу. Где не было этого лорда, доктора Бродрика с его подельниками, их игр и общества, что не воспринимало женщин на должном уровне...

Я сжалась сильнее, пытаясь спрятаться в его объятиях, как если бы они могли защитить меня от всего, что этот мир бросал в мою сторону.

Но я знала, что это ненадолго. Знала, что рано или поздно придется вернуться к реальности. К правде. К тому, что я должна делать, чтобы выжить.

Люсиль. Малышка Люсиль. Вот для чего я здесь. Я вылечу ее и потом со всем разберусь.

Голос Локвуда снова прорвался сквозь мои мысли. Я не разобрала слов, но почувствовала, как его шаги замедлились. Он остановился, и я ощутила, как его руки крепче прижали меня к себе, будто он боялся, что я исчезну.

Я открыла глаза и посмотрела на него. Его лицо было серьезным, сосредоточенным. Он смотрел куда-то вперед, где в темноте виднелись силуэты других людей.

Я узнала среди них людей из поместья. Кажется, Генри и Бэни. И еще… незнакомые мне. Скорее всего прибывшие из города.

Лорд Локвуд остановился, напряженно вглядываясь в темноту. Его руки крепче прижали меня, и я почувствовала, как он вздрогнул – возможно, от порыва ночного ветра или от нахлынувших эмоций. Голоса впереди становились все громче.

– Локвуд! – крикнул кто-то из мужчин. Это был Генри. Его голос звучал обеспокоенно. – Все в порядке? Что с Анной?

– Она жива, – коротко ответил Локвуд, даже не обернувшись. Его голос был низким и ровным, но я чувствовала напряжение в каждом его слове.

Я попыталась что-то сказать, но мой голос словно застрял в горле. Слова никак не хотели выходить наружу. Все, что я могла сделать, – это крепче вцепиться в его рубашку, как будто этот жест мог удержать меня в реальности.

– Лорд Локвуд, – прошептала я едва слышно, но он услышал. Его взгляд тут же упал на меня, мягкий и внимательный.

– Все хорошо, Анна, – ответил он. – Вы в безопасности.

Я хотела сказать что-то еще, но темнота перед глазами становилась гуще. Мой разум, измученный событиями, начинал сдавать. Последнее, что я почувствовала, – это то, как он слегка передвинул руки, чтобы моя голова упала на его плечо. А потом я погрузилась в мягкий, тягучий, словно вязкая вода, сон.

***

Я очнулась от ощущения прохлады на коже и мягкого света, пробивающегося сквозь занавески. Комната была знакомой – спальня в поместье. Белые простыни, запах лаванды в воздухе...

Я моргнула, пытаясь выровнять дыхание. Голова все еще кружилась, но я чувствовала себя лучше, чем ожидала.

– Анна, ты очнулась! – До меня донесся знакомый голос, и я повернула голову. У кровати сидела Марта. Ее лицо было крайне озабоченным, но, увидев, что я открыла глаза, она облегченно улыбнулась.

– Марта... – мой голос был слабым, но она сразу наклонилась ближе.

– Тише, не говори слишком много. Тебе нужно отдохнуть, – она взяла меня за руку, ее прикосновение было теплым и успокаивающим.

Я попыталась подняться, но в голове зашумело, и я тут же опустилась обратно на подушки.

Руку дернуло болью, и я с некоторым удивлением воззрилась на собственную ладонь. Она была перевязана чистыми бинтам.

Тут же вспомнилось, как я раздавила колбу и после пилила веревку… И все, что произошло потом.

– Как… как я оказалась здесь? – спросила я, пытаясь отогнать страх. Все осталось позади, там, в лесу. Не стоит пускать все это обратно в свой разум.

Марта нахмурилась, обдумывая, как лучше ответить.

– Лорд Локвуд нашел тебя в лесу. Он сам принес тебя сюда, – сказала она, поглаживая мою руку. – Ты была в ужасном состоянии, Анна. Мне так жаль, – ее голос дрогнул, и я едва заметно сжала ее ладонь в знак поддержки. – Я даже не знаю, как он смог тебя успокоить. Ты спала почти сутки.

– А... доктор Бродрик? – Я напряглась, воспоминания всплывали перед моим внутренним взором, словно обрывки странного сна.

– Его схватили, – коротко ответила Маргарет, ее голос стал более жестким. – Оказалось, что городские дознаватели уже пару недель следили за ним. Вернее за странными посылками, которые он получал. А после заявления лорда Локвуда и твоего похищения… Это стало решающим моментом. Они схватили его и его сообщников той же ночью.

Я с трудом переваривала эту информацию. Доктор Бродрик – человек, который все это время скрывался под маской добропорядочного врача, тот, что тянул с лечением малышки Люсиль, усугубляя ее состояние, чтобы получить прикрытие своей деятельности… теперь он схвачен?

Это казалось слишком хорошей новостью, чтобы быть правдой.

– Значит... значит, все кончено? – прошептала я, все еще не до конца веря в это.

Марта чуть помедлила, ее взгляд стал мягче, но в нем читалось беспокойство.

– Почти, Анна. Впереди суд. Но лорд Локвуд разберется с этим, а тебе нужно восстановиться, – она сжала мою руку чуть крепче.

Я кивнула, но внутри меня все еще бушевала буря эмоций.

"Почти" –  это слово не давало мне покоя. Я знала, что впереди еще много трудностей, но хотя бы на мгновение мне хотелось верить, что все действительно кончено.

– Лорд Локвуд... он здесь, в поместье? – неожиданно спросила я. Сама не знала, почему это важно, но мне нужно было знать. – А Люсиль? Как она?

Марта странно улыбнулась. Ее глаза заговорщицки блеснули. Она наклонилась ко мне поближе.

– С девочкой все в порядке. Мне кажется, ей даже стало лучше. А лорд Локвуд… Он был с тобой почти всю ночь, Анна, – сказала она, весьма удивив меня. – Но я настояла, чтобы он отдохнул. Сейчас он в библиотеке. Думаю, тебе стоит поговорить с ним позже. Ему было не все равно. Ты видела бы, как он смотрел на тебя, когда принес сюда...

Ее голос чуть дрогнул, но она быстро взяла себя в руки.

Я закрыла глаза, чувствуя, как слезы наворачиваются, но не желая дать им пролиться. Все внутри меня было переполнено эмоциями — благодарностью, страхом, облегчением.

И даже не хотела думать, что могло бы произойти, если бы лорд Локвуд не подоспел вовремя.

***Спустя время я снова провалилась в сон. Я и правда вымоталась за последние сутки. К тому же после падения в овраг, после борьбы, мое тело болело. Синяки и ссадины украшали мои телеса здесь и там…

Благо, на этот раз сон был глубоким, блаженная тьма обнимала меня, укутывая в свое спокойствие. Никаких снов, никаких воспоминаний – только пустота, которая, казалось, вытягивала из меня усталость.

Когда я очнулась, лучи солнца уже мягко скользили по комнате, проникая через занавески. Я вдохнула запах лаванды, который все еще витал в воздухе. Марта любила эти цветы и они пучками висели на стене над ее постелью.

– Доброе утро, Анна, – голос Марты послышался почти сразу, едва я зашевелилась. Он был теплым и заботливым. Она сидела рядом с кроватью, аккуратно раскладывая что-то на прикроватном столике.

Похоже, она все еще ощущала ответственность за меня, как за свою родственницу.

– Доброе, – мой голос все еще был слабым, в горле першило, но я чувствовала себя лучше.

– Как ты? – она склонилась ко мне, внимательно посмотрев на мое лицо.

– Немного лучше, – ответила я, слабо улыбнувшись. На самом деле я все еще ощущала усталость, но по сравнению с тем, что было раньше, это казалось мелочью.

Марта осторожно помогла мне сесть, поправив под спиной подушку. Она подала мне тарелку с бульоном и небольшой кусочек хлеба.

– Ты должна поесть, Анна. Немного сил тебе точно не помешает, – сказала она, ободряюще улыбнувшись.

Я послушно взяла ложку. Кажется, я и правда проголодалась, а золотистый бульон источал такой аромат, что рот тут же наполнился слюной.

Еда успокаивала, возвращала меня к реальности, помогая почувствовать себя чуть сильнее. Марта все это время сидела рядом, наблюдая за мной с легким беспокойством. Кажется, она беспокоилась обо мне куда сильнее, чем я предполагала.

– Спасибо, – я мягко улыбнулась ей, пытаясь рассеять ее тревогу. Морщинки на ее лбу чуть разгладились.

Когда я закончила, она убрала посуду и повернулась ко мне.

– Лорд Локвуд хотел поговорить с тобой, когда ты проснешься, – сказала она мягко. – Я скажу ему, что ты готова?

Я кивнула, почувствовав, как внутри меня что-то дрогнуло. Я не знала, что именно он хотел сказать, но мое сердце почему-то забилось быстрее.

Его лицо, его голос – все это всплыло в моей памяти, вызывая странное, непривычное волнение.

Марта ушла, и я осталась одна. Наедине со странными ощущениями, что нахлынули на меня. Это было немного странно. Прежде я побаивалась его, но теперь… Памятуя, как бережно его руки держали меня там, в лесу.

Это было слишком… тепло.

Мне не пришлось долго ждать – вскоре в коридоре раздались тяжелые шаги. Дверь приоткрылась, и в комнату вошел он.

Лорд Локвуд…

Его фигура выделялась на фоне мягкого света, льющегося из окна. Он выглядел усталым, темные круги под глазами выдавали его бессонную ночь, но в его присутствии было что-то неколебимое, стойкое. Что-то, что внушало мне ощущение покоя и одновременно волновало.

– Анна, – произнес он, его голос был низким, чуть хриплым, будто он долго молчал. Он подошел ближе, остановился у кровати. Его взгляд пробежался по моему лицу, будто он искал подтверждение, что со мной все в порядке.

Мне вдруг стало неловко, я только теперь поняла, что лежу перед ним в исподнем. Хоть меня и прикрывает шерстяное одеяло, все же это было дико странно. К тому же простоволосая, без этой строгой униформы горничной. Я словно была обнажена перед ним…

– Как вы? – он разрушил мое нарастающее волнение.

– Лучше, – тихо ответила я, чувствуя, как моя собственная твердость начинает таять под его пристальным взглядом.

– Могу я? – он указал на мою постель. Видимо, хотел присесть. Я кивнула.

Лорд опустился на край кровати, его движения были осторожными, будто он боялся потревожить меня. Он снова посмотрел мне в глаза, и в этом взгляде я заметила что-то, чего раньше не видела – беспокойство, смешанное с чувством вины.

– Анна, я... – он начал, но замолчал, будто подбирая слова. Его руки нервно сжались, а затем разжались. – Простите. Простите за то, что вам пришлось пройти через это. Вы не должны были... Я должен был защитить.

Его голос дрогнул, и я почувствовала, как мое сердце сжалось. Он действительно винил себя. Его слова были настолько искренними, что я не знала, что ответить. Я хотела сказать, что это не его вина, что он сделал все, что мог, но он не дал мне возможности вставить ни слова.

– Я не могу простить себе, что позволил случиться этому всему. Что этот... – он замолчал, сжав челюсти, будто само упоминание о Заке причиняло ему боль. Его взгляд опустился на мою шею, где все еще виднелись темные синяки. Я почувствовала, как его пальцы слегка дрогнули, будто он хотел что-то сделать, но не решался.

– Можно? – его голос был тихим, почти неуверенным.

Я кивнула, и его рука осторожно коснулась моей шеи. Его пальцы были теплыми, и от этого прикосновения по моей коже пробежала дрожь. Он провел пальцами вдоль линии синяков, и его лицо исказилось от боли – не физической, а той, что исходила изнутри. Я видела, как он борется с собой, стараясь сохранить спокойствие.

– Эти следы... – прошептал он, его голос был тихим, но в нем звучала твердая решимость. – Я клянусь, Анна, что никто больше не причинит вам вреда. Никто.

Я хотела что-то сказать, но его взгляд удерживал меня. Его пальцы задержались на моей шее чуть дольше, чем следовало бы, а затем он убрал руку, но напряжение между нами осталось. Моя грудь тяжело вздымалась, и я чувствовала, как внутри меня что-то тянется к нему, словно против воли.

– Лорд Локвуд, – позвала я, хотя еще и сама не знала, зачем.

– Рейнард, – отозвался он. – Наедине зовите меня просто Рейнард.

Его слова застали меня врасплох, но я кивнула, чувствуя, как мое лицо заливается румянцем. Это было так неожиданно, так лично, и я не могла понять, почему он вдруг решился на это.

– Спасибо… – я запнулась, но все же сумела, – Рейнард.

Я впервые произнесла его имя вслух. Оно звучало странно, но в то же время как-то невообразимо подходила ему.

Он поднял на меня взгляд, и на его лице появилась легкая тень усталой улыбки. Впрочем, за ней все еще скрывались вина и беспокойство. Он медленно поднялся, будто собирался уйти, но я вдруг схватила его за руку. Этот импульс был настолько неожиданным, что даже я сама не сразу поняла, зачем это сделала.

Локвуд, кажется, был удивлен не меньше меня. Он посмотрел на мои пальцы на его запястье, но не стал вырываться.

Его взор снова столкнулся с моим.

– Вы не должны винить себя в случившемся. Во всем виноват только доктор Бродрик. Каждый имеет право на ошибку, – я попыталась все же успокоить его.

– Вы слишком добры, Анна.

Я все же разжала пальцы, и он вышел из комнаты, мягко притворив дверь.