Глава 13. Таро
Виверна летела почти беззвучно, и потому возникало впечатление, что она плывет в бескрайнем, полном тьмы и мерцающих звезд, океане.
Лорин пыталась думать о внезапно объявившемся Таро Гелиссэ, о том, какие сюрпризы таит в себе самый могущественный маг этого мира, который был готов – и должен был! – умереть три сотни лет назад. Но мысли своевольно возвращались к Стефану, и госпожа Пустошей злилась, понимая, что не может взять – и вырвать гордого князя из своего холодного сердца.
Она и сама не понимала, когда захлопнулась ловушка.
В тот миг, когда увидела его впервые, поймала полный ледяного презрения и ненависти взгляд и поклялась отомстить? Или позже, когда попробовала на вкус его кровь? А может быть, когда волокла на себе тяжелое безвольное тело, когда укладывала в свою постель? Когда, пропади все пропадом, отдавалась Крастору, лишь бы узнать наверняка, как можно вылечить умирающего человека?
Лорин хмыкнула. Оставалось лишь признать собственное поражение и… принять как данность то, что она с удовольствием отдаст собственную, уже набившую оскомину недо-жизнь, лишь бы этот засранец как-нибудь выбрался из Разлома.
Виверна плыла в бескрайнем темном небе. Было тихо и холодно. Отбросив усилием воли мысли о Стефане, Лорин сосредоточилась на проблеме по имени Таро.
Все здесь было чрезвычайно запутанно. Если он не погиб тогда, перевоплотившись в Камни Крови, отчего не дал о себе знать? Почему все это время был у Крастора? И что, наконец, драгоценный соседушка делал со своим учителем все это время? А если Таро уже убрался из замка Крастора и спрятался где-нибудь в другом месте? Поди, поищи его… Или, вдруг, все он помнит, и ведет свою неведомую игру? Море вопросов, и ни одного вразумительного ответа. Единственное, что могла сказать Лорин по поводу всего происходящего – так это то, что оно ей совершенно не нравилось.
Она прикрыла глаза.
И подумала о том, как ей хотелось бы, чтобы Стефан ее поцеловал. Один-единственный раз. По-настоящему. Чтобы почувствовать себя не госпожой Пустошей, а просто женщиной, которую любят. Просто возлюбленной.
***
Оставив виверну в полете стрелы от замка Крастора, дальше Лорин добиралась бегом. Бессмертное тело работало безупречно, костюм из кожи виверны не ограничивал движений, так что неслась Лорин быстрее хорошего скакуна. Потом, у замковых стен, она остановилась, размышляя. Единственное, чего стоило опасаться – это ллэ Крастора. Не подняли бы шум, почуяв чужака в замке. С другой стороны, Лорин была таким же вампиром, как и Крастор. Да и вряд ли здешний хозяин постоянно смотрит глазами всех ллэ.
Лорин помедлила у кромки рва, затем оттолкнулась от земли – чтобы беззвучно опуститься на ноги уже по ту сторону. Лорин превосходно представляла себе план замка. В конце концов, бывала здесь не единожды. Дальше ее ждали три кольца стен, и только потом, добравшись до жилых помещений, она могла спуститься в подземелья. Лорин вздохнула, потерла ладони друг о дружку и полезла. В конце концов, какой вампир не умеет ползать по отвесным стенам, точно муха?
Никто ей не препятствовал.
Возможно, Крастор был занят своими опытами – по большей части пустыми, бесполезными, поскольку магия неподвластна нежити.
Те немногочисленные ллэ, которых Лорин встретила по пути, даже не обратили на нее внимания. Стояли и бессмысленно пялились в пустоту.
Она шмыгнула к черному ходу. Оттуда можно было попасть в кладовую, затем, через всегда пустующую и никому ненужную кухню, в винный погреб. Крастор, помимо крови, иной раз баловал себя вином, приговаривая, что полезно порой вспомнить вкус былой жизни. Из винного погреба был ход вниз, в бесконечные лабиринты под замком. Там господин Пустошей держал рабов, да и прочих неугодных.
«И там Демен встретил Таро», – подумала она, – «будет прекрасно, если он и сейчас там».
В кухне ее встретили пыль, паутина и запустение. Винный погреб оказался не заперт – да и от кого его здесь запирать? Лорин бочком просочилась меж стеллажей с бутылками, уже полупустых и пыльных, добралась до низкой двери, обитой железными полосами. Толкнула ее и смело шагнула в кромешную темноту лестницы. Поморгала; зрение приноравливалось, постепенно сквозь непроглядный мрак проступали очертания ступеней. Теперь – вниз, вниз… осторожно, бесшумно…
«Однако, каков гад», – усмехнулась она, преодолевая очередной лестничный пролет, – «замуж звал. А о том, что держал у себя Гелиссэ, собственного учителя, ни словечком не обмолвился».
Все. Лестница закончилась, упершись в старательно запертую дверь. Лорин толкнула ее легонько и разочарованно хмыкнула – заперто, ничего не поделаешь. Даже не на ключ, на засов.
Выругалась в полный голос.
Прислонилась спиной к треклятой двери. Ну надо же! Такой путь проделала… Придется искать другую лазейку, но то уже только через главный зал. А там, небось, сам Крастор…
И Лорин уже собралась выбираться обратно, наверх, как вдруг ощутила чье-то присутствие за дверью. Присутствие живого существа.
Осторожно потянулась сознанием к мыслям человека, но встретила такой сумбур, дикую смесь растерянности, страха, отчаяния, что едва не отпрянула.
Кто бы это ни был, он мог открыть дверь. Мог же, правда?
Лорин наклонилась, почти приникла губами к щели между дверью и проемом, позвала:
– Эй! Есть кто живой?
На миг мелькнула надежда, что некто по ту сторону двери и есть Таро Гелиссэ, но тут же погасла. То, что сейчас творилось в голове человека, просто не могло принадлежать такому магу, как Таро. Но в том, что он услышал ее голос, сомнений не было: затуманенное болью и страхом сознание всколыхнулось, как будто взялось рябью.
– Пожалуйста, отодвинь засов! – решительно попросила Лорин, – кем бы ты ни был, я тебя не трону.
Молчание. А затем, очень тихое:
– А ты кто?
И полная сумятица в мыслях.
– Я – Лорин, – просто сказала она, – открой дверь, и я помогу тебе.
– Мне не нужна твоя помощь.
– Как скажешь, – она не сдавалась. Хотела надавить на сознание человека, ослабить терзающий его страх, но не стала торопиться, – если тебе не нужна помощь, я не настаиваю. Я и не за тобой пришла. Мне нужно помочь одному человеку, которого забрал хозяин этого замка.
– Но здесь больше нет никого, – прозвучало едва слышно, – были двое, но их забрал Крастор.
И в этот миг сердце, бессмертное сердце Лорин болезненно сжалось. В это просто невозможно было поверить: это беспомощное, запуганное, неспособное даже мыслить существо…
– Таро, – тихо позвала она, – открой, пожалуйста. Это я, Лорин. Неужели ты не помнишь?
– Не знаю никакой Лорин. А откуда ты знаешь, кто я?
– Я спасла тех двоих. Помогу и тебе. Только открой.
Она снова потянулась к сознанию мага по ту сторону. Боль. Страх. Отчаяние. Да что ж с ним сделал Крастор?!! Вернее, что такого он делал с ним все эти столетия?
Скрипнув зубами, Лорин снова потянулась к сознанию того, кто, скорее всего и был Гелиссэ. Забрать страх, впитать, втянуть в себя… Если бы его можно было просто усыпить… Но кто тогда откроет дверь?
– Открой мне, Таро, – повторила она, – клянусь, я не причиню тебе зла.
Воцарилось длительное молчание.
А затем – Лорин едва не подпрыгнула от радости – раздался скрежет отпираемого засова.
И все. Снова тишина.
Она толкнула дверь, медленно переступила через порог.
– Таро? Где ты?
– Я здесь.
От стены медленно отлепился расплывчатый силуэт. В кромешной тьме Лорин с трудом разглядела обрывки одежды, белое тело мага, спутанные волосы, почти закрывшие лицо. Сердце упало.
– Таро, – она протянула к нему руки, – ты правда… не помнишь меня? Я Лорин, жена Эйвана… Помнишь, я добровольно согласилась на ритуал, только чтобы быть с мужем? Помнишь?
Силуэт в лохмотьях затрясся и начал медленно заваливаться набок.
– Таро!
Она бросилась вперед, обхватила его за пояс, удерживая на ногах, и не сразу поняла, что маг вяло вырывается.
– Ты… – прошипел он, – такая же… как и он…
– Нет, я не такая же, – зло процедила Лорин, – пойдем, Таро. Нам есть, о чем поговорить. А Крастор больше тебя не тронет, обещаю.
***
… В кухне было довольно светло: взошедшая луна стелила по пыльной утвари серебристую паутину. Мага трясло так, что зубы клацали, он ничего не говорил, но едва мог идти. Лорин окинула взглядом помещение, ногой подвинула табурет и усадила на него Таро. Тот нахохлился словно ворон на ветру, уронил голову на грудь. Руки повисли плетьми, безжизненно и страшно.
– Таро, – шепотом позвала Лорин, – посмотри на меня. Неужели не помнишь?
И опустилась перед ним на колени, заглядывая в лицо.
Мужчина дернулся, как от внезапной боли. Взгляд пронзительно-зеленых, почти фосфоресцирующих глаз на миг сделался осмысленным.
– Что ты хочешь от меня? – спросил глухо, – я ничего не могу тебе дать. Крастор пытался…
– Я хочу, чтобы ты вспомнил, – она со все возрастающим страхом взирала на совершенно белое лицо, заострившиеся, как у мертвеца, черты, – вспоминай, кто ты есть. Ты был великим магом, одним из величайших за всю историю этих земель. Тебя звали Таро Гелиссэ, помнишь? И ты создал барьер, преградивший путь мертвой энергии разлома в живые земли. А для этого… ты помнишь?.. – ее голос невольно сорвался, – помнишь, как перерезал всем нам глотки, чтобы сделать нежитью? И мне, и Эйвану, и Крастору…
Он повел плечами. Затем протянул руку, приподнял подбородок Лорин и провел дрожащим пальцем по тонкому шраму. Прошептал:
– У тебя… кровь из глаз идет.
– Это потому что я плачу, Таро Гелиссэ, – шепотом ответила она.
– Я ничего этого не помню, – сухо сказал он, – если ты хочешь спрятать меня от… него, то я буду благодарен. Здесь-то он меня рано или поздно найдет, догадается. Но, боюсь, ничего не смогу дать тебе взамен.
Ругнувшись сквозь зубы, Лорин поднялась, прошлась по кухне, чтобы успокоиться. На миг ей овладело желание оставить все, как есть – бросить здесь эту развалину по имени Таро, а самой отправиться к разлому вместе с некромантом мира сего. Но ей все не давала покоя уверенность в том, что Таро Гелиссэ не просто так выжил. Ведь тогда он должен был весь воплотиться в Камни Крови. А если он здесь, значит, что-то пошло не так в работающем заклинании, и им же описанный ритуал закрытия Разлома тоже не сработает.
– Говоришь, знала меня раньше? – вдруг подал голос маг.
– Знала.
– А скажи… я и раньше мог… вот так?
Он раскрыл ладонь – и в воздухе воспарил бледно-зеленый огонек, отразился в широко распахнутых глазах Таро.
– Ты еще не так мог, – пробормотала Лорин, – скажи, ты в состоянии двигаться? У нас не много времени.
Но он словно не слышал. Сказал глухо:
– Иногда я что-то подобное делаю, но даже не понимаю, как это получается.
– Если ты вспомнишь себя, то вспомнишь и это. Нам нужно идти, Таро. Мне бы не хотелось, чтобы нас здесь застукал Крастор. Нет, не то чтобы я его боялась, но…
Маг резко сжал руку в кулак, и огонек мгновенно потух.
– Крастора нет в замке, – сказал уверенно, – я бы почувствовал. Я научился его очень хорошо чувствовать.
Лорин показалось, что кухня качнулась.
– Ты уверен? – голос упал до сиплого шепота.
– Уверен, – он обхватил себя зябко за плечи и вновь уронил голову на грудь.
– Тогда нам нужно торопиться, Таро. Кажется, я знаю, куда мог податься вампир Крастор, и мне это совершенно не нравится. Вставай, нам пора.
Он кое-как поднялся, виновато глядя на Лорин. В блеклом свете луны стало видно, что все тело исчеркано мелкими белыми шрамами, как будто Таро прошел сквозь дождь из битого стекла.
«Что ж с тобой было?» – мрачно изумилась Лорин, а вслух сказала:
– Коль скоро Крастора нет в замке, я позову виверну сюда.
***
Тварь летела удручающе долго. Лорин чувствовала, как сидящего за ее спиной Таро бьет крупная дрожь и, верно, именно ощущение этого изувеченного неведомыми пытками тела навевало предчувствие беды.
– У тебя на руках написано, что Крастору нельзя доверять! – крикнула она через плечо, – почему? Что такого он сделал?
Руки Таро легли на талию, он придвинулся почти вплотную, положил подбородок ей на плечо.
– Сначала я еще что-то помнил, – сказал маг, – но чем дальше, тем меньше остается меня самого. Я сделал эти надписи тогда, когда еще рассудок был ясным…
– То есть, ты не можешь ничего сказать, – подытожила Лорин.
– Не могу. Но, возможно, вспомню.
Она стиснула зубы, мысленно ругаясь. Впереди уже маячили высеребренные луной башни ее замка. Если Крастор там, то…
«Только бы не успел наворотить дел», – метались суматошные мысли, – «в конце концов, с Крастором всегда можно договориться… Наверняка можно».
И именно в этот миг что-то сверкнуло зеленью в окне одной из башен. Громыхнуло так, что виверна едва не перевернулась в воздухе. И – расходясь во все стороны, плеснулась волна призрачно-зеленого огня, прошитого темными нитями.
Таро за спиной сдавленно охнул. Вцепился в Лорин мертвой хваткой.
– Крастор! Крастор там, – судорожно выдохнула Лорин.
А сама подумала о том, что наверняка они уже не успеют…