16

Топот коней, звяканье оружия, громкие голоса — слушать их было так страшно, словно кто-то приехал брать мою Рябиновую башню приступом.

Я тяжело вздохнула, взяла со стола лампу и велела Ши:

— Сиди, котик мой, тихо. Глядишь, все и обойдется.

Сама я совсем не была уверена в том, что сказала. Но все-таки предпочитала выйти и узнать, кого это принесла нелегкая в мои владения.

Лампа не очень-то помогала мне в осенней темноте. Видно было только, как у крыльца спешиваются какие-то всадники, а позади них поблескивает завитками резьбы дорогая карета. Выглядело все это довольно мирно, но я на всякий случай добавила строгости в голос:

— Кто вы такие, и что вам здесь нужно?

— Говорил я вам, моя Джен может быть суровой, если захочет, — проговорил знакомый голос.

И я увидела Тома, который, улыбаясь, шел ко мне. От его улыбки у меня аж дыхание перехватило. Он совсем не изменился, будто и не было этого года. Разве что смотрелся истинным повелителем, вот и свитой обзавелся.

Но все же вернулся, как обещал.

Я так обрадовалась, что не могла подобрать слов даже для приветствия. Просто стояла столбом и неотрывно смотрела на него. Мне казалось, что стоит отвести глаза, как он исчезнет вместе со своими спутниками.

Снизу недовольно мурлыкнул Ши, — дескать, неласково встречаешь гостя. А он ведь король, ни больше, ни меньше.

Я немного опомнилась и сделала реверанс.

— Добро пожаловать, ваше величество, — ничего другого мне в голову не пришло.

Том на это хмыкнул, подошел еще ближе и обнял меня крепко-крепко.

— Пойдем-ка поговорим, Канарейка, — негромко проговорил он мне на ухо. — У меня есть к тебе важное дело.

Свита осталась ждать на улице. А мы уселись на кухне, как в прежние времена. Я налила Тому и себе по кружке взвара, села напротив него, и приготовилась слушать.

Надо сказать, новый государь Альбионии не стал тратить слова понапрасну.

— Едем со мной, Джен, — сказал он этак деловито. — Меня короновали, теперь я полноправный государь этой страны. Но есть одна загвоздка — у меня нет жены. А какой король без хорошей королевы?

— О чем это ты? — я так удивилась, что даже перестала гладить Ши, взобравшегося на скамью рядом со мной. — Ты хочешь, чтобы я…

Оглядел Том мою изумленную физиономию, и рассмеялся во весь голос.

— Ну да. Я хочу, чтобы ты стала моей королевой. Закрой рот, Канарейка, а то ворона влетит. Нигде я не встречал девушки, такой же умной, доброй и благородной, как ты. Поэтому прошу тебя стать моей женой. Ну что, ты согласна?

Да он никак спятил. Где это видано, чтобы королевой становилась такая, как я?!

— Нет! — я решительно замотала головой. — Я не могу. Так не бывает… так нельзя, Том!

Тут Ши царапнул когтем мою руку. Похоже, ему пришлись не по нраву мои слова.

— Что, котик мой, — усмехнулась я, изо всех сил стараясь не расплакаться, — ты хочешь жить во дворце?

Том следил за мной, сдвинув брови. Заметил движение Ши, и шутливо указал на него пальцем:

— Видишь? Даже зверь понимает, где ему будет лучше. Прошу тебя, Джен. Пока я разгребал государственные дела, наводил порядок, подбирал себе союзников и уничтожал врагов, — я все время думал о тебе. Или… ты забыла обо мне за этот год?

Сколько я ни старалась удержать слезы, от того, как говорил со мной Том, они, проклятые, потекли сами собой. Я едва успевала утирать их рукой, и шмыгала носом совершенно недостойно девицы, получившей брачное предложение от короля.

— Разве я могла тебя забыть?

— Ну, слава Единому! — Том облегченно вздохнул. — Собирайся, запирай башню, и едем. Зря, что ли, я приволок с собой карету?

Как же это получается — я могу бросить башенку свою без присмотра? Поднялась я со скамьи, подошла к стене и ласково огладила камни, как делала уже много раз.

— Что, башенка, отпускаешь меня?

На мой тихий голос камни потеплели и в который раз будто кошка потянулась под моей лаской. Да еще лампа мигнула.

— Сдается мне, она согласна тебя отпустить, — заметил Том. — Если кому выпадет такая же судьба, как тебе, тропка приведет ее к башне. А до тех пор она постоит без хозяйки.

Уж после этого я долго не рассуждала. Метнулась наверх, в спальню, связала в узлы набравшееся за год имущество и спустилась к выходу. Том забрал у меня поклажу, я взяла под мышку Ши и вышла за порог, навстречу своей новой судьбе.

Дверь я заперла, но башня и сама позаботилась о себе: стоило нам отойти от нее, как ветви рябины потянулись вдоль стен, заплели, закрыли дверь от чужого взгляда.

А вглубь леса потянулась широкая тропа — по такой и карета смогла бы проехать запросто. Что ж, стало быть, пришло время прощаться.

Я задрала голову к ночному небу, и сама не зная, зачем, проговорила:

— Благодарю вас от всего сердца, королева Маб!

Глупо это было, конечно. Разве могла Маб услышать меня из своих родных краев? Однако именно в эту самую минуту с высоты раздался птичий крик. Я кивнула, как будто получила ответ от королевы-чародейки. И вслед за прыгнувшим впереди меня Ши полезла в услужливо растворенную кем-то дверцу кареты.

Каких только ролей не доводилось мне играть! Королевы среди них тоже были, так что я надеялась не оплошать и на этот раз.