24. Ты ведёшь следствие, а следствие ведёт тебя

Лю-шицзе вернулась через два дня и сообщила, что среди своих они с отцом вредителя не нашли. С одной стороны это было хорошо, потому что означало, что соклановцы и будущие подчинённые Лю Фэйлона не потеряли берега окончательно, а с другой — плохо, потому то надо было искать дальше, а время шло. К тому же возникало множество всяких тонких политических нюансов. Нельзя было никому сообщать, что с наследником Гуйцзу Лю случилась такая досадная неприятность, как тёмное порабощение. Наследник должен быть безупречен всегда и во всём, и для своих, и для чужих. Нельзя было в открытую искать преступника в других кланах, это стало бы невероятным оскорблением. Нельзя было привлекать к решению проблемы больше людей, чем уже есть, потому что “см п. 1”. Глава клана и его брат не должны были проявлять какую-либо несвойственную им активность, чтобы не вызвать подозрений. И всё такое прочее. Учитывая весь этот набор правил и запретов, выход предполагался один: дальнейшее расследование могли проводить только мы с Лю Ланфэнь, причём притворяясь, что занимаемся чем-то другим.

Легенда мы подготовили такую: я — дальняя родственница генерала Шао из очень самобытного и сурового клана на северной границе Империи, практически дикая тварь из дикого леса, и Лю Ланфэнь по-родственному помогает мне освоиться в столице. Сейчас водит в гости к хорошо знакомым людям, чтобы слишком сильно не шокировать ни меня, ни их, потом, когда я более-менее освоюсь, поведёт к незнакомым, а уже после этого придёт время приёмов и собраний. Таким образом, что бы я ни отмочила, всё шло на пользу моему образу неотёсанной деревенщины. Гениально!

Матушка Лю Ланфэнь без труда получила для нас приглашение на чай от девы Дун, и на следующий день мы отправились в гости к этой подозрительной особе. С Лю Фэйлоном осталась сидеть его родительница, Госпожа Тао. Невероятная красавица, конечно же, держала лицо и безупречно себя вела, но почти на меня не смотрела, не отрывала взгляд от неподвижного сына. Родные и близкие пациентов — это всегда непросто.

Дун Цзинхуа, старшая дочь главы рода Дун, устроила чаепитие в саду и пригласила штук пять своих подруг, чтобы было веселее. Девицы выказывали всевозможное почтение Лю Ланфэнь, с интересом на меня поглядывали, вели положенные по этикетку беседы и отвешивали друг другу приличествующие комплименты. Я тихо сидела рядом с шицзе и пыталась понять, тянула ли Дун Цзинхуа на коварную злодейку или её использовали вслепую. Скорее всего второе, или она очень талантливо притворялась открытой и непосредственной обаяшкой по типу “что на уме, то и на языке”.

— А-Цзин, — спросила Лю Ланфэнь, когда беседа стала более непринуждённой, — я слышала, две недели назад вам пришлось снова загонять некромарионеток в шахту.

— О, да! Какой-то идиот повредил запирающие массивы, и эти твари чуть не разбежались по соседним деревням! Слава Гуаньинь, никто не пострадал! Хорошо, что ближайшие кланы пришли на помощь, сами мы так быстро не справились бы!

— Разве могло быть иначе? — всплеснула руками Лю-шицзе. — Это ведь общая беда! Но я хотела спросить у вас, девушки, не случилось ли на той Ночной Охоте что-нибудь необычное с моим двоюродным братом?

Девушки недоумённо переглянулись, и дева Дун, как самая бойкая спросила:

— Что, например?

— Не знаю, — растерянно взмахнула рукой Лю Ланфэнь. — Просто с тех пор Фэй-ди стал вести себя немного необычно. И я подумала, что, быть может, он… влюбился…

Эту версию мы придумали, чтобы не спугнуть возможного преступника, мало ли что он может учудить, чтобы избежать разоблачения? Вдруг решит, что лучше будет убрать марионетку и сможет сделать это дистанционно? У подобных артефактов часто бывает такая функция. Лю Фэйлон с нашими доводами согласился и разрешил распространять о себе романтические сплетни. Но оказалось, что сделать это было не так-то просто!

— Лю Фэйлон? Влюбился? — неверяще воскликнула Дун Цзинхуа. — Сестрица Лю, не пойми неправильно, я не так близко знакома с ним, как ты, но всё же знаю его с детства. Братец Лю — великолепный боец и верный боевой товарищ, да и вообще хорош во всём, за что бы ни взялся, но как-то и в голову не приходит, что он может вот так взять и влюбиться! Мне кажется, он не из тех, кто быстро вспыхивает, а потом так же быстро прогорает. Его любовь скорее будет медленно разгораться, но и гореть потом сможет долго-долго, возможно всегда. Хотя, это моё мнение! Я могу и ошибаться!

Лю Ланфэнь чуть улыбнулась и лукаво заметила:

— Мне говорили, что а-Цзин перевязала моему брату руку, когда одна из некротварей его ранила. Возможно, подобная доброта и забота всколыхнули ответные тёплые чувства в его сердце.

— Нет, нет, нет! Точно нет! Братец Лю посмотрел на меня тогда как на дуру, вроде как зачем я занимаюсь подобной ерундой, вместо того, чтобы сделать что-то более полезное, никаких иных чувств ко мне он не демонстрировал. Ну а я, если честно, перевязала ему руку, чтобы мой жених понял, что он не единственный парень на свете, и, если и дальше будет флиртовать с другими девушками, я это терпеть не стану, найду себе кого получше. Ладно бы ещё флиртовал красиво или интересно, а то ведь позорище какое-то! — Дун Цзинхуа досадливо цокнула языком.

— Понятно, — Лю-шицзе спрятала улыбку за веером. — Фэй-ди, кстати, очень переживал, что не смог вернуть тебе платок.

— Ох, он слишком правильный и честный, вечно из-за всяких мелочей переживает! Платок — такая ерунда! Я уже и забыла! Так что ответственно заявляю, сестрица Лю, твой брат в меня не влюблён и я в него не влюблена! Я же не идиотка, вроде Пэн Чжулань, понимаю, что Лю Фэйлон птица не моего полёта, и не мечтаю о невозможном.

— О да! Пэн Чжулань всё никак не успокоится, даже после официального отказа! — сказала одна из подруг девы Дун.

— И она так злобно смотрела на тебя, а-Цзин, когда ты перевязывала братцу Лю руку, что мне аж страшно стало! Я думала, она на тебя с кулаками кинется! — заметила другая.

— Не удивлюсь, если это она стащила тот платок и теперь поклоняется ему на алтаре! — усмехнулась третья.

— Не удивлюсь, если она и запирающие барьеры на шахте повредила, чтобы лишний раз увидеть своего обожаемого красавца Лю! — добавила четвёртая.

— Кстати, очень может быть! Обычно дева Пэн в Ночных Охотах не участвует, а тут примчалась в первых рядах, во всей красе, будто не с монстрами сражаться собралась, а на Императорский Приём! — возмутилась пятая.

Короче, стало ясно, что деву Пэн здесь не особенно любят. Обсуждение и осуждение постепенно набирало обороты.

— Как возомнила себе, что Лю Фэйлон на ней непременно женится, так вообще нос задрала выше некуда! А ведь мы все вместе росли и в детстве дружили!

— Думает, раз она из главного кланового рода, она лучше других! А мы так, девчонки из вассальных родов, практически служанки!

— И на чаепитие к а-Цзин сегодня не пришла, хотя её и приглашали!

— Так надо было ей сказать, что придёт сестрица Лю, она бы мигом примчалась к будущей золовке!

— Так я потому и не сказала, чтобы она не припёрлась и не устроила здесь не пойми что! — призналась Дун Цзинхуа.

— О! Вот оно как? — приподняла брови Лю Ланфэнь. — А что там насчёт официального отказа? Признаться я, как вышла замуж и погрузилась в придворную жизнь, немного отдалилась от своей родительской семьи и не знаю всех новостей.

— Ну, это вроде месяц назад было, — принялась рассказывать одна из девушек, — Пэн Чжулань уговорила родителей пригласить лучшую в столице сваху, чтобы она устроила её брак с Лю Фэйлоном, но твои дядя и тётя, сестрица Лю, сказали, что пока не ищут своему сыну жену. Но Пэн Чжулань это не остановило, она продолжила преследовать братца Лю.

— Абсолютно бесполезное занятие, на мой взгляд! — заявила Дун Цзинхуа. — Лю Фэйлона измором не взять и не переупрямить, он сам кого хочешь переупрямит!

— Вот точно! — согласилась одна из её подруг и осмелилась сменить тему: — Кстати, сестрица Лю, как тебе живётся при Дворе?