Глава 24. Любопытство воронов

Когда Крылана с Карундом опустились во двор, они оказались окружены крайне озадаченным семейством…

– Кррыланочка… а ты не прредставишь нам своего знакомого? – осторожно уточнила её мама.

– Это мой жених – Каррунд Ветрролов! – абсолютно спокойно объявила Крылана. Она вообще почему-то не волновалась.

– Добррый день! – Карунд осмотрел собравшихся, безошибочно нашёл Крыланиного отца, правильно поприветствовал и его, и матушку невесты, объяснил, что искал их дочь, потому что она ему очень понравилась, а когда нашёл и смог пообщаться, то понял, что хочет, чтобы она всегда была ему парой.

К этому моменту семейство уже переместилось в дом, потому что над их двором начали словно бы случайно пролетать эскадрильи из любопытствующих соседских кумушек… на бреющем полёте.

Родители Крыланы, оставшись наедине с дочерью и её женихом, начали выяснять о его личности и не могли не понимать, что это просто блестящая партия для дочери. Правда, он сразу честно объяснил, что, несмотря на родословную, главой рода он не станет!

– Я – пилот, командир воздушного судна, имею только то, что зарабатываю. Родители не стали поддерживать моё желание, хотели, чтобы я в будущем стал главой, но это не для меня. Есть младшие братья, род возглавит кто-то из них.

Да, конечно, родители Крыланы мимолётно расстроились, но очень ненадолго – если бы Карунд был будущим главой рода, то жизнь их дочери была бы крайне трудной – род северный, известный, весьма богатый. Невестка, появившаяся ниоткуда, да ещё из среднего рода, да с потерей перьев в прошлом, была бы крайне нежелательной – её бы просто изводили.

«Всё к лучшему – ворон из прекрасной семьи, отличных кровей, с хорошей людской профессией, достойный, как ни посмотри! А ещё свободный от обязательств перед родом – если они его много лет не поддерживают, то, очевидно, сначала хотели вынудить вернуться, а потом попросту махнули крылом! Нам же лучше! Никто из наших соседей и знакомых с ним и близко не сравнится!» – синхронно думали отец и мама Крыланы.

Оставался один вопрос – как и где будет жить молодая пара.

Крылана и Карунд всё утро это обсуждали, так что на вопрос отвечали обстоятельно:

– Будем жить в Москве – у меня там уже выкуплена кварртира, есть рработа.

– А мне давно прредлагали перреводиться в Москву. Буду базирроваться там и оттуда летать по северрным марршрутам, – дополнил Карунд.

– А твоя семья? Они не будут прротив? – осторожно уточнили родители Крыланы.

– Я ррешу этот вопррос, – кивнул Ветролов.

– Мы ррады, что ты пррилетел к нам с добррым ветрром, Каррунд Ветрролов! – церемонно кивнули ему родители Крыланы. – Присоединяйся к нашему прразднику – ты сделал его ещё ррадостнее!

Карунд перезнакомился с кучей новой родни, про себя отметив едва слышное жужжание от одного из Крыланиных братьев, живейший интерес её племянников и активное паломничество соседей, под разными предлогами забегавших и залетающих к Клювастовым – то с наступающим поздравить, то соли попросить…

Крылана проводила его в гостевую комнату и понимающе кивнула:

– Хочешь позвонить своим? Я тогда пойду… – было очевидно, что разговор ему предстоит нелёгкий, так что лучше было его не смущать своим присутствием.

Известие о том, что старший сын собрался жениться на какой-то неизвестной воронице, привело главу рода Ветроловов в ожидаемую ярость.

– Запррещаю! Не сметь даже подлетать к ней! Не сметь даже думать об этом! Не рразррешаю!

– И тебя с наступающим, отец, – усмехнулся Ветролов. – Напомни мне, пожалуйста, а когда я спррашивал твоё рразрешение?

– Это будет рразрыв с рродом! Она того стоит?

– Это уж мне ррешать! Всего хоррошего! – Каррунд наперёд знал, что всё так и будет – каждый раз, когда он делал что-то, несоответствующее желаниям и повелениям главы рода, звучал этот же самый набор фраз, так что старшенькому было не привыкать. Он пожал плечами, убрал смартфон и решил поспорить сам с собой, когда именно их с Крыланой пригласят в гости – по всему выходило, что не более чем через месяц, а скорее всего, и раньше.

«Ворроны любопытны», – рассудил он, выходя из комнаты на поиски невесты.

Крылана нашлась в окружении плотного кольца соседок, которые жаждали узнать, как, когда и где она нашла такого жениха, а главное, нет ли там ещё таких же…

– Кррылана, ну почему же ты не скажешь своим знакомым, что это не ты, а я тебя разыскивал и наконец-то нашёл? – уточнил Карунд, сходу зарабатывая горячую благодарность будущей тёщи.

– Почему именно Кррылану искал? Это прросто. Никого кррасивее, талантливее и пррекраснее я не видел!

Одним махом утёртые клювы клацнули и закрылись. Почти все. Кое-кто успокоиться никак не мог:

– А вы знаете, что она много лет была лысой! Совсем лысой и даже летать не могла?

– Знаю. И полон восхищения перред вороницей, которая не сломалась, не отчаялась, не очеррствела из-за рреакции окрружающих! – Карунд всё-таки был представителем своего рода, да ещё нашедшим свою пару, которую требовалось защищать любой ценой, так что он одним тоном ощипал злопыхательницу до тусклого пуха и морально дал ей преотличного пинка:

– А вы, вы уверрены, что у вас хватило бы сил стать такой, как она, в подобной ситуации?

После этого заткнули клювы даже самые вредные из соседей, зато Клювасий и Крылошир единодушно решили, что Карунд им подходит!

– К тому же он отчаянно смелый! – с уважением отозвался Крылошир. – И не испугался жжжа Крылану… Я вот не режжжался бы! Так покаркаешься с жжжаной, а она уставится на тебя, и ты ужжжа жжжужжжак!

Клювасию только и оставалось, что дружески клюнуть брата, чтобы немного сбить его жужжательные выступления – стыдно же так жужжать под ёлкой!

***

Под ёлкой была и Таня – нет, она вовсе не изображала жука, а подливала воду в ёлочное крепление.

Рядом обнаружился Терентий, который внимательнейшим образом наблюдал за её руками, а потом выдал:

– Как ты думаешь, есть ли смысл кормить того облезлого ворона, который орёт в клетке, словно я уже выдрал у него ВСЕ оставшиеся перья?

– Терёня, а зачем ты вообще что-то у него выдернул? – Таня уже довольно наобщалась с Терентием, чтобы правильно расшифровывать его «зарытые смыслы».

– Умная ты… – с уважением отозвался Терентий. – Гудини замучил! Вылез из подполья и давай показывать добычу. А у него перьев этих ещё на пять хомяков хватит! Жадный тип!

– Ничего не дал, так ты решил сам позаимствовать? – догадалась Таня. – А зачем тебе перья?

Терентий долго юлил, но в конце концов признался, что раньше их коллекционировал – с дичи. Ну, мечта у него такая была в мягком котячестве… А сейчас-то особо не поохотишься.

– Вран за попытку выдернуть у него перо заклюёт – нервный такой… Может, ему валерьяночки, а? Нет? Ну ладно, как скажешь. К гусям я даже не пойду с этим – сами ощиплют налысо. Нет, я и так красивый, конечно, буду, но в шерсти себе как-то больше нравлюсь. Опять же, у Сок… в смысле, это и вовсе опасно для жизни, а я ещё молодой и многообещающий! Вот и остаётся один наёмник. Только он вопит. Так, может, его кормить поменьше? Ну, чтобы поспокойнее был?

– Терентий, где твоя совесть? – вздохнула Таня. – Я же запретила тебе к нему лезть!

– Нет, ты ЗАБЫЛА это сделать! – торжествующе заявил кот, а потом прислушался. – Тявин вернулся. И не один!

Собственно, Таня этого ждала, но и опасалась. Как-то не понравились ей слова начальства…

«Ещё не хватало в новогоднюю ночь штурма гостиницы разъярёнными лисьими родственниками!»

И тут она вспомнила прошлый год – она точно так же ныряла под ёлку дома… ну, то есть в квартире, принадлежащей свекрови, где они жили с Димой.

«И не лис ожидала, а прихода мужа, и уборкой так же занималась. Всё было так обыденно, так нормально, так…»

Просилось на язык слово «правильно», но как-то не вышло его выговорить!

«Какое уж там "правильно", если Дима мне вовсю изменял, если "любимая и лучшая подруга" была одной из его пассий, если свекровь рассматривала меня не просто как жену сына, как невестку, а как удобный, чистенький и безопасный вариант для своего сына, пока не подвернулась какая-нибудь невестка получше. Нет уж! Правильностью там и не пахло даже отдалённо. А вот сейчас… да, всё изумительно странное, непривычное, но такое своё!»

Своим был попавшийся на пути Вран, с охапкой мишуры и Шушаной на плече, деловито командующей, куда это надо повесить, своими были гуси, бдительно переминающиеся с ноги на ногу в коридоре гостиницы, своим был исключительно деловитый Гудини, явно специально тащивший куда-то охапку длинных трофейных маховых перьев – кота подразнить. И кот, болтающий почём зря, тоже был гораздо более своим, чем тот же Дима…

«Ну-ка… интересно, а вот лисичка тоже своя или чужая? – Таня заволновалась, словно и правда это была невеста её друга. – Так, секунду, а почему "словно и правда"? Она же и есть невеста Тявина! Ой, какая…» – только и успела подумать Таня, увидев Тявина, который вёл мимо гусей очень симпатичную рыженькую девушку.

– Таня, я хочу тебя познакомить с Йиарной. Это моя невеста! Йиарна – это Таня, она…

Ничего он не успел… ни договорить, ни проследить взглядом за своей стремительной лисицей, шагнувшей к Тане.

– Я так рада! Так рада, что ты появилась на его тропе! Если бы не ты, мы бы и не встретились! Он такой упрямый… нипочём не хотел, чтобы я была с ним. Всё боялся… Я тоже очень за него боялась, но когда он так далеко, это было невыносимо! Мне каждую ночь снилось, что в него стреляют и попадают! А он… он всё думал какие-то свои лисоглупости!

Если Таня и волновалась, понравится ли ей невеста Тявина, и не воспримет ли эта самая невеста как-то не так её саму, все эти переживания как приливной волной смыло!

«Безусловно, нравится!» – разулыбалась Таня и Йиарне, и своей уверенности.

Тявин тихонько выдохнул – да, с людьми-то он общался много, только вот они не знали, кто он такой, а Таня и его приняла, и Йиарну.

– Ой, какая ты красивая, когда улыбаешься! Нет, ты и так красивая, но сейчас вообще очень! У меня имя сложное, меня родители назвали в честь одной из наших песен, так что мне больше нравится, когда меня Арной зовут. А по-человечески, ну, по паспорту я Анна. Так тоже можно, как тебе удобно, так и называй! Ой, а это кто?

Изумление Арны можно было понять – сходу и не разобрать, кто это катится по ковровой дорожке коридора – что-то небольшое, всё в чёрных лохматых перьях.

– Не обращай внимания… это сторожевой карбыш с трофеями! – светски улыбнулась Таня, осознав, что и сама запросто может считаться изумительно странной.

Но Арна восприняла это заявление с восторгом.

– Никогда таких не видела! Ну, в смысле, в перьях. Познакомишь?

Тявин счастливо и чуть устало улыбался – ему казалось, что он бежал, бежал и бежал по бесконечной тропе, пытаясь поймать что-то совершенно неуловимое, и вот вдруг настиг это – своё счастье!

Пахла украшенная ёлка, неподалёку щебетала Йиарна, уже даже её голос вызывал это самое счастливое состояние, а осознание того, что она теперь с ним и это уже навсегда, и вовсе давало ощущение полёта.

– Зачем тебе жарить курицу на гриле, когда здесь я? Закрепи в духовке и отойди! – Арна прищурилась, отошла на полшага назад, а потом сделала жест, словно подбрасывает в правой руке теннисный мячик.

– Ой, мамочки! – пискнула Таня, увидев, как этот воображаемый мячик обретает очертания горящего шара и, повинуясь движению руки Арны-Ани, летит в её духовку.

– Кирдык куре! – выдохнул Вран.

– Да с чего бы это? – слегка даже обиделась Арна. – Чудесно она прожаривается. Через пару минут будет готова! Я ж училась! Занималась специально… Вообще-то, повезло, конечно! Сейчас мало кто умеет обращаться с нашим даром – он редкий. А тут появился лис из исконных земель, ну, мы его и уговорили нас поучить. Так я лучшей ученицей была!

Таня в это поверила, когда огонь, плотно окруживший тушку курицы, внезапно иссяк…

– С ума сойти! Чудесно приготовилась! – изумилась Таня.

– Ну, я и говорю! Я же такая полезная в хозяйстве! – обрадовалась Арна. – Тявин, ты что?

Она обернулась на жениха, чтобы посмотреть, оценил ли он её рвение, и встревожилась – он смотрел в окно в сгустившийся сумрак палисадника и хмурился.

– Они уже тут.

 – Ой… нашли, да? – Йиарна прижала ладони к щекам, а через миг уже была около Тявина. – Ну и ничего страшного, да? Мы просто побудем внутри, и всё… 

Норушь с сочувствием покачала головой – ей лисичка тоже понравилась:

– Не волнуйтесь, ничего они не сделают и войти не могут!

Звонок смартфона Тявина Арну смутил:

– Это же они? Не бери трубку! Я им всё сказала, я имею право уйти!

– Милая, ты – да. Всё сказала и уйти можешь, но я-то… я, как твой жених, отсиживаться как раз права не имею.

Он принял звонок, и даже Таня с её человеческим слухом прекрасно расслышала резкий, лающий голос говорящего:

– Ты, кусок драного меха! Как ты посмел ей наврать? Я не верю, что тебя мог выбрать в друзья даже самый завалящий человек! Я не верю, что тебе дали пожелание! Я не верю, что у тебя есть эта дурацкая неуязвимость, который ты так кичишься! Верни мне мою дочь, и я, так уж и быть, отпущу тебя в твою чащу!

– Ты сам когда-то там жил, забыл? – рявкнул Тявин. – Не смей оскорблять моего человека! А что до всего остального – тебя забыли спросить! Если бы я не боялся, что оставлю её вдовой с лисятами, то и тогда никуда бы не отпустил!

– А сейчас ты не боишься? – глумливо и резко прозвучал голос из динамика смартфона.

– Сейчас нет!

– Тогда выйди, дай нам тебя обнюхать, понять, что ты не лжёшь!

– Не ходи! – Йиарна испуганно вцепилась в рукав Тявина.

– Ты всегда будешь прятаться за хвостом моей дочери? Может, и к охотникам её пошлёшь вместо себя? Ну же! Выходи! Иначе, я последую за вами, я выслежу и всё равно увезу дочь! Я буду прятаться и следить, я не дам вам спокойной жизни!

Терпению Тявина пришёл конец… Он отшвырнул смартфон в сторону, на секунду обнял Йиарну, прикоснувшись носом к её виску, отстранился и чуть не бегом кинулся к выходу.

– Не ходи! Не надо! – Арна запнулась о Терентия, пригревшегося у неё в ногах, едва не упала, а когда выбежала в коридор, то Тявина там уже не было.

Таня кинулась к окну и прижала ладонь к губам, чтобы не закричать – Тявин был уже там – вышел из двери гостиницы и прошёл вместе с родичами невесты к палисаднику Таниного дома, чтобы не привлекать лишнего внимания прохожих.

Внезапно один из пришельцев сделал странный жест, доставая что-то из-под длинного пуховика, вытянул руку, устраивая на ней поудобнее ружьё, пригнулся и…

– Тявин! Нет! – Йиарна боялась кричать громко, чтобы не отвлечь внимание Тявина, надеясь, что он успеет увернуться.

Таня даже пошевелиться не решилась – она и так-то не была очень уж уверена в том, что её пожелание сработало, а сейчас вдруг сообразила, что будет виновата, если…

– Он же поверил! Он поверил, и его сейчас… Выстрeл в упор, в грудь! – она было рванулась к выходу, но её удержал Вран и развернул обратно к окну.

– Стой, смотри!

За грохотом фейерверков сухой звук выстрела был незаметен, да и эффекта от него не было – Тявин только чуть покачнулся, поднял руку к груди, провёл, а потом пожал плечами, выпутывая из ткани кусочек металла:

– Куртку только испортил! – фыркнул он. – Ну, давай ещё разок? Или тебе хватит?

Йиарна с трудом разжала ладони, сведенные судорогой, отпустила подоконник, а потом всё-таки побежала к выходу.

Она вылетела, как небольшой рыжий ураган, и тут уж все основания опасаться были у её сородичей.

– Да как вы посмели? Отец, уйди с дороги! А ты… – комок огня полетел в сторону типа, который растерянно осматривал ружьё. – Ты сейчас сильно пожалеешь, что взял эту гадость в лапы!

Тип ничего не понял, попытался отступить, но ничегошеньки у него не вышло – сгусток огня прилетел прямиком в ствол оружия, которое…

– Брось, бросай его! Оно… плавится! – заорали опрометчивые сородичи Йиарны.

– Йаруни, хватит, – Тявин правильно оценил настроение невесты и перехватил её руки. – Хватит, милая. Я думаю, что они просто сомневались в том, что я говорю правду. Верно?

Он повернулся к ошалевшему будущему тестю, часто закивавшему головой.

– Ничего себе, какие лисоразборки! Даже покруче, чем у нас! – выдохнул над ухом Тани восхищённый Вран. – Я прямо-таки Тявина зауважал, а Арну даже побаиваюсь… Так не угоди лисичке и думай потом, как бы не стать подобием той самой курицы.

– Разумно! – хихикнула Шушана и потеребила за рукав Таню:

– Ну всё, всё, не переживай! Вообще, что за манера так в себе сомневаться? Он же тебе сказал, что всё сработало! Нет, ну ты ж посмотри…

Таня снова чуть носом к стеклу не прижалась, а там было действо под названием: «Извини, дорогой, были неправы, исправимся, зуб даём!»

– Да мы ж это… мы ж думали, что ты того… врёшь! Ну и это…

– Тогда бы вы его просто пристрелили? Да? – у Йиарны на ладони снова возникло что-то вроде миниатюрной шаровой молнии.

– Ну фффсёёё… Вы доигрались!

– Тявин, держи ты её, а? – не выдержал папенька лисицы. – Ну что за характер такой… Всех женихов только что по чисту полю не разметала, всё тебя ждала! А уж вспыльчивая! Ну вся в мать!

Ссылка на матушку Йиарны была, как видно, выстрадана, так что Тявин даже рассмеялся.

– Думаю, моя будущая тёща ждёт вас всех дома с большим нетерпением…

– И не только! – мстительно заметила лисица, осматривая понурившихся родичей. – Она же меня отпустила, сказала, что всё понимает, а вы? Вы решили, что самые умные?

– Йиарна… ну я же не мог тебя отпустить без проверки его способностей! – лис, как видно, обнаружил довод, который можно было хоть как-то использовать в своих целях, и вцепился в него всеми лапами.

Йиарна с сомнением осмотрела родителя и хмыкнула.

– Пап, ты представляешь, что именно тебе скажет мама, а главное, что она сделает, когда ты ей вот это выдашь? Это ж означает, что ты не поверил её ЧУТЬЮ! Я бы на твоём месте не рисковала!

Таня услышала расслабленный смешок Тявина и отползла от окна, чувствуя себя столетней усталой черепахой.

– Ой, по-моему, у кое-кого неприятности только начинаются… – фыркнула норушь. – А у меня предложение! Давайте-ка уже накрывать на стол, а? Думаю, что на сегодня всё страшненькое уже закончилось, осталось только приятненькое!

Она не стала продолжать фразу, а произнесла её про себя: «Как и положено в настоящей сказке!»

Впрочем, про сказку Таня и сама подумала, когда вернулась из комнаты, где сидел наёмник. Она принесла ему еду и воду, сочувственно покосилась на его хвост, полностью обесперенный благодаря детским мечтам Терентия, да и ушла к себе. Точнее…

«Точнее, к своим!»

Конечно же, все снова собрались в её кухне, причём кухня выглядела как-то побольше…

Ёлку Вран тоже перебазировал туда, стол оказался длинным и вместительным, а на столе чего только не было. В углу обнаружились неприступные обычно гуси, с удовольствием ныряющие клювами в миски с тёртой морковью и пророщенными зёрнами, под кухонным диваном шуршал деловитый Гудини, а за столом собрались…

«Да, свои! Как уж так вышло – непонятно. Но это так здорово! Как в сказке!» – думала Таня.

Йиарна покосилась на хозяйку дома, попросила у неё блюдо с толстыми стенками, установила в центре стола и совершенно спокойно уложила в него один из своих огней – тот никуда не выпрыгивал, не гас, а горел ровным золотым и тёплым пламенем.

– Как костёр! – улыбалась Таня. – К которому пришли такие разные, но такие нужные друг другу свои.

– Это ты такой костёр! – шепнула ей на ухо норушь, забравшись на плечо. – Это к тебе они все пришли. Неужели ещё не поняла? Чудачка ты моя! Ладно, мы потом поболтаем об этом, а сейчас с Новым тебя годом!

– С Новым годом вас всех! – откликнулась Таня.