Глава двадцать третья

— Чтоб мне пропасть, — сказала я. — Это он голый в коридор вышел. Вот зуб даю! Я даже знаю, кто из него сейчас делает рагу и шапку.

— А я не знаю, — возразил Арно, и что-то в его голосе мне не понравилось. — Потому что это крик смерти. Есть разница, когда кричат просто так, а когда — от осознания, что пришел конец.

Ага, песец пришел пушистый песцу. Что-то как-то не верится.

— Да? — с сомнением переспросила я. Песец тем временем не умолкал, орал как придавленный. — Ну вообще — ты ту орчиху прекрасно видел. Смерть как хороша. Может, она его в сердце пронзила своей красотой? Или за какой другой орган зацепила?

С другой стороны, вот зачем мне такой скандал в гостинице, когда у меня она вся битком? Если выживет, сама убью, причем орать ему будет некогда. Возьму за хвост, раскручу над головой, и лететь он будет до самого Китая, и плевать, что здесь никакого Китая нет. Потому что я предупреждала и нечего расхаживать голым.

— Это не шутка. Я имею в виду — его убивают по-настоящему. Нет, ведьма, — Арно спокойно пожал плечами, — ты бы хоть подумала своей головой, — и он для наглядности постучал по собственной. — Я же некромант и такие вещи знаю и отличаю. Потому что от того, какой смертью кто умер, зависит, как ты его будешь ожи… Куда?.. 

Я уже не слушала и тащила его за собой, как он был, в коридор и далее по маршруту. Так-то я про смерть скорее гипотетически размышляла. Так-то труп в гостинице ухудшает репутацию сильнее, чем нудист. А хуже трупа только голый труп в коридоре.

— Вот сейчас и оживишь, если что. Только этого мне прямо сейчас и не хватало.

Плюс был один: к воплям песца привыкли и никто на его ор даже не чухнулся. Вот уж когда «волки, волки» вышли песцу боком. Я взлетела на второй этаж, волоча за собой покорного Арно, и обнаружила, что дверь по-прежнему закрыта.

— Что за черт?.. Черт, черт! Окно!.. Метла!..

Мысли мои, желания и страсти завертелись в мозгу с катастрофической скоростью. Не успею, теперь уже точно нет! И в этот момент, когда я уже поняла, что все пропало и Арно придется в худшем случае прятать труп, знакомое древко легло в ладонь.

«Вот это да», — ошеломленно подумала я. Как-то ничто же не предвещало, и одноклассница эта писала, что у меня с этим вообще-то напряг. Но размышлять было некогда, я вскочила на метлу и понеслась по коридору до открытого окна в конце, вылетела наружу, повернула и была уже возле нужного мне окна.

— Убива… 

Страдалец был жив, бледн и даже в труселях. Надо же, смерть решил встретить одетым? Или просто у Арно нюх затупился?

— Ты чего орешь? Что случилось? — строго спросила я. И, надо сказать, я едва не выругалась, да и вообще очень хотела разбить окно, выволочь песца за шкирку и сделать то, что и намеревалась. Довел, подлец, до предынфарктного состояния. — Опять шумим? Все, мне надоело. Собирайте свои манатки и проваливайте. Сей же момент. На счет «три» чтобы стояли у двери с чемоданом. Раз…

— Вы не понимаете! — взмолился песец. Точнее, сейчас он был человеком. И даже вслед за труселями вполз в рубашку. Как раздевался песец, я видела, а как одевался — это было в новинку. Я даже успокоилась немного, кровожадность умерила. Поняв, что опасность миновала, он приоткрыл створку окна, и мне стало его лучше слышно. — И да, я уеду, уеду вот сегодня же. Без слетника, пешком дойду до деревни. Там все лучше, чем здесь. Без шуток — ко мне лез кто-то в окно. 

— Кто? — ухмыльнулась я.

— Не знаю. Я не видел.

Черт. Можно ли верить этой морде? Хотя он и правда серьезен и напуган, это к бабке не ходи. Некто был не виден, не виден, но… Я посмотрела на небо, уже усыпанное крупными звездами. Нет, однозначно это не Биби. Днем — да, я бы ее заподозрила, но не сейчас.

— А теперь вкратце, как все было?

—У меня отличные зрение и слух. И когда не видишь, но слышишь — это как минимум странно. Кто-то топал, в этом я не сомневаюсь. А потом наступила тишина и кто-то начал пытаться открыть окно. Я слышал скрип когтей по стеклу, знаете, такое сложно не распознать! И тень, тень поползла от окна по полу!

— Я… кхм, — пробормотала я, наблюдая как песец обкусывал себе ногти. Оно — это неизвестное — еще и летает? Но точно же не дракон, он же громадный, его было бы видно сразу! Песец же, почувствовав мою слабину и легкое замешательство, перешел в атаку.

— Ни секунды больше здесь не останусь! На хорошие отзывы не рассчитывайте! — и он захлопнул окно перед моим носом и действительно принялся собирать барахло. 

— Я попрошу Врея вас проводить, ага, — сказала я в никуда и стала осматривать место происшествия. Следы, мне нужны были следы.

Но следов не было — никаких. А я сопоставила все, что знала. Итак, кто-то, видно, решил, что Арно прячется здесь, и решил проверить. Поднялся, начал открывать окно, скрестись, песеглавец заорал, забегал — или из ванной выбежал, или на кровати подпрыгнул. Тут некто понял, что нечего ему тут делать, никто ему не рад, и свалил, а песец продолжал орать. И это значит, что… а ничего это не значит. Тупик. 

И это точно была не орчиха, потому что и дверь цела, а она бы ее с полпинка вынесла. Ей такая преграда вообще не помеха. Орчихи — они, как я заметила, не особо и церемонятся.

— Эй, ведьма!

Я опустила голову. Арно спокойненько так вышел из гостиницы и теперь рассматривал землю под окном песца, ну и мне махал рукой.

— Слезай. У меня для тебя есть хорошие новости.

А по голосу и не скажешь, что они так уж хороши. Но я спустилась.

— Кто-то открыл мой номер.

— Что-то украл? — всполошилась я.

— Нет. Все очень аккуратно, как открыл, так и закрыл. Но я же не дурак, ведьма. Я оставил приметы, по которым понял, что там кто-то был. И это не горничная.

— Почему не она?

— Потому что она бы убрала мои «приметы», ведьма, а горничные все-таки чистят на совесть, — снисходительно пояснил Арно, махнул рукой, словно бы говоря «рассчитывать на тебя не приходится», и сделал шаг…

— Стой!

Заорала я страшно, и это сработало. Некромант шуганулся в ту же секунду, вот это реакция! А я спрыгнула с метлы и кинулась туда, куда только что чуть не наступил этот слепошарый. Под ноги-то смотреть тоже стоит!

Сначала мне было страшно, но когда я подняла бесчувственную мышку-наружку, сообразила, что она просто без сознания. Бедная! Ее кто-то ударил или магически вырубил? Но неважно. Я сунула ее некроманту в руки.

— Ну-ка быстро сказал, что с ней и что делать, — приказала я. 

Арно подчинился. Он хмыкал, фыркал, осматривал мышь, но в итоге изрек:

— Живая. Моя помощь не требуется. Скоро очнется.

— Иди сюда, — я дернула его за воротник. — Тебе не кажется, что вот уже хватит? Пора бы все до конца рассказать, так, нет? Про наследников, про наследство? Пока у меня не угробили тут всю гостиницу из-за тебя?

Равнодушный он какой-то. Может, ему метлой помочь? Та с готовностью сунулась мне в руку, словно почувствовав развлечение. Ах, ну да, у меня открылись эманации или как их там, что-то ведьминское. Сейчас это неважно. Вряд ли мне это в чем-то может пригодиться.

— Им нужен я, — негромко изрек Арно. — Собственно, я понятия не имею, кому это «им», если честно. Но сейчас мне кажется, что все дело еще и в том, что ты начала зарабатывать деньги.

— Тебя-то тогда зачем убивать? — не поняла я. — Пока я жива, все же будет капать тебе в карман. То есть наследство увеличится. Нет?

— Нет. Потому что никто не знает, что я решил тебе долг простить. Если ты найдешь убийцу, конечно. А пока я совладелец, имею право кое на что.

На гостиницу, кивнула я. Ну, и дальше?

— Ты, может, слышала что-то вроде того, что неизвестно, на что пошла сумма долга? — продолжал Арно, рассматривая мышь. Та пока признаков жизни не подавала, а я кивнула. Биби говорила, что, может, никакого долга и вовсе нет. — Есть философский камень… перестань ржать. Штука очень редкая и ценная, просто невероятно. И ее купил один из твоих предков. Собственно, вышло как: у него деньги были и у моего предка деньги были, но у твоего было больше… и они договорились, что мой предок дает твоему в долг. Ну, как бы чтобы камень никуда не уплыл. Вещица-то ценная.

— И? — озадаченно уточнила я и забрала уже у Арно несчастную мышку. — Моим предкам некромантские штуки зачем?

— А моим они тоже не пригодились. Мало кто его использовать так, как надо, тогда умел. Покупали на будущее, удачно вложились, так сказать, — хмыкнул Арно. — Чтобы в те годы с ним что-то сделать — это нужно было быть просто гением некромантии. Поэтому он и лежал спокойно. А сейчас таких камней наперечет, много-то зря потратили. Казалось, целое состояние по нынешним меркам. 

— Да ладно!.. — скептически прищурилась я, но Арно лишь головой покачал:

— Один крошечный кусочек — и сила некроманта, умелого, естественно, например, моя, и у нас в гостинице будут самые лучшие сторожа, не развалятся, лишнего не натворят, клиента аккуратно обезвредят. Можно хоть телохранителем, хоть кем. Это только один пример... Но есть одна маленькая проблема. Купить камень можно только у законного владельца, в противном случае король по закону отменит все, что было с его помощью сделано. Придется очень много денег выплатить и постараться не загреметь на плаху. Такая уж это вещь — если добыта нечестно, то… — Он посмотрел в небо, я тоже. — Ничего хорошего с ее помощью сотворить не получится. Вместо любимого мужа будет монстр… Вместо охранника — чокнутый убийца.

Так-так-так. Я быстренько перевела это все на более понятный язык. Говоря нашим, простым, языком, у неандертальцев откуда-то взялся планшет. И повезло, что неандертальцы оказались достаточно умными, чтобы отложить его до тех времен, когда можно будет его зарядить и подключить к интернету. Понятно. А для понимания второй части заменим планшет на картину: ворованную ты можешь держать у себя сколько угодно, но вот продать ее на аукционе не выйдет, показать кому — тоже. Получается, так? Так.

Ну разве что картина не порождает чудовищ в количестве. Однако предки рискованные люди были.

— А если я верну тебе долг…

— То я все права на гостиницу и камень под ней потеряю.

— Что?

— Что?

Мы уставились друг на друга. Я опомнилась первая.

— Повтори, что ты сказал.

— Если ты вернешь…

— Про камень. Где он?

— Внизу, — пожал плечами Арно. Отлично. Я живу на ядерной бомбе. — А что?

— Почему ты его до сих пор не достал? Ты же его законный пока что владелец и знаешь, как с ним работать, так?

— Да. Но я не могу его оттуда достать.

Нет, из него каждое слово приходится клещами тащить. Может, ему пинка? Метла обрадованно дернулась.

— Почему не можешь?

— Во-первых, я один из владельцев, а не полноценный владелец. А, во-вторых, там бездна, вот такая вот защита, — грустно усмехнулся Арно. — Я туда просто не доберусь. Никакой веревки не хватит.

М-да, засада, однако. Я вздохнула, повернулась и пошла в гостиницу. Надо поручить мышку заботам Розы и Лили, что-то она как-то долго не приходит в себя.

Я прислонила метлу возле черного хода, пообещав мысленно, что мы полетаем. Может быть, даже сегодня. Мне нужна перезагрузка. Точнее, привести бы мысли в порядок! За мной тенью вошел Арно и направился к двери, за которой был ход к его любимым гробам. Ну да, каждый ищет себе отдушину по душе…

Метла вздрогнула.

— Ну что, совсем невтерпеж, да? — с досадой спросила я. — Полетаем, но… погоди-ка! Стой! — заорала я. — Стой, ты, гробокопатель!

Вообще я полагала, что он не почешется, но нет, обернулся, и видок у него был какой-то скорбный.

— Второй владелец у тебя тоже есть! И я знаю, как мы вытащим камень, — заявила я. — Пять минут, я только сдам пострадавшего медикам. Стой тут, никуда не уходи.

Куда же ты теперь от меня денешься… гробокопатель!