Глава 51

После схватки с якхалами путешественники летели ещё несколько часов, а потом Мирук Оринский предупредил, что они почти на месте и залетел в извилистый узкий излом среди нависающих чёрных отвесных скал.

Повороты оказались крутыми, сам излом длиной не меньше мили, диклеты с трудом помещались в нём со своими огромными крыльями, поэтому группа летела медленно, и землянка успела заметить, что стены ущелья на две трети были покрыты древними письменами.

— Это охранные заклятия, которые не пускали чужаков в город, но их нужно было постоянно подпитывать магией, — тихо произнёс Мирук, явно для ее ушей. Всё же русфиец был точно уверен, что её дух его слышит. — Со временем это делать стало некому. Сейчас только клан диклетов, потомки тех самых, первых и священных существ, охраняет древний город.

Мирук вдруг наклонился, крепко прижал к себе девушку и почти уткнулся носом в её макушку.

— Сначала мы возродим с тобой древний род магов, а затем и сам великий город, — глухо пробормотал русфиец.

«Интересно, что ты имеешь в виду, дорогой жених? — немного устало подумала землянка. — То, что я должна рожать в год по маленькому магу, чтобы обеспечить город жителями?»

Девушке стало одновременно и грустно, и смешно. Она понимала, что возрождение рода начинается с двоих, мужчины и женщины, и именно так когда-то зарождались любые династии, великие и не очень, как здесь, так и на её родной Земле. Именно так это происходит и сейчас. Но почему она должна посвящать жизнь возрождению тёмных нернессов и их города?

— Ты никому и ничего не должна, — голос Дари ворвался в сознание поражённой девушки. — Да, если что, я могу читать твои мысли, когда нахожусь рядом и пока ты дух, — нехотя призналась Посланница.

Оля вскинула на летящий рядом с ними дух Посланницы гневный и возмущённый взгляд. В ответ Дари передернула плечами, а её лицо стало бесстрастным.

— Младшему Оринскому рассказали о тебе Рэдвиги, ты и сама об этом знаешь. До этого момента он собирался за океан искать пару, поскольку с этой стороны никого не нашёл. И тут ты... — Дари скупо улыбнулась. — Зачем куда-то ехать в неизвестность, когда желаемое тебе преподносят на блюдечке? Вот и он решил не отказываться от предложения и взять ту, что рядом. То есть тебя. Но...

Дари замолчала, лицо стало жёстким и суровым.

— Ты и он... ничего у вас не получится. Я это понимаю. Он пока не понимает, потому что не знает, что ты — дитя чужого мира, и тебе всё равно, что будет с магией тёмных нернессов, с городом древних и с самим Мируком. Тебе просто нужно выжить, и тебя до глубины души возмущает принуждение и ещё много чего... Я не осуждаю тебя, даже понимаю. Но...

Дари вдруг остро и пронзительно глянула на хмурую девушку.

— Я обязана была поделиться с предками наблюдениями относительно тебя, и они знают, что ты не рада их дару и при любом удобном случае будешь стремиться возвратиться в родной мир. Поэтому... — Дари поджала губы, — боюсь, что в храме предки не помогут тебе.

Дух Посланницы устремился вперёд, а Оля вспомнила, как Дари ранее рассказывала, что когда-то давно тёмные маги отправлялись на другой конец мира, чтобы найти пару, и помощником в этом тяжелом предприятии им был только костяной браслет, который реагировал на искру редкой родственной магии.

Мирук Оринский пока не подозревал, что, скорее всего, подобное долгое путешествие предстоит и ему, потому что Оля не видела себя ни его супругой, ни спасительницей древнего города. И предки, похоже, уже пожалели о той искре, которой наградили её.

Неужели сейчас всё разрешится, и она станет свободной от притязаний русфийца?

Или...

Что имела в виду Дари?

Если предки не помогут ей, то это означает, что она так и останется в этом спящем состоянии?

«Дари! Где ты?!»

Последний поворот — и из полумрака перед изумлёнными глазами путешественников неожиданно предстал огромный древний каменный город, простирающийся вдоль извилистой долины.

Долина образовалась среди чёрных скал, к удивлению путешественников, покрытых уродливыми полуголыми деревьями, с толстыми стволами и раскидистыми ветвями с игольчатыми темно-фиолетовыми листьями.

— Древний город и Скальный лес — место проживания диклетов, — тихо поговорил Мирук.

Из ущелья к воротам города пешим путешественникам нужно было спускаться по многочисленным широким ступеням, вырубленным в камне, но группа продолжала лететь, и древний город теперь простирался под ними, огромный и совершенно безлюдный.

Здания, высеченные из скал, и будто парящие в воздухе небольшие храмы, на самом деле расположенные на небольших плоских каменных площадках...

Круглый театр на несколько тысяч человек, небольшие дома, бани, рынки, арочные ворота, улочки...

Вытесанные в скалах ступеньки вели к неисчислимому количеству сооружений, также вырубленных в них...

Иномирянка была потрясена, понимая, что скрытый от всего остального мира отвесными скалами город древних воинов когда-то был своеобразным живым микрокосмосом в самом сердце Русфии.

— Каждый раз поражаюсь, сколько труда, сил и энергии было вложено в эти скалы нашими предками, — пробормотала рядом вдруг появившаяся Дари, тяжело вздохнув. — А теперь город мёртв и ещё долго не возродится.

— Дари, что со мной будет? — тревога затапливала иномирянку всё сильнее и не отпускала. — Помогут ли мне прийти в себя предки тёмных нернессов?

Лицо Дари стало непроницаемым, она не смотрела на подопечную.

— Тебе остаётся только надеяться. Я ничего обещать не могу. Молись и, возможно, великий Геёт тебя услышит и поможет.

Мирук, не теряя времени, направил группу к Главному храму.

— Город охраняют диклеты из другого клана, самого древнего среди диклетов. Вожак ментально связался с их предводителем. Нас здесь не тронут, но нашему присутствию не очень рады и попросили убраться побыстрее.

И вдруг путешественники поняли, что прилетели, даже без пояснений русфийца.

Удивительной красоты храм поднимался ввысь из внушительных размеров впадины в склоне холма.

Диклеты приземлились, и путешественники спешились.

Нижняя часть храма представляла из себя высокий цоколь около шести метров, опоясанный со всех сторон фигурами священных диклетов.

Древние существа как будто охраняли и в то же время поддерживали храм.

— Это самый большой монолит нашего мира, — с трепетом проговорил Мирук, спешиваясь и осторожно поднимая на руки легкое тело невесты, аккуратно укладывая её головку на своей груди.

Все участники опасного похода вскоре убедились, что невероятно огромный кусок твёрдого базальта предками тёмных был превращен в потрясающее скопление взаимопересекающихся залов с колоннадами, галереями и священными алтарями.

Помимо этого стены храма были искусно декорированы рельефами и каменными скульптурами воинов, которые давно ушли за Грань, а площадь зала, в котором находился главный алтарь, навскидку достигала примерно двести квадратных метров.

Вокруг алтаря из чёрного камня горел магический огонь. Мирук осторожно прошёл сквозь него и положил тело невесты на алтарь, на мгновение мужчина замер, прикрыв глаза.

Эллийцы остановились в нескольких метрах от наследника Русфии. Мирук предупредил, что через магический огонь в храме мог перешагнуть только тёмный нернесс.

Мирук встрепенулся, открыл глаза и подошёл к магическому огню. Широкими ладонями коснулся пламени, а затем сделал движение, напоминающее умывание, — он словно «умылся» огнем. Кисти рук окутало пламя, русфиец поднялся и подошёл к спящей девушке, провёл ладонями вдоль хрупкого тела, едва касаясь её кончиками пальцев.

Магическое пламя рядом с алтарём стало тускнеть, и вместо него вдруг появилась прозрачная стена воды небольшой высоты.

Мирук слегка коснулся воды, будто здороваясь, потом сложил ладони в виде чаши, наполнил их и выпил, затем провёл мокрыми руками по голове и снова словно умылся, а после провёл ладонями вдоль тела невесты, еле-еле касаясь его кончиками пальцев. Водяная стена постепенно истончилась и исчезла.

Русфиец стал доставать оружие: шпагу, кинжалы, и раскладывать рядом с алтарём.

Встал на колени, преклонил голову.

— Великие предки, эта девушка, леди Оливия Дарвиг, — невеста моя. Браслет, созданный великими магами прошлого, выбрал её в пару. В ней есть искра магии тёмных магов, поскольку вы сами посчитали ее достойной. Прошу помочь ей обрести силу предков.

В храме стояла напряженная тишина.

Мортимер Дарвиг стоял с непроницаемым выражением на лице и не сводил горящих глаз с внучки. Он не мог поверить, что ещё совсем немного и младшая из внучек станет сильнейшим магом, с которым мало кто сможет сравниться по силе и воинскому искусству. Герцог уже видел в деле младшего Оринского и представлял себе, на что будет способна девушка.

Элия прижалась к Николасу, который нежно обнял девушку за плечи. Ей было страшно и она от всей души молилась великому Геёту, чтобы предки оказались милосердны к её сестре.

Николас Червинг даже не знал, чего хотел больше для подопечной, ведь если она станет тёмным магом, выйдет замуж за наследника Русфии, то тогда никогда не вернётся к родителям в родной мир. Катя и Макс явно не обрадуются такому положению дел. А если предки вдруг не помогут Оле? Он и Элия бессильны перед магическим сном. Что тогда будет с девушкой?

Лорды-наёмники с не меньшим трепетом наблюдали за происходящим. Каждого из мужчин мучил вопрос: почему предки тёмных магов решили сделать наследницей слабую девчонку, а не кого-либо из них?

Стенлэр Бэрвиг удивлялся этому обстоятельству меньше всех. Мужчина понял, каким необыкновенным характером обладала девушка, глубоко спящая на древнем алтаре. Лорд меньше всех из присутствующих в храме хотел, чтобы она стала темным магом, поскольку не хотел терять надежду увидеть смешливую девушку с упрямым взглядом прекрасных серых глаз и стальным характером в статусе леди Бэрвиг.

Тишину храма внезапно нарушил гул отдаленного сражения, удары стали о сталь, крики, но, когда эллийцы стали пораженно оглядываться вокруг, гул резко стих.

А потом с разных сторон раздался скрежет, шипение, монотонные низкие голоса, быстро говорящие на непонятном языке, звучащие громче и громче.

Мирук Оринский так и продолжал стоять на коленях с опущенной головой и не видел, как тело невесты вдруг выгнулось дугой и мелко затрясло, а потом оно поднялось на полметра над алтарём.

Вокруг алтаря вновь вспыхнул магический огонь, который стал разрастаться в огненный круг, диаметр которого стал сужаться и подниматься вверх, изменять форму до тех пор, пока не стал в точности повторять контур тела землянки, которое вспыхнуло и запылало.

Элия издала сдавленный испуганный вскрик и прижалась к Николасу ещё сильнее, мужчины тоже замерли, со священным трепетом наблюдая за происходящим на их глазах чудом.

Мирук вскинул голову. С потолка храма на пылающее магическим огнём тело полилась вода, которая падала медленно, аккуратно омывая тело девушки.

Магический огонь стал затухать и вскоре совсем погас, а очевидцы происходящего увидели, что тело спящей девушки осталось сухим и снова опустилось на алтарь.

Послышались многочисленные облегчённые выдохи тех, кто невольно сдерживал дыхание.

— Предки услышали мою просьбу. Сейчас дух Оливии должен пройти три испытания. Если пройдёт, Оливия очнётся сильным магом. Если нет, искра магии сгорит внутри неё, — глухо произнёс Мирук. — Надеюсь, что она в любом случае очнётся.