Глава 12

Практикующая магичка не солгала. Не успела я немного прийти в себя после поездки в город, как слуга принес завернутый в бумагу сверток от Ардалии Слатр. Мы с Арной в это время обсуждали то, что случилось, и я радовалась тому, что есть с кем поделиться переживаниями и опасениями. Решив, что книга никуда не убежит, оставила ее на столике и опять забралась с ногами в кресло. Пусть даже наверняка этикетом это осуждалось. Плевать! Сейчас я меньше, чем когда-либо, могла думать об этикете.

— Она знала, Арна, понимаешь? — хмуро проговорила я, пока девушка разливала нам по кружкам еще травяного отвара. — Знала о том, что я из другого мира.

— Это нехорошо, — наконец, вздохнула служанка, протягивая мне кружку. Я схватилась за нее, радуясь, что хоть чем-то можно будет занять руки и успокоить предательскую дрожь. — Если магичка расскажет обо всем твоему отцу, боюсь даже представить, что будет!

— Ардалия обещала не говорить никому. Как думаешь, ее словам можно верить?

Арна пожала плечами.

— Вроде бы она не сплетница. Хотя, может, только из-за того, что другие женщины ее недолюбливают. Считают, что стоит дать слабину, как захомутает их мужей.

— Да уж, эта может! — хмыкнула я, вспомнив, как смотрели на роковую брюнетку гатан и Томиан. — А что если я попытаюсь с ней подружиться, раз, как ты говоришь, с подругами у нее напряг?

Арна скривилась, словно клюкву раскусила.

— Убереги Дарун от таких подруг!

— И то верно, — я вздохнула и устало потерла лоб.

— Думаю, ей что-то от тебя нужно, раз не стала раскрывать, — рассудительно заметила Арна.

— Вот и у меня есть такие опасения. Тем более что она сама сказала о каких-то скрытых мотивах. Только ведь не скажет! Или соврет, если стану настаивать.

— Хочешь знать мое мнение? — отхлебнув отвара, спросила Арна, бросая на меня задумчивый взгляд.

— Конечно!

— Тебе срочно нужно выйти замуж.

Я в этот момент тоже делала глоток, не ожидая от подруги такой подставы, и поперхнулась. Откашливаясь, с брызнувшими из глаз слезами, с возмущением посмотрела на нее. Арна, пользуясь тем, что я пока не могу говорить, поспешно пояснила свою мысль:

— Когда выйдешь замуж, твое положение упрочится. Мужу некуда будет деваться, раз женился. Ему придется тебя защищать. Так что мой тебе совет: не противься пресветлому Томиану, когда начнет сватать тебя за сына бургомистра. Лучше наоборот, постарайся понравиться молодому сирну. Он, как я уже говорила, особым умом не отличается, так что сможешь из него веревки вить.

— Ну ты и коварная! — буркнула я, наконец, отдышавшись. — Предлагаешь мне использовать бедолагу без зазрения совести?

Арна пожала плечами и вздохнула.

— Мне кажется, это лучшее, что можно сделать в твоей ситуации.

— Ладно, я подумаю, — я устало откинулась на спинку кресла. — Но не сейчас. Лучше посмотрю, что там за книгу Ардалия прислала.

— Тогда не буду тебе мешать, — Арна понятливо поднялась и засуетилась, собирая грязную посуду.

Когда она вышла, я неспешно развернула сверток и достала из него старинный фолиант с затейливой гравировкой на переплете. Надпись на обложке гласила: «Основы магической теории» авторства некоего Кладрика дар Годдурма. Я с энтузиазмом открыла первую страницу, но почти сразу поскучнела. Стиль у этого самого Кладрика был на редкость витиеватый и пафосный. Приходилось буквально продираться сквозь словесный мусор, чтобы уловить суть написанного. В конце концов, с грехом пополам все же нашла ту информацию, что была нужна. Но голова при этом болела немилосердно. Впрочем, главное — результат. А результат приводил в самое настоящее смятение.

Как оказалось, магов здесь делили на две группы, которые, в свою очередь, имели подвиды в зависимости от направленности. К первой группе относились те, кто черпал силу из собственного внутреннего источника. Их называли попросту «обычными магами». Сила у них восстанавливалась медленнее, но зато не требовалось подпитки извне. Разве что можно было использовать заряженные амулеты для этих целей. Как правило, обычные маги считались слабее второй группы, поскольку их силы были изначально ограничены. Зато имели ряд преимуществ. Во-первых, могли обладать сразу несколькими направленностями. Во-вторых, не были жестко привязаны к внешнему источнику.

Вторая группа — стихийные маги. В их собственном организме, конечно, существовал источник, который мог достаточно долго поддерживать силу. Но вот при ее расходовании сам собой магический резерв не восстанавливался. И амулеты зарядки на них не действовали. Нужно было наличие той стихии, из которой они черпали силу. Зато если уж эта самая стихия находилась рядом, то силы мага становились практически неисчерпаемыми.

Впрочем, с того момента, как магия в этом мире стала слабеть, стихийные маги рождались все реже. А многие их виды и вовсе исчезли. Я с удивлением осознала, что тоже отношусь ко второй группе. Раньше полагала, что к стихиям можно отнести только огонь, воду, воздух и землю. Как оказалось, ошибалась. Тут существовали и особые источники магии, привязанные к какому-то месту или виду территории. И называли таких магов весьма поэтично: говорящие с реками, лесами, горами и прочим. Даже обычных стихийников, вместо того чтобы называть просто огненными, воздушными, земляными и водными магами, кликали возвышенно. «Повелители огня», «танцующие с ветрами» и т. п. От подробного перечисления их особенностей вскоре начал мозг пухнуть, и я сосредоточилась только на том, что касалось лично меня. Хотя информации имелось не так много — слишком редко такие, как я, рождались даже в те времена, когда магии хватало с избытком.

«Говорящая с лесом». В первое время, когда прочла эту фразу, сидела в полном ступоре, не зная, как реагировать. В том, что именно этой самой говорящей с лесом я и являюсь, не было сомнений. Особым знаком такого мага считалось родимое пятно в форме листка. Разумеется, листок этот мог быть разным, но очертания узнаваемыми и поддающимися однозначной аналогии.

Теперь я прекрасно поняла, почему лес вызывал у меня столь странные чувства и казался чем-то родственным, близким. Его запахи, звуки, сама тамошняя атмосфера. Мой магический очаг стремился к лесу, как к источнику силы, тому, что разжигает во мне огонь. Неприятным сюрпризом стало то, что оказывается, меня теперь постоянно будет тянуть в лес. И вне его моя сила мало на что будет способна. Разве что на астральные путешествия во время сна или транса, как тогда, в трактире, когда я последовала за Дарией. Да и то опять же эти самые странствия становились возможны, только если лес достаточно близко.

Ах да, еще я смогу неплохо разбираться в лекарственных растениях! Последнее хоть немного взбодрило. В конце концов, открою собственную аптеку, если что. Хотя вряд ли стоит ждать особого успеха. Теоретических знаний ведь никаких. А на интуиции далеко не уедешь. Ну пусть даже я определю, какие из растений целебные. Но я совершенно не умею их сушить, делать снадобья и прочее. Даже названий не знаю. Эх, попросить, что ли, мастер-класс у Ардалии?

Читая скудные сведения о других особенностях моего дара, я задумчиво потирала подбородок. Сильные «говорящие с лесом» могли влиять на разум животных, находящихся на их территории, на людей, не обладающих ментальной защитой, заставляя плутать в трех соснах. В общем, своего рода леший или что-то в этом роде. Это я теперь нечто вроде кикиморы, что ли? Невесело ухмыльнулась. А что, это мысль! Построить себе избушку в лесу и жить там, как Баба Яга. Как раз и прозвище свое детское оправдаю! Нет, все-таки у высших сил порой проявляется извращенное чувство юмора!

У прежней Илины ничего подобного не было, насколько понимаю. Магические способности в этом теле открылись только после того, как место покойной заняла я. А значит, это именно мои способности. Даже не знаю, радоваться или плакать. Нет, если бы во мне открылись способности огненного мага — я бы однозначно порадовалась. Полезет какой-то нахальный оборотень, а я его — раз! — и магическим шаром хорошенько так приложила! А вот мои способности окажутся в такой ситуации совершенно бесполезными. На этот счет автор книги высказывался однозначно. Я сильна только в лесу. За его пределами — по сути, обычная травница. Но как-то жить одной посреди чащобы нисколько не хотелось. Я все-таки городской житель, привыкла к какой-никакой, но цивилизации. Да и в средневековом быту вообще не разбираюсь. Даже дров себе нарубить не смогу, уже не говоря о том, чтобы печку растопить. Пропаду однозначно!

Что ль, и правда выйти за сыночка бургомистра? — иронично подумала и тут же поморщилась. Нет уж, на такое пойду, только если другого выхода действительно не останется! Хотя, может, он мне еще и понравится. Чего это я сразу так категорически?

Почесав затылок, оставила мысли о возможном женихе и задумалась еще кое о чем, что вычитала в книге и что сильно смущало. А конкретно, о дне обретения полной силы. Теперь поняла, почему Ардалия бросала на этот счет туманные намеки. И почему сама не захотела говорить со мной на эту тему. Стыдоба-то какая!

Оказывается, в день, вернее, в ночь обретения силы, на стихийного мага обычно нападает что-то вроде безумия. Разум затуманивается и главенствуют инстинкты. Сила настолько переполняет, что если не разрядиться немного, вполне можно сгореть от этого чудовищной силы огня. У обычных магов тоже происходит нечто подобное, но гораздо слабее. И они вполне могут перетерпеть, хотя и будут испытывать некоторые неприятные ощущения. Но катастрофических последствий точно не будет.

Стихийникам же гораздо хуже. Разрядка попросту необходима. Причем в том месте, где сосредоточена их сила. И если те, кто не привязан к определенной территории, еще могут как-то выкрутиться и лишь озаботиться тем, чтобы рядом оказалось воплощение нужной стихии — разжечь огонь, к примеру, или чан с водой принести, то вот привязанным однозначно придется волочиться в эту ночь в подходящее место.

Но это еще можно пережить! А вот то, как именно нужно достигать разрядки! У меня даже уши горели, когда я читала об этом. Если избавиться от пафоса и иносказаний Кладрика дар Годдурма, то можно все свести к одному слову — секс. В ночь обретения силы мне понадобится трахнуться. Без разницы с кем. Да и все доводы разума меня не будут особо беспокоить. Все, что будет понимать затуманенный обретением силы разум — это то, что мне жизненно необходима разрядка. Иначе — смерть.

Похоже, замуж мне и правда придется выйти, да поскорее. Неизвестно когда пробудится сила. Быть может, осталось уже совсем немного. Если не найти законного партнера, где я отыщу ночью в лесу себе мужика? Вот же я встряла!

С раздражением отбросила книгу и закусила губу. Из всего того, что навалилось на меня, ясно одно — без помощи Ардалии точно не обойтись. Она в курсе всего, что со мной происходит, частично тоже проходила через то, через что придется пройти мне. Так что может дать дельный совет. И как бы настороженно я к этой женщине не относилась, придется и правда с ней подружиться. Или хотя бы вид сделать. В конце концов, у Ардалии наверняка куча знакомых мужиков — с ее-то темпераментом. Может, договорится с кем-то из них, когда придет мое время, да убедит держать язык за зубами? Но это уже на крайний случай.

Я тоскливо вздохнула. И почему раньше считала свою прежнюю жизнь тяжелой и беспросветной? Да, конечно, было нелегко, но по крайней мере, я сама могла распоряжаться своей судьбой. А что сейчас? Вокруг средневековье, где женщина без покровительства мужчины — ноль без палочки. От открывшихся во мне магических способностей больше вреда, чем пользы. Особенно если учесть, что за порядки тут по поводу девственности. Вот как остаться невинной до свадьбы, если магическая природа потребует избавиться от этой самой невинности? Помирать ради соблюдения местных обычаев я не собираюсь, так что если иначе никак, то однозначно найду кого-то, кто поможет справиться с деликатной проблемой.

Утром, не откладывая дело в долгий ящик, я взяла с собой капитана Мерна в качестве охраны и отправилась в Лодар. Возражать никто не осмелился — отец не давал распоряжений не выпускать за пределы охраняемой территории. А самого его дома уже не было, так что и запретить, собственно, оказалось некому. Да и нужно же начинать осваивать навыки верховой езды! Собственно, именно этим соображением я и прикрылась, сказав, что просто хочу погулять по окрестностям. В обществе капитана Мерна вряд ли мне что-нибудь грозит, да и места здесь не были дикими. Разбойников так близко от города точно не встретишь, разве что полных самоубийц, рискнувших вторгнуться в вотчину оборотней. Возникали, конечно, сомнения по поводу того, что выехала довольно рано. Но хотелось поговорить с женщиной до начала трудового дня, когда ее не станут отвлекать клиенты. Вряд ли Ардалия, сама зарабатывающая себе на жизнь, спит до полудня. Буду надеяться, что не обидится на мой ранний приезд.

Кое-как взобравшись на лошадь с помощью капитана, я некоторое время привыкала к новому ощущению. Чувствовалось, что тело Илины знакомо с этим, но разум-то у меня собственный. И он закономерно опасался нового для себя, в какой-то степени опасного занятия. А что если коняга сбросит, и я что-нибудь себе переломаю? Так что поехали мы шагом, пока я привыкала держаться в седле.

Капитан не торопил, держась рядом и готовый в любой момент прийти на помощь. Ну вот просто душка! И почему я не могу выбрать его в качестве мужа? Украдкой поглядывая на мужчину, размышляла над этим вопросом. Жаль, но отец точно костьми ляжет, но не позволит выйти за обычного воина. Особенно когда на горизонте сынок бургомистра. А в качестве партнера по сексу в ночь обретения силы Мерн тоже не годится. Да он при одном моем намеке на подобное дара речи лишится!

С трудом скрыла улыбку, представив себе реакцию скромного капитана. Да и перед Арной неудобно. Она по нему продолжала вздыхать и после возвращения в Лодар. В общем, капитан однозначно не годится на роль помощника в столь деликатном деле. Но вот подружиться с ним мне никто не запрещает. И весь путь до дома Ардалии Слатр я провела в попытках разговорить воина. Поначалу он отвечал односложно и явно смущался такого внимания с моей стороны, но постепенно оттаял. Особенно когда речь зашла о его семье и планах на будущее.

Как оказалось, он старший сын у небогатых крестьян, и помимо него там еще десяток голодных ртов. Так что уже в шестнадцать Мерн отправился на поиски лучшей доли, чтобы иметь возможность помочь не только себе, но и родителям. Часть своего жалованья он до сих пор исправно посылает родным. Мечтает когда-нибудь купить собственный дом и завести семью. Такую же большую, какая была у него. Я тут же начала расхваливать Арну. Конечно, как бы невзначай. Сказала, какая она хорошая хозяйка, расторопная и спорая. Расписывала и ее моральные качества. Мол, лучше не отыскать на роль жены и матери.

Не знаю, проникся ли капитан, но физиономия стала задумчивой. А потом удалось выудить у него признание, что Арна ему сразу приглянулась. Но бедняга считал, что такая порядочная девушка может неправильно понять, если станет как-то не так на нее поглядывать. В общем, тяжелый случай. Но исправимый. И нужно будет всерьез поразмышлять над тем, чтобы помочь этим двоим преодолеть надуманные преграды и сблизиться.

Рассказ капитана Мерна о семье напомнил и еще кое о чем, что я из-за всех треволнений пока отложила на потом. Нужно найти родителей Дарии и как-то помочь сестренке девушки. А для этого придется убедить сердитого на меня отца, пока точно не расположенного удовлетворять мои прихоти. Эх, жизнь моя жестянка! Ну ничего, как-нибудь потихоньку справлюсь со всем. Буду решать проблемы по мере очередности. Для начала — разговор с Ардалией и попытка заручиться ее поддержкой. Потом и с батюшкой поговорить. В конце концов, его можно задобрить тем, что безропотно соглашусь встретиться с желанным им женишком.

К тому моменту, как мы добрались до Лодара, моя задница немилосердно болела. Дамское седло оказалось на редкость неудобным, да и еще сказывалась напряженная поза, в которой сидела. Но я упрямо решила, что лучше притерпеться и побыстрее привыкнуть ездить верхом.

Капитан, к счастью, знал, где находится дом госпожи Слатр, поэтому искать долго не пришлось. И хорошо, поскольку моя персона вызывала любопытные взгляды прохожих, пусть и редких в столь ранний час. Не сомневаюсь, что в городе уже каждая собака знала о возвращении домой дочери главного дарунита. А внешность капитана наверняка многим известна — все же он служит одному из влиятельнейших людей земель волков. Да и я похожа на отца, так что ошибиться трудно.

Стараясь держаться равнодушно и не обращать внимания на шепотки и взгляды, я ехала вслед за Мерном и желала одного — поскорее слезть с лошади и оказаться вне досягаемости зевак. Ведь в их присутствии даже морщиться от боли в отсиженной заднице нельзя — как-никак барышня из богатой семьи, которой полагалось быть безукоризненной во всем.

Дом Ардалии оказался там же, где находилась и ее лавка, только жила женщина на втором этаже. Вполне удобно и практично, — отметила я, думая о том, что мне такое вряд ли светит. Тем более в центре города. Вряд ли придется полагаться на помощь отца в этом деле — он от такой затеи точно в восторг не придет. Не успела подумать об этом, с завистью разглядывая вывеску над аптекой и виднеющиеся в витрине выставленные снадобья и амулеты, как тот, о ком я только что думала, появился из двери черного хода, ведущего, по всей видимости, непосредственно на второй этаж дома.

При виде меня отец замер, и маска невозмутимости с его лица исчезла. К моему удивлению, он выглядел смущенным. Но это длилось лишь пару секунд. Потом пресветлый Томиан опять принял невозмутимый вид и двинулся ко мне. Капитан как раз помог мне спуститься вниз и при виде господина склонился в почтительном поклоне.

— Почему ты здесь, Илина? — буркнув приветствие, сразу перешел к делу Томиан.

Хотя я подозревала, что эта нарочитая сухость связана не с тем, что он все еще на меня злится, а с тем, что я фактически поймала его с поличным. Нетрудно было понять, какие дела заставили главного дарунита выходить ранним утром из дома одинокой магички. В том, что отец спит с Ардалией, я теперь даже не сомневалась.

— Хотела вернуть госпоже Ардалии книгу, которую она любезно мне прислала, — выкрутилась я, надеясь, что проверять наличие книги он не станет. — А разве мне запрещено ездить по городу?

— Все же ты должна была спросить у меня разрешения, — произнес дарунит.

— Я бы с удовольствием, но к сожалению, дома вас не оказалось, — постаралась, чтобы и намека на сарказм в голосе не послышалось.

Как и ожидалось, тему Томиан постарался замять.

— Если бы ты мне сказала о своем намерении, я бы завез книгу госпоже Ардалии. Мне нужно одно лекарственное снадобье, так что мог бы заодно и выполнить твою просьбу.

С трудом подавила улыбку — думает, я поверю в это на ходу придуманное оправдание? Так и хотелось спросить: а почему тогда он выходил не из самой лавки, которая, кстати, еще закрыта, а из двери, ведущей в жилые помещения. Но я смолчала. Заодно и порадовалась тому, что сейчас отец, испытывая неловкость, может лучше воспринять и еще одну мою просьбу.

— Отец, раз уж мы с вами так неожиданно встретились, то я, пожалуй, не стану ждать вечера. Хотелось бы поговорить с вами об одном деликатном вопросе.

— Это не может подождать? — вздохнул дарунит, которому явно не терпелось поскорее убраться отсюда, чтобы любопытные прохожие тоже не сложили два и два при виде его рядом с лавкой.

Хотя, сомневаюсь, что в этом городе хоть что-то можно утаить! И если он не раз уже таким образом выходил по утрам из дома Ардалии, о его связи с ней всем известно. Но раз ему так хочется пытаться соблюдать приличия, можно и подыграть.

— Боюсь, что нет, отец, — я состроила умоляющую гримаску. — Может, госпожа Ардалия будет так любезна, что примет нас у себя и позволит поговорить? Ведь судя по тому, что вы, по всей видимости, уже купили у нее снадобье, она на ногах.

На лице отца опять отразилось что-то вроде смущения, но он быстро взял себя в руки. А тут еще к нему подошел слуга, как я понимаю, Ардалии. Он вел в поводу отцовского коня, явно свежего и отдохнувшего. Это что мой папочка тут всю ночь провел? Интересненько…

— Ваш конь, пресветлый Томиан, — с подобострастием произнес слуга. Отец хмуро кивнул.

— Спасибо, Мандр. Но я еще ненадолго задержусь.

Он даже имя слуги знает? Я с трудом удержалась от хмыканья. Видать, частенько здесь бывает.

— Пойдем, — бросил мне отец, разворачиваясь обратно к двери, из которой вышел. Капитана попросил подождать на улице вместе с лошадьми.

Мы поднялись по узкой лестнице на второй этаж и оказались в небольшой прихожей. Как раз выглянувшая оттуда растрепанная Ардалия просияла обворожительной улыбкой.

— Ты что-то забыл, котик?

Я, выглядывающая из-за отцовской спины, в этот раз не удержалась от короткого смешка. Хотелось бы мне сейчас увидеть лицо Томиана и его реакцию на «котика».

— О, простите, пресветлый Томиан! Не знала, что вы не один, — проговорила Ардалия, заметив, наконец, и меня, но ничуть не смутившись. — Проходите пока в гостиную. Я велю подать травяной отвар и скоро приду.

Она опять скрылась за дверью, а отец медленно развернулся ко мне и одарил напряженным взглядом.

— Это не то, о чем…

— Да не нужно оправдываться, отец, — я понимающе улыбнулась. — Вы взрослый мужчина, у которого есть потребности. Я не собираюсь вас осуждать.

На лице Томиана промелькнуло удивление и некоторая озадаченность. По-видимому, от благовоспитанной девушки ожидалась иная реакция и чуть ли не шок из-за такого вопиющего поведения отца. Что ж, придется его удивить. Надеюсь только, что он однажды проявит такое же понимание. Хотя сильно сомневаюсь. С трудом удержалась от тяжелого вздоха.

— Ну что, пройдем в гостиную? — спросила, нарушая тягостное молчание.

Отец кивнул и, не говоря ни слова, прошел в соседнюю дверь. Комната оказалась не такой просторной, как в нашем доме или пансионе госпожи Сарне, но уютной и со вкусом обставленной. В интерьере преобладали светло-зеленые и бежевые цвета, повсюду виднелись кадки с растениями и интересные декоративные фигурки. Видать, Ардалия любила подобные вещички. Вошедшая в комнату служанка подала травяной отвар и, сделав книксен, оставила одних. А я решилась заговорить, радуясь, что пока нам никто не помешает.

— Отец, я хотела попросить вас кое о чем. И прежде чем рассердиться на эту просьбу, хотя бы подумайте.

Он вопросительно изогнул бровь.

— Боюсь даже представить, о чем ты можешь попросить, дитя мое, учитывая все твои странности. Но обещаю, что подумаю.

— У той бедной девушки… — начала я и голос тут же сорвался при воспоминании о Дарии. Я заставила себя собраться и закончить: — У нее осталась сестра. Ей уже тринадцать, и сирн дар Гадр недвусмысленно намекал на то, что отыграется на девочке за побег Дарии. Мы могли бы как-то помочь? Устроить ее к нам хотя бы посудомойкой?

Томиан явно не ожидал такой просьбы и некоторое время молчал, окидывая задумчивым взглядом.

— Ты ведь понимаешь, что этим мы снова перейдем дорогу сирну дар Гадру?

— Понимаю, — заставила себя выдержать взгляд отца. — Но я никогда себе не прощу, если с девочкой что-то случится. Всегда буду знать, что могла этому помешать, но ничего не сделала. Да и я дала Дарии клятву, что помогу ее семье, — солгала, надеясь, что хоть это повлияет на отца.

— Весьма опрометчиво с твоей стороны давать кому-либо такие клятвы, — отец покачал головой.

— Возможно, но я чувствую себя виноватой из-за того, что случилось. Если бы я не вмешалась, сирн дар Гадр так бы не разозлился, и Дария вполне могла остаться жива.

Слезы помимо воли выступили на глазах — в этом я нисколько не лукавила. До сих пор испытывала чувство вины из-за смерти девушки.

— Хорошо, я помогу девчонке, — Томиан поморщился при виде моих слез. — Но в следующий раз не смей давать подобных клятв, если точно не уверена, что сможешь их выполнить. Иначе навлечешь на себя гнев Даруна.

Даже этот сухой недовольный тон не мог сейчас обидеть. Главное, что отец согласился помочь! Взвизгнув от радости, я бросилась ему на шею. Не ожидавший этого Томиан опешил. Он явно не привык к такому проявлению дочерних чувств со стороны Илины. Но я заметила, что во взгляде его что-то потеплело. Правда, он сразу постарался скрыть такую реакцию и отстранился.

— Если это все, о чем ты хотела поговорить, то я, пожалуй, пойду. У меня много дел. Насчет девочки, не беспокойся. Я велю пресветлому Гринду отыскать ее и обо всем позаботиться. В ближайшие дни ее устроят в нашем доме.

— Спасибо, — я окончательно расчувствовалась и теперь ревела уже от счастья.

Отец, которого мои слезы, похоже, деморализовали, поспешил убраться восвояси, не дожидаясь прихода хозяйки дома. Я же, довольная, как слон, опять расположилась на удобном диванчике и с удовольствием отхлебнула отвара. Как оказалось, Томиан не настолько бесчувственный, как я опасалась, и это давало надежду найти с ним взаимопонимание и в других вещах.