Глава 15

— Что вы здесь делаете? — я осторожно шагнула внутрь, пытаясь понять, какого лешего Ардалия Слатр явилась в мою комнату посреди ночи. Может, Бедмар прислал, чтобы и она охраняла? Охранники охранниками, но помощь мага порой бывает надежнее. Потом до меня вдруг дошло, и я в нерешительности остановилась. — А как вообще вы в дом попали? Или на вас приказ стражникам не распространяется?

— Присядь, — не удостоив ответом ни один из моих вопросов, проговорила Ардалия, указывая в сторону дивана. — Есть разговор.

Охваченная нехорошими подозрениями, да еще и с новой силой вспыхнувшей тревогой, которая иногда накатывала в обществе этой женщины, я и не подумала послушаться.

— Думаю, лучше подождать возвращения Бедмара. А сейчас у меня есть пара вопросов к охране, раз уж вы мое любопытство игнорируете.

— Я сказала: сядь, — снисходительная улыбка исчезла с лица Ардалии, черты стали жесткими и властными. Наверное, только сейчас она, наконец, выглядела почти что на свой возраст. Стали заметны морщины, залегшие в уголках губ и глаз, прорезавшие лоб.

Разумеется, слушаться эту все сильнее пугающую женщину я не собиралась. Вообще досадовала на себя за то, что сразу, как увидела, не подняла тревогу. В полной мере осознала свою глупость, почувствовав, что теперь сделать это не могу. Не знаю, что эта гадина со мной сделала, но тело будто парализовало. Я могла лишь судорожно открывать и закрывать рот, как рыба, выброшенная на берег.

Ардалия, довольная эффектом какого-то непонятного мне колдовства, ухмыльнулась и лениво поднялась с кресла. Проследовала мимо меня и заперла дверь сама, спрятав ключ в кармане плаща, прикрывавшего ее тело поверх черного дорожного платья. Дорожного? Она что собралась куда-то? — сообразил на редкость тугой сегодня мозг. Но два и два он все же смог сложить. Усиление охраны Бедмаром, странные действия Ардалии, проникшей в мою комнату и опутавшей парализующей магией. Только вот я так и не могла понять, что задумала эта женщина и чего от нее ждать?

— Если будешь умницей и не станешь кричать, я прекращу воздействие амулета, — послышался вновь ставший привычным и чуть насмешливым голос.

Амулет, значит? Уже легче. Можно попытаться стащить его с нее и обезвредить себя от подобного. Физически с Ардалией справиться шансы есть. Остается понять, где именно на ее теле находится этот самый амулет. Словно прочитав мои мысли, женщина зацокала языком.

— Не советую даже пытаться сопротивляться. Тогда ты не выиграешь ничего, а ответов так и не получишь. Я здесь не для того, чтобы тебя убить — на этот счет можешь не переживать.

Я уловила, как Ардалия мимолетно коснулась запястья левой руки, и горло тут же отпустило. Значит, вот, где находится амулет! Очевидно, это что-то вроде браслета. Впрочем, обретя способность говорить, спросила я первым делом не об этом:

— Что вообще происходит?

— Сядь, — Ардалия опять указала на диван, и в этот раз я послушалась.

Конечно, можно было рискнуть и позвать на помощь, но чего я бы этим добилась? Если амулет этой женщины обладает такими свойствами, ей не составит труда парализовать и стражников, спокойно уйти из дома и убраться. А она права — получить ответы мне очень хотелось!

Магичка тоже опустилась в кресло и теперь теребила тесемки плаща, по-видимому, обдумывая, с чего начать.

— Как вы проникли в дом? — нарушила я молчание первой. — Внизу ведь полно охраны. Или воспользовались еще какой-то магической штучкой?

— Все гораздо проще, дорогуша, — ухмыльнулась женщина. — В этом доме есть подземный ход, который мне известен. Полезно, знаешь ли, быть в близких отношениях с правителями.

— Вы посещали Бедмара через подземный ход? — я нахмурилась, охваченная несвоевременно накатившей ревностью. Неужели гатан за моей спиной развлекался с этой женщиной, пока я ни о чем не подозревала?

— Не Бедмара, — поморщилась Ардалия. — Вообще-то о том ходе, через который я проникла, он ничего не знает. Речь о его отце.

— Понятно, — я даже не пыталась скрыть облегчения.

Итак, теперь ясно, как она сумела пробраться сквозь стражу. Только по-прежнему непонятна цель визита.

— Это ведь из-за вас сегодня весь дом на ушах стоит? — задала новый вопрос.

— Думаю, это очевидно с учетом того, что мне пришлось пробираться сюда тайком, — саркастически заметила Ардалия.

— Но что такого вы сделали? — я непонимающе смотрела на женщину, не решаясь озвучить пришедшую в голову догадку. Слишком она была чудовищной. Потом все же медленно произнесла: — Вы как-то связаны с убийствами, в которых меня обвинили?

— Наконец-то ты подключила мозг, — хмыкнула Ардалия.

Я не сдержала инстинктивного порыва отпрянуть, вжавшись в спинку дивана, и этим невольно выдала накативший страх. Магичка досадливо поморщилась.

— Я ведь сказала, что убивать тебя не собираюсь. Иначе давно бы уже это сделала. Возможностей у меня была масса, если помнишь.

В ее словах был определенный резон, но слишком уж не по себе от присутствия убийцы в непосредственной близости. Ощущения такие же, как если бы рядом находилась ядовитая змея. Вроде и не нападает, но кто знает, что будет в следующий момент.

— Конечно, убить тебя было бы неплохим решением проблемы, — ее слова лишь подтвердили мои опасения. — Но на твое счастье, магия связала тебя с Бедмаром так крепко, что уничтожив тебя, я тем самым уничтожу и его. Собственно, об этом я и пришла поговорить. В вашем случае есть способ убрать магическое воздействие. Мне понадобилось изучить море соответствующей литературы, чтобы это понять. Но результат того стоил. Если вкратце, то раз вас объединила твоя сила, ты способна забрать ее обратно. Бедмар ведь в этом участвовал бессознательно, в отличие от того, как все проходит в традиционном магическом ритуале единения. Я расскажу, что тебе нужно сделать, чтобы убрать воздействие, и он станет свободным.

— И тогда вы сможете беспрепятственно устранить меня физически, — резюмировала я. — По-вашему, я дура?

Ардалия досадливо поморщилась.

— Мне незачем будет тебя убивать. К тому же ты важна для Томиана.

Чем больше я слушала ее, тем сильнее осознавала, что эта женщина безумна. У нее была своя, какая-то странная логика, неподвластная нормальному разумению. Или я просто не знаю всех обстоятельств?

— Прежде чем мы продолжим обсуждение этой темы, вы должны рассказать мне все, — решительно заявила я. — Каковы ваши мотивы в этом деле? Чего вы хотите? Самой стать женой Бедмара, устранив меня с дороги? Или остаться при нем в прежнем качестве?

— Каком же? — ее черные глаза лукаво блеснули.

— Будем называть вещи своими именами. В городе каждая собака знает, что вы его любовница. По крайней мере, были раньше.

— Я никогда не была его любовницей, — огорошила Ардалия. Притом что-то такое было в ее голосе, что я поверила. — Да, я люблю Бедмара больше, чем ты можешь себе представить. Но не так, как ты думаешь. И ты права, настало время для откровенности. Тем более что теперь нет смысла скрывать. Слишком далеко все зашло.

Сбитая с толку, я боялась сказать хоть слово, чтобы не нарушить поток ее откровений. Хотя что-то подсказывало, что этой женщине давно уже хотелось поделиться тем, что на душе. Быть с кем-то абсолютно честной. И сейчас даже не приходилось особо уговаривать раскрыть мне правду.

— Как считаешь, насколько сильно может любить мать? — она умолкла, пытливо глядя на меня и ожидая закономерной реакции.

И вряд ли эта самая реакция ее разочаровала. Моя челюсть буквально отвисла. Ардалия усмехнулась и иронично изогнула брови — и этот жест вдруг сделал ее настолько похожей на Бедмара, что я прерывисто выдохнула. Черт! Да как же я раньше была настолько слепа, что этого не замечала? Хотя вру! Были несколько моментов, когда я улавливала внешнее сходство между ними, но не придавала сильного значения. Теперь же многое встало на свои места.

— Бедмар знает? — хрипло выдохнула я.

— Разумеется. Он узнал об этом, когда стал достаточно взрослым, чтобы понять и уметь держать язык за зубами.

— Значит, слухи про то, что он не чистокровный оборотень, правдивы, — произнесла я, развивая мысль. — Только никто не догадался проверить во время магической экспертизы обоих родителей. Иначе вряд ли бы Бедмару разрешили стать гатаном.

— У них не было возможности проверить обоих, — жестко возразила Ардалия. — К тому времени как Селена дар Гадр начала строить козни против моего сына, жена гатана уже благополучно скончалась. А мы с Тартиром позаботились о том, чтобы ее тело никто не смог подвергнуть каким-либо экспертизам. Попросту говоря, сожгли. В родовой усыпальнице лежит лишь пепел.

— Но как так получилось, что законным наследником стал ваш сын? — я пыталась понять хитросплетение всех этих интриг давно минувших лет, и не могла. — И не беспокойтесь, эти знания я не использую против Бедмара.

— Знаю, — спокойно откликнулась женщина. — Если бы у меня были малейшие сомнения в этом, ты не услышала бы ни слова. Ты любишь его. Любишь не меньше, чем я. Я не настолько сильный маг, но в качестве ментала довольно неплоха, — она усмехнулась. — Потому для меня не составляет труда улавливать душевные порывы людей. Я поняла, что ты его любишь, еще до того, как ты сама себе в этом призналась. Так смешно было наблюдать за твоими метаниями! Тем более что результат все равно был бы один — рано или поздно ты бы покорилась силе своих чувств. Хотя если бы я могла предположить, что ты сумеешь опутать моего сына своей магией, то сделала бы все, чтобы не допустить вашего сближения. Но об этом потом. Вернемся к моей истории, раз уж ты так жаждешь откровенности.

Хмурясь, я смотрела на эту женщину, для которой я всегда была открытой книгой, сама того не подозревая. И которая так спокойно рассуждала о том, как мало для нее значит чья-то жизнь или судьба. Манипуляторша, привыкшая играть людьми и не испытывающая по этому поводу ни малейшего угрызения совести. Интересно, ей и моим отцом удавалось играть? Но у нас еще будет время прояснить и это. Сейчас же я приготовилась слушать ее невольную исповедь. Я, конечно, не ментал, но могу побиться об заклад, что Ардалия прямо-таки удовольствие испытывала, делясь со мной сокровенным. Столько лет вести изощренную игру и не быть вправе похвастаться хоть перед кем-то своей хитростью и умом! Это при ее-то себялюбии! Теперь же, когда больше нет нужды что-то скрывать, она, наконец, может излить душу.

— Представь себе дочь обычного горожанина среднего достатка, который медленно, но верно спивался. Семья все больше нищала, им пришлось переехать в более бедный район, едва сводить концы с концами. При таких условиях родители были только рады избавиться от лишних ртов. Я была старшей среди остальных пятерых детей. И закономерно, что первой жаждали избавиться от меня. А какая дорожка могла быть у нищей девицы без связей и денег, которая не желала выходить замуж за такое же ничтожество, каким был ее отец? Самая прямая — торговать своим телом или надрываться на тяжелой работе, где уже через несколько лет можно подорвать здоровье и потерять молодость и красоту. Только вот у этой девицы было кое-что, что при умелом использовании могло дать шанс подняться. Магический дар. Пусть не слишком большой, но очень даже дельный. Кое-какие способности целителя и куда больший дар ментала. Последнее помогало понимать людей, подстраиваться под них, выискивать слабости. Первое же позволило устроиться на работу в лавку практикующего мага. Формально я выполняла обязанности обычной служанки, но маг еще и использовал меня для практических целей. Я заряжала амулеты, делала снадобья и прочее в том же роде. Ну и согревала ему постель одинокими ночами.

Я невольно поморщилась. Заметив это, Ардалия прищурилась.

— Осуждаешь, да? Считаешь себя лучше меня? Я же считаю тебя просто глупой. Из-за дурацких моральных принципов не использовать все, что тебе доступно и что может помочь подняться! Разумеется, когда есть богатый папочка, который всегда подотрет сопельки и закроет от всех проблем, можно оставаться чистенькой и порядочной.

— В своем мире у меня не было богатенького папочки, — сухо возразила я. — Я всего добивалась сама. И если бы и тогда встал подобный выбор, не согласилась бы делать то, что делали вы.

— Возможно, — пожала плечами Ардалия. — Но мы с тобой слишком разные, чтобы понять позицию друг друга. Как бы то ни было, именно в лавке того мага я и познакомилась с бывшим гатаном. Он как-то приехал, чтобы заказать амулет, и я сделала все, чтобы ему понравиться. Ну и, конечно же, воспользовалась удачным стечением обстоятельств, чтобы зарядить его амулет кое-каким полезным мне свойством.

Я судорожно сглотнула.

— Вы его приворожили?

Ардалия довольно улыбнулась, поудобнее устраиваясь в кресле.

— Только не нужно морализаторства. В отличие от тебя, я всегда считала, что цель оправдывает средства. Как бы то ни было, очень скоро я получила то, чего хотела. Могущественного любовника, готового на все ради меня, статус практикующей магички, достаток и перспективы. Если бы не дурацкие волчьи законы, я бы, скорее всего, стала и женой Тартира. Конечно, могла бы настоять на изменении законов. Но зачем это мне? Как только другие оборотни прознали бы о подобном желании, на меня бы начали охоту. Никто бы не допустил, чтобы на троне оказалась человечка, причем простолюдинка с не слишком-то хорошей репутацией. Меня бы убрали по-тихому, а Тартир бы даже не понял, с какой стороны пришла опасность. В отличие от Бедмара, особым умом он не отличался. Им можно было вертеть как угодно. И вертели. Те, кто был достаточно хитер, чтобы не показывать этого в открытую, и делал вид, что решения он принимает сам, а они лишь дают советы. Именно так твой отец и занял свое положение, кстати. Оказался достаточно умен, чтобы понять это. Вот, кем я всегда восхищалась и кого считала равным себе, — ее голос смягчился, взгляд слегка затуманился. А я поежилась. Неужели эта стерва и правда любит моего отца? В таком случае, ему остается только посочувствовать. — Я сделала все, чтобы помочь ему возвыситься, — добавила она, перехватив мой взгляд и опять верно разгадав его значение. — Так что от нашего сближения Томиан только выиграл.

— Почему мне кажется, что смерть моей матери… Вернее, матери Илины не была естественной? — озвучила мелькнувшую догадку.

— Ошибаешься, — фыркнула Ардалия. — Я вовсе не считала ее соперницей. Томиан женился на ней лишь для того, чтобы упрочить свое положение. Ее отец пользовался влиянием в городе. Да и статус семейного человека тоже способствует укреплению репутации. Так что бедная глупенькая Санна и правда умерла при родах, выполнив свое главное предназначение — родив ребенка. Томиан счел свой долг выполненным и больше не женился. Считал, что дочери вполне достаточно. А имущество можно передать и зятю, которого, разумеется, подберет сам.

— А жена гатана? — с подозрением спросила я. — Та, кого считают матерью Бедмара. Она тоже умерла от естественных причин?

— Вот этой пришлось помочь, — глаза Ардалии недобро блеснули. — Ведь она могла родить ребенка, который оттеснил бы моего мальчика от трона. Для начала ее пришлось сделать бесплодной. Регулярное принятие кое-каких травок в этом сильно помогло. Этой курице пришлось встать перед выбором: или позорный развод из-за того, что не может родить наследника, или согласиться прикрыть последствия нашей связи. Признать ребенка, который родится у меня, своим. И она сделала тот выбор, который и должна была. Не совсем ведь дура. Быть королевой, матерью наследника, пользоваться всеобщим почетом и уважением. Или стать никому ненужной разведенкой, на которой никто не женится не только из-за нового статуса, но и из-за бесплодия? Только, конечно же, она не ожидала, что никто не собирался позволять ей жить долго.

Теперь меня уже по-настоящему пугала откровенность Ардалии. Признаться в подобном можно кому-то только тогда, когда уже и правда нечего терять. А человек, которому нечего терять, опасен вдвойне. Утешало только то, что она заявила, что убивать меня не станет. По крайней мере, сейчас, когда я связана с ее сыном. Но вот что будет потом? Есть ли у нее способ заставить меня сделать то, что ей нужно? Какой-нибудь амулет, подавляющий волю, к примеру? Хотя, будь это так, вряд ли бы сейчас передо мной распиналась. Просто сделала бы то, что нужно. Видимо, я должна действовать по собственной воле. Ладно, пока остается тянуть время, надеясь, что Бедмар или кто-то из стражников заподозрит неладное и решит проверить мою комнату.

— Когда я забеременела, мне пришлось уехать в Финиль, и там жить инкогнито до последних месяцев беременности. Тартир часто навещал меня, посвящал в положение дел. Его женушка же имитировала беременность, так что для всех подданных супруга гатана ожидала скорого появления наследника. Если, конечно, это не окажется девочка.

— И что бы вы делали, если бы и правда родилась девочка? — спросила я.

— Что ж, тогда королева прожила бы дольше, — пожала плечами Ардалия. — И пришлось бы повторить фокус с еще одной беременностью. В любом случае, у меня была цель. Сделать так, чтобы мой сын стал правителем этих земель. И чтобы мое положение не пошатнулось даже после смерти Тартира. Но родился мальчик — Дарун оказался ко мне благосклонен.

— Уж скорее, Танара… — пробормотала я тихо, думая о том, что покровительствует ей явно не светлый бог, а темная богиня, но Ардалия услышала и ухмыльнулась. Ей, похоже, даже польстило мое замечание.

— Только вот всего учесть не может никто, — театрально вздохнула женщина. — И в дело вмешался случай. Проклятая Селена всегда пускала слюни на Тартира и сделала все, чтобы затащить его в постель. Уж как она сумела возбудить его в таком невменяемом состоянии после невероятного количества выпитого, не знаю, но ей это удалось. Результат ты знаешь. Появилась на свет реальная угроза Бедмару. Да еще и то, что в моем мальчике некстати проявился магический дар, спутало все карты. Но кто мог заранее знать о подобном? Среди оборотней, даже нечистокровных, такое встречается крайне редко. При иных обстоятельствах я бы порадовалась тому, что мой сын особенный. Он говорил, что ты об этом уже знаешь, потому не вижу смысла скрывать, — Ардалия пытливо взглянула меня, словно отыскивая что-то в моей душе. Видимо, результат ее удовлетворил, и она улыбнулась. — Да, ты и правда сохранишь это в тайне. Впрочем, настанет день, когда это не будет иметь особого значения. Мой мальчик настолько упрочит свое положение, что отпадет в этом необходимость.

— Что у него за дар помимо повышенной регенерации и умения исцелять своей кровью? — напряженно спросила я.

Как-то не хотелось, чтобы Бедмару передались и ментальные способности матери. Иначе, получается, что все это время он прекрасно знал, что я к нему чувствую. Конечно, оборотни и так улавливают эмоции, но одно дело — почувствовать страсть или возбуждение, другое — читать глубинные порывы души.

— Только это, — откликнулась Ардалия, и я облегченно вздохнула. — Хотя, возможно, если бы он развивал свою силу, то проявилось бы что-то еще. Но в наших интересах было скрывать и подавлять его дар, а не развивать.

— Как вам удалось скрыть знак мага, когда сила в нем окончательно пробудилась? — с любопытством спросила я и покосилась на собственный, который разве что слепой бы не заметил.

— Самым обычным, но крайне зверским способом, — она чуть поморщилась. — Мы его вырезали. Благодаря ускоренной регенерации Бедмара даже шрама не осталось. Так что никто ничего не заподозрил.

Я поежилась. И правда, зверски.

— Но не будем больше о том, что было давным давно, — Ардалия сцепила пальцы на груди и уставилась на меня немигающим тяжелым взглядом, от которого тут же стало не по себе. — Да и тебя наверняка куда сильнее интересует, что произошло в тот памятный вечер, когда ты так по-глупому подставилась.

Пусть и с неудовольствием, но я вынуждена была признать, что она права. По-другому и не скажешь. Сама же по глупости предоставила недругам шанс сделать со мной все, что угодно. Как еще при этом в живых осталась, непонятно. Хотя, похоже, теперь начинаю догадываться, как. Только вот до конца еще не могу свести все ниточки воедино.

— Это вы спасли меня?

Ардалия растянула губы в насмешливой улыбке и некоторое время молчала, играя на моих и без того натянутых нервах. Потом стала неспешно рассказывать, а я чувствовала, как по мере ее рассказа мое ошеломление лишь усиливается. А еще со все большей горечью осознавала, какой же была дурой, раз абсолютно ничего не заподозрила раньше.