Глава 6

Сильно облегчило дело то, что на следующем постоялом дворе нас троих поселили в одной комнате. Теперь можно было без чужих ушей посвятить девчонок в мой план. Чем больше я говорила, тем сильнее округлялись глаза обеих. На меня смотрели так странно, что, в конце концов, я прервала свою возбужденную речь и умолкла.

— Вы чего так смотрите, словно инопланетянина увидели?

— Кого? — раздалось одновременное растерянное, и я мысленно чертыхнулась.

Вот зарекалась же сначала думать, потом говорить! Еще несколько таких прокольчиков, и моя легенда про потерю памяти затрещит по швам. Ага, где такое видано, чтобы потерявшие память взамен начали говорить о совсем уж странных вещах и понятиях, недоступных этому миру? Судя по тому, что в этом мире все же верят в демонов, то могут счесть одержимой какой-нибудь. Или за умалишенную принять. А для таких тут существовали закрытые лечебницы под патронажем все тех же дарунитов. И попадать туда не слишком-то хотелось, учитывая то, какие там могут быть средства лечения. Насколько помню из прошлого собственного мира, те еще пытки. И лоботомия, и кровопускание, и удаление различных органов, в которых подозревали очаг болезни. Брр! Меня передернуло от подобной перспективы.

— Ну, в смысле маленькое существо из древних легенд. Очень злое и вредное, — попыталась я выкрутиться.

— Никогда о таком не слышала, — Арна почесала затылок.

— А это я в одной книге читала в библиотеке госпожи Сарне. Думаю, те легенды совсем уж старые и почти никто о них не помнит.

Похоже, выкрутилась. Девушки утратили интерес к странному понятию и вернулись к обсуждению более животрепещущей темы.

— Вы правда хотите устроить мой побег? — еле слышно пролепетала Дария.

— Ну, я же сказала, — постаралась улыбнуться как можно искреннее. — Догадываюсь, что если тебя вернут владельцу, ничего хорошего точно ждать не стоит. Так что нужно что-то придумать.

— Но вы ведь понимаете, что если об этом узнают, вам самой может не поздоровиться? — встряла в разговор Арна.

Похоже, она считала, что я просто не понимаю всей серьезности того, что собираюсь сделать ввиду моей потери памяти. Что и постаралась объяснить. Терпеливо выслушав, я пожала плечами.

— Я все прекрасно понимаю, но не оставлять же бедную девочку на произвол судьбы!

— Зачем это вам, госпожа? — вздохнула Дария. Видно было, что хоть она до глубины души благодарна мне за желание помочь, подставлять так не хочет.

— Просто потому что мы, женщины, должны помогать друг другу! — решительно заявила я. — Любая из нас могла бы оказаться в такой ситуации. И довольно! Не желаю больше слушать никаких возражений!

Не обращая внимания на растроганно сопящих девушек, я побрела к дорожной сумке и вытащила из нее шкатулку с украшениями Илины.

— Идите лучше сюда, — поманила девчонок, — и помогите понять, что из этого чего-то стоит. А то из-за потери памяти я даже этого не знаю, — опять перевела я стрелки на свою любимую отмазку.

Девушки едва ли не с благоговением перебирали мои украшения, которых, к слову, было не так уж и много. Видать, в заведении госпожи Сарне воспитанницам стремились прививать скромность и не позволяли кичиться богатством. По крайней мере, из тех образов, что замелькали в голове, было явно видно, что Илину не так часто баловали драгоценностями. В основном здесь были недорогие безделушки, но встретилось и несколько дорогих вещей: золотые сережки с бриллиантами, браслет и кулон на цепочке с сапфировой капелькой. Вот эти-то три вещи я решительно положила на стол и посмотрела на Дарию.

— Возьмешь это себе. За сережки я попробую купить у хозяина постоялого двора лошадь для тебя и немного еды в дорогу. Остальное продашь, когда доберешься до безопасного места. Тебе ведь нужно будет на что-то жить.

— Вы что, госпожа?! — голос бедняжки дрожал от подступивших слез. — Я не могу это принять! Вы слишком добры…

— Пустяки! — я сделала вид, что для меня все это мелочи. — Отец на радостях от того, что вернулась, еще накупит. А тебе пригодится.

— Но я…

— И слушать ничего не желаю! — я решительно прервала поток бессвязных возражений и двинулась к двери.

— Вы куда? — крикнула Арна, подскакивая ко мне.

— Я ведь сказала, — немного удивилась я. — Нужно с хозяином постоялого двора переговорить.

— Не чета барышне в такое время по коридорам шастать, — нахмурилась Арна. — Сама договорюсь. Да и мне с простыми людьми сподручнее общаться, чем вам. И с меня он вряд ли сумеет содрать что-то сверх положенного. Уж я знаю, что сколько стоит!

Я не могла не признать, что Арна права. Оставалось благодарно кивнуть.

— Только будь осторожна! Любой порядочной девушке в такое время опасно шастать в заведении, где полно мужиков.

Служанка просияла улыбкой, явно польщенная тем, что я о ней беспокоюсь, и уверила, что все будет в порядке и она сможет за себя постоять.

Когда Арна скрылась за дверью, мы занялись подбором для Дарии более подходящей одежды. В таком рванье, что на ней сейчас, далеко не уйдешь. Обязательно вызовет подозрения. Так что я со вздохом отдала ей второе приличное платье из тех двух, что были в гардеробе Илины. Ничего, потерплю как-нибудь, пока не приедем в Лодар, и поношу более легкомысленные наряды. А девушке пригодится.

Дария едва ли не с благоговением приняла темно-серое строгое и элегантное платье, которое наверняка ей казалось верхом роскоши. Даже не сразу решилась надеть его на себя. Но когда с моей помощью все-таки сделала это, мы обе так и застыли перед небольшим зеркалом, висящим на стене комнаты. Даже царапины и ссадины не могли скрыть того, насколько же девушка красива! Она и Илине могла бы фору дать во внешней привлекательности. Думаю, сложись ее жизнь иначе, обязательно нашла бы хорошего мужа и забот не чаяла. Хотя, скорее, наоборот.

Мое лицо в зеркале невольно омрачилось. Из-за этой самой красоты она и оказалась на положении игрушки испорченного бездельника. Не будь Дария такой, он бы вряд ли на нее внимание обратил. Еще одно доказательство того, насколько же я ошибалась, когда думала, что красота — это благо. Далеко не всегда и не для всех. Да и в моей душе шевельнулись нехорошие предчувствия относительно собственной судьбы. Разумеется, свои сомнения я оставила при себе и постаралась улыбнуться Дарии как можно беззаботнее.

— Отлично выглядишь!

Та улыбнулась в ответ и опять рассыпалась в благодарностях. В ожидании Арны мы занялись обсуждением того, куда Дария может податься в поисках лучшей доли. В принципе, вариантов было два: или отправиться в земли котов-оборотней, которые вели с волками что-то вроде холодной войны и, несомненно, приняли бы беглянку. Уж слишком сильно ненавидели таких, как ее хозяин. Или податься вглубь Одмии и устроиться в одном из людских поселений. Сама Дария предпочитала второе, хотя там ее с большей вероятностью могли найти и вернуть, если Кристан окажется слишком упорен в желании заполучить беглую собственность. Но после близкого общения с оборотнями она была сыта ими по горло. Не факт, что коты чем-то лучше волков. А об их порядках мы мало что знали. Не исключено, что и у них существует что-то вроде заклеймления. Во второй раз встревать в такое Дарии совершенно не хотелось. Так что сошлись на том, чтобы девушка уехала как можно дальше вглубь страны, где меньше вероятность ее найти.

Вскоре вернулась довольная Арна и затрясла кошельком. Как оказалось, она выбила из хозяина постоялого двора еще и деньги, чтобы покрыть разницу в стоимости покупки. Конечно, не реальную цену, но все же и это радовало. Я вот сомневаюсь, что смогла бы выжать у него даже это. Торговаться никогда не умела, пусть в прежней жизни такое свойство мне ой как бы пригодилось. Но чего нет, того нет.

Дарию мы провожали вдвоем, дождавшись, когда на постоялом дворе все уснут. А потом долго еще смотрели на дорогу, по которой скакала в ночи одинокая всадница. Держалась в седле она, конечно, плохо — все же простую девушку такому не обучали. Но я бы на ее месте и так вряд ли бы держалась. Хотя… Когда жизнь прижмет, и не такому в ускоренном темпе научишься.

Осенив Дарию напоследок крестом, я мысленно пожелала ей счастливого пути и снова поймала задумчивый взгляд Арны. Наверное, опять что-то не то сделала — я закусила губу. Понять, что именно, было нетрудно. У них-то никто не крестился таким образом. Знаком Даруна считался круг с завершающей точкой вверху. Делая вид, что ничего не произошло, и радуясь, что в этот раз Арна удержалась от вопросов, я с самым невозмутимым видом развернулась и побрела обратно в комнату.

Девушка заговорила со мной снова только через полчаса, когда мы уже лежали в кровати и пытались уснуть:

— А расскажите мне о том маленьком существе, которое вы упоминали сегодня.

Вопрос оказался настолько неожиданным, что я вздрогнула.

— Об инопланетянине, что ли? — вот с чего у нее такой интерес к этому проснулся-то? И что говорить, чтобы не засыпаться?

— Ага, — подтвердила Арна и повернулась ко мне лицом.

Я чувствовала в темноте ее внимательный взгляд, хотя очертания лица рассмотреть толком не могла — слабого лунного света на это не хватало.

— Ну, древние верили, что на других планетах тоже есть жизнь. И что с них могут прилетать разумные существа, которые изучают нас.

— Никогда о таком не слышала, — протянула Арна. — А тот знак, которым вы осенили Дарию? Это какая-то магия?

— Что ты! — с жаром воскликнула я. — Да я и магией-то не владею никакой! Это просто… — запнулась, чувствуя, как предательски пылают щеки. В голову не приходило никакого мало-мальски подходящего объяснения. — Ну, об этом знаке я тоже в книге одной прочитала, — наконец, выпалила я. — Это на удачу.

— Странная вы, госпожа, — резюмировала Арна, и я поняла, что полностью избавить ее от подозрений не удалось. А что если рассказать все, как есть? Внезапно настолько захотелось поделиться хоть с кем-нибудь частью своей нелегкой ноши, что внутри все прямо заныло от этого желания. Только вот поймет ли? Или испугается и решит, что я сумасшедшая? И все-таки осторожно сказала: — Скажи, а ты веришь в то, что можно волей высших сил перенестись из одного мира в другой? Об этом я читала в той же книге, где про инопланетян говорилось.

— Чего только не бывает в мире, созданном волею Даруна, — философски заметила Арна.

Так, уже хорошо. По крайней мере, категорически она такую возможность не отрицает. Хотя чему тут удивляться? Арна ведь не человек моего мира, который верит в основном лишь в то, что может пощупать и увидеть собственными глазами. Да и в их мире привыкли к магии и тем вещам, которые у нас посчитали бы сказками. И меня будто прорвало. Повернувшись на спину, чтобы не видеть пока ее лица — вряд ли вынесла бы выражение ужаса и недоверия на лице той, к кому уже относилась, как к единственной подруге — заговорила о том, что со мной произошло:

— Представь себе мир, полностью лишенный магии, но в котором существуют технические устройства, еще более удивительные, чем то, на что способна любая магия. Повозки, которые ездят без лошадей, с такой скоростью, что покрывают огромные расстояния всего за день. Для сравнения: если бы мы ехали на такой повозке, то еще в первый же день достигли бы Лодара. А еще есть летающие аппараты, которые действуют по тому же принципу. И управляют ими обычные люди. Не с помощью волшебства, а силой науки.

— Разве такое бывает? — услышала взволнованный голосок Арны и улыбнулась.

— Ты сама говорила: чего только не бывает в мире. И то, что для тебя воспринимается сказкой, там самая настоящая реальность. А вот то, что обыденным кажется тебе, наоборот, вызвало бы шок у людей того мира.

— Что вы хотите всем этим сказать, госпожа? — напряженно спросила девушка.

— Хочу рассказать тебе историю об одной девушке, жившей в том мире.

— Вы ее тоже прочитали в той книге?

— Можно и так сказать, — уклончиво отозвалась я. — Так что, хочешь услышать эту историю?

— Хочу, — что-то в ее голосе заставило мое сердце сжаться. Она еще не понимала, но чувствовала, что то, что я хочу рассказать, имеет для меня какое-то особое значение.

И я рассказала ей все, стараясь объяснять те понятия, какие она вряд ли поймет, подходящими для этого мира словами. О девушке-сироте, некрасивой и невезучей, которая мечтала изменить свою жизнь к лучшему. И о том, как в день рождения, словно в ответ на ее молитвы, жизнь и правда изменилась. Хотя не зря говорят: будьте осторожны с желаниями. Вот и она не предполагала, что для того, чтобы обрести то, чего хотела, придется умереть и навсегда отказаться от возможности вернуться в привычный мир. Когда я дошла до того момента, как девушка открыла глаза в ином мире и осознала, что обрела другое тело и новую жизнь, услышала судорожный вздох Арны. Поняла, что она догадалась, о ком я говорила.

— Ты думаешь, я сошла с ума? — грустно спросила, ощутив, как в горле застревает комок.

— Нет, — поколебавшись, сказала она. — Но я не знаю, что мне думать.

— Ладно, забей, — я вздохнула и махнула рукой. — Просто воспринимай то, о чем я говорила, как сказку на ночь. Считай, что у меня слишком богатое воображение.

— Что сделать? — недоуменно спросила она, явно не зная, как трактовать это мое «забей».

— Ну, это означает «не бери в голову», «не обращай внимания». Выражение такое.

— Вы и правда очень странная, госпожа, — наконец, услышала я после долгой паузы. — Но вам нечего волноваться. Я никому не скажу, даже если ваше поведение покажется совсем уж необычным.

И на том спасибо, — проворчала я мысленно, уже жалея о том, что разоткровенничалась. Хотя осуждать Арну за такую реакцию трудно. Вряд ли я сама, окажись на ее месте, сходу поверила в такую безумную историю. Но уже хорошо то, что девушка не убежала от меня сразу с криками и не смотрит, как на сумасшедшую. Ладно, постараюсь давать как можно меньше повода сомневаться в здравости моего рассудка. Если, конечно, получится. Все-таки Арна со мной рядом постоянно, а в таких случаях трудно что-то утаить. Да и девушка она умная, многое замечает и делает выводы. Буду только надеяться, что выводы эти не вылезут мне боком.

Утром, к счастью, Арна делала вид, что ничего не случилось. Помогла одеться и собраться в дорогу. А я, толком не выспавшаяся и проворочавшаяся почти всю ночь, то и дело зевала и думала о том, что готова убить за чашку кофе. Интересно, а в этом мире есть нечто подобное или придется постоянно довольствоваться травяными отварами, что подавали все это время на постоялых дворах? Да и местная еда удручала количеством жира, что в ней содержалось. Эдак недолго Илине бы удалось сохранять осиную талию. Хотя она обожала танцы и этим хоть как-то поддерживала форму.

Мне же придется придумать что-нибудь, чтобы не заплыть жиром, поскольку танцевать я совершенно не умела. Помню, как одной из девчонок, с которой училась на бухгалтерских курсах, удалось вытащить меня вечером в ночной клуб. И то позорище на танцполе, когда я ощущала себя деревянной куклой, напрасно пытаясь повторять за другими танцующими. Нет уж, если получится, буду избегать этого дела всеми силами! А вот зарядку можно было бы и ввести себе за правило. Дома я иногда выкраивала время на физические упражнения, но там мне и без того нагрузок хватало. Тут же сам бог велел! Но об этом всем подумаю детальнее, уже когда окажусь в доме отца.

За завтраком говорить ни о чем не хотелось. Помимо общего сомнительного состояния тревожили мысли о Дарии. Как она там? Далеко ли успела уехать за ночь? Я искренне желала, чтобы ей удалось спастись от страшной участи. Несколько раз ловила на себе пытливые взгляды Арны, но старалась не зацикливаться на этом. Пусть девчонка думает, что у нее просто такая вот госпожа со странностями. Чудачка, но безобидная. Уже жалела, что ночью мне вожжа попала под хвост и я так разоткровенничалась. Но ничего не поделаешь. Слово не воробей, как говорится. Да и когда пресветлый Гринд задал резонный вопрос про то, где наша вчерашняя спутница, уже было не до собственных переживаний.

— Понятия не имею, — как можно безразличнее сказала я. — Когда мы с Арной проснулись, ее уже не было. Наверное, решила сбежать и от нас.

Развивать тему дарунит, к счастью, не пожелал. Видно было, что он только рад такому повороту. Баба с возу — кобыле легче. Если бы Дария не сбежала, ему пришлось бы многое объяснять моему батюшке. В частности, как он позволил, чтобы я совершила столь вопиющий проступок, как укрывательство беглой заклейменной.

Наконец, мы снова пустились в путь. Пресветлый Гринд, пребывающий в самом благодушном расположении духа, опять потчевал нас проповедями и благочестивыми историями. Слушала я вполуха, думая о своем. Чтобы хоть как-то отвлечься от непонятно почему не отпускающего беспокойства, начала расспрашивать Арну про тех, с кем придется столкнуться в Лодаре. Разумеется, делать я это начала, когда пресветлый устал от разговоров и задремал.

— А можешь рассказать, чем все-таки оборотни отличаются от людей? Насколько понимаю, они могут обращаться в волков. А еще что?

— Они гораздо сильнее обычных людей, — пустилась в объяснения Арна. — Видят и слышат тоже лучше, да и нюх у них отменный. Они улавливают эмоции людей по изменению их запаха.

— А регенерация? — с интересом спросила я.

— Что? — опять озадаченный взгляд, но я уже и не думала смущаться.

Терпеливо объяснила:

— Ну, у них раны затягиваются быстрее, чем у обычных людей?

— Да, так и есть, госпожа, — откликнулась Арна.

— Надеюсь, хоть оторванные конечности не отрастают? — хмыкнула я.

— Нет, они ж не эльфы, — пожала плечами девушка.

— А у эльфов, значит, отрастают?! — поразилась я.

— А почему это вас удивляет?

Я хмыкнула. Не объяснять же ей, что свои представления об эльфах я получила из нескольких книжек-фэнтези, которые прочитала когда-то от нечего делать. Но там вроде про такие особенности не говорилось.

— У ваших эльфов острые уши хоть есть? — уточнила я.

— Что значит «у ваших»?

Я только загадочно улыбнулась. После всего, что ей наговорила вчера, пусть сама делает выводы.

— Есть у них острые уши, — наконец, проговорила Арна.

— Так, ладно. А теперь более насущный вопрос. Владеют ли оборотни магией, и что именно делает их уязвимыми? Ну, серебряные пули, к примеру. Распятия.

Последнее говорить точно не стоило. Какие распятия могут быть в мире, где в Христа не верили? Прокол за проколом. Эх, плохо же сказывается на мне бессонная ночь! Или настолько хочется, чтобы Арна, наконец, поверила, что я вчера сказала правду? Сама не могла найти ответа на этот вопрос, но с удовлетворением посмотрела на вытянувшуюся физиономию девушки.

— Пули? Что это такое? И эти самые… распятия?.. Госпожа, — вдруг совсем уж тихо и беспомощно пролепетала она, — то, что вы говорили вчера… Вы ведь не шутили? Про другой мир?

Мое сердце забилось сильнее, я со вполне понятным опасением наблюдала за сменой эмоций на ее милом личике.

— А если скажу, что не шутила? Поверишь в такое?

Арна молчала, судорожно сцепляя пальцы на груди.

— Так, давай по порядку, — начала пояснять я. — Не буду больше врать про то, что вычитала эту информацию в какой-то там книге. Пули. В нашем мире есть такое оружие — огнестрельное. У вас, судя по всему, порох еще не придумали.

— Порох? — новый ошарашенный взгляд.

— Это такое вещество, которое может взрываться. В общем, неважно. Скажу только, что если засыпать его в металлический небольшой контейнер, а потом этот контейнер поместить в это самое огнестрельное оружие, то…

— Что такое контейнер?

Блин! Ну вот как ей объяснить, чтобы она хоть как-то сумела понять?

— Ладно, давай не будем в подробности такие вдаваться. Скажу только, что оружие это гораздо мощнее, чем ваши луки со стрелами или арбалеты. Если не ошибаюсь, то именно это у вас в ходу. Так вот, в моем мире есть легенды, что оборотни боятся серебра. И если выстрелить в них серебряной пулей, то…

— Нет, госпожа, серебра они точно не боятся, — Арна смотрела на меня так, словно и правда инопланетянина увидела.

— Хорошо, с одним разобрались. Про то, что такое распятие, объяснять?

Новый судорожный кивок, и я как могла понятнее стала рассказывать о том, что такое христианство и что его символом является именно распятье. По окончанию моего рассказа Арна уже находилась в полуобморочном состоянии от потрясения. А потом всхлипнула и выдавила:

— Значит, вы и правда из другого мира?

— Ну, наконец-то! — с облегчением выдохнула я.

— А где же настоящая госпожа Илина?

— Думаю, бедняжка умерла. По крайней мере, судя по тому, что я слышала от лекаря, когда пришла в себя, можно сделать такие выводы. И поверь, если бы я могла как-то повлиять на ситуацию, то охотно бы вернулась в прежнее тело, а ей отдала это. Пусть даже мое настоящее тело полно недостатков. Но в своем мире я хоть могла сама управлять своей жизнью. Поверь, это гораздо важнее, чем красота или материальные блага. Жаль, что я слишком поздно это поняла.

— Теперь я понимаю, почему вы так не похожи на других барышень, — пробормотала Арна. — И что вы будете делать дальше?

— Пытаться выжить. Что еще остается? — я вздохнула. — И надеюсь, то, что я тебе рассказала, ты не передашь кому-то еще.

— Да что вы! — она немного отмерла и посмотрела с явным возмущением. — И не думала никому рассказывать! Просто… просто это так странно.

— Понимаю, — я сочувственно посмотрела на нее.

Некоторое время мы молчали, как-то по-новому глядя друг на друга. Больше не было госпожи и служанки. Скорее, две заговорщицы, которым было известно то, что не знают другие.

— Так что насчет уязвимости оборотней? — улыбнулась я как можно искреннее, показывая ей, что рога и копыта у меня не выросли и я все та же. — Одолеть их как-то можно?

— Конечно, — откликнулась она задумчиво. — Они же не неуязвимы. Только сложнее, вот и все.

Уже легче! Если какой-то гад пожелает руки распускать, у меня хоть мизерный шанс будет на место его поставить. Немного успокоившись, я засыпала девушку новым градом вопросов, уже не стесняясь того, могут ли они показаться странными. С плеч словно и правда слетела огромная ноша. И я радовалась, что нашелся человек, перед которым не нужно больше притворяться. Так что, пользуясь тем, что пресветлый Гринд благополучно похрапывал, мы обменивались сведениями о наших мирах, находя, чем друг друга удивить, и все больше понимали, что несмотря на отличия, у нас много общего. И я радовалась, что нашла такого замечательного человека в этом новом мире.