Глава 20

На следующий день, когда Энн разместили в его доме как гостью, Дэниел отправился с визитом к сэру Джорджу Чевилу.

Как он и ожидал, узнать его адрес оказалось нетрудно. Он жил в районе Марилебон, недалеко от резиденции своего тестя на Портман-сквер. Дэниел знал, кто такой виконт Хенли, и даже учился в одно время с его сыновьями в Итоне. Они не были близкими друзьями, но семья знала о существовании лорда Уинстеда. Если после разговора с ним Чевил не одумается, придется нанести визит его тестю, который – граф нисколько в этом не сомневался – держал в руках не только финансы семьи, но и документы на небольшой уютный дом на Марилебон, по ступеням которого он сейчас поднимался, и тогда проблема будет решена раз и навсегда.

Лорд Уинстед постучал и почти сразу же был препровожден в гостиную, декорированную в приглушенных золотисто-зеленых тонах. Спустя несколько минут в гостиную вошла дама – судя по возрасту и одежде, леди Чевил, дочь виконта Хенли, на которой Джордж Чевил женился, когда бросил Энн.

– Милорд, – произнесла леди Чевил, приседая в изысканном реверансе.

Она оказалась довольно симпатичной – со светло-каштановыми волосами, чистой кремовой кожей и легким персиковым румянцем, – но не обладала потрясающей красотой Энн, с которой мало кто мог сравниться. Впрочем, Дэниел был необъективен.

– Леди Чевил, – поприветствовал он хозяйку дома, явно удивленную его визитом.

Как дочь виконта, она наверняка привыкла к визитам высокопоставленных посетителей, хотя графы вряд ли были частыми гостями в этом доме, учитывая, что ее муж стал баронетом совсем недавно.

– Мне нужно видеть вашего супруга, – пояснил граф.

– Боюсь, сейчас его нет дома, – с сожалением сказала женщина. – Могу ли я помочь вам? Странно, что муж не упоминал о знакомстве с вами.

– Мы не были официально представлены друг другу, – объяснил Дэниел.

У него не было причин лгать. К тому же Чевил сказал бы то же самое, вернувшись домой и узнав от жены о визите графа Уинстеда.

– О, мне очень жаль, – сказала леди Чевил, хотя ей не за что было извиняться. Судя по всему, она была из тех дам, что извиняются всякий раз, когда попросту не знают, что сказать. – Я могу вам чем-то помочь? О, простите, кажется, я уже спрашивала об этом. – Она указала на диван. – Не желаете ли присесть? Я немедленно прикажу подать чай.

– Нет, благодарю, – отказался граф.

Ему стоило большого труда держаться в рамках вежливости, хотя он прекрасно понимал, что эта женщина совершенно не виновата в том, что случилось с Энн. Скорее всего, она даже никогда о ней не слышала.

Дэниел откашлялся.

– Вы не знаете, когда вернется ваш супруг?

– Думаю, довольно скоро. Не хотите подождать?

Уинстеду не хотелось, но выбора не было, поэтому он поблагодарил хозяйку и опустился на диван. Подали чай. Завязалась светская беседа, прерываемая долгими паузами и многозначительными взглядами на часы. Дэниел старался отвлекать себя мыслями об Энн: интересно, чем она занимается в этот самый момент?

Пока он пил чай в доме баронета, Энн примеряла платья, одолженные Гонорией, пока нетерпеливо постукивал пальцами по колену, Энн обедала с его матерью, которая, к его гордости и облегчению, даже бровью не повела после известия, что ее сын собирается жениться на мисс Уинтер. И, кстати говоря, она останется в их доме в качестве гостьи, поскольку больше не может работать гувернанткой у Плейнсуортов.

– Лорд Уинстед?

Дэниел вскинул голову. Леди Чевил смотрела на него, явно ожидая ответа на какой-то вопрос, которого он не услышал. К счастью, она была из тех леди, что впитывают благородные манеры с молоком матери, и потому не обратила внимания на промах графа и вместо этого произнесла (возможно даже, не первый раз):

– Должно быть, вы очень взволнованы предстоящей свадьбой вашей сестры.

Когда же он непонимающе взглянул на нее, она добавила:

– Я прочитала об этом в газете, к тому же посетила чудесный музыкальный вечер вашей семьи, когда приехала на свой дебютный сезон.

Значило ли это, что леди Чевил больше не получала приглашений? Граф очень на это надеялся. При мысли, что Джордж Чевил может оказаться гостем в его доме, Дэниела пробрала дрожь.

Он откашлялся, изо всех сил стараясь держаться вежливо.

– О да. Ведь лорд Чаттерис с детства был моим близким другом.

– Вот и чудесно! Теперь вы станете братьями.

Леди Чевил улыбнулась, и Дэниел вдруг почувствовал себя неуютно. Эта приятная во всех отношениях дама вполне могла бы стать подругой его сестры или Энн, не будь она женой сэра Джорджа. Ее вина состояла лишь в том, что она вышла замуж за негодяя, и теперь Дэниел собирался полностью изменить ее жизнь.

– Сейчас он как раз у меня дома, – в попытке унять внутреннее беспокойство и предложить своей собеседнице приятную тему для разговора сказал граф. – Полагаю, его уговорили помочь спланировать торжество.

– О, но это же чудесно!

Дэниел кивнул, воспользовавшись возможностью мысленно сыграть в игру «Что сейчас делает мисс Энн?». Он надеялся, что она присоединилась к его семье, чтобы выразить свое мнение относительно оттенка подвенечного платья, цветов, кружева и всего того, что необходимо для столь пышного торжества.

Энн необходимо обрести семью, после восьми лет скитаний наконец почувствовать, что у нее есть дом.

Дэниел вновь украдкой посмотрел на часы на каминной полке. Он провел в доме Чевила целых полтора часа, и леди Чевил постепенно начала терять терпение: никто не сидит по стольку в гостиной в ожидании хозяина дома. Оба знали, что этикет требует от графа оставить свою визитную карточку и откланяться.

Но граф Уинстед не сдвинулся с места, а леди Чевил неловко улыбнулась:

– Вот уж не думала, что сэр Джордж так задержится. Не представляю, что могло стать тому причиной.

– Куда он отправился? – спросил Дэниел.

Вопрос прозвучал бестактно, но после полутора часов бесцельной болтовни это было уже неважно.

– Кажется, поехал к доктору, – ответила леди Чевил, – из-за своего шрама. – Она подняла глаза на графа. – О, вы же сказали, что вас не представили. У него есть шрам. Упал с лошади еще до того, как мы поженились. Мне кажется, он делает моего мужа неотразимым, но он почему-то постоянно пытается его замаскировать.

Дэниелу почему-то стало тревожно, и он переспросил:

– Поехал к доктору?

– Я так думаю. Перед тем как уехать сегодня утром, он сказал, что собирается повидаться с кем-то из-за своего шрама. Вот я и подумала, что с доктором. А с кем же еще?

С Энн.

Дэниел так резко поднялся с дивана, что опрокинул чайник, и теплые остатки чая растеклись по столу.

– Лорд Уинстед? – обеспокоенно воскликнула леди Чевил и поспешила следом за ним к дверям. – Что-то случилось?

– Прошу прощения, – бросил Дэниел, у которого совершенно не было времени на сантименты. Он и так уже потерял полтора чертовых часа, и только одному богу известно, что замыслил Джордж Чевил, – может, и вовсе уже осуществил задуманное.

– Могу я вам чем-то помочь? – твердила леди Чевил, семеня за гостем. – Возможно, что-то передать мужу?

Граф резко развернулся на каблуках и бросил, не узнавая собственного голоса:

– Да, можете передать ему, что, если с головы моей невесты упадет хоть один волос, я лично вытащу из него печень.

От ужаса он едва держался на ногах, но ярость придавала ему сил. Леди Чевил побледнела как мел.

– Вы меня поняли?

Женщина неуверенно кивнула, и Уинстед сурово посмотрел на нее. Она была ужасно напугана, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что испытывала Энн, если попала в лапы Джорджа Чевила. Сделав еще шаг к двери, граф остановился.

– И еще одно. Если ваш супруг вернется сегодня домой живым, очень советую обсудить с ним перспективу покинуть Англию. Возможно, жизнь на другом континенте покажется вам более подходящей. Хорошего дня, леди Чевил.

– Хорошего дня, – пролепетала дама и лишилась чувств.

– Энн! – позвал Дэниел, вбегая в просторный холл Уинстед-хауса. – Энн!

Пул – дворецкий, служивший в этом доме с незапамятных времен, – материализовался словно бы из ниоткуда.

– Где мисс Уинтер? – потребовал ответа Дэниел, с трудом переводя дыхание. Его ландо застряло по дороге среди других транспортных средств, поэтому остаток пути ему пришлось проделать бегом. Он несся по улице точно сумасшедший, и просто повезло, что не попал под экипаж.

Из гостиной вышла его мать, сопровождаемая Гонорией и Маркусом, и встревоженно спросила:

– Что происходит? Дэниел, скажи на милость…

– Где мисс Уинтер? – прервал ее сын, жадно ловя ртом воздух.

– Вышла.

– Вышла? Куда вышла?

Какого черта происходит? Ведь он ясно ей сказал, чтобы оставалась в Уинстед-хаусе до его возвращения!

– Не знаю, – пожала плечами леди Уинстед, взглянув на дворецкого в ожидании помощи. – Меня здесь не было.

– У мисс Уинтер был посетитель, – пояснил Пул. – Сэр Джордж Чевил. Она ушла вместе с ним часа два назад.

Дэниел в ужасе уставился на дворецкого:

– Что?

– Кажется, пошла она с ним без особого желания, – добавил Пул.

– Но тогда зачем…

– С ним была леди Фрэнсис.

Дэниел перестал дышать.

– Что происходит? – спросила сына леди Уинстед со все возраставшим беспокойством.

– Леди Фрэнсис? – переспросил Дэниел, все еще не сводя взгляда с Пула.

– Кто такой сэр Джордж Чевил? – спросила Гонория и взглянула на Маркуса, но тот покачал головой.

– Она была в его экипаже, – добавил дворецкий.

– И мисс Уинтер поехала с ним, поверив на слово?

– Не знаю, милорд, она мне ничего не говорила – просто вышла вместе с ним на улицу и села в экипаж.

– Проклятье!

– Может, объяснишь, что происходит? – вмешался Маркус, и его голос стал единственной опорой во вращавшейся вокруг Дэниела комнате.

Леди Виргиния уже немного знала о прошлом Энн из рассказов сына, и теперь пришлось посвятить во все подробности присутствовавших.

Кровь отлила от лица леди Уинстед, и она в панике вцепилась в руку сына. От страха она едва могла говорить.

– Мы должны сообщить Шарлотте.

Дэниел медленно кивнул, пытаясь собраться с мыслями. Как Чевил смог добраться до Фрэнсис? И куда…

– Дэниел! – едва не сорвалась на крик леди Виргиния. – Мы должны сообщить Шарлотте! Немедленно! Ведь этот сумасшедший похитил ее дочь!

Граф вскинул голову:

– Да, ты права.

– Я поеду с тобой! – заявил Маркус и обратился к Гонории: – Ты оставайся здесь. Кому-то нужно быть дома на случай, если мисс Уинтер вернется.

Гонория кивнула.

– Тогда вперед! – скомандовал Дэниел.

Втроем они выбежали из дома, при этом леди Уинстед даже не надела пальто. Ландо, оставленное Дэниелом, как раз подъехало к крыльцу. Усадив в него мать и Маркуса, сам он бросился бежать: до дома тетки всего четверть мили, а если дороги снова будут запружены, он быстрее доберется до Плейнсуорт-хауса пешком.

Дэниел опередил ландо всего на несколько минут и, тяжело дыша, взбежал по ступеням, ударил молотком три раза и уже собрался ударить четвертый, когда Гренби открыл дверь. Дворецкому пришлось поспешно отойти в сторону, чтобы его не сбили с ног.

– Фрэнсис!

– Ее нет дома, – сказал Гренби.

– Знаю. А вы не подскажете, куда…

– Шарлотта! – позвала леди Уинстед, подхватывая подол платья и направляясь к лестнице.

Дико вращая глазами, она уставилась на дворецкого:

– Где Шарлотта?

Гренби указал вглубь дома.

– Полагаю, просматривает корреспонденцию в…

– Я здесь, – откликнулась леди Плейнсуорт, появляясь в холле. – Господи, что здесь происходит? Виргиния, ты выглядишь…

– Фрэнсис, – мрачно буркнул Дэниел. – Мы думаем, что ее похитили.

– Что? – леди Плейнсуорт в недоумении посмотрела на племянника, потом перевела взгляд на леди Уинстед и наконец на Маркуса, молча стоявшего в дверях. – Нет, этого не может быть! – она перевела взгляд на Гренби: – Разве она не на прогулке с няней Фландерс?

– Они еще не вернулись, миледи.

– Уверена, они отсутствуют не настолько долго, чтобы мы начали тревожиться. Няня Фландерс ходит не так уж быстро, и им потребуется время, чтобы вернуться домой.

Мрачно взглянув на Маркуса, Дэниел обратился к дворецкому:

– Необходимо отправить кого-нибудь на поиски няни.

– Сию минуту, – кивнул тот.

Дэниел коротко изложил суть проблемы, решив, что для более подробного рассказа еще будет время.

– Этот человек… – произнесла леди Плейнсуорт дрожавшим от ужаса голосом. – Этот безумец… Думаешь, Фрэнсис у него?

– Иначе Энн ни за что не поехала бы с ним.

– О господи… – дама покачнулась, едва не лишившись чувств, и Дэниел, поспешно подхватив ее под руки, усадил в кресло. – Что будем делать? Как сможем их найти?

– Я поеду опять к Чевилу, – предложил Дэниел. – Это единственный…

– Фрэнсис! – выкрикнула леди Плейнсуорт.

Дэниел обернулся и увидел, как девочка вбежала в холл и тут же бросилась в объятия матери. Ее платье было разорвано и в грязи, но никаких видимых ран не было.

– О, моя дорогая крошка! – разрыдалась леди Плейнсуорт, с силой прижимая дочь к себе. – Что случилось? Господь всемогущий, ты не ранена?

Несчастная мать принялась ощупывать руки и плечи дочери, покрывать ее лицо поцелуями.

– Тетя Шарлотта, – позвал Дэниел, стараясь не выказывать нетерпения. – Прошу прощения, но мне необходимо поговорить с Фрэнсис.

Развернувшись, леди Плейнсуорт смерила племянника гневным взглядом и, закрыв дочь собственным телом, выкрикнула:

– Не сейчас! Малышка перепугана до смерти. Ей необходимо искупаться, поесть и…

– Но это единственная надежда…

– Она ребенок!

– Но Энн может умереть! – сорвался на крик и Дэниел.

В холле повисла тишина, и вдруг из-за спины леди Плейнсуорт раздался голос Фрэнсис:

– У него мисс Уинтер.

– Фрэнсис, дорогая, прошу тебя, ты должна все мне рассказать. Что произошло? – Дэниел взял кузину за руку и увлек к скамье.

Девочка несколько раз глубоко вздохнула и посмотрела на мать, а когда та сдержанно кивнула, начала:

– Мы были в парке. Няня, как обычно, заснула на скамейке. Она спит так почти каждый день. – Фрэнсис виновато посмотрела на мать. – Прости, мама. Мне следовало сказать тебе об этом раньше. Няня стала такой старенькой, что быстро устает. Думаю, ей тяжело ходить в парк.

– Все в порядке, – успокоил девочку Дэниел, стараясь не выказать нетерпения. – Просто расскажи, что было дальше.

– Я не смотрела по сторонам, играла себе и убежала довольно далеко от того места, где сидела няня, – Фрэнсис опять посмотрела на мать. – Но няня все равно могла меня видеть, если бы не спала.

– А дальше? – не выдержал Дэниел.

Фрэнсис в замешательстве посмотрела на него:

– Не знаю. Я посмотрела в сторону скамейки, а няни нет. Не знаю, что с ней случилось. Я позвала ее несколько раз, потом пошла к пруду, возле которого мы обычно кормим уток, но там ее тоже не оказалось, а потом…

Тут Фрэнсис начало колотить как в лихорадке.

– Хватит! – решительно заявила леди Плейнсуорт, но Дэниел бросил на нее умоляющий взгляд и мягко спросил:

– Что произошло дальше?

Он знал, что этот разговор сильно расстраивает Фрэнсис, но она должна все рассказать.

Девочка судорожно сглотнула и обхватила руками свое маленькое тельце.

– Кто-то меня схватил и сунул в рот что-то отвратительное. Очнулась я уже в экипаже.

Дэниел встревоженно взглянул на мать. Стоявшая рядом с ней леди Плейнсуорт принялась беззвучно плакать.

– Вероятно, это был опий, – объяснил кузине Дэниел. – Негодяй поступил очень, очень дурно, но особого вреда тебе не причинил.

Фрэнсис кивнула.

– Сначала я чувствовала себя как-то странно, но сейчас все прошло.

– Когда ты увидела мисс Уинтер?

– Мы поехали к твоему дому. Я хотела выйти, но тот мужчина… – девочка взглянула на Дэниела, как если бы внезапно вспомнила нечто важное. – У него был шрам. Очень большой. Прямо через все лицо.

– Знаю.

– Я не могла покинуть экипаж. Он сказал, что, если я попытаюсь сбежать, мисс Уинтер не поздоровится, и приказал вознице следить за мной. Такой неприятный человек.

Дэниел с трудом сдерживал клокотавшую в груди ярость. Для тех, кто дурно обращается с детьми, в аду должно быть уготовано особое место. И все же ему удалось сохранить спокойствие.

– А потом из дома вышла мисс Уинтер?

Фрэнсис кивнула:

– Она была очень сердита.

– Не сомневаюсь.

– Они кричали друг на друга, но я ничего не поняла. Мисс Уинтер ужасно разозлилась на этого дядьку, увидев меня в экипаже.

– Она пошла с ним, чтобы защитить тебя, – пояснил Дэниел.

– Да, я поняла. Но… мне кажется… она имеет какое-то отношение к этому шраму, – девочка перевела взгляд на мать с выражением муки на лице. – Не думаю, что мисс Уинтер могла сделать что-то подобное, но тот мужчина все повторял, что она во всем виновата, и страшно на нее гневался.

– Это случилось много лет назад. Мисс Уинтер защищалась.

– Почему? – прошептала Фрэнсис.

– Это неважно! – решительно отрезал Дэниел. – Важно то, что случилось сегодня и что мы можем сделать, чтобы ее спасти. Ты вела себя очень храбро. Как тебе удалось сбежать?

– Мисс Уинтер вытолкнула меня из экипажа.

– Что? – вскрикнула леди Плейнсуорт, рванувшись к дочери, но леди Уинстед ее остановила.

– Он ехал не очень быстро, – успокоила мать Фрэнсис. – Было немножко больно, когда я ударилась о землю. Мисс Уинтер шепнула мне, чтобы я свернулась как мячик, когда буду падать.

– О господи! – опять зарыдала леди Плейнсуорт. – О, моя детка!

– Со мной все в порядке, мама, – сказала Фрэнсис, и Дэниел поразился ее стойкости: ее похитили, потом выбросили из экипажа, а она после всего этого успокаивает мать. – Думаю, мисс Уинтер специально выбрала такое место, потому что недалеко от дома.

– Где? – вскинулся Дэниел. – Где именно?

Фрэнсис озадаченно заморгала:

– Кресент-парк, дальняя сторона.

Леди Плейнсуорт ошеломленно охнула сквозь слезы.

– И ты проделала весь этот путь одна?

– Это не так уж далеко, мама.

– Но тебе пришлось идти через весь Марилебон! – леди Плейнсуорт повернулась к леди Уинстед: – Она шла через этот район одна! Она ведь совсем ребенок!

– Фрэнсис, – не выдержал Дэниел, – ты хотя бы представляешь, куда сэр Джордж мог отвезти мисс Уинтер?

Девочка покачала головой, и ее губы задрожали.

– Я не смотрела по сторонам. Я была так напугана… К тому же бо`льшую часть времени они кричали друга на друга, а потом он ударил мисс Уинтер… – У Дэниела перехватило дыхание. – И я расстроилась еще больше, но он сказал…

Внезапно девочка вскинула голову и взволнованно воскликнула:

– Я кое-что вспомнила! Он говорил про вересковую пустошь.

– Хемпстед! – догадался Дэниел.

– Думаю, да. Он не называл точного места, но ведь мы направлялись в ту сторону, не так ли?

– Если ехали мимо Кресент-парка, да.

– Он еще сказал, что снял комнату.

– Комнату? – переспросил Дэниел.

Фрэнсис энергично закивала.

Маркус, хранивший молчание до сего момента, откашлялся:

– Должно быть, повез ее в гостиницу.

Взглянув на друга, Дэниел кивнул, а потом вновь повернулся к кузине:

– Фрэнсис, как думаешь, тебе удастся узнать экипаж?

– Да! – глаза девочки загорелись. – Совершенно точно узнаю.

– Ну уж нет! – взорвалась леди Плейнсуорт. – Она никуда с тобой не поедет!

– У меня нет выбора! – отрезал Дэниел.

– Мама, я хочу помочь, – взмолилась Фрэнсис. – Пожалуйста. Я так люблю мисс Уинтер!

– Я тоже, – тихо сказал Дэниел.

– Я поеду с тобой, – заявил Маркус.

– Нет! – возмутилась леди Плейнсуорт. – Это просто безумие! И что вы намерены предпринять? Ворветесь в гостиницу, посадите ее на закорки и украдете? Прости, но я не могу позволить…

– Он может взять с собой сопровождающих, – вмешалась в разговор леди Уинстед.

Леди Плейнсуорт ошеломленно посмотрела на невестку:

– Виргиния?

– Я тоже мать, – произнесла та. – И если с мисс Уинтер что-нибудь случится… – ее голос понизился до шепота, – мой сын этого не переживет.

– Ты хочешь, чтобы я пожертвовала своим ребенком ради твоего?

– Нет! – леди Уинстед порывисто сжала руки невестки. – Я бы никогда так не поступила: и ты это знаешь, Шарлотта. Но если мы все сделаем правильно, не думаю, что Фрэнсис окажется в опасности.

– Нет, – покачала головой леди Плейнсуорт. – Нет, я не могу на это согласиться. Не позволю рисковать жизнью своего ребенка…

– Она даже из экипажа не выйдет, – заверил ее Дэниел. – И вы тоже можете поехать с нами.

А потом – он понял это по ее глазам – тетушка все же пошла на попятную.

Дэниел взял ее за руку:

– Пожалуйста, тетя Шарлотта.

Леди Плейнсуорт судорожно вздохнула, а потом наконец кивнула.

Дэниел испытал такое облегчение, что едва устоял на ногах. Он еще не отыскал Энн, но Фрэнсис была его единственной надеждой. И если бы тетка запретила ей поехать с ним в Хемпстед, он уже ничего не смог бы поделать.

– Нельзя терять время, – сказал Дэниел, поворачиваясь к тетке. – В моем ландо поместятся четыре человека. Как быстро ваши слуги смогут приготовить коляску? Ведь на обратном пути потребуются места для пятерых.

– Нет, – возразила леди Плейнсуорт, – поедем в моем экипаже. Там смогут разместиться шесть человек и, что более важно, найдется место для сопровождающих. Я не допущу, чтобы моя дочь поехала на поиски безумца без вооруженной охраны.

– Как скажете, – согласился Дэниел, да и что тут возразишь. Будь у него дочь, он защищал бы ее не менее яростно.

Леди Плейнсуорт повернулась к одному из лакеев:

– Пусть немедленно подадут экипаж.

– Стало быть, теперь найдется место и для меня, – заявила леди Уинстед.

Дэниел удивленно посмотрел на мать:

– Ты тоже едешь с нами?

– Моя будущая невестка в опасности. Неужели ты думаешь, что я останусь в стороне?

Граф не видел смысла спорить: если путешествие безопасно для Фрэнсис, то и его матери ничто не угрожает, – но все же твердо сказал:

– Только в гостиницу ты не пойдешь.

– Даже и не думала. У меня, конечно, есть определенные способности, но воевать с безумцами не приходилось. Так чего мешаться под ногами?

Все высыпали на крыльцо в ожидании экипажа, когда из-за угла на огромной скорости вылетел фаэтон. К огромному изумлению Дэниела правил им Хью Прентис, и если бы он не умел отлично управляться с вожжами, то наверняка перевернулся бы.

– Какого черта? – спросил Дэниел, подхватив вожжи, в то время как Хью неуклюже спустился на землю.

– Твой дворецкий сообщил, что ты здесь. Я же целый день тебя искал!

– Да, он действительно заезжал в Уинстед-хаус еще до отъезда мисс Уинтер, – подтвердила леди Уинстед. – Она сказала, что не знает, куда ты направился.

– Что случилось-то? – спросил у Хью Дэниел.

Хью передал ему листок бумаги:

– Вот что я получил сегодня.

Дэниел быстро пробежал взглядом записку: почерк аккуратный и убористый, хотя явно писал мужчина:

«У нас есть общий враг».

Далее шли указания, как оставить ответ в пабе на Марилебон.

– Чевил, – произнес Дэниел еле слышно.

– Значит, тебе известно, кто это написал? – спросил Хью.

Тот кивнул. Судя по всему, Джордж Чевил не знал, что они с Хью никогда не были врагами, но ходившие по городу сплетни могли привести к тому, что мерзавец сделал неверный вывод.

Дэниел быстро пересказал Хью последние события, и тот, взглянув на экипаж Плейнсуортов, заметил:

– У вас есть еще одно свободное место.

– Тебе нет необходимости ехать!

– И все же я поеду! – отрезал Хью. – Бегать я, конечно, не могу, но зато чертовски метко стреляю.

Друзья с сомнением покачали головами, и Прентис, покраснев, добавил:

– Когда трезвый. А сейчас я совершенно трезв.

– Ладно, залезай.

– На обратном пути посадим леди Фрэнсис на колени к матери, чтобы освободить место для мисс Уинтер, – пояснил Хью.

– Тогда в путь! – подытожил Маркус, поставив ногу на ступеньку.

Компания спасателей выглядела довольно странно, но когда экипаж на полной скорости покатил прочь, сопровождаемый четырьмя вооруженными всадниками, Дэниел подумал, что у него самая замечательная на свете семья, а станет еще лучше, когда в нее вольется Энн.

Оставалось лишь молить Бога, чтобы они добрались до Хемпстеда вовремя.