Глава 17

Прибежать на вопль я успел первым. Оживший мертвец прыгал под деревом, на которое взобралась повариха и беспрерывно визжала. Разумеется, профессия на лбу у несчастной была не написана, но такие толстые румяные тетки везде и всегда оказываются поварихами. Судя по тому, что женщина запоролась на самую верхушку, она только что выиграла кубок усадьбы по древолазанию, причем с запасом.

Зомби выглядел прямо как в фильмах: с зеленоватой кожей, кровавой раной на голове и безумными глазами. От такого не только на дерево заберешься, под землю зароешься. На нас он внимания не обращал, с тупым упорством шатая дерево.

— Вот объясни мне, Андрей, — я повернулся к Покровскому, — как вообще тебе в голову пришла идея поднять зомби. Зачем?!

— Я думал, он будет мне подчиняться, — сконфуженно ответил тот.

— С чего бы?

— Читал в книгах. Везде говорится, что Скипетр Жизни способен оживить мертвеца, и тот будет беспрекословно исполнять приказы хозяина.

— Как-то не особо сработало, — отметил Игорь, оглядывая зомби. — Если ты, конечно, не приказал ему с корнями вырвать яблоню.

— А жаль, — прокомментировал я. — Это же бесплатная рабочая сила! Поднять таких штук двадцать, они мне и в шахту работать пойдут, и огород вскопают.

— Ага, сразу после того, как тебя сожрут, — огрызнулся Игорь. — Раз ты такой умный, вот иди и разбирайся с ним. Вперед, граф Лазарев, спаситель хомяков и гроза нежити. Иди поймай его.

— Сам иди! — возмутился я. — Вообще-то ты у нас некромант, специалист по мертвякам.

— Некроманты их в основном поднимают.

— Уверен, как упокоить, ты тоже знаешь, иначе бы Андрей тебя не позвал.

— Может, и знаю, — не стал спорить Игорь. — Но для этого его надо сначала поймать. А моя магия тления на него не подействует. Так что давай, действуй, боевой маг.

— Может, все-таки убить, а не поймать?

Игорь покачал головой.

— Убить его ты не сможешь, он и так уже мертв. Даже если оторвешь ему голову, руки и ноги, они продолжат ползать по отдельности. Просто сделай так, чтобы он не дергался, тогда я смогу его упокоить.

— Как именно?

— Мне нужно нарисовать вокруг него пентаграмму и прочитать заклинание. Ну или заманить его в уже нарисованную. Если не сможешь его скрутить, попробуем второй вариант. Но первый обычно проще. Кстати, мы идиоты. Лидию надо было взять.

— Ни за что! Не хватало еще мою жену к зомбакам возить. Сами справимся. — Я оглядел мертвеца, прикидывая, как к нему подступиться. — Если он меня укусит, я ведь не стану таким же?

— Нет, конечно, что за глупость? — удивился Игорь.

— Ну извини, я в оживших мертвецах не разбираюсь, — огрызнулся я.

— Погоди. То есть, когда ты с дохлым хомяком обнимался, этот вопрос не приходил тебе в голову? Мда, Вик, я думал, ты поумнее.

Упс. Я почувствовал себя полным идиотом.

— Давай, Вик, действуй.

Я сделал шаг по направлению к зомби, создавая вокруг себя стихийную броню. Ладно, поймать так поймать, где наша не пропадала. Судя по тому, что дерево в руках зомбака и правда тихонько раскачивалось, физической силы ему было не занимать. Я обернулся и увидел, что Игорь что-то сказал Покровскому и тот умчался со скоростью света. Вот зараза.

Я призвал Силу и запустил в ожившего мертвеца стрелой огня. Уродливое лицо частично обуглилось, но мертвец не обратил никакого внимания на это досадное происшествие, продолжая шатать дерево. Любой из живых от подобного удара сразу превратился бы в головешки, но эта скотина, похоже, почти не горела. Ладно, попробуем по-другому.

Я вновь призвал стихийную магию и зарядил по мертвецу воздушным кулаком с силой, которая по идее должна была отбросить его метра на три. Зомби лишь слегка покачнулся и наконец-то обернулся в мою сторону.

Кастуя заклинания, я слишком близко подошел к мертвецу, и в этом была моя ошибка. С неожиданной прытью зомби подскочил ко мне и врезал кулаком прямо в солнечное сплетение. От такого я отлетел на несколько метров и приземлился прямо у ног Игоря. Доспех принял на себя удар, позволив мне не переломать кости, но перед глазами заплясали звезды.

Удовлетворенный мертвец отвернулся и, потеряв к нам всякий интерес, снова принялся трясти дерево, на котором сидела несчастная женщина.

Я поднял гудящую голову и увидел довольного некроманта, который что-то сжимал в руке. Когда в глазах перестало двоиться, я понял, что это тот самый проклятый артефакт, Скипетр Жизни или как его там. Покровский, снова нарисовавшийся рядом, очевидно, его и притащил.

Я с трудом поднялся, опираясь на руку некроманта, и кивнул на скипетр.

— А это зачем? Решил оживить ему подружку? Лучше бы выбросить эту штуку в канаву, пока еще кто-нибудь не решил ей воспользоваться.

— Этой штукой его оживили, Вик. Есть вероятность, что с его помощью я смогу им управлять.

Я поперхнулся.

— А раньше нельзя было сказать? До того, как я по твоему наставлению поперся к зомби и поиграл с ним в ролевую игру «боксер и груша»?!

— Я сказал: «есть вероятность». Я понятия не имею, как скипетр работает, и никто не имеет. Это древний артефакт из Расколотого мира, если ты забыл. Вещь, считающаяся утерянной, а то и вовсе несуществующей. Бесценная реликвия.

Меня неожиданно начал разбирать смех. Черт возьми, а он прав. Мы вытащили из другого мира невероятно могущественный артефакт, сразились за него с чудовищами, как герои легенд, и что мы с ним сделали? Оживили хомяка и создали зомби, которого никак не можем вытурить из-под яблони. Ну не дебилы ли?

Оживший мертвец между тем, нисколько не обращая на нас внимания, тряс и тряс несчастное дерево. Сменить тактику и, допустим, попытаться забраться наверх он не пытался. Очевидно, был незнаком с бессмертной цитатой Эйнштейна. Смешно, конечно (по крайней мере, если ты не баба, которая сидит сверху), но странно. Почему его так заклинило?

Некроманту, очевидно, пришла в голову та же мысль. Игорь повернулся к Покровскому, стоящему рядом с нами, словно оловянный солдатик, и всем своим видом выражающему, что очень хочет быть полезным.

— Андрей, опиши все в подробностях. Как именно ты его оживил, и, главное, что приказывал? Я не слишком удивлен, что зомби не подчиняется командам, но почему он пристал к несчастной женщине? Наш мертвый друг, — некромант кивнул на занятого увлекательным занятием зомби, — похоже, все равно, никуда не торопится.

— Стоять на месте, — потерянно ответил Покровский. — Но он не послушался. Сначала я решил потренироваться на каком-нибудь животном, попросил Василия поставить капкан.

— Живодер, — прокомментировал я.

— Тот принес хомяка, я запер его в клетку и оживил. Если честно, я боялся, что создам злобное чудовище, но тот оказался вполне себе мирным.

— Тогда, как я понимаю, ты решил закрепить успех и попробовать уже на человеке?

Андрей кивнул.

— Я пошел в подпол, вытащил труп Антипа, его как раз еще не похоронили. Связал его на всякий случай, но, воскреснув, тот тут же порвал веревки. Если честно, я надеялся, что он воскреснет человеком, а не… — граф кивнул на зомби. — Не вот этим. Как только Антип ожил, сразу же бросился на меня. Я приказал ему стоять, но он не послушался. Я еле смог удрать. Перед тем, как воспользоваться артефактом, я разбудил восемь мужиков, наплел им, что рядом с поместьем бродит оборотень. Так что вместе нам удалось кое-как загнать его в сарай. Как вы уже поняли, ненадолго. А потом он вырвался, погнался за кухаркой и с тех пор трясет это дерево. Ни на что не реагируя и не предпринимая попыток сделать что-то еще.

— А кухарку ты по кой черт разбудил?

Андрей пожал плечами.

— Сама проснулась.

Некромант задумчиво потер подбородок.

— На самом деле все это странно. Зомби злобные твари, но обычно они одинаково злобные ко всем, а не выбирают себе определенную жертву. Ты точно приказал ему стоять на месте? Больше ничего?

Покровский нахмурился.

— Да, точно. Хотя… Но это в любом случае был не приказ.

Мы с некромантом уставились на графского сына.

— То есть ты ляпнул что-то еще?

Тот покраснел.

— Это неважно, так что…

— А ну говори!

— Когда он бросился на меня, я так испугался… Что, кажется, от неожиданности заорал: «а ну иди в п. ду». Но вряд ли это как-то связано с его поведением.

Мы с некромантом расхохотались одновременно.

— Покровский, ты идиот! Теперь понятно, почему мертвяк за бабой бегает. Пытается выполнить приказ хозяина, как может. Радуйся, что ты ему в жопу не велел пойти, а то сам бы оказался на ее месте.

Андрей недоуменно хмурил брови, потом его лицо осветилось-таки пониманием.

— Вот черт. Я же не думал…

— Не думаешь ты у нас по жизни, — съязвил Игорь.

— А нельзя его как-нибудь перепрограммировать? — предложил я. — Отдать другой приказ? Например, оторвать самому себе руки и ноги, вырыть могилу и закопаться.

— Нельзя, — покачал головой Игорь. — Нежить тупая, в ее разложившемся мозгу не задерживается больше одной программы. Поднятый мертвец будет исполнять приказ хозяина с тупым упорством, пока не преуспеет или не погибнет, и сбить его с этого невозможно даже новым приказом. Так что надо спасать несчастную женщину, пока она не познала прелести некрофилии. Я нарисую пентаграмму, а ты постараешься отвлечь его и выманить сюда.

Я кивнул.

— Как скажешь. Сколько тебе надо времени?

— Минут десять. Думаю, я могу рисовать ее хоть час, за это время ситуация не изменится. Он по-прежнему будет шатать де… Вот черт!

Мертвец, безуспешно пытающийся наладить личную жизнь после смерти, наконец-то блеснул интеллектом. Поняв-таки, что кухарка не свалится на него с неба, как яблоко, он прекратил шатать дерево, немного подумал и поставил ногу на нижнюю ветку. Визг кухарки перешел в ультразвук.

— Отвлеки его! — выкрикнул Игорь. — А то сейчас бедную женщину ждет худший секс в ее жизни. После которого ее еще и сожрут, скорее всего.

Некромант торопливо чертил что-то на земле прямо Скипетром Жизни. Вписанная в круг пятиконечная звезда нескольких метров в диаметре обретала очертания, но, судя по тому, сколько в одном луче содержалось символов и закорючек, до конца было еще долго.

Я подскочил к лезущему на дерево зомби, превозмогая отвращение, дернул его за ногу и заорал:

— Эй, дохлый! Смотри, мозги, вкусные мозги!

Вот оно, влияние стереотипов: хоть мне уже раза три сказали, что зомби едят сердце, в голове это так и не уложилось.

Приказ приказом, но на такую провокацию мертвец все же среагировал. Он спрыгнул наземь, на время позабыв о своей добыче, и кинулся на меня. Я отскочил в последний момент, шибанул по мертвецу огненной магией и бросился наутек. Обернулся на бегу: зомби несся за мной.

Надо увести его подальше от женщины и заодно от Игоря. Некромант сказал, что ему надо минут десять, прошло уже две. Как раз успеем сделать круг вокруг дома.

Я шибанул по зомби воздушным кулаком, видя, что тот замедляется и снова поворачивается в сторону злополучного дерева.

— Эй, мертвечина, давай побегаем!

Дом у Покровских, как и положено богатому графскому Роду, был большим. Со всеми пристройками он вообще был больше похож не на дом, а на маленький дворцовый комплекс, вокруг которого мы и припустили. Любимые Покровским-старшим клумбы, где уже вовсю цвели цветочки, бесславно погибли под моими ногами. Я старался по возможности не топтать растения, но с возможностями, когда за тобой несется разъяренный мертвец, было довольно туго. Зомби и вовсе прошелся по флористической гордости графа, как стадо диких самосвалов.

Заворачивая за угол, я чуть не врезался в фонтан, в последний момент скорректировав траекторию своего движения.

Обогнув дом, мы вырулили на финишную прямую. Впереди показался Игорь, спешно дочерчивающий пентаграмму. Отлично, осталось пробежать сквозь нее, чтобы глупый мертвец бросился за мной и попал в ловушку. Некромант как раз успеет закончить ее к этому моменту.

Я поднажал, не отказав себе в удовольствии отвести руку за спину и показать мертвецу средний палец, и тут мне под ногу прыгнул корень. Твою мать, да как не вовремя-то!

Я рухнул вниз, в последний момент успев выставить руку, чтобы не впечататься в землю прямо благородной графской мордой. Тут же попытался вскочить, но зомби уже навалился на меня. Воняющие мертвечиной руки сжали горло, и его пронзила острая боль. Я вцепился в запястья зомби, пытаясь оторвать его руки, но физическая сила мертвеца была чудовищная. Гнилые зубы клацнули у самого моего лица, меня передернуло. Думай, Вик, думай! Надо срочно что-то делать!!!

Подумать я не успел. Мертвец неожиданно разжал хватку и вскочил, позабыв про меня. Задыхаясь и кашляя, я поднялся и услышал подрагивающий, но звучный женский голос:

— Эй, урод! А ну иди сюда!

Та самая повариха, объект посмертного вожделения зомби, стояла в центре пентаграммы, уперев руки в бока. В глазах ее стоял ужас, но женщина не двигалась с места, поливая зомби отборной бранью. Я почувствовал почти что восхищение. Вот ведь отважная женщина.

Мертвец, забыв обо всем, ломанулся к своей жертве. Влетел в пентаграмму, и в этот же момент нарисованные на земле символы вспыхнули алым светом. Женщина одним прыжком выскочила из ловушки, зомби дернулся за ней и контуры пентаграммы тут же объяла огненная стена. И, в отличие от сотворенного мной огня, который причинял мертвецу лишь мелкие неудобства, этот спалил лицо и часть руки мертвеца практически до кости.

Послышался жуткий вой и вонь паленой плоти. Зомби метался внутри пентаграммы, пытаясь вырваться, но каждый раз путь ему преграждала стена огня. Повариха, прячущаяся за спиной Покровского, согнулась пополам и ее вырвало.

Я уж было подумал, что по задумке Игоря зомби сгорит сам по собственной глупости, но тут некромант воздел руки.

— Incendium!

Весь магический круг охватило пламя. Несколько мгновений, и от мертвеца осталась лишь горстка пепла. Мы облегченно выдохнули.

Покровский склонился над поварихой, которая обессиленно сидела на земле. Надеюсь, он додумается повысить ей жалованье и выдать премию. И где, кстати, остальные слуги, что-то я их здесь не вижу. Разбежались, сволочи.

На меня внезапно обрушилась усталость. Ночь на дворе, а я вместо того, чтобы сладко спать, чуть не погиб от зубов мертвеца и совершил спринтерский забег по клумбам. Зачем я вообще сюда поперся? Ах, да. Меня сподвигла на подвиги сила, противостоять которой я никогда не мог.

Я повернулся к Андрею.

— Ты мне, кстати, денег должен.

— Конечно! — торопливо кивнул Покровский. — Я все помню. Вышлю тебе чек, не сомневайся. И спасибо, вы двое мне так помогли! Если бы не вы, я бы погиб.

— Не спеши радоваться, тебе еще папочке объяснять, откуда все эти жертвы и разрушения.

Андрей мгновенно сник.

— Может, я смогу что-нибудь придумать…

— Сомневаюсь, — я кивнул на разоренный двор, выглядящий так, словно он только что подвергся нашествию орды варваров. Выломанная дверь сарая, следы копоти от творимых мной заклинаний, развороченная земля и пентаграмма посередине, которая все еще горела магическим светом и не желала исчезать. Последняя придавала пейзажу особой колорит. — Радуйся, что сейчас он спит и объясняться ты будешь только утром.

— А вот тут вы ошибаетесь, молодой человек.

Занятые разговором, мы не услышали, как скрипнула входная дверь дома. На носилках, которые держали два дюжих молодца, полулежал-полусидел граф Покровский-старший.

Граф был стар и глубоко болен, но что-то в его облике никак не позволяло назвать его немощным. Цепкий взгляд синих глаз, неожиданно ярко выделяющихся на бледном морщинистом лице, прошелся по нам, словно рентген. Андрей, завидев отца, побледнел, как полотно.

— Ссадите меня, — распорядился граф.

Слуги тут же повиновались, положив носилки на землю и подхватив Покровского под руки. Старик тяжело поднялся, практически повиснув в руках, и медленно пошел к нам. Ноги он все же переставлял, хоть и с большим трудом.

Хоть я и не был сыном старика и вообще являлся таким же благородным графом, у меня сложилось стойкое ощущение, что сейчас меня выпорют ремнем по жопе. Покровский-старший приближался, являя собой живую иллюстрацию слова «неотвратимость», задумчивым взглядом окидывая устроенный нами во дворе бардак. Пентаграмма, как и следовало ожидать, его особенно заинтересовала.

Конечно, глупо было надеяться, что наш маленький зомби-апокалипсис удастся скрыть от хозяина имения. Но я надеялся, что граф узнает о случившемся позже, когда мы уже уедем, и тогда это будут проблемы Андрея. Не вышло.

Взгляд графа переместился на вытоптанную клумбу. На морщинистом лице отразилась глубокая скорбь.

— Потрудитесь объяснить, сударь, что здесь только что произошло? — ледяным голосом спросил граф. — И как у вас хватило наглости в столь ранний час будить господ Лазаревых, дабы привлечь их к своим делам? Зная вас, я нисколько не сомневаюсь, что вы затеяли какой-то очередной магический эксперимент, а, когда он не удался, побежали за помощью.

Андрей смотрел в землю с видом смертника, приговоренного к колесованию.

— Отец, я…

— Ваш сын поднял мертвеца с помощью древнего артефакта, — тут же сдал товарища Игорь. Очевидно, некромант так и не простил Андрею баловства с темной магией.

— Как это на него похоже. Полагаю, это как-то связано с вашим недавним визитом в Расколотый мир, который Андрей так неумело пытался от меня скрыть.

При этих словах Андрей совсем спал с лица. Похоже, юноша наивно думал, что отец совсем дурак и не заметит его похождений.

— Правда, я не предполагал, что вы и правда что-то там нашли, — отметил граф и властно протянул руку. Сообразив, что от него требуется, Игорь протянул старику скипетр, который все еще сжимал в руке. Граф повертел артефакт в руках.

— Честно говоря, сын мой, я удивлен: я думал, что древние артефакты давно утеряны, но эта вещь и правда обладает силой. Древней силой нашего Рода.

Покровский просиял.

— Поэтому ее нужно срочно передать Императору, — заключил граф.

— Но отец! Это же наш родовой артефакт! Мы должны им владеть!

— Я вижу, как ты им уже овладел! — неожиданно грозно рявкнул старик. — Сотворил запретную магию, разгромил двор и опозорил нас перед соседями. Радуйся, что обошлось без жертв. Я не позволю тебе владеть этой вещью и сам не возьму ее. Она опасна и может натворить бед. В Тайной Канцелярии знают, что с ней делать.

Граф повернулся ко мне.

— Поскольку мой сын зарекомендовал себя, как человек крайне ненадежный, а я в силу известных причин не покидаю дом, у меня к вам просьба, граф Лазарев. Сохраните скипетр у себя и при первой же возможности отвезите в столицу Его Величеству. Эта вещь должна храниться там, где до нее не дотянутся злые люди. Или глупые, — граф выразительно посмотрел на отпрыска.

Я принял скипетр из рук старика. Ого, теперь я ко всему прочему еще и временный владелец воскрешающего жезла! Интересно, а можно его толкнуть на черном рынке? И если можно, то за сколько? Кстати, идея о собственной рабочей бригаде нежити, который не нужно ни спать, ни есть, все еще выглядит довольно привлекательно.

— А вас, сударь, я прошу проследовать со мной, — повернулся старик к сыну. — Нас с вами ждет очень долгий разговор.

Андрей покорно поплёлся в дом, кивнув мне на прощание. Я не удержался и шепнул:

— Прощай, мой друг, ты был хорошим товарищем. Пусть земля тебе будет пухом.

Игорь хихикнул.

— Ладно, Игорь, поехали домой, — предложил я, когда дверь хлопнула, закрываясь за Покровскими. — Поспим хоть.