Глава 35. Специалист по отсутствующим людям
Хранитель оказался моложе, чем я ожидала. Круглые очки всё время сползали ему на нос; волосы торчали так, словно он проверял исправность электричества головой. Его звали Глеб Ланской. В комнате за лавкой стояли ряды шкафов, но половина полок была пустой. На пустых полках аккуратно лежала пыль.
— Там были люди, — сказал он, заметив мой взгляд. — То есть документы о людях. Иногда это исчезает одновременно.
Глеб разыскивал сестру Еву. Бюро обещало ей год для завершения архитектурного проекта. Она подписала договор, получила время и исчезла из семейных воспоминаний. Только брат сохранил её имя: во время взыскания он находился на другом временном причале.
Он показал фотографию. Между ним и матерью оставалось место, слишком широкое для случайного промежутка. На спинке стула лежала чужая ладонь; её обладательница исчезла, а жест почему-то сохранился.
Я положила снимок обратно. Вспомнила взгляд Адриана, который когда-то не узнавал меня, и перестала считать нашу историю самой страшной в комнате.
Глеб достал из шкафа две чашки и долго не мог решить, какую оставить себе. На одной была трещина, на другой — смешной нарисованный ёж. Он поставил обе перед нами, а сам взял стакан. Позже я поняла: ёж принадлежал Еве, и пользоваться её вещами ему казалось почти отказом от ожидания.
На стене висел план города, составленный сестрой. У одного здания она нарисовала слишком большую дверь и приписала: «Чтобы начальство проходило вместе с самомнением». Глеб улыбнулся, когда я прочитала. До этого он говорил о ней почти торжественно, словно боялся, что смешная подробность уменьшит серьёзность потери.
Я спросила, любила ли она порядок. Он ответил: «В чертежах — да. В моей комнате — никогда». И рассказал, как Ева однажды разложила его архив по цвету папок, назвав это улучшением навигации. Мы рассмеялись. На короткое время сестра вернулась в комнату через привычную братскую жалобу — живой, неудобной и совсем не похожей на трагический символ.
Торговая ведомость, по словам Глеба, находилась на борту плавучего аукционного дома. Через два дня там продавали наш год: знакомство, первые совместные завтраки, свадьбу — всё одним лотом, с выгодной для покупателя упаковкой.
Адриан спросил, можно ли вызвать продавца на дуэль.
— Можно, — ответил Глеб. — Но аукционист поставит на вашу победу и всё равно заработает.
Мне понравилось, что он не стал объяснять графу бессмысленность дуэлей. Глеб сразу нашёл довод, способный его убедить. На прощание архивист предложил помощь. Марта, ждавшая у дверей, приняла его в экипаж и сразу поручила помыть кружки.