Глава 52. Граф в прямом эфире
Миров предложил поговорить в кабинете. Адриан согласился, но попросил сначала ответить на несколько вопросов для зрителей. Девушка из гардероба уже открыла трансляцию: она решила, что узнаваемый гость даст выставке полезную рекламу.
Граф умел говорить перед публикой. Ему не требовалось повышать голос; он просто делал паузу в тот момент, когда окружающим становилось неловко продолжать шуршать пакетами. Миров понял это слишком поздно.
Адриан спросил, можно ли отказаться после подписания. Затем — где посетитель увидит полную стоимость. Наконец — почему условия в серебряной рамке отличаются от текста на экране.
Сотрудник попытался закрыть объектив ладонью. Елизавета Павловна отодвинула его руку каталогом и напомнила, что съёмку они сами разрешили на входе. Девушка с телефоном сразу перестала улыбаться: собственное разрешение она помнила прекрасно.
В зале образовался круг. Никто ещё не верил в торговлю годами, зато неясные договоры и попытки помешать записи были понятны каждому. Посетители начали фотографировать бланки.
Пока Миров отвечал, я прошла вдоль стены к рабочему столу экспертов. Там стоял мой реставрационный инструмент — точнее, такой же набор. Рядом лежали переводная бумага, копии подписей и перечень семей. Наши фамилии были подчёркнуты.
За столом сидел Бреннер. Он увидел меня и накрыл ладонью один из листов. Я не стала пытаться вытащить его. Просто спросила, давно ли он работает с переводными подписями. Он ответил, что это часть выставочной реконструкции, и указал на маленькую табличку «Демонстрационные материалы».
Табличка была напечатана на обычной белой бумаге. На подложенных листах значились настоящие фамилии. Я попросила показать, где владельцы согласились участвовать в демонстрации. Бреннер выпрямился. За его спиной стоял посетитель с телефоном, и оценщик наконец заметил, что разговор слышу не только я.
Он убрал руку. На краю листа оказался номер складской расписки, полученный от Матея. Теперь можно было связать аукционный футляр с этим столом, не полагаясь только на слова испуганного помощника.
Бреннер произнёс моё имя почти беззвучно. Я ответила так же тихо: «Я вижу номер». Его уверенность исчезла на одну секунду. Этой секунды хватило, чтобы понять: мы нашли важную часть пути документа.
Я не стала ничего забирать. Сфотографировала разложенные листы вместе с табличкой выставки и часами на стене. Мне нужны были доказательства происхождения, а не ещё одна вещь, за которую нас объявят ворами.
Глеб дождался меня у выхода. Адриан закончил беседу поклоном. Девушка с телефоном сказала, что никогда ещё её трансляцию не смотрело столько людей. Граф мрачно ответил, что предпочёл бы прославиться блинами.