Глава 28. Вийхерм

Граница Вийхерма встретила нас на исходе двадцатого дня пути. Бескрайняя степь, бывшая нашей спутницей столько дней, внезапно оборвалась, словно кто-то провёл черту невидимым клинком.

Последние километры травянистой равнины сменились каменистой почвой, усыпанной серым щебнем. Редкие кусты полыни уступили место низкорослым горным соснам, цепляющимся корнями за расщелины. Воздух стал намного прохладнее, принося запах снега с невидимых за Пеленой вершин.

Предгорья вздымались плавными волнами, каждая выше предыдущей. А за ними… За ними громоздились настоящие исполины. Они стояли неприступной стеной, закрывая полнеба, и лишь в одном месте зияла узкая щель - единственная дорога на родину дедушки.

По дороге сюда нам не встретилось ни одного кочевого племени. Степь ощущалась вымершей.

За Грейстоун я была спокойна. А на случай, если поползут слухи, что графиня Леваньер отсутствует, оставила кое-что Питеру, наследнику графа Альрика.

Новую поделку назвала «Огнемёт». Пришлось взять Громовой свет и одну печь из барака, и соединить в нечто совершенно новое. Хватит всего на три залпа, но этого будет вполне достаточно, чтобы напугать кого угодно.

Я выглянула в окно и залюбовалась открывшимся видом…

Горы вздымались серыми громадами, а из единственного прохода, вёдшего в закрытое королевство, медленно выползал густой, сизый туман.

- Мы почти дома, - тихо произнёс дедушка, постучав по крыше кареты, возница тут же натянул поводья. Экипаж плавно остановился.

Покинув транспорт, подошли к стелющейся по земле серо-белёсой массе.

Туман был странным, слишком плотным, слишком локализованным. Он не рассеивался на ветру, а словно жил своей жизнью, пульсируя и переливаясь.

- Поедете за мной, вытянувшись в цепочку, - скомандовал архин. - Я пойду впереди, буду указывать дорогу.

- Я с тобой! - тут же откликнулась я, чувствуя воодушевление.

- Миледи, я за вами, - рядом со мной возник сэр Рик.

Архин, кивнув нам, сотворил заклинание и над его головой повис небольшой, но яркий шар, видный всем, кто двигался позади.

Как только первые клубы тумана коснулись моих ног, я ощутила странную дрожь, пробежавшую по телу.

«Внимание: обнаружено аномальное энергетическое поле. Тип: неизвестен. Попытка анализа… Ошибка. Структура не поддаётся классификации».

Наниты впервые за долгое время не смогли дать чёткий ответ. Обычно они мгновенно раскладывали любое явление на составляющие, но здесь…

«Поле взаимодействует с биологическими нейронными связями носителя. Обнаружены флуктуации на квантовом уровне. Рекомендация: соблюдать осторожность».

- Место зачаровано, - восхищённо прошептала я.

Дедушка покосился на меня и хитро улыбнулся:

- О да, внучка. Зачаровано.

«Продолжаю сканирование... Поле демонстрирует признаки псевдоразумности. Близко к системе распознавания «свой-чужой» на основе неизвестного принципа».

Мы углубились в ущелье. С каждым шагом туман становился всё гуще. Вскоре я едва различала спину дедушки в трёх метрах впереди.

- Не отставайте! - крикнул кто-то из арьергарда.

Эхо подхватило слова, но вернуло их искажёнными:

«…оставааайтеее… воотьмеее…»

Звук множился, дробился, превращаясь в зловещий шёпот. Я услышала, как позади кто-то испуганно ахнул.

- Не бойтесь, - громко сказал архин. - Это часть защиты. Оно запутывает врагов, заставляя их слышать то, чего нет, - при этом его слова эхом не отозвались.

Тем временем туман поменял цвет: из бело-серого стал болотно-зелёным. Тропа под ногами достаточно широкая, чтобы прошла повозка, начала петлять. Мне казалось, мы идём по кругу, возвращаясь к тому же повороту снова и снова.

- Дедушка, - окликнула я. - Мы заблудились?

- Нет, - уверенно ответил он. - Просто следуйте за мной.

- А как же остальные? Торговцы, послы?

- Их встречают специальные проводники.

- И в чём же секрет?

Архин усмехнулся:

- Когда будем на месте, я всё тебе расскажу. А вообще, эта защита считывает намерения. Чистые помыслы - путь будет открыт. Злые и придётся блуждать до самой смерти.

Через час архин свернул резко влево, кареты втянулись в узкий, как горлышко кувшина, коридор. С каждым метром проход всё ширился, и вот мы оказались на вместительной каменной площадке.

- Привал, - объявил дедушка. - Обед пропускать нельзя.

Мы расселись на камнях, доставая припасы. Простая еда: чёрствые лепёшки, сыр, вяленое мясо, сушёные ягоды. Правда, в таких условиях вся эта нехитрая снедь казалась невероятно вкусной!

- Внучка, - дедушка поманил меня пальцем, и мы отошли подальше от основной стоянки. – Я всё думал признаваться тебе или нет, - он как-то странно, с нескрываемой грустью на меня посмотрел. - Ты, как оказалось, дочь принца Родерика…

Он прошёлся туда-сюда, закинув руки за спину, вновь остановился напротив меня и договорил:

- В общем, это по моему приказу убили Эдмунда Леваньер.

Я изумлённо замерла, пытаясь переварить только что услышанное.

- Когда я узнал, как он с тобой обращался, и что выслал в монастырь и даже охраны не приставил к ребёнку… - голос деда дрогнул. - Моя внучка, кровь моей крови! Я не мог подобного спустить!

Он глубоко вздохнул, стараясь совладать с обуревавшими его эмоциями:

- Мой человек, Рарок, проник в замок. Отпер ворота. Под покровом ночи провёл отряд степняков прямо в покои графа. Один удар кинжалом - и Эдмунд Леваньер перестал существовать.

Архин помолчал, глядя в пустоту:

- Мальчик… Его сын и наследник, кажется, Кевин… Он проснулся от шума, выбежал из своей опочивальни и в итоге тоже погиб.

Я продолжала молчать.

- И я не жалею ни о чём, - твёрдо заявил дед. - Я отомстил за тебя единственным доступным способом. И защитил. Эдмунд был чудовищем. Он морил голодом беззащитного ребёнка, запирал в холодной башне. За это одна кара. Смерть.

Странно, но известие об организованном убийстве отчима не вызвало во мне ни гнева, ни печали. Я сожалела лишь о безвременно ушедшем Кевине, мальчик был ни в чём не виноват…

- Если ты меня не простишь, я всё пойму, - тихо добавил старик. Я, ни секунды не колеблясь, сделала к нему шаг и крепко обняла.

Эдмунд Леваньер. Его холодные глаза никогда не смотрели на меня с любовью. Он всегда глядел на меня лишь с отстранённой брезгливостью. Порой, если я делала что-то, что ему не нравилось, на его лице вспыхивало презрение вперемешку с раздражением. Я не помнила от него ни одного тёплого слова, ни одной скупой улыбки.

Теперь же я понимала, почему он так ко мне относился. Я была дочерью принца, а для него никем. Напоминанием о том, что его жена любила другого. Что он растит чужого ребёнка, несёт на плечах не свою тайну.

Сколько же яда скопилось в его душе за те годы? Сколько ненависти к девочке с такими же рыжими волосами, как и у почившего Родерика?

- Иногда думаю, - произнесла вслух, - какой могла бы быть моя жизнь? Если бы отец выжил. Если бы мама не умерла. Принцесса во дворце, окружённая заботой и любовью родителей.

- Не сожалей, - мягко прервал дедушка. - Ты стала такой сильной, благодаря выпавшим на твою долю испытаниям. А ещё ты свободна, никто не диктовал тебе, как думать. Там же, подле трона, всё совсем иначе…

Я улыбнулась:

- Мудрые слова. Прошлое не изменить. Можно только принять и идти дальше.

- Верно, внучка. Идти дальше.

Час спустя, утолив свой голод и напоив лошадей, наш караван снова тронулся в путь.

Постепенно туман становился всё тоньше, всё призрачнее и в итоге исчез совсем. А перед нами открылся вид на долину внизу, тонущую в густых сумерках.

Поперёк всего ущелья, от склона до склона, вздымалась исполинская стена. Вдоль её верхнего края тянулась череда факелов, их пламя трепетало на ветру, отбрасывая затейливые, пляшущие тени на грубый камень. Через равные промежутки виднелись массивные дозорные башни.

В центре стены чернели внушительные ворота, сейчас плотно закрытые.

- Пограничная застава, - пояснил архин. - Последняя проверка перед входом в Вийхерм.

Я сделала глубокий вдох. Где-то там, за огнями, у нас начнётся новая жизнь. Жизнь без бегства, без страха, без необходимости скрывать свою силу.

- Готова? - спросил дедушка.

- Готова, - твёрдо ответила я.

Мы, сев в карету, не спеша покатили вниз, навстречу огням.

Позади остались земли Арденна, бескрайняя степь, и наше прошлое, которое станет крепким фундаментом для настоящего и будущего.