Глава 10

Полина дочитывала последнюю страницу конспекта, когда вдруг в дверь постучали. Она отложила тетрадь, потянулась и встала, зевнув. Повернула ручку, подойдя к двери, – за ней оказался Череп. Он по-прежнему был одет во все черное: футболка с длинным рукавом, узкие джинсы, даже ногти покрыты лаком. Его мрачный, почти театральный облик резко контрастировал с легкой, дружелюбной улыбкой на губах. Это сбивало с толку, словно он носил маску, за которой скрывался приятный парень. – Волчара скоро придет, – сообщил он негромко. – Я тут по делу. Что с твоим телефоном? Полина отступила назад, пропуская его в комнату. Череп вошел неторопливо, взгляд его успел окинуть комнату, прежде чем она подошла к столу, взяла разбитый смартфон и вернулась к нему. – Экран треснул и… не включается, – пояснила она, протягивая гаджет. Череп взял телефон, повертел в руках, постучал по кнопке включения, поднес ближе к лицу, чуть наклонив голову. На мгновение он казался не человеком, а каким-то загадочным антикваром, оценивающим старинный механизм. – Диагноз ясен, – наконец сказал он с легкой усмешкой и вернул телефон Полине. – Все грустно. Она вздохнула, приняв гаджет и молча кивнув. Хотелось как-то отреагировать, но не нашлось ни слов, ни сил. А он между тем задержал на ней взгляд. Прищурился, словно сканируя. – Бледная ты. Как будто привидение увидела. – Просто не выспалась, – отозвалась Полина, стараясь придать голосу обычный тон. Череп усмехнулся, качнув головой. – Ну да. Сделаю вид, что поверил, – хмыкнул он. – Но если что – не молчи. Волчара рядом, и я тоже. Не паникуй, справимся. Он подмигнул, и, хотя слова были дерзкими, в них ощущалась какая-то странная, почти братская забота. Полина тихо рассмеялась, едва слышно, но искренне. – Так себе из тебя психолог, Череп. Парень хмыкнул и, поигрывая ключами от своей комнаты, лениво оперся о косяк. – А я и не претендую, – сказал он. – Поэтому и пошел учиться на кибербезопасность. Там всем плевать, что у тебя на душе. Главное – чтоб система не легла. Полина приподняла брови и с интересом спросила: – А что, был порыв стать психологом? Череп пожал плечами, будто решая, стоит ли рассказывать. Но все же ответил: – Я родился в семье врачей. Кто знает, в каком уже поколении. Дед мечтал, что я пойду по его стопам – в психиатрию. Даже книги подсовывал, еще с детского сада. А потом… Он развел руками, усмехаясь: – Что-то пошло не так. Я покрасил волосы, начал слушать тяжелый рок, да и вообще – стал «позором рода», как он говорил. Полина чуть склонила голову, рассматривая его с неожиданной теплотой. – Надо же, как бывает… – Ага, – кивнул Череп, – жизнь – она такая. Своими маршрутами водит. Главное – не теряться. Они еще немного поболтали: про универ, про преподавателей, кто как сдал последний тест. На лице парня все время была усмешка, он легко перескакивал с темы на тему, и Полина незаметно для себя почувствовала, как понемногу оттаивает. Было спокойно. Даже весело. Наконец Череп посмотрел на часы. – Ладно, Кнопка, – сказал он, явно поддразнивая ее этим прозвищем, – пойду я. А то вдруг Волчара вернется, подумает, что я тебя совращаю. Полина только фыркнула, провожая его до двери. – Спасибо, Череп. Он кивнул и с той же легкой улыбкой ушел, оставив за собой только запах сандала и чего-то еле уловимого, пряного. Полина осталась одна… но ненадолго. * * *Дверь распахнулась так резко, что сквозняк, казалось, мог сорвать занавески. Макар шагнул внутрь, глаза горели, и прежде, чем Полина успела что-либо сказать, он обхватил ее за талию и прижал к себе. Его губы накрыли ее – жадно, страстно, с такой силой, что сердце Полины тут же ушло в бешеный галоп. Она запустила пальцы в его волосы, спустилась ниже, ощущая под ладонями напряжение сильных плеч, и не могла дышать – от поцелуя, от близости, от безумного ощущения сладкой неги, охватившей все тело. Он прижал ее к стене, и Полина невольно выгнулась ему навстречу, чувствуя, как в груди поднимается волна желания, страха и восторга. И вдруг – обрыв. Резко проснувшись, она чуть не скатилась с кресла. Аудиокнига на французском монотонно звучала в наушнике, и в комнате царила полумгла. Сердце все еще бешено колотилось, дыхание сбилось, а перед глазами стояло лицо Макара – не из сна, настоящее. В ту же секунду в дверь постучали. Полина вскочила, скидывая наушники, запнувшись о ножку кресла, когда бежала к двери, и распахнула ее. На пороге стоял Макар. Он нахмурился, разглядывая взъерошенную, раскрасневшуюся Полину, растрепанные волосы, чуть припухшие губы, пульсирующую жилку на шее. – Ты как будто спринт пробежала, – усмехнулся он, но голос звучал мягко. Полина вспыхнула еще сильнее и растерянно отступила назад. Она не знала, куда себя деть, – то поправляла рукав, то сглаживала невидимую складку на брюках, то теребила край футболки. Макар не спеша вошел в комнату и закрыл за собой дверь. Его взгляд цепко следил за каждым ее движением. – Ты чего такая?.. – начал он, но сам не закончил. – Или… не надо. Сам догадаюсь. Полина невольно отступила еще на шаг, но не из страха – скорее от того, что ее снова захлестнуло то самое чувство: щемящее, глубокое, тревожно-сладкое, как во сне. Полина смотрела на него, будто не веря. Легкий ветерок из открытого окна гулял по комнате, но было душно от ощущений. Макар стоял напротив, высокий, небрежный, с непроницаемым выражением лица, и в его руке была аккуратная прямоугольная коробка. Он протянул ее спокойно, не придавая жесту особого значения. – Это что?.. – прошептала Полина, нерешительно принимая коробку. Пальцы дрогнули, касаясь гладкого картона, плотного, как обложка книги. – Смартфон, – коротко ответил он. – Новый. Извинения от тех ребят за вчерашнее. Слова будто ударили ее в грудную клетку. Полина вспыхнула, словно внутри разлился жар, и взгляд ее метнулся от коробки к лицу Макара. Она увидела, как на его губах появилась тень усмешки. Но та не была злой. – Не волнуйся, – добавил он, – я их почти не бил. Она вскинула на него глаза – широко распахнутые, с нотками растерянности и чего-то еще, неоформленного, неосознанного. Все это казалось нереальным: коробка в руках, тяжелый взгляд Макара, его спокойствие, как будто он всегда был рядом. – Макар… – выдохнула она. – Это… это слишком. Это дорого. И вообще… мне неловко. Он пожал плечами, словно это было что-то обыденное, не стоящее внимания. Руки засунул в карманы джинсов, приподнял одну бровь, глядя на нее сверху вниз – спокойно, с той уверенностью, от которой внутри у Полины все дрожало. – Мне – не дорого. А тебе – пригодится. Возьми. Слова прозвучали просто, но в них чувствовалась та сила, с которой не хочется спорить. Полина стояла, прижав коробку к груди, будто держала что-то хрупкое, и чувствовала, как с каждым его словом у нее внутри медленно тает лед. Он не просил. Он просто отдавал. И в этом было что-то большее, чем просто подарок. – Спасибо… – прошептала она, не отрывая взгляда. – Поехали в кино, – спокойно предложил Макар. Полина моргнула, сжимая коробку с телефоном в руках. Она чувствовала, как пальцы будто горят – и от упаковки, и от слов. Он так просто… предлагает? – Я… – она запнулась, пытаясь сообразить, как реагировать. – Ты серьезно? Макар кивнул. – Конечно. Просто кино. Попкорн. Ты – я. Чего тут думать? Полина выдохнула, улыбнувшись уголками губ. – А… а ты часто так? Сначала дерешься с кем-то, потом приглашаешь девушку в кино? – Не дерусь, а веду воспитательные беседы, – с ленивой усмешкой уточнил он и добавил, чуть склонив голову: – Ты мне снилась. Полина не знала, как на это ответить. Она просто стояла и ощущала, как мир вокруг перестал быть устойчивым – словно все сместилось на шаг в сторону от реальности. – Мне нужно… десять минут, чтобы собраться, – наконец выговорила она, и голос прозвучал тише, чем хотелось бы. – Буду ждать внизу, – кивнул Макар и, не торопясь, повернулся к выходу. Когда дверь за ним закрылась, Полина замерла посреди комнаты. Комок в горле, трепет под ребрами, горящие уши. Он сказал, что она ему снилась. А она думала, что это только ее сны.