Глава 27

Всё. Мысленно я уже попрощалась с жизнью.

Король надвигался на меня, и в его изуродованном болезнью лице не осталось абсолютно ничего человеческого. Он действительно готов был убить молодую девчонку просто за то, что она посмела встать на его пути. Хотя, о чем это я? Он же маньяк. Сколько жизней, сколько невинных душ он загубил в угоду своей жажде власти? Не счесть. И сейчас моя душа станет лишь еще одной галочкой в его кровавом списке.

И Дерек… Мой любимый, суровый Палач, скорее всего, даже ничего сделать не сможет. Кстати, почему Леонард оставил его снаружи? Неужели всё-таки что-то заподозрил?

И тут я вдруг поняла невероятную вещь. Я сижу на коленях, обхватив пробитую, истекающую кровью руку, думаю о совершенно посторонних вещах, а король… король движется ко мне, словно в замедленной съемке!

«О, а вот это что-то новенькое!» — как сказал бы Арт. Видимо, на фоне смертельного ужаса мое подсознание само выплеснуло остатки магии, замедляя ход времени вокруг меня.

Тратить эти драгоценные секунды на панику я не собиралась — неизвестно, сколько этот эффект продлится. На груди Леонарда, висящий на цепочке, угрожающе пульсировал артефакт. Он наливался алым, готовясь выплюнуть в меня очередной смертоносный луч.

«Была не была!» — решила я.

Я вскинула здоровую руку и вцепилась прямо в кулон, намереваясь сорвать его с шеи монарха.

— Ай! — я тут же отдернула пальцы.

Камень был раскален до предела, словно я схватилась за угли из костра! Обожженная кожа мгновенно заныла, но отступать было некуда.

Так! Хватаем за цепь!

Я ухватилась за тонкую, казалось бы, цепочку и со всей силы, на которую только была способна, рванула на себя.

И в этот самый момент мое неконтролируемое замедление времени рухнуло.

Леонард с глухим рыком подался вперед. Он абсолютно обалдел от моей наглости. Цепь впилась ему в шею, но он не стал отступать — вместо этого его тяжелые, покрытые коркой руки сомкнулись на моем горле.

— Ах ты дрянь! — прохрипел он, сдавливая мою трахею так, что перед глазами поплыли черные круги. — Решила обворовать своего короля перед смертью?!

— Т-ты… не мой… король… — просипела я, выпустив цепочку и отчаянно вцепившись в его запястья и пытаясь разжать стальную хватку.

Воздух перестал поступать в легкие. Сознание начало стремительно меркнуть.

И тут произошло неожиданное. Пальцы Леонарда вдруг разжались, он резко оторвал руки от моей шеи и круто развернулся к дверям избушки.

Я рухнула на пол, судорожно, со всхлипами втягивая кислород, и подняла глаза.

В дверном проеме стоял Джей, с точнее стоял настоящий ледяной маг. Почему настоящий? Да потому что от него разило холодом, как от открытой промышленной морозилки! Иней хрустел на деревянных половицах под его сапогами. А в его карих глазах плескалась такая первобытная ярость и ненависть, что мне самой стало страшно.

— Убью, если ты ее обидел! — рыкнул Джей, вскидывая руки, покрытые искрящейся ледяной коркой.

— Щенок! — взревел Леонард. — Ты смеешь угрожать королю?!

В следующую секунду монарх выставил вперед артефакт на цепочке, и в сторону Джея сорвался ослепительный, смертоносный алый луч.

Но шакал не медлил ни доли секунды. Он ударил навстречу плотной, ревущей ледяной волной абсолютного нуля.

Магия богов и первозданная стихия столкнулись ровно на середине комнаты.

Произошел оглушительный БУМ.

Нашу старательно состаренную избушку просто разорвало изнутри. Бревенчатые стены разлетелись в щепки, крыша взлетела в воздух и осыпалась на нас трухой и мхом. Меня отбросило ударной волной в одну сторону, Джея — в другую, а короля швырнуло куда-то в центр поляны.

Я очнулась первой. В ушах стоял пронзительный звон, левая рука горела огнем, но я поползла. Нет, не к Джею. К королю. Уничтожить артефакт. Эта пульсирующая в голове мысль была единственным, что заставляло мое измученное тело двигаться по сырой земле.

Леонард выглядел откровенно плохо. Он и до этого был не красавец из-за проклятия Яры, а сейчас… В его лицо и тело, пробив камзол, глубоко впились острые, как бритвы, осколки льда. Это было ужасное зрелище. Но еще ужаснее было то, что он всё еще был жив и пытался сфокусировать на мне мутный взгляд.

Без малейших сантиментов и страха я навалилась на него сверху и ухватилась за артефакт. Король слабо дернулся, попытался перехватить мою руку, но магия Джея слишком сильно его покромсала. Сил у монарха не осталось.

Я сжала зубы, дернула артефакт на себя, разрывая звенья цепочки, и сорвала его с шеи короля.

А дальше произошло то, что, если я выживу, гарантированно будет сниться мне в самых жутких кошмарах.

Тело Леонарда, лишенное иллюзии и подпитки, вдруг резко, как воздушный шар, вздулось. Я едва успела с криком отскочить в сторону — и откуда только силы взялись! — как оно с мерзким, чавкающим свистом сдулось, оседая на землю. И в ту же секунду всё вокруг начало покрываться слоем серо-зеленой пыли. Это была та самая сухая гниль, те самые магические споры, которые убивали людей и животных по всему Шафрану. Без хозяина они вырвались на свободу и стали видны.

Я собрала жалкие остатки своего золотистого резерва и ударила магией времени по площади, замораживая распространение спор в жестком стазисе. Пыль замерла в воздухе, не смея осесть на траву.

Только после этого я развернулась и, шатаясь, побрела к Джею.

Джей… Мой милый друг…

Он лежал на земле, раскинув руки, среди развороченных бревен. Он был не просто без чувств. Он лежал без дыхания.

Я рухнула рядом с ним на колени, судорожно прижимая пальцы к его шее. Пульса не было.

Его темные волосы стали белее снега, потеряв все краски жизни. На бледном лице застыло выражение какого-то отчаянного упрямства. Он вычерпал свой только что обретенный, непривычный резерв по ходу до самого дна, до последней капли жизненной силы. Он выложился полностью, чтобы остановить этот луч. Чтобы спасти меня.

Как и обещал — он умер за меня.

— Джей… Нет… Джей, пожалуйста… — мой голос сорвался на жалкий скулеж.

Я сидела на грязной земле, баюкая его ледяную голову на своих коленях, и плакала. Рыдания разрывали грудь, слезы капали с моего подбородка и разбивались о его замерзшее лицо. В этом мире, полном магии и жестокости, этот парень стал для меня символом настоящей, беззаветной преданности. И теперь он мертв.

И тут сквозь пелену горя я услышала ее. Голос Гуаньинь прозвучал прямо в моей голове, чистый и звонкий, как горный ручей:

«Пора, дитя! Этот мир слишком отравлен. Дорога каждая минута».

— Но я не знаю, что делать! — в отчаянии крикнула я в пустоту, глотая слезы. — И Джей… Как я его оставлю?!

«Аня, и Шафран, и Земля нуждаются в тебе. Уничтожь артефакт. Выпусти искру и очисти историю», — ее последние слова прозвучали глуше, словно затихающее эхо. Богиня ушла.

— Неужели так сложно сказать прямо, что нужно сделать?! — взорвалась я.

Злость — чистая, жгучая, бессильная злость на короля, на богов с их загадками, на смерть Джея — затопила меня с головой. А когда я злюсь, как уже было известно, происходит выплеск моей нестабильной, по меркам этого мира, сумасшедшей магии.

Так произошло и в этот раз. Я со злости со всей дури швырнула зажатый в руке артефакт на землю. И, видимо, в этот самый момент в него вошел неконтролируемый импульс моего «отката».

Раздался сухой треск.

Идеальный кристалл аурелия дал трещину. Из этого разлома, словно светящаяся бабочка, выпорхнула божественная искра красного цвета. Она сделала круг надо мной и стремительно устремилась в непонятную высь, растворяясь в сумерках.

И в ту же секунду я вдруг всё поняла. Неожиданно, ясно и четко, словно кто-то вложил эту инструкцию прямо мне в мозг.

Правда, была одна катастрофическая загвоздка.

Мне нужно было не откатывать время для артефакта. И не лечить людей своей кровью и магией через шприцы Арта. Нет.

Мне нужно было здесь и сейчас, используя треснувший артефакт как проводник, нырнуть в саму историю. Пройти с Леонардом все эти двадцать с лишним лет, шаг за шагом, день за днем. И каждый раз, когда из артефакта выходили смертоносные споры — уничтожать их своей магией времени в зародыше.

Гуаньинь восстановила мой резерв для выполнения этого задания. Я чувствовала, как сила бурлит в венах. Но богиня не предупредила меня о главном.

В этот мир я больше не вернусь. Да и в другой тоже.

Я очищу Шафран от спор, выжгу болезнь из самого времени, но сама история… очистится от меня. Я стану ничем. Растворюсь в потоке лет, словно меня никогда и не существовало.

Я посмотрела на Джея. Перевела взгляд туда, где сквозь деревья пробивались огни Мельфиса.

Мой Егор. Моя крошечная Мила. Ворчливый, гениальный Арт.

И Дерек… Мой суровый, любящий Палач, который сейчас, наверное, сходит с ума от беспокойства по ту сторону леса. У нас так и не случилось будущего. Но благодаря моему выбору будущее будет у него.

Я сделала глубокий, судорожный вдох, стирая слезы.

— За тебя, Джей. За Арта. За общину. За моих дорогих детей… И за моего любимого Дерека, — прошептала я в звенящую тишину.

Я подобрала с земли треснувший артефакт, крепко сжала его в здоровой руке и, прикрыв глаза, шагнула в темную пустоту времени.