Глава 15

Пока охотница за левыми деньгами бегала в поисках пропитания, я оглядела номер, а заодно и изучила прилегающий коридор. Миновав всего две двери, попала на лестницу, ведущую к черному ходу. Тот вроде бы не был намертво заколочен, а замок я вскрою быстро.

В кухне, недалеко от выхода, гремели посудой, туда я соваться не решилась, прошмыгнула мимо распахнутых дверей тише мыши. Успокоившись на предмет пути отступления, вернулась в отведенную мне комнату.

Вовремя.

Стоило развалиться на постели, подложив подушки, и сделать вид что все это время так и лежала, как появилась девица с подносом. Похоже, она обнесла кладовую, потому что от обилия закусок разбежались глаза.

Желудок отозвался жалобным воем. Давно я не ела, согласна.

Но сначала…

— Иди сюда, — я похлопала по постели рядом с собой.

Поколебавшись, девица залезла на нее и тут же получила снотворное в нос.

Заклинание удавалось мне уже почти профессионально. Порыв легкого ветерка едва шевельнул выбившиеся из-под шляпы пряди. Так, глядишь, натренируюсь и смогу магичить незаметно!

Я сдернула головной убор и с немалым облегчением распустила осточертевший пучок. Избавилась от вонючей куртки, штанов и прямо так, в исподнем, села обедать. Или то был ужин? Стоило поторопиться, пока не начали просыпаться остальные работницы.

Подкрепившись, быстро ополоснулась в тазике, без зазрения совести используя в качестве мочалки снятую с подушки наволочку. Выглядела она куда чище, чем моя собственная нижняя рубашка.

Завернувшись в простыню, сдернутую с той же многофункциональной кровати, я уселась на уцелевшую после моего разбоя подушку и принялась разбирать и сортировать седельные сумки. Дальше с ними ехать опасно. Они не такие приметные, как конь, но все равно могут меня выдать. К тому же девицы с такими не путешествуют. А вот мою двухстороннюю котомку можно вывернуть наизнанку, получится небольшой холщовый мешок. Скромной горничной или гувернантке вполне подойдет.

Вряд ли мне удастся сойти за леди. Те без сопровождения мужчин либо дамы постарше не ездят, да что там — из дома не выходят, ибо неприлично. А ищущая место служанка, скромная и чопорная, вполне способна отправиться в столицу самостоятельно.

Увесистый мешочек, который я стянула у Уинтропа в качестве компенсации морального ущерба, меня порадовал. Там обнаружилась дюжина золотых монет и россыпь серебра. Их-то я и обезопасила первым делом.

Единственный свой корсет я заказала, да еще и взяла с собой не просто так. Он был сравнительно мягким, без фиксации, к тому же имел множество мелких кармашков на пуговичках, прямо вдоль ребер. Ох и намучилась я, пришивая всю эту мелочь! Зато теперь у меня получился идеальный кошелек, украсть из которого можно было только через мой труп.

Истово надеюсь, до этого не дойдет.

Часть мелочи я переложила обратно в кошель и плотно затянула тесемки. Мне еще по магазинам пройтись нужно, не лезть же в исподнее при продавце!

Облачившись в нижнее белье и зашнуровав «сейф», продолжила обыск. Седельные мешки я схватила, почти не глядя что там, и сейчас безжалостно потрошила на предмет полезных мелочей. На дне нашлись толстые вязаные носки, которые я брезгливо откинула в сторону, еще одна рубашка — ту взяла с собой. Мало ли. Короткий нож в потертых ножнах вытащила, взвесила на руке, прикидывая баланс. Неплох, удивительно неплох. Мне все больше кажется, что в той таверне я наткнулась на мага, просто удалось застать его врасплох. Или просто знатную персону — я ведь даже не в курсе, дают ли высокие титулы не одаренным?

Оружие перекочевало в карман нижней юбки. Надо бы для него потом ремень, и на бедро. Вряд ли кто-то тут продаст нож девушке, если он не кухонный, а для самообороны пригодится.

Внутри сумки, на той стороне, что прилегает в пути к лошади, что-то хрустнуло. Я насторожилась, провела по этому участку еще раз, явственно чувствуя некую выпуклость. Искать, где там карман, было некогда, потому недолго думая вспорола подкладку трофейным лезвием.

Стопка мелко исписанных бумаг, прошитая по краю суровыми нитками, чтобы не рассыпалась. Занятно. Вчитываться не стала, но и бросать тут неизвестные документы тоже не дело. Покосившись на похрапывающую ансунэ, решительно сунула в свою котомку. Потом, если сумею вычислить адресата, подброшу незаметно. А нет — у меня они точно в большей безопасности, чем в борделе.

Вдруг там какой компромат? Я мелким шантажом заниматься не буду, а за местных работниц не поручусь.

Чему я еще обрадовалась, так это обнаруженной в одном из внешних карманов сумки фляжке. Я сильно страдала в дороге от жажды и невозможности нормально напиться. Воду перед подачей в придорожных забегаловках вряд ли кипятили, а применять заклинания при всех — не очень хорошая идея, так что я все это время терпела, как могла.

Во фляжке, правда, тоже плескался далеко не компот, но ядреную настойку я безжалостно выплеснула в тазик с грязной водой. Взамен налила чистой из кувшина, применяя магическую фильтрацию. Испаряла постепенно в одном месте, чтобы сконцентрировать в другом, а осадку позволяла осесть прямо на пол. Невооруженным глазом особо ничего в результате видно не было, но мне психологически полегчало.

Разом выпив половину, я дофильтровала воду по самое горлышко фляги и, тщательно ее завинтив, положила в глубину котомки. Выглядит она недешево, да и сам атрибут мужской, так что лучше ее не светить лишний раз.

Еда, захваченная из таверны, закончилась еще по дороге сюда. Я радостно запасла хлеба с сыром из богатств, принесенных девицей. И нарезку копченой свинины присовокупила, она вряд ли быстро испортится.

На упаковку этого добра пришлось извести одну из моих чистых бельевых маечек. Лучше так, чем промаслить все вещи. Ничего, скоро обновлю гардероб за счет Уинтропа.

Я нервно хихикнула.

Не успела замуж выйти, уже его деньги трачу. Какая я молодец!

Ансунэ на кровати заворочалась и всхрапнула. Надо бы поторопиться, а то все заведение постепенно проснется. За окном небо окрасилось розоватым, закат надвигался неумолимо.

А мне еще место для ночевки искать, не здесь же оставаться!

Быстро натянула единственное приличное платье, стянула подсохшие волосы в узел на макушке, прихватив парой шпилек, сверху напялила сероватый недо-чепец, который обычно носили личные служанки и горничные. Он частично прикрывал голову, и как маячок обозначал принадлежность владелицы к касте незаметных, снующих повсюду рабочих мышек. Его тоже прихватила в трех местах шпильками, чтобы не снесло ветром. Отличная маскировка, между прочим. Тут не принято присматриваться к прислуге, скорее делать вид, что ее нет.

Подхватив туго набитую котомку, я внимательно оглядела минималистично обставленную комнату. Вроде бы ничего не забыла. Седельные сумки и дорожные мужские шмотки оставлю в качестве оплаты ущерба. Продадут — отлично, сложнее будет отследить мой путь.

А в том, что Уинтроп будет преследовать меня и дальше, я ничуть не сомневалась.

Не сказать, чтобы мне это льстило. Мало радости чувствовать себя сочным куском мяса, на который облизывается хищник.

Так что чем больше я запутаю следы, тем мне же лучше.

Я сбежала по ступенькам и вылетела за дверь очень вовремя. Чуть не столкнулась по дороге с кухаркой, которая зачем-то вышла из своего домена. То ли за недостающими ингредиентами, то ли чтобы позвать девочек-работниц за стол… не знаю, что у них за распорядок дня.

— Эй, ты куда? Не завтракамши! — возмутилась она, глядя мне вслед.

Я молча захлопнула за собой дверь. Со спины она разве что мое платье могла разглядеть, и цвет волос. Ничего страшного.

На улице стремительно темнело. Два квартала до оживленных, относительно безопасных районов я преодолела почти бегом. Грабители мне не страшны, но и привлекать внимание не хотелось.

Влившись в неторопливо ползущую толпу праздно гуляющих, я сбавила шаг.

Курортный город все-таки отличается от того же провинциального Тормота. Сюда приезжают отдыхать, дышать морским воздухом, чем и занимаются весь день напролет. И бесцельно бродящие парочки, редкость в дальних поселениях, здесь норма. А уж на спешащую по неотложным делам горничную и подавно никто внимания не обратит.

Гостиницу для ночевки я выбирала придирчиво. Не слишком дорогую, чтобы не потратить лишнего, но и не слишком дешёвую, во избежание разных неприятностей. Наконец остановилась на средней руки заведении, неподалеку от центральной площади. Двухэтажное здание, чистенькое с виду, с кружевными занавесками и цветами на окнах, производило приятное впечатление.

Несколько раз глубоко вдохнув и повторив про себя заготовленную речь, чтобы не сбиться, я решительно переступила порог отеля.

Администратор за стойкой поначалу не замечал меня в упор. Пришлось перегнуться через деревянную панель, чтобы поймать его взгляд, и старательно изобразить на лице вселенское страдание.

— Доброго вечера вам! — протараторила я нараспев, деревенским говором. — Меня хозяйка послала, нужно сегодня ей номер подготовить, на неделю отдыха. Чтобы все по ее вкусу, ну вы понимаете.

— Залог нужно. И документы вашей хозяйки, — скучающе обронил мужчина, снизойдя до меня наконец.

Окинул взглядом, чуть брезгливо поджал губы, но взашей не вытолкал, уже хорошо.

А у меня сердце замерло.

Что значит, документы? Я их в этом мире еще в глаза не видела. Даже не представляю, что подделывать!

— Откуда ж у меня ее документы? Они при ней, — степенно возразила я, вытаскивая из котомки кошелек. Очень кстати он прилично выглядел: кожаный, гладкий. Во взгляде администратора мелькнул легкий интерес. Я выложила на стойку серебряную монету. Мало, кажется, нет реакции.

Рядом легла еще одна.

Завидно ловким жестом мужчина смел обе с полированной поверхности, так что они и не звякнули.

— Хорошо, в виде исключения забронируем. Предоплата шесть сальдов! — сообщил он.

Я беззвучно скрипнула зубами. Вот прохиндей! Но делать нечего, пришлось оплатить. В принципе, не так уж и страшно. Качественная пара обуви в Тормоте стоила четыре серебрушки, а тут место курортное, логично, что все должно быть дороже чем в провинции.

Мне вручили ключ, и я поспешила наверх — вроде как «обустраивать номер к прибытию местрис». Комнату выделили на удивление приличную, с видом на тихий внутренний дворик, с небольшим полукруглым балкончиком, двумя кроватями, тахтой — для служанки, наверное, шкафом и ширмой с удобствами. На перекладине ширмы висели рядочком два комплекта полотенец, побольше и поменьше.

Прямо цивилизация!

Я вышла на балкон, уселась в плетеное кресло и глубоко задумалась.

Документы.

Не факт, что у меня их не спросят, скажем, при посадке в дилижанс. Или еще хуже — по прибытии в столицу.

Вряд ли Уинтроп успеет доскакать туда так быстро и поднять всех на уши, но я же не в курсе местных порядков. Существуют ли таможни, проверки, да те же дознаватели могут крови попортить!

Пока что моей личностью никто не интересовался, а ведь могут! До сих пор мне везло, однако это не может продолжаться бесконечно. Желательно подготовиться заранее к возможным проверкам.

Первым делом мне пришло в голову позаимствовать бумаги у кого-то из постоялиц. Пробраться ночью, вскрыть замок, усыпить… знать бы еще, что именно красть! Хреновый из меня грабитель выйдет. Найди то, не знаю что.

Да еще в трехслойных юбках!

Тут-то я и пожалела, что так спешно бросила мужскую одежду. Не возвращаться же за ней в вертеп…

Делать нечего, будем выкручиваться так. Но завтра.

Я махнула рукой и принялась раздеваться. Бродить по городу ночью в платье небезопасно, а вот днем можно попытаться разведать обстановку. Сходить присмотреться к пассажирам дилижанса, побродить среди постояльцев отеля подороже. Гадить в гнезде — последнее дело, как учил нас незабвенный Владимир Семёнович. Параллельно с тонкой наукой ловкости рук он незаметно передавал и навыки общения с изнанкой человеческого общества. На автопилоте, не осознавая того толком.

Не знаю, чем думал наш декан, нанимая подобную личность в качестве наставника неокрепшим юным умам. А может, в чем-то он был и прав: помимо воровской романтики нам сразу демонстрировали жирные минусы закононепослушной жизни. Прививка от соблазна, так сказать.

Насколько мне известно, из нашего выпуска по кривой дорожке не пошел никто.

Получается теперь, кроме меня.

Ну что поделаешь.

Пришлось.

Умывшись, я вытянулась на хрустящих простынях, пройдясь по ним предварительно на всякий случай горячим паром — от мелких обитателей. Подцепить насекомых я боялась не меньше, чем вирус из сырой воды. Выводить их потом как? Себя-то не прокипятишь. Это ж вся одежда, волосы, белье… бррр!

В полусне уже вспомнила, что не навесила защиту. Приоткрыла один глаз, протянула тончайшие нити силы к дверям, входной и балконной, и с чувством выполненного долга отключилась.