Глава 22
Уинтроп поверить не мог в столь ошеломляющий провал.
Он ее упустил!
Снова!
Поиски в лесу не увенчались успехом, хотя потревоженные шумом и суетой деревенские вызвались помочь и выделили для такого дела пару собак. Дознаватель отказываться не стал, хотя про себя кривился — ну неправильно это, искать будущую невесту со сворой шавок!
Пользуясь завязавшимся с деревенскими разговором, он уточнил, есть ли в округе бедствующая семья с болеющей матерью, выводком детишек, среди которых одна девица на выданье, готовая запрыгнуть в постель к проезжему незнакомцу.
Староста в наспех напяленном жилете, что топтался поблизости от поискового отряда, оскорбился не на шутку.
Во-первых, обитатели окрестных поселений не бедствовали, поскольку трактир исправно скупал весь их любовно выращенный урожай, а также скотину, кур, яйца, молоко…
На третьей минуте перечисления изобилия Уинтроп сдался и перестал изображать внимание.
— Быстро отвечать! Есть здесь легкомысленные девицы? — рявкнул дознаватель, теряя терпение.
Беглянка сейчас либо скрывалась в лесу, и тогда он ее без проблем отыщет — если успеет прежде волков и прочей хищной живности, либо же провела его, как малолетнего оболтуса.
Сцена в номере не давала ему покоя. Очень уж крепко спал постоялец. Они с отрядом шумели так, что и мертвого поднимут, а значит, скорее всего того опоили. В спешке и суматохе погони он не стал присматриваться и вникать в ситуацию, да и истеричный визг из-под одеяла не добавлял ясности. Та блондиночка вроде бы немая была, это тоже сбило его с толку.
Не способна ведь женщина годами притворяться, что не может говорить. Она бы лопнула!
Его матушка сдерживалась лишь в мужском обществе, наедине же с семьей или с подругами ей не было удержу. На все у нее имелось свое мнение, которым она спешила поделиться с окружающими.
С другой стороны, откуда-то у безмолвной кухонной помощницы ведь взялись знания и умения, при помощи которых она потушила пожар, спасла им всем жизнь, а после так невероятно эффектно сбежала!
Представить в подобных обстоятельствах местрис Уинтроп ему было крайне сложно.
— А вам зачем, вашмисть? — почесывая окладистую бороду, уточнил дед. — Наши девахи вряд ли сумеют угодить столичному вкусу…
— Да не нужны мне ваши девахи! — взвыл Уинтроп. — Мне для следствия важно! У меня подозреваемая сбежала!
— Нет таких семей! — услышав о важности и безотложности показаний, староста вытянулся в струнку и принялся отрывисто чеканить: — Девицы есть, при женихах, положительные! В трактир не суются!
— Ясно. Спасибо, — процедил дознаватель на остатках воспитания и рванул обратно, к перекрестку. Он не поверил в добродетельность селянок ни на минуту — ведь подозрения у трактирщика взялись явно не на пустом месте, однако его интуиция вопила благим и неблагим матом, что он ошибся, когда импульсивно бросился искать беглянку в лес. Безнадежно и непоправимо. Метнулся было в трактир, но некая неправильность зацепила его взгляд в районе конюшни.
Он же поставил там дежурного!
Не то чтобы Уинтроп опасался, что его коня уведут. Маренго обладал неуживчивым характером и чуть что мог куснуть и хозяина, выражая неодобрение, а уж про посторонних и говорить нечего. Но рефлексы сработали прежде разума. Никогда не оставлять путь отхода без присмотра…
Только вот массивной фигуры Джеба видно не было.
Дознаватель тормознул так, что подошвы скрипнули, и развернулся к стойлам. Выставив перед собой воздушный щит, быстро пересек двор и заглянул в темное помещение, уже понимая, что безвозвратно опоздал.
Молодой, но отличающийся исключительно мощной комплекцией парень поступил на службу недавно. Уинтроп ощутил, как его грудь кольнуло сожалением, когда заметил лежащее навзничь тело. Не уберег…
Тут тело всхрапнуло и попыталось устроиться поудобнее.
Выругавшись всласть, дознаватель пнул парня в бок безо всякой жалости.
— Где она? — заорал он в едва разлепившийся правый глаз Джеба. Левый продолжал вероломно жмуриться, норовя утащить владельца обратно в сладкий мир сновидений.
— Кто? — невнятно пробормотал подчиненный. — Тут мужик был. Щуплый такой.
Вывалив эти ценные сведения, он с чувством выполненного долга снова отключился.
Уинтроп застыл в ступоре.
Неужели там, в комнате, скрывался ее сообщник? Как они его ловко провели, надо же!
Блондинку хотелось уже не просто поймать, а еще и придушить.
Едва сдерживая яростный рык, дознаватель обошел конюшню, убеждаясь в самом худшем, и бросился обратно в трактир.
Его конь!
Его привередливый чистокровный ильрекский скакун!
Он вырастил Маренго с жеребячьего возраста, тот был предан ему как собака, а кто-то умудрился его увести!
«Только попадись, не посмотрю на смазливую мордашку, выпорю!» — бормотал про себя Уинтроп, взбегая по лестнице на второй этаж, туда, где только недавно застал обжимающуюся парочку. Его бросало из жара — от возможных способов наказания аппетитной магички — в ледяную бездну при мысли, что у нее уже есть любовник, который помог ей сбежать.
И похитил его коня при этом!
Распахнув дверь — второй раз за этот вечер — дознаватель вновь застыл, теперь от недоумения. Он рассчитывал обнаружить комнату пустой, как максимум с несколькими забытыми вещами, через которые можно выйти на след преступной парочки… Как оказалось, номер все еще был занят.
Жилистый мужчина средних лет, распластавшийся на кровати, продолжал безмятежно сопеть. Одеяло с него сползло, обнажая застиранные подштанники.
— Подъем! — фирменным тоном скомандовал Уинтроп.
После этого обычно трезвели запойные пьяницы, вскакивали спящие новобранцы, не говоря уже о подозреваемых, которые сразу сознавались во всех грехах.
Команда сработала как всегда на ура.
Незнакомец скатился с кровати, профессионально группируясь и шаря по сторонам в поисках… скорее всего оружия. Видел дознаватель подобные повадки, и не раз. Наемник, хорошей квалификации. Интересно, что он здесь, в глуши делает?
И если все это время он спал… То кто тогда ограбил конюшню?!
— Спокойно, не стоит делать резких движений, — посоветовал Уинтроп, поднимая руки в мирном жесте и одновременно свивая воздушную петлю на случай, если подозрительный тип попробует сбежать. — Дознаватель Мэдиссон Уинтоп, отдел магических преступлений. Мне нужно задать вам пару вопросов.
— Я не маг! — прохрипел мужчина, не делая попыток подняться с пола, и тяжело потряс головой. Скривился. Кажется, содержимое оной не спешило вставать на место. — Скромный наемник, Руперт Хоуи, к вашим услугам… Ох, чем это меня приложило?
— Подозреваю, тем же самым, что и моего подчиненного на конюшне, — с ноткой сочувствия предположил Уинтроп. — Кстати, вы приехали один?
— Да! — решительно подтвердил постоялец, на чистом усилии воли перебираясь обратно на кровать.
Стоять у него не получалось, ноги разъезжались, а вот сесть упираясь спиной в стену удалось. Его взгляд обежал комнату, брови сошлись на переносице, выдавая усиленную работу мысли.
— А где мои сапоги? И куртка? И сумки?!
На последнем предмете наемник дернулся, словно собирался прямо сейчас нестись на поиски драгоценного багажа, и со стоном повалился обратно.
Уинтроп прошелся по комнате, тщательно оглядывая ее на предмет подозрительных объектов. Гордо лежащий посреди пустого стола в обрамлении крошек и перевернутой хлебной корзинки тугой кошель с деньгами привлек его внимание.
— Ваш? — уточнил дознаватель на всякий случай, взвешивая в руке мешочек.
Прилично, значит, непростой заказ попался. Интересно, что за сложное дело может быть у профессионала в такой глуши?
— Мой, — с недоумением сдержанно подтвердил мейстер Хоуи. — Надо же…честная какая ансунэ попалась.
— Ансунэ? — зацепился Уинтроп за оговорку.
Наемник поморщился. Признавать собственную ошибку, стоившую ему важных документов и сокрушительнейшего провала за всю курьерскую карьеру, не хотелось, но найти ушлую девицу необходимо. А что может быть лучше, чем натравить на нее сыскную службу его величества? Из бумаг они все равно ничего не поймут, а воровку накажут по всей строгости закона.
— Явилась тут одна, — вроде бы нехотя сообщил постоялец. — Пришла сама, дверь открыла, раздеваться начала…
Он запнулся, запоздало вспомнив, что вообще-то запирал номер на щеколду. Слетела? Или же пронырливая баба еще и взломщица? Кто ее знает. От попытки вспомнить, что было дальше верхних пуговок лифа, отчаянно заломило виски.
— Потом провал! — после небольшой паузы констатировал он. — Чем она меня так…
— Ударила по голове? — услужливо подсказал Уинтроп. Даже поближе подошел, чтобы убедиться, что на густой встрепанной шевелюре пострадавшего нет запекшейся крови, а на лбу — шишек.
— Вряд ли. У меня отличная реакция! — оскорбленно отрезал наемник. — Скорее отравила…
Он покосился на опустошенный стол с сиротливым мешочком золота, понимая что ничегошеньки не понимает. Если то была и правда грабительница, то почему не взяла деньги? А если нет — то куда делись все его вещи?
От внезапной мысли спина Хоуи взмокла напрочь.
А что, если на него вышли умышленно?
Он уже довольно долго возит отчеты по одному и тому же маршруту.
Дело ответственное, абы кому его не доверяют, но ведь и сам товар продают не первый год. Информация вполне могла просочиться куда не надо, а далеко не все родители считают своих дочерей залежалым товаром и норовят сбагрить подальше, если вдруг обнаруживают изъян. Кто-то мог и заинтересоваться, с чего бы его кровиночке спешно уезжать с первым встречным. Обычно подобная активность отслеживалась покровителями Хоуи и пресекалась — иногда мягко, хватало парочки писем от блудной дочери, иногда и пожестче, радикально. Но кто знает, вдруг система дала сбой?
В обычное совпадение наемник не верил. Ну не бывает такого, чтобы какая-то левая девица с улицы вдруг из всего трактира вломилась именно к нему в номер, одурманила (как — еще предстоит выяснить) и обобрала до нитки, не тронув при этом деньги! Бред же!
Скорее это походило на намек. Жирный такой и прозрачный. Мол, в следующий раз одной головной болью не отделаешься!
Наглецов, способных вот так запросто угрожать специалисту его категории, Хоуи мог пересчитать по пальцам, и женщин среди них не было. Значит, новенькая. Любопытно. И опасно.
Очнувшись от глубоких непростых размышлений, он понял, что уже довольно долго таращится в одну точку, в то время как дознаватель терпеливо ожидает ответа на заданный вопрос.
— Простите, башка болит, с трудом соображаю. Что вы желали узнать? — как мог вежливо уточнил Хоуи.
— Опишите симптомы отравления, — со вздохом повторил Уинтроп. — Попытаемся определить вещество.
Он достал бумагу, карандаш и приготовился фиксировать показания пострадавшего. Доверия ему наемник не внушал, но в данной ситуации выступал жертвой, а потому долг обязывал выслушать и принять к сведению. Искать беглянку он собирался в любом случае — для своих личных, эгоистичных нужд. Но если ордер на ее арест станет официальным, удержать информацию о неучтенной сильной магичке не удастся, и на перехват бросятся все холостяки-воздушники, коих пугающе немало. Оставалось надеяться на благоразумие девицы. Определить одаренную сложно, не бросается заклинаниями направо-налево, не срывается — от обывательницы не отличить.
Записывая сведения, полученные от Хоуи, Уинтроп не переставал удивляться. Вещество без вкуса, запаха и цвета, возможно, подмешанное в пищу — иначе как оно попало в организм?
Где такое берут, интересно? Ему бы и самому не помешало.
Заклинаний, способных погрузить человека в сон, он тоже не знал. Слышал краем уха о возможностях некоторых обученных магов-водников по медицинскому профилю, но и им для воздействия на пациента нужно прикосновение кожа к коже. И время. А чтобы вот так, издалека и мгновенно…
Трактирщик широким жестом предложил проверить все его заведение, клятвенно заверяя в непричастности к нападению. Еще бы, такой урон репутации заведения! Слух о небезопасном месте для ночлега расползется мгновенно, пусть расположение идеальное, на перекрестье оживленных дорог, но и конкуренты не дремлют. Раздуют из мухи коня, и прощай сытная жизнь!
Разумеется, самый тщательный обыск ничего не дал, кроме залежей паутины в дальнем углу подпола и пары голов заплесневелого сыра. Уинтроп кривился, трактирщик прыгал от восторга — плесень оказалась какая-то остро-ядреная, редкая и ценимая знатоками как деликатес.
Провозились до самого утра, и тут дознавателя поджидал еще один сюрприз: вернулся его конь. Да не один — с компанией!
Маренго еще и волочил за собой увесистый дрын, намертво зацепившийся за поводья. Конь периодически спотыкался, но упрямо пер вперед. Добрел до хозяина, уткнулся ему нюхом в плечо и тоненько заржал, жалуясь на непростую судьбу.
Уинтроп машинально похлопал вороного по шелковистой шее, нынче запыленной и покрытой пятнами пота.
— Моего нет, — флегматично отметил Хоуи.
— Он был посвежее, — кивнул Уинтроп, слегка остывая.
Его друг вернулся целым и невредимым, злиться на угонщицу не имело смысла. А вот восхищаться ее умом и изобретательностью поневоле приходилось!
Лишь одна деталь не давала покоя дознавателю.
Его беглянка была немой блондинкой. И если с мыслью о том, что она все это время молчала и притворялась, он сумел смириться, то как быть с цветом волос?
Ведь местная воровка оказалась шатенкой!