Глава 12

Александра

Мы сидели в гостиной четырехкомнатной квартиры, которая на деле оказалась «штабом» Падших Ангелов. Рома, или лучше сказать «Армарос», сидел напротив нас в кресле, сцепив руки в замок. На стеклянном столике, разделяющем диван и кресло, дымились две чашки чая и один кофе для русоволосого парня, не так давно убеждавшего меня в том, что рядом с Габриэлем мне безопаснее всего.

Впрочем, как оказалось, зла он мне действительно не желал.

Армарос не торопился поднимать тему того, зачем он нас так внезапно вырвал из обители уединения. Вместо этого он часто косился то на свой остывающий кофе, то на Габриэля. Я очень редко удостаивалась его взгляда, но зато он был долгим и задумчивым.

— Всё настолько плохо? — первым не выдержал Габриэль, чуть ли не залпом опрокинув в себя чашку с чаем, будто у него в горле пересохло.

— Ты даже не представляешь…

— Так, может, все-таки просветишь?

— Уверен, что Лекси должна это слышать? — ответил вопросом на вопрос.

Я удивленно вскинула брови и посмотрела на своего Ангела. В ответ Габриэль притянул меня к себе, приобнял и поцеловал в макушку, от чего напряжение, сковавшее меня, тут же исчезло. И я позволила себе расслабиться в его объятиях.

— У меня больше нет никаких секретов от Лекси. — твердо заявил брюнет.

— Что ж, — задумчиво протянул Армарос, наконец, отпив свой кофе, — потом не говори, что я тебя не предупреждал.

Габриэль повел плечами, недовольно цокнув языком. Откинулся на спинку дивана, увлекая меня за собой. Я удобно устроилась у него на плече, чувствуя жуткую усталость после нашей бурной ночи и раннего «доброго утра». Глаза слипались, и я позволила себе прикрыть веки, приготовившись просто слушать.

— Встреча с Люцифером вышла довольно-таки… короткой.

— Я заметил, — хмыкнул вокалист. — Тебе послали на три знаменитых буквы? — подколол.

— Если бы, — позволил себе ответную усмешку шатен, — лучше бы так и было. Из Ада сбежал заключенный. — его голос утратил насмешливый оттенок. — Очень и очень опасный.

Я почувствовала, как в одно краткое мгновение мышцы парня подо мной стали каменными. Я тут же уставилась на Габриэля, который весь подобрался.

— Только не говори мне, что сбежал тот, кого заперли на самом нижнем Кругу. — я почти слышала хруст зубов — так сильно брюнет сжал челюсть.

Ответом на заданный вопрос был краткий кивок.

— По тому переполоху, что сейчас творится в Аду, Люциферу явно в ближайшее время будет не до вас двоих. Как и Небесам. — добавил спустя краткую паузу.

Габриэль выпустил меня из объятий и встал с дивана, не в силах усидеть на месте. Подошел к окну в пол и хмуро уставился на то, как разыгравшаяся ночью непогода продолжала заливать город все новыми и новыми струями ливня. Небо, которое плотно заволокли тучи, было серое и мрачное. Как и новости, что принес Армарос.

— Черт! — выругался Габриэль спустя пару минут нашего общего молчания, и яростно долбанул кулаком об стену. Та пошла легкой трещиной.

— Аккуратнее, Гейб, квартира хоть и элитная, но стена вряд ли выдержит ангельскую силу. — Рома покосился на меня таким взглядом, словно все еще не мог принять то, что я знаю их секрет.

— Ты не понимаешь! — вдруг взревел Ангел. — К черту стену и этот дом! Вчера ночью кое-что случилось.

И хотя я понимала, что Габриэль хочет рассказать о Пророчестве, краска смущения все равно предательски залила лицо. Я сжала руки, лежащие на коленях, в кулаки и закусила губу. Спрятала взгляд за длинной челкой, не желая смотреть в сторону парней.

В дверном замке щелкнула задвижка. В замочной скважине два раза провернулся ключ. И в квартиру вальяжно вплыли два парня. Причем, они были явно подвыпившие. Ибо алкогольное амбре тут же пахнуло в гостиную с легким ветерком, залетевшим из подъезда. Я скривилась, а Габриэль с Ромой резко прервались.

И это те самые любимчики миллионов? Ужас…

— О, кого я вижу! — завидев меня, тот, что был платиновым блондином, даже хлопнул в ладоши от радости. — Наша легендарная «подопечная» собственной персоной! Рад, наконец, увидеть тебя воочию, дорогуша. — второй из группы просто махнул мне рукой, пошатываясь и пытаясь собрать глаза в кучу. Я неопределенно кивнула им обоим в ответ.

Это сколько же нужно выпить, чтобы опьянеть Падшему Ангелу? — подумалось мимолетом. Представив число, выраженное в литрах на одного, пришла в ужас.

— Гейб, — раздался предостерегающий голос Армароса. А я перевела взгляд на Габриэля.

И не узнала его, обычно такого спокойного и непрошибаемого, словно танк. В глазах плескалась тьма, сам он был напряжен, словно перед прыжком и испепелял яростным взглядом блондина.

— Ну, что, принцесса, тебе понравилось кувыркаться со своим неутомимым Ангелом-Хранителем? — одарил меня слащавой улыбочкой, кажется, басист. Я запомнила его, потому что из всех четверых он единственный светил на сцене своей яркой шевелюрой.

Но не успела я что-либо ответить или попросту разозлиться, как в одно молниеносное движение Габриэль прижал блондина к стене. Мощная рука с выступающими венами стискивала шею незадачливого шутника.

— Захлопнись, Сэм, иначе я сотру тебя в такой мелкий порошок, что ни один Верховный воскресить не сможет. — от тихого угрожающего голоса брюнета у меня сжалось сердце, а по телу пробежали мурашки страха. — Если я еще хоть раз услышу нечто подобное в ее адрес… — последовала пауза, во время которой они смотрели друг другу глаза в глаза, — пеняй на себя. Это было последнее предупреждение.

— Воу, воу, Габриэль, — сипло произнес тот, кого назвали Сэм, — пойди, выпусти пар на чем-нибудь другом, а то ты какой-то слишком агрессивный. Это была просто шутка! — напускной шутливый тон не смог обмануть даже меня.

А когда Ангел распахнул за спиной свои широкие черные крылья, напряглись разом все. Даже я дернулась, чтобы остановить брюнета в случае чего. Но меня опередили.

— Габриэль, — вмешался Армарос, который до этого момента с недовольством наблюдал за происходящим, но молчал. — Ты и вправду не в себе. Тобой овладевает Тьма.

— Еще кому-нибудь расскажи, — огрызнулся в ответ.

Вместо слов, Рома резко развернул его к зеркалу, что стояло в коридоре напротив. И я увидела, как в отражении расширились глаза Габриэля, когда он понял, что это правда.

— Увидел? — удерживая брюнета за рубашку, он заставлял его смотреть на себя. — Такими темпами ты и сам не поймешь, как станешь Демоном. Так что держи себя в руках и следи за собой более… пристальней. Или же это плохо кончится для вас обоих.

Больше я не могла просто стоять и смотреть на происходящее. Приросшие было к полу ноги, с небывалой резвостью донесли меня прямиком в объятия Габриэля, который обнял меня с таким отчаянием, будто я была его единственным якорем в этом мире. Спасением.

— Я не боюсь тебя. — шепнула ему на ухо, зарываясь лицом в лохматую гриву. Вдыхая уже родной запах лимона и мяты. — Ты — это ты, Габриэль. Всегда будешь. — и услышала, как он облегченно выдохнул, до боли стискивая меня своими сильными руками.

Мы стояли так до тех пор, пока в холле не раздался оглушительный грохот. В дверь тарабанили. Да с такой силой, будто не руками, а ногами себе помогали, приведя нашу небольшую компашку в чувство.

— Это кто? — первым подал голос блондин, успевший привести себя в порядок.

— Может, доставка пиццы? — предположил тот, который был просто в зюзю пьяный — четвертый из них. До сего момента он вообще никак себя не определял, так что я уже успела о нем позабыть.

— Ну-ну, тарабанят так, будто это возмущенный сосед снизу, а не доставщик. — гоготнул Сэм.

Мы с Габриэлем и Армаросом молча переглянулись между собой. И, думаю, в наших головах крутилась примерно одна и та же мысль: «Кто-то из недругов?».

— Пойду, открою, — пробормотал шатен и потопал к двери.

И не успел ее открыть, как в комнату влетела злая, аки фурия, Ларцева. Наши разом вытянувшиеся лица не заставили себя ждать. Выцепив меня прищуром глаз, окатила обвинительным взглядом и принялась орать так, что стены дрожали.

— Ты обалдела?! — оттолкнув ошарашенного Габриэля в сторону, ткнула мне в грудь своим наманикюренным пальчиком. — Я тебя спрашиваю! Какого черта, ты не отвечаешь ни на звонки, ни на смс?! После всех нападений и угроз ты просто не имела права со мной так поступать, слышишь?! — под конец фразы ее глаза подозрительно увлажнились, но она зло сморгнула их. А мне оставалось диву даваться. Как она меня выследила?

— Вот это девушка! — присвистнул Сэм, окинув ее одобрительным взглядом с ног до головы. — Огонь!

— Лучше заткнись, Сэм, — уже беззлобно бросил ему Габриэль, пряча улыбку, — а то и тебе на орехи достанется.

— Да-да, — на грани слышимости поддакнул Рома, прикрыв дверь.

— Я жду оправданий, немедленно! — продолжала неистовствовать Ленка, не обращая внимания на ее горячо любимую группу. Или же она попросту их не замечала.

Я же только глупо хлопала ресницами, даже и не зная, что ей ответить. Армарос по глупости решил влезть, взяв на себя тяжелую артиллерию под названием «Ларцева в гневе».

— Попрошу вести себя прилично, дорогуша, вы все же вломились на чужую частную территорию.

У меня чуть челюсть не отвисла от тех последствий, которые разворачивались перед моим взором после этой фразы. Да так стремительно — со скоростью снежного кома летящего с горной вершины.

— Да что ты говоришь! — шипению Ленки позавидовали бы самые отборные королевские гадюки. — Знаю я таких, сначала голову запудриваете невинным девочкам, а потом пускаете во все тяжкие!

— Ты что несешь? — в тон ей шипел Рома. — Совсем мозги последние растеряла, курица расфуфыренная?! — не знаю, что произошло с Армаросом после прихода Ларцевой, но, похоже, это как раз таки он совсем мозги растерял в ее присутствии. От них обоих фонило такой взаимной ненавистью, что хотелось убраться куда подальше. Желательно, оказавшись при этом, на другом конце города.

Ленка ахнула от неожиданности, но быстро взяла себя в руки.

— Хамло! — выдала она, залепив Роме пощечину такой силы, что у него тут же по щеке расплылось жгучее красное пятно.

В квартире воцарилась гнетущая тишина. Все были не просто в шоке, а уже с опаской поглядывали на этих двоих, не зная, что они выкинут дальше.

Ларцева воинственно подбоченилась, уперев руки в бока. Смотрелась она при этом на своих длиннющих шпильках и в обтягивающем черном платье скорее сексуально, нежели, чем наводила страх.

Армарос молча испепелял девушку яростным взглядом, к которому примешивалась ничем необоснованная ненависть. Он явно желал собственными руками придушить брюнетку, так как желваки на его лице ходили ходуном.

— Только попробуй еще хоть раз нелестно отозваться обо мне или о Лекси, и я тебя в асфальт закатаю. Ты понял?! — закрывая меня спиной, продолжала наступления моя огненная фурия.

Вот тут-то я и поняла, что нужно срочно вмешаться и прервать этот театр абсурда. Иначе катастрофы не избежать.

— Лен, я не в плену, меня никто не похищал, и ни к чему не принуждал. — робко подала голос.

— С тобой я вообще буду отдельно разговаривать! И не в их присутствии! — резко обернувшись, ошпарила меня ледяным взглядом.

Тот Падший, что был пьян, от открывшегося зрелища разом протрезвел, у него даже безразличное выражение лица пропало, сменившись легкой заинтересованностью. Сэм же чуть ли слюни на пол не пускал, пожирая Ларцеву глазами. А вот Армарос застыл памятником самому себе, вероятно, потому, что боялся не сдержаться, если сдвинется с места хоть на миллиметр.

— Чувствую, надо делать ноги. — шепнул мне на ухо Габриэль. Я согласно закивала, копируя «болванчика», украшавшего панели многих отечественных автомобилей.

Резво подхватив Ленку под руку, поволокла ее на выход, чувствуя самые различные взгляды, устремленные нам вслед. Тылы прикрывал брюнет.

— Приходите в гости почаще, красавицы! — крикнул вдогонку Сэм перед тем, как дверь за нашими спинами захлопнулась.

Вот и познакомились, называется…

Мы остановились, стоило выйти за пределы огороженной территории элитной высотки. Габриэль шел позади, засунув руки в карманы. Закрылся. Выглядел он сейчас прямо как в наши первые встречи. Красивый и чужой.

Я хмыкнула.

— Мы поедем, посекретничаем. А ты пока обговори то, о чем мы не договорили с Армаросом. Да и вряд ли тебе понравятся женские сплетни. — добавила, решив спровадить Ангела обратно в его «среду обитания».

Габриэль нахмурился. С минуту испепелял меня пристальным взглядом, но, в конце концов, согласно кивнул. Ларцева попыталась вставить свои пять копеек во время наших гляделок, но что-то ее все же остановило.

Голос разума, видать, который решил пробудиться от спячки…

Такси, вызванное брюнетом, несло нас прямиком по адресу нашей с Леной излюбленной кофейни. Брюнетка дулась, скрестив руки на груди, и слишком заинтересованно пялилась в окно. А меня тяготило неприятное чувство, будто между нами образовалась пропасть. А виной всему были те тайны, которые связали нас с Габриэлем, и автоматически отдалили от Ларцевой.

Я ведь даже не знаю, что ей сказать! Где я была, — еще ладно. Но остальное? Как объяснить внезапное расположение к вокалисту после того, что я ей наговорила в столовке универа? Почему не отвечала на звонки и смс? Что делала в квартире самой популярной металл группы? Сказать, что сморозила глупость тогда — уже не поверит, ибо врать я не умею. Единственное, что более-менее вписывалось в картину — то, что я планировала познакомить Ларцеву с «Падшими», как она того и просила, поэтому была в штаб-квартире рокеров.

Шоколадные чизкейки мы поедали в полной тишине, потому что я не знала с чего начать и чем закончить, а подруга справедливо обижалась. Знаю, что поступила с ней некрасиво, и что мне нет оправдания, но вернись я в прошлое, то поступила бы точно также. Время, что мы провели с Габриэлем наедине несравнимо ни с чем.

— Лен, я…

Стоило мне раскрыть рот, как Ларцеву прорвало.

— Ты хоть можешь себе представить, что я пережила за эти два дня?! Я обзвонила все больницы и морги, спустя двадцать четыре часа твоего молчания! Ты сказала, что сбегаешь к маме от Дениса, а что в итоге? Я звоню Виктории Владимировне, спрашиваю, где ты, на что она мне отвечает «уехала с милым мальчиком»! С милым мальчиком, б**ть! — эмоционировала брюнетка, периодически всплескивая руками. — С тем, который «точно связан с криминалом и наркотой»! — очень похоже передразнила мою интонацию.

Я неосознанно вжала голову в плечи под ее давлением. А брюнетка все продолжала наседать.

— Я уже отчаялась! Думала тебя похитил этот маньячелло! Подключила все связи, чтобы тебя найти, но ничего, представляешь! Словно в глухую стену долблюсь! А сама думаю, что же я теперь скажу Виктории Владимировне, если тебя не найду! — ее голос сорвался. Она на миг прервалась, чтобы перевести дыхание. — Благо Никита прошел курсы программирования и владеет небольшими навыками хакерства! Удалось отследить твой телефон! Я бы убила тебя прямо там, на глазах у своей любимой группы, но… оказалось, что люблю я тебя больше! Дура!

В ее глазах блеснули слезы, когда она кинулась меня обнимать.

— Лен, прости. — прошептала я, сама начиная реветь, когда прочувствовала на собственной шкуре, что пережила Ларцева. И крепко обняла брюнетку. — Я никогда бы не подумала, что столько для тебя значу.

— Еще раз скажешь подобное, и я точно перестану с тобой общаться с недельку, для профилактики! — бурчала мне на ухо подруга, шмыгая носом. — Ты мне больше, чем подруга, Лекси! Ты мне, как сестра, которой у меня никогда не было!

От такого признания у меня внутри все сделало кульбит. И в эту секунду я поняла, что не имею права обманывать Лену. Она должна знать правду. Но не здесь… Не при стольких невольных свидетелях, которые итак с любопытством косились в нашу сторону, развесив уши.

Уговорив Лену поехать ко мне домой, морально готовилась к непростому разговору номер два. Учитывая ее вспыльчивый характер и неуемный фонтан эмоций, надеялась, что квартира уцелеет.

Разговор с Леной был не из простых. Но, вопреки ожиданиям, она сохраняла ледяное спокойствие. Лишь изредка хмурила идеальные бровки. А в конце выдала:

— Они точно тебя там ничем не накачали? — мы сидели на кровати друг напротив друга, по-турецки сложив ноги. Нагнувшись ко мне ближе, вгляделась в зрачки. Потрогала лоб. — Вроде температуры нет, зрачки не расширены, а бред несешь!

— Я серьезно. — поджала губы.

— Скорее, фэнтези перечитала. Завязывала бы ты с этим. Ангелы — это, конечно, хорошо, вера в Бога и все такое, но нельзя свои увлечения переносить в жизнь, Лекси.

Я терпеливо выдохнула. Хорошо. Я тоже вряд ли бы поверила, если бы мне вот так вот всю правду-матку выпалили. Даже, несмотря на то, что я ярый любитель почитать фэнтези на досуге.

— Допустим, я тебе поверю, и все, что ты сейчас мне рассказала — правда, — спустя минуту произнесла Лена, — и что дальше?

Вместо ответа я повернулась к подруге спиной и оголила спину. Послышался удивленный вздох. Обернувшись и опустив вязаную кофту на место, я увидела, как брюнетка прижала руку ко рту.

— Они двигаются! Еще никогда в жизни не видела «живые» татушки! Прямо-таки передовые технологии. — нервно хихикнула она.

— В том-то и дело, что это не тату, а ангельские письмена. Они появились после того как мы с Габриэлем, ну… — я зарделась.

— Переспали? Потрахались? — с усмешкой «помогла» мне подобрать слова. Я недовольно цокнула языком, укоризненно покачав головой. — Прекращай уже мямлить. Это все естественно.

— Мы занимались любовью. — сделала акцент. У меня язык не поворачивался назвать то, что происходило вчера ночью между мной и Габриэлем, «трахом».

Ларцева на это только ехидно закатила глаза, но промолчала, оставив свое мнение при себе.

— И что означают эти каракули?

— Габриэль прочел письмена, и предполагает, что это пророчество.

— Габриэль… — задумчиво протянула брюнетка, отвлекаясь от темы пророчества. Или же не придавая ему особого значения, так как вообще не могла поверить в то, что все сверхъестественное на самом деле существует. — Только не говори мне, что это тот самый Архангел? — в ужасе округлила глаза.

Я закусила губу, не зная, плакать мне или смеяться. Ларцева хорошо разбиралась во всей этой ангельской иерархии, потому что была знакома с Библией. Ее родители были набожны, и частенько ходили в Церковь по воскресеньям, когда она еще была маленькой. Это их небольшая православная традиция. Не знаю, действительно ли они были людьми верующими, или же это все ради того, чтобы поддерживать имидж, но факт оставался фактом.

Чего не скажешь о дочери Ларцевых. Ленка была еще той атеисткой, и предпочитала грешить чуть ли не на каждом шагу.

— Судя по твоему лицу, это он и есть. — она шумно выдохнула. — Охренеть. Нет, не подумай, я не расстроилась сейчас, что попаду в Ад, — рассмеялась брюнетка, — Люцифер, наверняка, еще тот красавчик, просто… Стоит только представить, что все написанное в Библии — правда, и у меня мурашки по коже пробегают от ужаса. Вот смотри! — и продемонстрировала мне руку.

— У меня подобные чувства, но… Я люблю его. Очень и очень сильно, Лен. Умереть готова…

— Ой, вот только сопли розовые подбери! — скривила красивое личико подруга. — Я не верю в настоящую любовь. Уважение, дружба, привязанность — да что угодно! Это да! Но не Любовь. Может быть, влюбленность, но и она перегорает со временем и потом вы либо разбегаетесь, либо остаетесь вместе по дружбе, из-за уважения или потому что привычка. Уж поверь мне, — со знанием дела продолжала она, — я повидала много парней. И лучше твоим невинным ушкам не слышать то, как они отзываются о девушках и об отношениях с ними.

Я была не согласна с Леной, но с пеной у рта доказывать свою точку зрения не хотела. Возможно, среди людей так и есть, но Габриэль — не человек. И не предаст наших чувств. Да и взять моих родителей, — они любили друг друга. Причем очень сильно. И, знаю, сохранили бы свою любовь спустя годы, если бы не трагедия.

Как итог, Ларцева отреагировала на мой рассказ вполне себе адекватно. Даже не разгромила ничего, когда я оправдывалась, почему не отвечала на телефон. Только многозначительно двигала бровями и спрашивала «и каково это спать с Ангелом?», повторив фразу Сэма, брошенную нам с Габриэлем в квартире.

Потом мы решили заказать пиццу и роллы, и болтали ни о чем, поедая вкусности и смотря какую-то романтическую комедию. И было нам на душе так легко и спокойно.

Знала бы я, какая буря ждет нас впереди, то еще больше ценила эти счастливые мгновения…