Глава 5. Макария

— Макария, как продвигаются твои дела? По моим подсчётам сегодня уже пятница. Надеюсь, ты готова к выполнению поставленной задачи? — спрашивает Омега.

Он звонит мне, когда я только-только успеваю проснуться после весьма тяжёлой ночной смены.

— Да, всё схвачено. Жду не дождусь, когда встречусь с Маркусом лицом к лицу, — сонно бормочу, потягиваясь в своей постели.

— Допустим, но почему ты не пришла ко мне с отчётом? Я ждал тебя ещё вчера.

Чёрт. Кажется, он недоволен мной.

— Извини, я сильно устаю на своей липовой работе. Знаешь, не так-то просто притворяться стриптизёршей, когда у тебя нет никаких должных навыков. Я днями и ночами торчу в клубе, иначе на моё место могут взять кого-то другого. Лентяек они не жалуют, поэтому, чтобы понравиться мужчинам, и в том числе Рашу, мне нужно было научиться всем тонкостям завладения вниманием.

— Хм, дорогая, чтобы завладеть вниманием мужчин тебе нужно просто показаться им на глаза, — достаточно игриво говорит он и мне кажется это довольно странным, так как понятия Омега и флирт между собой никак не связаны. Я бы даже сказала, что это относится к разряду фантастики. — Что ты успела узнать за это время?

— На самом деле очень многое, но, если ты имеешь в виду нашу цель, то нам считай крупно повезло! Он оказался тем ещё извращенцем. Маркус Раш у нас любитель облизывать ножки танцовщицам, — едва сдерживаю смех. — Но он всегда выбирает разных девушек. Вероятно, ищет, где послаще, так что мне нужно постараться, чтобы его выбор пал на меня.

— Очень странное пристрастие, — выдавливает он смешок. — Как считаешь, проблем у нас не возникнет? Начальство ни о чём не догадывается?

— Нет, не думаю. С Тео вообще нет никаких проблем! Не босс, а мечта! — отвечаю, даже не подумав. В горле мгновенно пересыхает, так как Омега громко хмыкает в трубку. — А со вторым мне так и не довелось познакомиться.

— Это очень плохо. Нам нужно знать кого он из себя представляет.

— Девчонки говорят, что он очень требовательный и не даёт поблажек, но, к счастью, он крайне редко выходит из своей темницы, что называется его офисом. Только вот сегодня Тео сказал, что нас ждёт общее собрание, где будут присутствовать они оба. Так что, если у меня вдруг возникнут проблемы со вторым, я тебе незамедлительно сообщу.

В конце концов он же молодой мужчина. Построю ему глазки, да и сбавит свой пыл, если ему вдруг что-то не понравилось в моём вчерашнем выступлении. Хотя, мне показалось, всё прошло, как по маслу, поэтому, надеюсь, мне не сделают выговор из-за того, что я разошлась в приват-комнате. Встретив там Натаниэля, я потеряла голову и напрочь забыла, где нахожусь. Я и не думала ещё когда-либо встретить его. Мне было даже плевать, что скорее всего он подумал, что я та ещё лгунья и падшая женщина. И только после того, как он в мягкой форме, но тем не менее всё же отшил меня, я осознала, что ему глубоко на меня наплевать. Он пришёл в это заведение расслабиться, я в его планы не входила, а если и входила, то только в плане приват-танца, что в итоге он и получил от меня. Поцелуй с моей стороны был самым что ни на есть искренним, и я до последнего надеялась, что и с его стороны не было никакого притворства, но, к сожалению, я ошиблась. Для него я была лишь танцовщицей, которая со знанием дела выполняла свою работу. И на этом, пожалуй, всё. Тем более при таких обстоятельствах я прекрасно понимаю, что можно было сразу ни на что не надеяться. Я — товар, а он — клиент. Какие ещё могут быть сомнения? Забыли и живём дальше. Я и не с подобными инцидентами в жизни справлялась.

— Я планирую сегодня посетить твой клуб, чтобы ты могла спокойно уйти со мной после того, как провернёшь с Рашем. Так будет намного безопасней, — с некой долей нежности в голосе заявляет он.

Да что с ним такое? Босс, ты ли это?

— В этом нет необходимости, Омега. Я справлюсь. Тем более я уже всё продумала до мелочей. Планирую сделать дело и якобы на эмоциях, в разбитых чувствах сразу же уволиться и свалить оттуда.

— Неплохо.

— Мне интересно, как ты собираешься пройти в заведение, если не являешься членом клуба? Чтобы заполучить членство нужна как минимум неделю на все проверки. Если не ошибаюсь, нужно даже заключать двусторонний договор.

— Как раз сегодня мне пришло письмо, где говорится о том, что моя кандидатура одобрена. Теперь я являюсь почётным членом стриптиз-клуба «Врата Рая»! — из уст моего босса это звучит достаточно горделиво, хотя, если подумать, гордиться особо нечем.

— Как хочешь, но если я буду знать, что ты смотришь на меня в то время, пока я буду танцевать, то имей в виду, я сдрейфлю из-за тебя. Так что лучше не попадайся мне на глаза! — наигранно строго произношу я.

— Хорошо. Будем считать, что нашего разговора не было. Удачи тебе, Макария! — говорит он и отключается.

Тео вчера обмолвился, что после собрания мне нужно на зубок знать главный коллективный номер «От заката до заката» и прогнать его вместе с другими танцовщицами перед самым открытием, а так как пока ещё я не могу совладать с синхронностью, то мне необходимо выложиться по максимуму, если я надеюсь заполучить сольник в предстоящей шоу-программе. После закрытия он не очень-то был доволен моим приват-танцем, хоть и не озвучил это вслух. Мне самой пришлось догадываться, почему же он ожесточился на меня, назвав моё выступление неуклюжим, когда все девчонки единогласно утверждали, что номер для новичка получился выше всяких похвал. Я связала это именно с танцем для Натаниэля. Трисс посоветовала не обращать на босса внимания, так как она думает, что тот просто-напросто положил на меня глаз, поэтому и выместил свою злобу на меня. Вот только я одного не понимаю. Если верить словам Трисс, (а ей стоит верить, потому как она одна-единственная продержалась в этом клубе больше года и успела покувыркаться и с тем, и с другим, в своё время, поэтому во всех смыслах знает их лучше всех остальных), то как Тео мог положить глаз на стриптизёршу, зная, что её могут лапать другие мужчины, да ещё метать громы и молнии по этому поводу. Мужская логика. Мне её не понять. Но мне и не нужно. Тео мне не интересен как мужчина. Пожалуй, мне уже никто не интересен.

— О, ты уже здесь, Макария!? — войдя в гримёрку, бросает Анабель, вместо приветствия, как обычно, закатывая на мою персону глаза. — Не важно выглядишь. Придётся наносить много грима, чтобы скрыть эти огромные круги под глазами.

Эта рыжая бестия с огромными сиськами недолюбливает меня. Считает своей конкуренткой, и всерьёз думает, что мы здесь находимся в условиях соревнований. Я спокойно отношусь к ней, зная, что сегодня увижу её в последний раз, но в реальных рабочих условиях я бы с ней не ужилась. Но в чём-то она всё же права. Если смотреть правде в глаза, то видок у меня и впрямь не самый свежий. Ночью мне практически не удалось поспать из-за того, что вместо овечек я считала козлов, одним из которых был Натаниэль.

— Мои ненавистные огромные тёмные круги скроет макияж, а вот скроет ли он твоё скудоумие, у меня большие сомнения, — улыбаюсь я, смотря на себя в зеркало, после чего слышу её громкое «ах» и тихий смех, доносящийся от девчонок, которые переодеваются за ширмой.

Сработало. Я вывела эту стервозную куклу из себя.

— Что ты вчера сделала с тем бедным парнем из второй комнаты? Ты дала ему снотворное во время своего танца? Когда я вошла к нему он практически был в отключке, правда мне всё же удалось его взбодрить. Обожаю, когда такие мужчины благодарят меня своей эрекцией.

Что? Она была в комнате с Натаниэлем после меня? Похоже, меня только что отправили в нокдаун. Больно.

— По лицу вижу, неприятно, да? Знай, Макария, я везде тебя обставлю! — враждебно настроена она. Стоя у меня за спиной, она в упор лупит в моё отражение в зеркале своими поросячьими глазками цвета свежих экскрементов, мысленно при этом посмеиваясь надо мной.

— Девочки, может хватит?! — обращается к нам одна из близняшек, то ли Лив, то ли Лиса. Мне их никогда не различить. Разве что, для этого мне нужно обладать способностью рентгеновского зрения, так как ходят слухи, что у одной из них пирсинг на клиторе. В остальном они абсолютно одинаковые.

— Валяй! — игнорирую я близняшку — Мне всё равно на тебя и на то, что ты делаешь! Я не собираюсь с тобой устраивать поединки за внимание клиентов. Слишком много чести.

Только Анабель открывает рот, вероятно, чтобы изрыгнуть в меня своими помоями изо рта, как вдруг в гримёрку врывается Палмер — администратор смены.

— Девочки, через 20 минут состоится общее собрание. Будьте готовы! — впопыхах заявляет она, разглядывая что-то у себя в планшете. Краснея, как варёный рак, она глядит на меня таким взглядом, будто на экране отображается мой диагноз, в котором говорится, что я больна всеми смертельными болезнями на свете. — Макария, тебя ждёт на пару слов мистер Неттинг.

Так вот оно что… Что ж, я ошиблась. Этот взгляд означает — неизбежное четвертование самим «Летучим Голландцем». Так нарекла его наша команда, ведь он вроде бы есть, но его как бы и нет. Хотя исходя из описания, я дала бы ему прозвище «Целлюлит». Он как бы тоже есть, но бывает, что его и не видно до поры до времени.

— Зачем? Что ему нужно? — заикаюсь я.

— Это обычное дело. После первого выступления вновь прибывших он проводит беседу с каждой. Так что не стоит переживать! — делает короткую паузу. Кажется, даже сама она не верит своим словам. — Офис мистера Неттинга находится на третьем этаже. Анабель, будь готова, ты следующая, а после состоится общее собрание. Поторопись, Макария!

Я подпрыгиваю из кресла и на полусогнутых прохожу через сцену, после чего поднимаюсь по лестнице и оказываюсь на третьем этаже. Мне ещё не доводилось быть здесь, но отмечу, что находиться в этом месте не совсем комфортно. Хотя может это только потому, что меня поджидает здесь пока одна лишь неосведомлённость. Я понятия не имею, что можно ожидать от этого человека. Я медленно огибаю офис Тео. Двери его кабинета настежь распахнуты и можно увидеть даже то, как наш босс усердно трудится, собирая пасьянс на своём аймаке. Следом располагается ещё один кабинет и в отличии от двери в кабинет Тео, эта дверь плотно закрыта. По сути, в них нет никаких отличий. Разве что от двери кабинета мистера Неттинга веет устрашающей безызвестностью, которая вгоняет меня в ступор. А я ведь даже ещё не видела его ни разу. Коротко постучавши в дверь, я прислушиваюсь. Мне никто не отвечает. Я проделываю это ещё раз, но только уже громче — снова ни ответа, ни привета. Может он там совокупляется с кем-то? Я наслышана подобными историями о нём с Трисс, да и не припомню, чтобы сегодня видела её в гримёрке. Остерегаясь, что мне придётся лицезреть своего босса в непристойном виде, я всё-таки вхожу без приглашений. Плевать я хотела на правила этикета.

— Добрый день, мистер Неттинг! — выпаливаю я, зажмурив глаза на случай, если он будет с голым задом.

— Моё почтение, Макария! — слышу я этот голос, отчего в момент округляю глаза. — Присаживайся.

Натаниэль сидит в кожаном кресле за столом, откинувшись на спинку, и с косой ухмылкой изучает моё выражение лица, которое выражает: «Пожалуй, четвертование было бы куда лучше, чем вот это всё». Чтоб меня молнией пронзило! Как он здесь оказался, чёрт побери?

— Натаниэль? — пищу я, стоя в позе контуженного солдатика.

— Вообще-то Даймонд Неттинг, но для тебя я могу быть кем угодно, ведь так?

— Д-д-даймонд? Что всё это значит?

— Дьявол, что у тебя с голосом? Ты дышала гелием, пока сюда шла? — усмехается он, сложа руки на столе.

— Это шутка какая-то? Что ты здесь делаешь?

Он поднимается, подходит ко мне, берёт за плечи и усаживает в кресло, так как, оказалось, меня парализовало. Затем Натаниэль возвращается на своё место и, ещё с мгновение посматривая на меня, глубоко вздыхает и покачивает своей головой, будто увидел перед собой самое горькое разочарование в своей жизни.

— Ты работаешь на меня и сейчас находишься в моём клубе. А теперь встречный вопрос: что ТЫ здесь забыла? — пальцем указывает на меня. Его тон меняется, он становится скорее осуждающим, чем насмешливым.

— Я…я…я — задыхаюсь от нахлынувших не совсем приятных эмоций.

— Что я-я-я? Ты хочешь сказать, что ты лгунья? Или, быть может, ты хочешь сказать, что ошиблась адресом, заявляясь сюда? А может ты хотела сказать, что ты шлюха, какие у нас в почёте? Что из этого, ответь Дьявол? Или как мне теперь прикажешь тебя называть?

Что на него нашло? Почему он ни с того ни с сего начал отчитывать меня? Мы друг другу никто. Или он что-то навыдумывал себе? Тоже мне святоша нашёлся! Да он сам лжец, каких ещё земля не видывала!

— Называйте меня Макарией, мистер Неттинг, — спокойно отвечаю я, взяв всю волю в кулак. Мне смертельно важно не испортить с ним отношения, коль уж он и есть мой босс. Лживый липовый босс. — Это всё, что вы хотели мне сказать? Я могу идти и готовиться к репетиции?

— Ты не будешь здесь работать! — прожигает он дыру во мне своим уничтожающим взглядом. — Собирай своё барахло и выметайся отсюда!

— Что? Да как ты смеешь?

— Ещё как смею! — он обходит своё рабочее место и, погружая руки в карманы, садится на край стола. Даже, если бы я сидела где-то в миле от его ледяных глаз, то всё равно почувствовала бы это отчётливое враждебное излучение, исходящее от него. — Всё очень просто! За мной осталось последнее слово. Ты не прошла мою проверку, поэтому я расторгаю контракт с тобой.

— Это ещё почему? — смотрю я на него исподлобья, мечтая вцепиться в его наглую симпатичную рожу и искромсать её на кусочки. — Неужели станцевала хуже Анабель?

Он подносит руку к подбородку и постукивает по нему, делая вид, будто действительно обдумывает мой вопрос.

— Нет, ничуть не хуже. Я бы даже сказал, наоборот. Лучше для меня ещё никто не танцевал в красной комнате.

— Да что ты? — хмыкаю я, не в силах не реагировать на его борзость. — Мне интересно, ты всех проверяешь подобным образом?

— Нет, только в особых случаях. А ты, Дьявол, случай как раз ОСОБЫЙ.

— Тогда в чём дело, я не пойму?

Он складывает руки на груди и снова скалится на меня.

— В твоих отчётах говорилось, что ты не готова пойти дальше красной комнаты с клиентами, правильно? — спрашивает он, я рассеянно киваю. — Я не могу держать у себя в штате бесполезную девку, которая только и может, что крутиться на коленях, как волчок. Признаю, у тебя неплохо это получается, но подобного и в любых других заведениях предостаточно. Могу пристроить тебя в клуб «Баттерфляй», если хочешь. Но здесь, увы, условия ставлю я, Макария.

— Если проблемы только в этом, то я могу включить в список ещё и жёлтую комнату, — нерешительно отвечаю. Я понимаю, что, если мне и суждено встретиться с Маркусом, то это уже будет в жёлтой комнате, исходя из его пристрастий облизывать и лапать танцовщиц.

— Извини, крошка, но этого слишком мало для того, чтобы поменять моё решение, — разводит он руки в стороны и с наигранным сожалением смотрит на меня, — поэтому я вынужден поставить тебе ультиматум: либо ты открываешь все услуги в нашем прайс-листе, включая зелёную комнату, либо проваливаешь сию же минуту.

Он ничуть не шутит. Что он задумал? Он хочет, чтобы я стала шлюхой, как и все остальные?

— Да пошёл ты! — выкрикиваю, и резко дёргаюсь к двери, но его ручища успевает захлопнуть её прямо перед моим носом. Он с силой вдавливает меня своей грудью в дерево, я не могу даже пошевелиться. Мне становится страшно. Может он насильник?

— Куда это ты собралась? — говорит он у самого моего уха — Даже и не думай, что ты выйдешь отсюда, пока не дашь мне ответ.

— Эй, у вас там всё хорошо? — доносится голос Тео с обратной стороны двери.

— Тео… — не могу договорить, так как он затыкает мне рот своей ладонью.

— Всё отлично, Тео! Можешь идти по своим делам! Увидимся на собрании! — громко перекрикивает он моё мычание. — Я жду, Дьявол!

— Мм-м-бб, — мычу я.

— Что? Мне не послышалось? — издевается он надо мной. Мне уже становится нечем дышать, он перекрыл мне все возможные доступы кислорода собой. — Ты сказала: я выполню всё, что угодно, мистер Неттинг?

— Мм-мб-мм, — наконец додумывается он убрать свою руку от моего рта. — Я сказала пошёл ты к чёрту, мерзкий говнюк!

Он снова прикладывает свою ладонь к моему рту и резко разворачивает к себе лицом. Больно.

— Ответ неверный, стерва! Я спрашиваю в последний раз! Либо ты соглашаешься на все условия, либо исчезаешь из этого клуба!

Наглец! Будь он проклят!

Он начинает заметно тяжелее дышать, и я не могу понять нравится ли ему всё то, что в настоящий момент происходит или же он действительно находится в бешенстве. Похоже, мой босс тот ещё псих с наклонностями маньяка. Хотя помнится тот громила из комнаты с детектором лжи отзывался о нём очень лестно. Видимо, он не знает всей правды о нём, и в этом здании не одна я двуликая. Нас как минимум уже двое.

Я поднимаю на него свои испуганные глаза и судорожно киваю ему, после чего он плавно убирает свою ладонь от моего лица и помещает её себе в карман.

— Хорошо, я согласна, — быстро отвечаю я, чтобы в последний момент не передумать.

— Развёрнуто, Макария. Я хочу услышать развёрнутый ответ. Согласна на что? С миром покинуть наш клуб? Или пойти со мной в зелёную комнату прямо сейчас?

— Я согласна вписать свою кандидатуру в обширный прайс-лист, но с тобой я никуда не пойду.

Даймонд фыркает, обхватывает моё лицо ладонями и растягивает губы в зловещей улыбке.

— А это мы ещё посмотрим! — говорит он, после чего как ни в чём не бывало направляется на своё место. — Ты свободна! Скажи Анабель, что я жду её у себя.

Раз уж я начала день с греха, то было бы правильней им и продолжить. Тем более завершить его я планировала всё тем же грехом, поэтому не имеет смысла сколько раз за сегодня я согрешу, главное — суметь вовремя остановиться. Вернувшись в гримёрку, я надеваю на лицо маску, не выражающую абсолютно никаких эмоций, и тихонечко прохожу за ширму, чтобы переодеться в концертный наряд на репетицию. Анабель, видя, что я пришла от босса целая и невредимая, расправляет свои плечи, и уже планирует упорхать на встречу с нашим дорого уважаемым начальником.

— Мистер Неттинг велел передать тебе, что его всё устраивает в твоих выступлениях, и поэтому ему необязательно вести с тобой беседу. Можешь радоваться, ты в который раз меня обставила, Анабель, — говорю я спокойным тоном, а у самой внутри бурлит адреналин вперемешку с ядовитой смесью, которую необходимо выместить. И так удачно совпало, что эта стерва попалась мне под горячую руку.

— Что я тебе говорила? Я всегда была, есть и буду на вершине пьедестала! — чересчур самонадеянно лепечет она и снова берётся за свой макияж с причёской.

— Может быть, но как бы высоко ты не поднялась, всегда найдётся куда падать. Чем выше, тем больнее. Не забывай об этом, дорогая Анабель.

— Что бы ты понимала вообще в этом? — смеётся она. — Такие как ты вечно будут ниже меня по всем фронтам. Привыкай, дорогая Макария.

— Мне приземлённой не привыкать, я упаду и отряхнусь. Так было и будет всегда. Я не жалуюсь.

— Девочки, со-о-бра-а-а-ни-е! — доносится утробный голос Тео в микрофон.

Цокая каблуками стрипов, словно табуном, мы выходим в центр сцены. Я осознанно стараюсь затеряться в этой разношерстной толпе, чтобы в случае чего не привлекать к себе внимание своего ненормального босса. Тем более находясь в этом ужасно неудобном наряде, в котором интригой будет, разве что моя причёска снизу, если вы понимаете, о чём я. Я стараюсь даже не высовываться, поэтому не знаю все ли боссы уже в сборе.

— Много говорить не буду, — начинает Тео. — Скажу, что я не очень доволен вчерашним днём, а именно… Прошу выйти вперёд тех, кого я сейчас назову: Трисс, Лиса, Сандра и Макария.

Вот же дерьмо!

Я подчиняюсь и обхожу толпу. Встаю впереди девчонок, держа при этом руки по швам, и готовлюсь к худшему. Краем глаза я вижу, что Даймонд так же удосужился присоединиться к нам и уже сидит на мягком диванчике прямо возле Палмер, устремляя именно на меня свой ожесточённый взгляд, от которого непроизвольно бежит холодок по спине.

— У меня к вам всего один вопрос! Какого хрена? — сердится Тео — Какого хрена вы делали? Каждая из вас устроила беспредел в своих комнатах с клиентами. Если с Трисс, Лисой и Сандрой мне всё понятно, они устроили соревнование, то тебя Макария я понять не смог. Что за своеволие? Может тебе стоит ещё раз прочитать правила, чтобы в следующий раз не позволять себе делать то, что ты можешь позволить себе только в жёлтых и зелёных комнатах.

Только я намереваюсь сказать что-то в своё оправдание, как меня перебивает больной на всю голову достопочтенный босс.

— Тео, я с ней это уже обсудил, поэтому не стоит её сейчас обвинять в том, что она слегка перегнула палку, — говорит он ему, но не сводит взгляд с меня. — Клиент на сколько мне известно остался доволен, так что в первый и последний раз ей это позволительно. Да, пока не забыл, — уже обращается он к Палмер. — С сегодняшнего вечера на Макарии стоит зелёный свет, поэтому запиши её в свои заметки или куда ты там всё это записываешь…

— Что? — на несколько октав выше с удивлением тянет Тео — Нет, я против. Она ещё неопытная!

— Я против того, что ты против. Палмер, уйди, пожалуйста. Скройся где-нибудь до открытия, чтобы у нашего мистера Элмерза не было возможности отыскать тебя и внести изменения в прайс-лист.

— Да, конечно, мистер Неттинг.

Палмер вынуждена покинуть собрание. Направляясь в сторону подсобных помещений, она судорожно печатает что-то в планшете тогда, когда Тео следует за ней.

— Палмер, стой! Я тебя уволю, если ты это сделаешь! — на полном серьёзе угрожает ей Тео, но она не обращает на него внимания. Видимо, и правда Даймонд находится здесь в большем авторитете.

— Всё в порядке, не слушай его! Помни, кто оплачивает твой труд! — посмеиваясь в кулак, выкрикивает он, затем как по мановению волшебной палочки его выражение лица меняется, улыбка исчезает с лица, а взгляд сосредотачивается на ком-то из девчонок. Я с облечением выдыхаю, понимая, что речь сейчас будет вестись не обо мне. — Анабель, подойди поближе, пожалуйста.

— Да, мистер Неттинг, — бурчит она, поравнявшись со мной.

— Ты забыла где находишься? Или ты думаешь, что здесь всё сходит с рук? Почему ты не явилась ко мне в кабинет?

Краем глаза я наблюдаю за Анабель, та вместо того, чтобы что-то сказать в ответ начинает хватать ртом воздух, изредка похлопывая глазами. Это нелепое выражение на её запудренном лице доставляет мне небывалое удовольствие. Хоть кто-то поставил её на место.

— Я…я…я думала, что вы всем довольны и не имеет смысла вас беспокоить понапрасну, — мямлит она, с прищуром метнув на меня взгляд.

— Ещё одна подобная выходка и ты вылетишь в свой Вегас первым же рейсом. Я не шучу!

— Я поняла! Больше такого не повторится!

— За работу! — хлопает он в ладоши — Уже через два часа двери нашего клуба открываются для посетителей. Трисс, зайдёшь ко мне через десять минут.

Трисс — красивая, высокая и стройная блондинка. Практически вся натуральная, разве что ресницы накладные, но для её образа ей это позволительно. Она пользуется большим спросом у клиентов, но, как оказалось, и Даймонд в своё время клюнул на её удочку. Правда здесь нужно ещё разобраться кто на кого клюнул, потому как я не заметила, чтобы он пускал слюни на неё, а вот от неё за версту несёт повышенным интересом к его персоне. Если присмотреться, то можно увидеть, как из её глаз выстреливают сердечки, когда она удостаивается его взгляда. За всё, чему я научилась в этом клубе за неделю, нужно благодарить Трисс. Она обучила меня урокам на пилоне, показала, как правильно использовать свой взгляд и тело, и, наверное, она единственный человек, с кем я успела здесь подружиться. Правда она очень болтливая и чрезмерно любопытная, и от её любопытства я порой просто устаю. Ей хочется узнать буквально всё обо мне. В связи с этим, с недавних пор, я стараюсь всячески избегать её. Я боюсь сболтнуть лишнего, так как оказалось, именно этого мне чертовски не хватает. У меня наблюдается катастрофический дефицит простого задушевного общения с обычными людьми, с такими же, как и я, не будь я повязана руками и ногами контрактом с «Армагеддоном».

— Это ты подставила меня, чёртова сука! — цепляется мне в волосы Анабель, когда я даже в гримёрку ещё не успеваю войти — Ты натравила на меня Летучего Голландца! Я тебе устрою, гадина.

— Отпусти меня! — кричу я, пытаясь ослабить её пальцы.

Анабель сильнее цепляется мне в волосы и от того, что кожу головы пронзает резкая боль я сгибаюсь пополам. Она этим пользуется и со всей дури вмазывает мне своим коленом в лицо.

— Охрана! — истошно вопит кто-то из девчонок — Скорее сюда!

Чувствуя во рту металлический привкус крови, я прихожу в бешенство. Я не могу просто так позволить ей испортить всё то, к чему я шла всю эту неделю. Подумывая о том, что, возможно, моё лицо разбито, и что из-за этого я вряд ли теперь смогу выйти на сцену, мой внутренний зверь вынуждает меня выпустить его на свободу. Одной рукой я хватаю её за шею, нагибаю, а затем и вовсе сбиваю с ног. Я седлаю её и начинаю сдавливать ей горло, абсолютно ни о чём не сожалея.

— Не смей трогать меня, дрянь! — цежу я сквозь зубы.

— Макария! — слышу чей-то мужской встревоженный голос, но я не могу сконцентрироваться на нём из-за ярости, разрастающейся внутри меня, она застилает мой разум, и с каждой секундой я сжимаю её глотку только сильнее. — Макария, отпусти её. Ты же её задушишь.

Я игнорирую эти слова и на сей раз, но затем кто-то сначала скручивает мне руки, а потом хватает в охапку и куда-то тащит за собой.

— Я убью тебя, если ты ещё раз ко мне прикоснёшься! — плююсь я желчью, видя кашляющую Анабель, которая держится за горло и провожает нас испуганным взглядом, пока я непонятно куда и с кем отдаляюсь от неё.

— Что на тебя нашло, Макария? Что она тебе сделала, что тебя это настолько вывело из себя?

Я наконец смотрю на его лицо и узнаю в нём своего долбанного босса. Он тащит меня куда-то на своих руках.

— Что у меня с лицом? — напряжённо спрашиваю, трогая свои губы. Это важнее всего. Моя миссия важнее всего. Я не могу из-за этой мерзавки терять своё драгоценное время.

Я подношу трясущиеся пальцы к лицу и вижу на них кровь. Она моя?

— Губа сильно рассечена, — говорит он, проведя пальцем по моему подбородку. Он вытирает с него кровь. — Тебе нужно показаться доктору. Я отвезу тебя.

— Я сама, отпусти меня! — начинаю я противиться и брыкаться. — Разве ты не должен сейчас развлекаться с Трисс?

— Как раз должен был, но почему-то вместо этого я разнимаю двух ополоумевших, сорвавшихся с цепей овчарок! — орёт он, держа путь по узкому коридору к выходу.

— Не утруждай себя! И отпусти меня! Я сама могу идти.

— Хорошо, — останавливается он и начинает с осторожностью проговаривать каждое слово: — Но ты обещаешь, что успокоишься и поедешь к доктору, чтобы он осмотрел твою рану?

Я киваю и как только он опускает меня на пол, что есть ног мчусь обратно в гримёрку. Нет, не для того, чтобы разорвать эту суку в клочья, а для того, чтобы оценить степень тяжести, нанесённых ею побоев. Мне нужно убедиться в том, что я смогу сегодня выступать. Но если же я вдруг пойму, что выйти на сцену сегодня мне не удастся, то найду эту тварь и линчую.

— Макария, чтоб тебя! Ну вот какого хрена ты такая твердолобая?! — кричит он.

Слышу, как он гонится следом за мной, но я успеваю прошмыгнуть в гримёрку и закрыть за собой дверь на замок.

— Открой! Сейчас же!

Оглянувшись, я убеждаюсь в том, что свидетелями наших разборок, только теперь уже с Даймондом, становится практически весь состав нашей команды. Девицы чего-то выжидают, устроившись на диванах. Вероятно, шоу-программу под названием: «надери боссу задницу и пошли его к чёрту», поэтому я спешу выполнить хотя бы часть представления. Мне уже терять нечего.

— Иди ко всем чертям, Натаниэль или как там тебя!? Я не открою дверь! Я собираюсь готовиться к вечерней программе!

— Через десять минут в моём кабинете! И только попробуй не прийти! — грозно рычит он, после чего слышатся шаги. Он уходит.

Глянув на своё отражение в зеркале, я немного успокаиваюсь. Нижняя губа выглядит не так уж и плохо. Немного припухшая и если правильно нанести макияж, то можно даже скрыть следы покраснений, но я твёрдо убеждена, что завтра будет только хуже, если вовремя не обработать рану.

Плевать! Я должна именно сегодня выполнить задание. На лечение у меня уже нет времени. Я не потерплю находиться здесь даже лишний день, не говоря уже о лишней неделе. Тем более зная, что где-то поблизости топчется этот шеф-болван.

Я нарочно игнорирую требование Даймонда и не заявляюсь к нему в офис ни через десять минут, ни через полчаса, ни даже через час. Всё то время, что я нахожусь в гримёрке, девчонки пялятся на меня, но не торопятся допрашивать. Вероятно, мой настрой читается у меня по глазам налитых кровью, поэтому-то никто и не лезет. На удивление Анабель так же молча сидит на стуле в углу, но она в отличии от других даже не смотрит в мою сторону, и я крайне рада этому факту. Хоть какая-то радость за целый день. Надо почаще конфликтовать, чтобы радоваться даже таким мелочам.

***

Ещё через час Палмер заходит к нам с новостью о том, что через три минуты нам всем нужно выходить на сцену. Начинается наша программа. Мы прогоняем номер за номером. Не успеваем даже отдышаться. Наконец, когда подходит очередь сольных выходов, я хоть как-то могу перевести дух перед своим выступлением, так как передо мной танцует Трисс, поэтому у меня появляется возможность вернуться в гримёрку. Войдя в пустое помещение, я прохожу к своему месту и достаю из потайного кармана рюкзака флимотоксин. Убедившись, что никто не наблюдает за мной, я засовываю этот крошечный флакон в бюстгальтер. Флимотоксин — сильнодействующий яд, моментально поражающий нервную систему, и заставляющий все жизненно важные органы разом отказать. Чем он ещё уникален, так это тем, что никакие вскрытия и анализы не могут выявить в организме это вещество. По этой причине я и не оставляю за собой никаких следов. Я всегда остаюсь вне подозрений. Этот яд был разработан специально для меня. Я единственная в «Армагеддоне», кто пользуется подобными методами. Вероятно, именно поэтому в штабе меня в шутку прозвали «Чёрной вдовой». Примечательно, что этот яд может сработать только, если принять его внутрь, в соприкосновении с кожей он абсолютно безвреден, а вот, если хотя бы кончиком языка прикоснуться к участку, на который нанесён яд, ты не успеешь даже ни о чём подумать. Боюсь, что и жизнь перед глазами не успевает пронестись.

— Макария, твой выход, — с задором заявляет Палмер. — Давай, задай им жару!

— Постараюсь!

Под Digital Star by Ocean Jet и в достаточно откровенном наряде я выхожу на сцену с определённой задачей — завладеть вниманием Маркуса Раша. За время, проведённое здесь, я уже успела немного узнать о нём. Конечно, у меня было бы гораздо больше шансов на успех, если бы он, к примеру, заказывал что-нибудь из бара. В этом случае мне не пришлось бы подвергать себя опасности и не наносить на тело смертельный яд. Я могла бы подсыпать его ему, скажем, в бокал с виски. Но дело в том, что этот ушлый старикашка напрочь игнорирует наш бар и кухню, как будто догадывается, что кто-то спит и видит, как лишит его жизни путём отравления. Потому-то в настоящий момент мой танец — это огнестрельное оружие, моё тело — пуля, а взгляд — спусковой крючок. Остаётся только отыскать саму мишень, но это не так уж и сложно. Он сам выдаёт себя.

После того, как я раскованно скольжу по пилону и плавно кружусь вокруг него, он наконец-то обращает на меня своё внимание. Когда убеждаюсь в том, что Раш не сводит с меня глаз, я подумываю над тем, что не плохо было бы выполнить трюк, которому меня обучила Трисс. Для такого элемента требуется непревзойдённая растяжка, а с недавних пор я имею «чёрный пояс» и по растяжке в том числе, так что мне не составляет труда, перенести свой вес на руки, крепко удерживаясь ими за шест, и раскрыть ноги в «Крыле бабочки», паря при этом в воздухе вокруг него. Эффектное зрелище и при том при всём это один их самых простейших элементов в стриппластике, но Маркус всё же клюёт на него. Он незамедлительно оставляет свой ВИП-столик и перебирается за подиум с пилоном, где я и нахожусь. Я скольжу вниз по шесту, встаю на четвереньки и ползу к нему. Как же мне хочется закатить глаза на его до того противную физиономию. Не понимаю я стриптизёрш. Как эта работа может доставлять удовольствие? Как старики, пускающие на тебя слюни, могут вызывать желание заниматься тем, чем занимаюсь я в настоящий момент? Наконец, когда музыка уже приближается к завершению я полностью завладеваю вниманием Раша. Мне остаётся только подмигнуть ему и потискать за щёки перед уходом. Что я, собственно говоря, и делаю.

Возвращаюсь я в гримёрку с чувством полной уверенности, что через несколько минут ко не ворвётся Палмер и скажет, что меня ожидают в жёлтой комнате, поэтому я заблаговременно достаю флакон с ядом и наношу несколько капель себе на грудь. Только я успеваю спрятать улики в потайной карман рюкзака, как вдруг слышу эти самые заветные слова:

— Макария, через пять минут тебя ждут в 11-й комнате, — говорит Палмер с неестественной улыбкой во весь рот.

Сработало!

— Стой, Палмер! — кричу я, когда она уже собирается уходить. — Кто в ней?

— Мужчина, кто же ещё!? — оторопело отвечает она.

— Да я и не думала, что там может быть женщина. Я о том, как он выглядит? Молодой или не очень?

— У наших клиентов нет возраста, ты ведь знаешь.

— Не скажешь, да?

— Нет, извини.

Открываю дверь 11-й комнаты и моё сердце начинает болезненно отдавать мне в рёбра. Не знаю, чего я боюсь. Подобное я проворачивала по меньшей мере 8 раз, но оно будто бы чувствует что-то неладное, предостерегает меня от чего-то и, видимо, не зря. Как только я закрываю за собой дверь в нос моментально ударяет парфюм моего ненаглядного босса, а, дойдя до противоположной стены, у которой стоит мягкий диван, я убеждаюсь в своих догадках — передо мной сидит Даймонд собственной персоной. Откинувшись на спинку дивана и раскинув руки на неё по обе стороны, он чему-то ехидно ухмыляется. Вот только мне совсем не до веселья. На моём теле смертельная доза яда, которая должна была достаться совершенно другому человеку. Моя душа уходит в пятки и, дрожа от страха за его жизнь, болтается в эту секунду на длинном каблуке стрипа. Струсив, мне не остаётся ничего, кроме как попытаться быстро развернуться и пулей выскочить из комнаты. Но, как всегда, босс оказывается на шаг впереди меня.

— Куда это ты опять собралась? — грубо хватает меня за руку и тащит против моей воли на диван — Ты не явилась в мой кабинет, поэтому я решил, что ты только этого и добиваешься.

— Прошу тебя, мне нужно уйти! — с ужасом в глазах молю я его.

Он усаживает меня на диван, а сам подходит к двери и закрывает её на ключ, который погружает себе в карман брюк.

— Я так не думаю.

— Даймонд, ты не понимаешь…

— О, я всё понимаю, Дьявол. Неужели ты и впрямь думала, что я позволю тебе уединяться с другими мужчинами в моём же клубе?

Босс берёт стул, который стоит в углу, ставит его прямо напротив меня и усаживается на него, отгородившись при этом спинкой, как барьером.

— А что, разве нет?

— Конечно нет! Только не на моей территории!

— Ты что же, ревнуешь? — щурюсь я, начиная потихоньку соображать что к чему.

— А разве должен? — смело спрашивает он. Поглаживая свой подбородок, он не сводит с меня глаз и даже не моргает.

— Да чёрт тебя разберёшь! Тогда что всё это значит? Ты весь день только и твердишь о том, что я бесполезная и намекаешь на то, что я должна трахаться налево и направо, если хочу оставить за собой место в этом клубе! — рьяно размахиваю руками прямо перед его носом.

— Это было забавы ради. Считай, что так я веселюсь, — ёрничает он. — Ты ведь тоже обставила меня, назвав себя стюардессой.

— Ты сам не лучше! Тоже мне Натаниэль — офисный клерк на побегушках!

— Я утаил лишь причину, по которой остановился в том отеле, чтобы ты клюнула на меня. А знаешь почему? — спрашивает он, я тупо моргаю. — Потому что ты сама обмолвилась мне, что в твоей глупой головёшке сложился дурацкий стереотип о том, что молодой мужчина, который живёт на широкую ногу обязательно должен сидеть на шее у родителей. Я не стал заморачиваться по этому поводу и доказывать тебе обратное!

— Хотя бы попытался! — надуваю губы.

— Зачем? Я никогда и никому не говорю кто я есть на самом деле! Тем более девушкам! Тем более сомнительным! Это же в итоге пойдёт против меня! Я хотел лишь трахнуть тебя, да разбежаться, а для этого ни мне, ни тебе необязательно было знать всю подноготную!

Он говорит это так спокойно, что кажется будто мы ведём диалоги о рыбалке. И, по всей видимости, я и оказалась на его крючке, раз клюнула на все его слова, сказанные им в Ницце, как на живца. Глупая! Какая же я идиотка! Я ведь думала он был искренен со мной.

— Я надеялась, что ты не такой как все, но как оказалось ты намного хуже! Да на тебе клейма негде ставить! До того ты гнусный! — почти кричу я, чуть ли не плача. Не знаю почему, но мне невыносимо обидно. Возможно, потому что я чуть ли по глупости не отдала этому человеку свою девственность, а он оказался тем ещё подлецом.

— Вот мы и скинули свои лживые маски, поэтому самое время рассказать мне всю правду, — вытягивает он руку, чтобы дотронуться до моих волос, я рефлекторно откидываюсь назад, лишь бы он не задел обмазанный ядом участок кожи на груди. — Кто ты, Макария?

— Ты хочешь узнать правду обо мне?

Он едва заметно кивает и поднимает указательный палец вверх, чтобы я обратила на него особое внимание.

— Только маленькое уточнение: всю правду. Я хочу знать о тебе всё. Можешь начать с того, как ты здесь оказалась.

Да плевать! Пусть знает!

— Я пришла сюда не из-за сладкой жизни, знаешь ли. Мне нужны деньги. Большие деньги! А где их ещё можно заработать, не имея образования?

— Хорошо, но как ты объяснишь своё пребывание в самом дорогом отеле Ниццы?

Кажется, он не поверил мне. Он насмехается надо мной?

— Всё на самом деле довольно просто! Я участвовала в одном конкурсе и выиграла путёвку на два дня. Всё это оплачивал спонсор данного конкурса. Мне крупно повезло!

Ложь! Я погрязла во лжи! Но, к счастью, прозвучало довольно правдоподобно.

— Допустим, и для чего же тебе нужны эти, как ты выразилась, «огромные» деньги?

— Мой брат сильно болен! Ему требуется пересадка лёгких, иначе он не выживет, — еле слышно мямлю я, опустив взгляд в пол.

Его насмешливая улыбка после моих слов в ту же секунду сходит с лица.

— Чёрт подери! — ругается себе под нос и подрывается со стула — Почему ты раньше мне не сказала?

— Может мне ещё табличку надеть на себя и просить милостыню у наших клиентов?

Ничего не ответив мне, он достаёт из кармана ключ, отрешённо подходит к двери, открывает её и разворачивается ко мне лицом.

— Можешь идти, — тихо произносит он, даже не глянув в мою сторону. Он смотрит куда-то за меня

Я поднимаюсь и, обойдя его, выхожу из помещения.

— Я прикажу Палмер не вносить тебя в прайс. С этого дня будешь танцевать только на сцене.

Только этого мне не хватало! А как же Раш?

— Я не прошу делать мне поблажки. Я готова на всё! Мне очень нужны деньги!

Да, а под деньгами я подразумеваю «выполнение задания».

— С этим я как-нибудь разберусь, — хмурит он брови, всё так же находясь где-то глубоко в своих мыслях. — Можешь идти!

— Но, Даймонд, я не могу так!

— Я же сказал! Поезжай домой! Твоя смена на сегодня окончена! — рявкает он на меня. Я вздрагиваю от его слов, после чего он плетётся к себе в кабинет, шаркая подошвой ботинок.

Я в спешке спускаюсь на первый этаж и высматриваю Маркуса среди тех людей, кто ещё находится в партере. Вот только его след простыл, поэтому мне приходится вернуться в гримёрку и позвонить Омеге.

— Надеюсь, всё прошло успешно? — настороженно спрашивает он. — Я не смог прийти.

— Омега, у нас проблемы! — тараторю я. — Раш исчез, чёрт бы его попрал! Он не купился на меня.

На том конце повисает напряжённое молчание, поэтому я готовлюсь к самому худшему, а именно к тому, что моё задание передадут Мортису. 1439f7c

— В таком случае тебе придётся задержаться в этом месте ещё на неделю, либо проворачивать его убийство вне клуба, но, боюсь, с его охраной в одиночку ты не справишься. Давай сделаем так, у тебя есть ещё 7 дней на подготовку, постарайся за это время узнать о Раше больше. Если не получится сделать так, как ты планировала изначально, то я приставлю к тебе помощника. Так у вас будет куда больше шансов справиться с его телохранителями.

— Хорошо. Я постараюсь, — вдалеке слышаться чьи-то шаги. — Мне пора. До связи!

— Мне велено проследить за тем, чтобы ты поехала домой. Тебе вызвать такси? — спрашивает уже порядком уставшая и замученная Палмер.

— Тебе самой не помешало бы отдохнуть, — фальшиво улыбаюсь ей. — Я приехала на байке, так что в этом нет нужды. Могу и тебя подбросить, если хочешь.

— Ты не шутишь? — удивляется она.

— Нет, нисколько! Домчу с ветерком, если, конечно, ты не трусиха.

— По правде говоря, чтобы понять трусиха я или нет, мне нужно хотя бы попробовать. Мне не доводилось ещё ездить на мотоциклах.

— Тогда собирайся. Встретимся у служебного входа.