Глава 4

Солнце только появилось из-за гор, и первые лучи, пронзив туманную дымку, коснулись верхушек деревьев. Лес, еще сонный и влажный от ночной росы, постепенно просыпался. Птицы, почуяв тепло, начали перекличку, их щебет разливался над тишиной долины, словно серебряные колокольчики.

Воздух был свеж и напоен ароматами хвои и луговых трав. В низинах еще клубился туман, скрывая озеро, что тихо плескалось о песчаный берег. Ветра не было, и листья на деревьях замерли в ожидании грядущего дня. Природа затаила дыхание, словно готовясь к новому представлению.

Татьяна ждала ребят на скамейке у дома. Они появились вместе, как тени друг друга. По измятым лицам читалось, что мальчишки проснулись едва ли несколько мину назад, забыв даже о завтраке.

— Доброе утро, сони, — улыбнулась Татьяна. В ответ донеслось лишь невнятное бормотание.

Они прошли мимо, не задерживаясь, а девушка, словно нить за иголкой, последовала за ними. В плетёной корзинке, любовно собранной с вечера, покоился румяный мясной пирог, несколько сваренных вкрутую яиц и бутыль с клюквенным морсом. Привыкшая к осенним выездам на картошку, она позаботилась обо всём, а вот ребята, жадно втягивая ноздрями воздух, пытались уловить манящие кулинарные флюиды.

— Есть хотите? — скорее констатировала, чем спрашивала Татьяна.

Она часто готовила для детского дома, и сейчас, словно по наитию, поняла, что этим соням точно не помешает подкрепиться. Растущий организм требовал еды, при этом больше мясного.

Ребята лишь молча кивнули, устремив голодные взгляды на её корзинку.

— Нам осталось совсем немного. Давайте до озера доберемся, там и позавтракаем.

Сдерживая нетерпение, дети вздохнули, но согласились, и компания двинулась дальше. Минут двадцать спустя, вдали, словно россыпь бриллиантов, засверкало озеро. Солнце припекало, и мальчишки, оглашая округу радостными криками, опрометью бросились к воде.

— Только не вздумайте лезть в воду, простудитесь! — вырвалось у неё по привычке, но тут же осеклась, поймав на себе недоуменные взгляды.

— Талия, ты и это забыла? Мы не болеем, — усмехнулся Фарис.

— Не буду спорить, многое забыла! — улыбнулась она в ответ, а про себя отметила, что следует быть осторожнее. — Присаживайтесь на возвышенности, где травка, сейчас будем завтракать.

Они устроились полукругом, и Татьяна разделила пирог на равные части, оставив себе лишь крохотный кусочек «на всякий случай», затем раздала каждому по яйцу.

— Приятного аппетита! — пожелала девушка, отпивая морс из бутыли.

В этот момент что-то блеснуло в озере, словно солнечный зайчик, и раздался едва слышный всплеск.

«Рыба играет!» — подумала Татьяна и от неожиданности поперхнулась. Из воды на нее смотрели два огромных, немигающих глаза, а по поверхности озера причудливым змеиным узором вились пряди изумрудных волос.

Откашлявшись, она снова взглянула в ту сторону, но таинственный незнакомец не исчез, продолжая внимательно наблюдать то за ней, то за ребятами. Отставив бутыль, Татьяна, повинуясь внезапному порыву, решила подойти ближе. Возможно, кто-то посчитает это безрассудством, но девушка была уверена, что поступает правильно.

— Приветствую тебя, жительница вод! — произнесла Татьяна и слегка поклонилась. — Не желаешь ли присоединиться к нашему скромному завтраку?

Сзади кто-то из ребят неловко прокашлялся, второй судорожно вздохнул, а Татьяна все еще не могла отвести взгляд от явившейся пред ними диковины. Над гладью озера возникла голова — голова русалки. Лик ее был неземной красоты, словно сотканный из лунного света и речной прохлады. Волнистые пряди изумрудных волос, никогда не знавших ножниц, струились по плечам, обрамляя бледное лицо с точеным носиком и манящими розовыми губами. Но более всего поражали глаза — огромные, небесно-голубые омуты, обведенные густыми тенями ресниц. Казалось, вся красота мира сосредоточилась в их глубине, затмевая собой прочие черты.

Опомнившись от наваждения, Татьяна протянула русалке яйцо, но та лишь отрицательно покачала головой и кивнула на остатки пирога. Петровна с готовностью поднесла оставленный кусок, и русалка, чуть помедлив, протянула руку.

«Рука как рука, — машинально отметила Татьяна. — Ну, разве что, чуть бледнее обычного. Впрочем, что тут удивительного? Солнечных лучей не видела, вот и бела, как у столичных барышень, что от загара, как от чумы шарахаются».

Пока Петровна витала в грезах, Ларик, скинув с себя оцепенение, шагнул вперед и, как самый старший из присутствующих мужчин, взял переговоры в свои руки. Татьяна только хмыкнула, приготовившись внимательно слушать.

— Простите, леди! Если мы невольно нарушили ваш покой, — начал он, — но у нас к вам есть просьба. Русалка вскинула бровь, удивленно глядя на мальчишку, но тот, словно, не замечая ее изумления, продолжил: — Дело в том, что в поселении сейчас не лучшие времена с продовольствием. Мы молим вас об оказании неоценимой помощи в ловле рыбы, дабы не погибнуть от голода. Мы не останемся в долгу: если вам пришелся по вкусу пирог, будем приносить вам угощения и разные приятные безделушки.

Ларик бросил взгляд на Татьяну, намекая, что тянуть время нельзя.

Петровна, послушно кивнув, извлекла из корзинки цветастый платок, в котором лежали сокровища, найденные в старинном сундуке, и бережно разложила его перед русалкой. Та с опаской потянулась к нему и взяла тонкую шелковую ленточку. И тут, словно из ниоткуда, возникли десятки рук, жадно хватающих все, что попадалось под руку. Все это время прятавшиеся в тени, они оказались многочисленной семьей русалок, доселе молчаливо наблюдавшими за происходящим.

На платке осталось лежать лишь ожерелье из сверкающих полудрагоценных камней. Никто из русалок к нему не прикоснулся. Татьяна уже собиралась убрать бесполезную вещицу, как из воды появилась женская рука, сплошь унизанная драгоценными перстнями. В следующее мгновение из озера показалась и сама хозяйка руки, и внимательно окинула взглядом оцепеневших ребят. Все произошло так быстро, что их разум просто не успевал обрабатывать информацию.

Она была похожа на первую незнакомку, но выглядела значительно старше, а глаза ее отливали глубокой зеленью.

— Вы хотели о чем-то просить, юные пардаготусы? — мелодичный голос женщины пронесся над тихой водной гладью.

Сглотнув, Ларик повторил все то же, что говорил мгновение назад.

— Хм, весьма интересное предложение! Иногда хочется побаловать себя чем-то изысканным, поэтому договоримся так: мы два раза в неделю станем выбрасывать на берег рыбу, а вы взамен должны приносить мне украшения или еду, которую ела моя дочь. Подходите сюда и зовите Никси, это я.

— Мы согласны! — торопливо ответила Татьяна, отстраняя недовольно засопевшего Ларика.

Она заметила, как сверкнули хитрым огнем глаза старшей русалки при виде мальчишки. А ведь Ларик — еще совсем ребенок, ему только двенадцать исполнилось.

Издавна ходили слухи, что русалки заманивают мужчин в свои сети, чтобы забеременеть от них… Об этом еще бабка Татьяны рассказывала, живя в деревне, которая стояла на берегу реки Волги. По ее словам, она сама видела русалок, но ей никто не верил, а чаще всего смеялись. В советские же времена любое упоминание о нечисти считалось вредной пропагандой.

— Хм, умна и хитра! Интересно, чужая душа в новом теле. Давно с таким не сталкивалась.

Жительница озера несколько минут изучающе смотрела на Татьяну, отчего та чувствовала себя крайне неловко. Растерянно глядя на ребят, девушка боялась, что они услышат русалочий шепот.

— Не бойся, они слышат только то, что сами хотят услышать, а хотят они помочь своим родителям. Лет пять назад в поселке случился голод, тогда несколько семей умерло, поэтому многие семьи, в том числе и водоплавающие, покинули эти места, а у нас прервалась связь с пардаготусами… Договоренность в силе. А сейчас получите подарок за украшения.

Русалка взмахнула рукой, и огромная волна выбросила на берег большую кучу рыбы. Одни широко раскрывали рты, жадно хватая воздух, другие бились о землю, отчаянно пытаясь добраться до воды.

— Хватит? — поинтересовалась русалка.

— Да, спасибо большое!

— В следующий раз я жду вас через три дня.

На этом встреча ребят с обитателями озера закончилась. Собрав богатый улов, они двинулись в обратный путь. По дороге Татьяна поинтересовалась, где Ларик умудрился набраться столь дипломатичных манер? В ответ мальчишка смущенно зарделся и пояснил, что его отец — торговец и учит его своему ремеслу.

Полные корзины с рыбами они сразу унесли старосте, а тот уже распорядился разделить между семьями.

А на завтра был запланирован поход в лес.