Глава 6

В отличие от бортового врача, ни Рики, ни Гайка не входили во встречающую команду, а путаться у ВБС-ников под ногами казалось неуместным. Поэтому девушки, не сговариваясь, принялись приводить в порядок медотсек. Много времени это не заняло. Бортмеханик выбросила в утилизатор использованные бинты; туда же отправилась и одноразовая плёнка. Гайка заменила её на чистую. Рики убрала на место лекарства, благо она уже имела представление, где что лежит. - Вот опять как всегда: женщины занялись уборкой, - проворчала Гайка. – Хотя к нашим прямым обязанностям это никакого отношения не имеет. - Если бы не шаттлы, Брэн бы сам всё убрал, - не разделила феминистического порыва Рики. – А он мужчина. - Всё равно они здесь все шовинисты, - гнула свою линию бортмеханик, правда, довольно спокойно, скорее для проформы. – А ты вообще молчи: я, между прочим, видела, как ты таблетку, которую дал док, в карман положила! Рики смущённо засмеялась. - Ты меня раскусила. Понимаешь, он мне эту таблетку несколько раз предлагал. Неловко было отказаться. А принимать я её не хочу. Я нормально себя чувствую и предпочитаю по возможности обходиться без лекарств. У них же побочные эффекты и всякое такое. - Это да, - протянула Гайка, - тут ты права. Если нормально себя чувствуешь, то, наверное, лучше без лекарства. Она окинула медотсек критическим взглядом. После уборки он выглядел безупречно. Оставалось лишь унести перепачканную форму в стиральную капсулу. Но тут раздался звонок, оповещающий о подъехавшем лифте, и медотсек быстро заполнился людьми. Помимо дока сюда вошёл Клод, незамедлительно принявшийся раскрывать дополнительную койку, ВБС-ник, прижимающий руку к правому боку, вместе с поддерживающим его напарником, и ещё четверо десантников с носилками: двое несли раненого товарища, ещё двое – инопланетянку, в которой Рики опознала уроженку планеты Нортрек-2. Об этом свидетельствовала внешность гуманоида в сочетании с длинным тонким хвостом. Для представителей этой расы, которых на Новой Земле называли занавитами, были также характерны острые зубы и своеобразная форма челюстей, наводящая на мысль о грызунах. При этом они как правило обладали весёлым нравом и были более энергичны, чем среднестатистические люди и дуэллийцы. Однако о характере этой конкретной молодой женщины судить было невозможно: в данный момент она лежала без сознания, а сквозь наскоро наложенную в полевых условиях повязку сочилась кровь оранжевого оттенка. Занавитку немедленно уложили на кровать, которую своевременно подготовила Гайка. На вопрос, что случилось, один из десантников лаконично ответил, что, когда они отходили к шаттлам, их обстреляла подоспевшая группа террористов. Остальные заложники вроде бы не пострадали – разумеется, если не брать в расчёт их психологическое состояние. Док проводил первичный осмотр при помощи какого-то особого сканера, а девушки помогали устроить раненых ВБС-ников, когда в медотсек вошёл капитан. - Через четыре минуты взлетаем, - предупредил он. – Все, кто может самостоятельно передвигаться, - на первый этаж, кроме Клода и доктора Уолкса. Несколько десантников быстро покинули отсек. - Девушки, вы сядете на мостике. Брэн, заканчивайте поскорее и займите свои места. Он кивнул на несколько противоперегрузочных кресел, располагавшихся непосредственно у стены. - Так, Макнэлл, кончай говорить под руку, - огрызнулся док, пристёгивавший занавитку к кровати специально предусмотренными на такой случай ремнями. – Ты распоряжаешься во всех отсеках, кроме этого. Здесь командую я. - Три минуты, - уточнил капитан, взглянув на часы. - Мне не нужна кукушка, - огрызнулся Брэн, перебегая ко второму пациенту, на сей раз человеку, тоже лежащему без сознания. – Клод, остаёшься здесь. Рики, иди с Гайкой и капитаном, но возвращайся, как только закончатся перегрузки. Ещё пара рук нам здесь не помешает. - Рики, только не вздумай отстёгиваться прежде, чем я разрешу, - бросил Рэй практически на бегу. - Любой ваш приказ, капитан! – бодро заверила девушка. Гайка закашлялась. Макнэлл если и обратил внимание на двусмысленность сказанного, то виду не подал. Взлёт прошёл, можно сказать, привычно, разве что молчание экипажа было необычно тяжёлым. Старпома на мостике не было. Рики предположила, что он расположился на первом этаже, вместе со своим отрядом. Насколько она успела понять, там же устроили и недавних заложников. Имитирующие окна экраны были отключены. Даже десантникам со стажем муторно наблюдать, как стремительно уходит вниз облачная вата. Лишь пилоты внимательно смотрели на свои персональные панели. Наконец была дана команда, разрешающая отстегнуться, и со всех сторон защёлкали замки. - Погоня? – лаконично спросил Макнэлл. - Не видно, - ответил первый пилот. Диего, занимавший сейчас кресло второго пилота, тоже качнул головой. - Какой уровень готовности, капитан? – осведомился Макс. - Жёлтый, - не раздумывая ответил Рэй. – Сохраняйте бдительность, но… Они не рискнут сунуться за нами в открытый космос. А если рискнут… - Он поглядел в темноту включившегося экрана. – Тогда у нас будут развязаны руки. Рики полностью разделяла оптимизм Макнэлла. Новые «хозяева» планеты не станут преследовать «Галалэнд». Одно дело напасть на небольшой шаттл с кучей гражданских и совсем другое – столкнуться с полностью оснащённым военным лайнером Союза гуманоидов. Из этой переделки они, похоже, сумели выбраться.В медотсеке она прокрутилась около часа. Немного помогала с пациентами, но большей частью ими занимались Брэн и Клод. Рики всё больше подавала бинты, распаковывала «исцеляющую бумагу», дезинфицировала инструменты и тому подобное. Того ВБС-ника, что пришёл на своих ногах, отпустили довольно быстро, и последние двадцать минут к помощи девушки практически не обращались, так что она вернулась к своим непосредственным обязанностям, то есть к наведению порядка в шкафчиках с лекарствами. К тому моменту, когда её отпустили отдыхать, второй ВБС-ник пришёл в сознание и даже слабо улыбался в ответ на отпускаемые доком шуточки. А вот занавитка по-прежнему лежала без сознания. Предполагалось, что Рики прямиком направится в свою каюту, но девушка остановилась возле другой двери и, немного поколебавшись, коснулась сенсора. Каюта была примерно того же размера, что и у неё. Узкая не застеленная кровать, один стул, низкая полка с встроенной клавиатурой (экрана не было: видимо, здесь был предусмотрен только голографический вариант), слегка приоткрытая дверь в душ. В её гостевой каюте душ тоже имелся, но, видимо, это считалось предметом роскоши: Рики точно знала, что большинство членов экипажа и десантников селятся подвое, а мыться ходят в общие душевые, располагавшиеся в конце коридора. Но старшему помощнику капитана полагались условия чуть получше. Нил был у себя и, кажется, вышел из душа совсем недавно. Он не успел обуться, комбинезон был надет только по пояс, а торс прикрывала исключительно облегающая чёрная футболка. Мокрые волосы липли на лоб. В руке он держал серое полотенце для тела; точно такое же висело в каюте Рики. При виде девушки старпом удивлённо отпрянул, едва не выронив полотенце. - Сразу видно, что к тебе редко заглядывают женщины, - рассмеялась она, ничуть в свою очередь не смущённая. Обвела Нила оценивающим взглядом и, похоже, осталась вполне довольна увиденным. - Ещё как заглядывают. – К чести старпома следует отметить, что самообладание к нему возвратилось быстро. – Каждый день, иногда ещё и по две. - Ага, очень убедительно, учитывая, что на вашем «Галалэнде» и женщин-то почти нет, - подколола Рики. - Так я и не служу обычно на «Галалэнде», - просиял в ответ Нил. – Я заменяю в этом рейсе другого старшего помощника, только и всего. А на тех кораблях, где я обычно летаю, девушек видимо-невидимо. - Ладно, убедил! – хмыкнула Рики с легко считываемым скептицизмом. – Я, собственно, без всяких этих… притязательств зашла. - Нет такого слова, - насмешливо заявил Нил. – Есть «притязаний» или «домогательств». - Вот я и без того, и без другого, - охотно согласилась Рики, хотя что-то в её взгляде заставляло сомневаться в искренности этого заявления. – Хотела спросить, как ты после… ну, после всего этого. - Да нормально. Спасибо, - кивнул он. – Для операции в таких условиях всё прошло очень неплохо. - Я смотрела видеотрансляцию. Вы молодцы. - Мы выполняли свою работу. Ну да, конечно, дежурный ответ. Рики изобразила такую же дежурную улыбку, но затем её глаза хитро сощурились. - Но у тебя ведь и на корабле полно обязанностей. А какую работу ты больше любишь – спецназовца или заместителя капитана? Не считая приготовления салатов, разумеется: мы уже поняли, что это вне конкуренции. - Хороший вопрос. Скорее первое. Я, собственно, долго думал о том, чтобы пойти как раз в спецназ. - То есть ты адреналинщик? - Ну, не без этого тоже. И потом, вот скажи мне ты. Тебе ведь тоже сегодня адреналина хватило, когда вы с капитаном выбирались из «Гранд Инвеста». А потом ты, как говоришь, наблюдала за нами по видео. Что, на твой взгляд, было лучше? Рики понимающе кивнула. Конечно, разумнее было бы сказать: «сидеть у экрана». Это безусловно лучше, чем бегать от террористов по незнакомой планете! Вот только когда наблюдаешь за происходящим на голограмме, нервничаешь так, что, кажется, инфаркт можно схватить. А когда действуешь «в поле», тебе не до инфарктов. - Когда мы выбирались из «Гранд Инвеста», от меня что-то зависело, - сформулировала она, и улыбнулась, когда Нил вытянул вверх указательный палец. Дескать, «вот видишь, ты тоже это понимаешь!». – А когда смотришь трансляцию, ощущаешь полную беспомощность. - Вот именно! – подхватил старпом. – Поэтому я предпочитаю быть там, где на что-то влияю. - А почему тогда именно флот? Наверняка ведь у вас такие операции нечасто, всё больше контрабандистов ловите? Или я неправа? Нил покрутил ладонью туда-сюда. - По-всякому бывает. А насчёт «почему»… С бластером по чужим планетам всю жизнь бегать не будешь. Значит, нужна нормальная профессия. Чёрт, впервые говорю с девушкой на такие темы, - заметил он, запустив руку в волосы. - А о чём ты до сих пор с девушками разговаривал? – поинтересовалась Рики и тут же пошла на попятный: - Ой, нет, не надо! Без подробностей, пожалуйста. Нил помрачнел и почему-то бросил взгляд на многофункциональные часы, которые валялись на кровати. - Вот как тебе не стыдно, а? Вовсе даже и не о том. Я кстати при каждом приближении к трансляционной станции получаю кучу сообщений. - Дай угадаю. О том, какой ты плохой человек, как не ценишь любовь и преданность, как у всех девушек заботливые парни и только она всё одна да одна? - Только не говори, что ты взяла под контроль мой мессенджер, - фыркнул он. - Нет, конечно. Уж прости, но будь я шпионкой, перехватывала бы что-нибудь поважнее. Просто это всё – классика жанра. И не забывай, что меня муж так же пилил, ну, только с поправкой на пол. Нил немного помолчал: нежелание общаться на интимную тему боролось со стремлением высказать то, что накипело и о чём он не рвался делиться с экипажем. - Я считаю, что терпел достаточно. – Его всё-таки прорвало. То ли собеседница располагала к себе, то ли сказалось напряжение после спецоперации. – И, главное, всё, попрощались. Дал полную свободу действий, ищи себе нормального. Так нет, штук двадцать сообщений пришло. Я бы эту многофункционалку в вакуум вышвырнул, если бы она по службе не требовалась. И тут часы завибрировали, будто почувствовали, что о них говорят. А затем к вибрации добавился звонок. Нил глянул на экран и закатил глаза. - Опять трансляционная станция поблизости. Он потянулся к часам, намереваясь сбросить звонок, но Рики перехватила его руку. - Давай сюда. - Зачем? Чего я не хочу, так это скандалов. Порвали – значит, порвали. - Уверен? – решила уточнить Рики, но руку не убрала. - Абсолютно. - Тогда давай часы. Передёрнув плечами, Нил протянул ей не перестававшую трезвонить многофункционалку. - Что ты собираешься говорить? – всё-таки спросил он, заметно хмурясь: идея ему по-прежнему не нравилась. - Только правду, - заверила Рики и коротким движением пальца ответила на звонок. - Значит, так! – послышалось с той стороны. - Алло! – невинным голосом проворковала Рики. – Алло, слушаю вас! - Нил? - Ой, а Нил не может подойти. Он только что вышел из душа. Ему что-нибудь передать? - Нет, ничего. С той стороны послышались гудки. Рики протянула часы старпому. - Ничего, кроме правды, - назидательно повторила она. - Это похоже на удар ниже пояса, - заметил Нил, склонив голову набок. Хорошо это с его точки зрения или плохо, он не уточнил. - А разве на войне выбирают средства? – с деланным удивлением спросила Рики и, помахав рукой, оставила каюту. Но далеко она не ушла. Немного постояла перед соседней каютой и наконец постучала. Здесь было попросторнее: капитану корабля по статусу полагалось помещение поосновательнее, чем у остальных. Но в целом обстановка похожа: никаких изысков, кровать (застеленная), компьютер (включая и стационарный экран), узкая дверь в душевую, на полке дигитальное фото молодой черноволосой женщины с очень короткой стрижкой. Правая рука Макнэлла была перевязана, но в остальном он выглядел так, будто только что начал смену после идеального ночного отдыха, а в каюту заскочил на секунду за какой-то забытой мелочью. - Привет. – Рики осторожно приподняла ладонь, будто боялась сделать слишком широкий жест. – Хотела спросить, как ты. И как твоя рука. - Нормально, - улыбнулся Рэй, и девушка почувствовала себя менее скованно. Отношения, установившиеся в экстремальных условиях, сохраняли силу и на корабле, пусть здесь и требовалось соблюдать некоторые условности. – Скоро заживёт. Ты-то сама как? - Да тоже нормально. - Готов поспорить, это был не самый лучший день в твоей жизни. Рики рассмеялась. - Зато будет что вспомнить. - Это вне всяких сомнений. Ты хоть немного успела отдохнуть? - Да, у меня всё хорошо. Я подумала, если тебе понадобится какая-то помощь… Она мягко взяла Рэя за руку. По его лицу пробежала тень, и он отступил на полшага назад, манёвр, который, ясное дело, не укрылся от внимания Рики. Наверняка причина заключалась в той женщине на фотографии. Это было бы мило, даже трогательно, если бы так не раздражало… - Я иду в кают-компанию. Там собрались освобождённые заложники, надо их поприветствовать. Хочешь со мной? Рики кивнула, отдавая должное тому, как ненавязчиво капитан сменил тему. Они вышли из каюты и зашагали по коридору. А старший помощник, как раз собиравшийся подняться на мостик, хмурясь, смотрел им вслед.В кают-компании оказалось непривычно тесно. Тринадцать людей и не-людей, несколько ВБС-ников в форме, частично сдвинутые к стене столы, на полу – одинаковые мешки, уже знакомые Рики. Бывшие заложники взбудораженно переговаривались на разных языках. Некоторые расспрашивали о чём-то членов экипажа. Один из радистов, не несших сейчас вахту, переходил от гуманоида к гуманоиду с электроблокнотом и делал какие-то записи. Публика собралась самая что ни на есть разношёрстная. Большинство (а именно девятеро из четырнадцати) были людьми с разных планет: Новой Земли, Миенга Сантры. Эти детали Рики узнала чуть позже, когда заглянула через плечо капитана в составленный радистом список. Кроме того, в кают-компании сидел один дуэллиец, одна четырёхрукая уроженка Миенга (именно существа её расы составляли большинство обитателей планеты, люди же занимали менее почётное второе место), и две совершенно одинаковые на вид девушки, очень похожие на людей. За таковых Рики их поначалу и приняла, но идентичность невольно притягивала внимание, и вскоре она заметила такие детали, как необычно длинные пальцы и полукруглое костное образование на голове, немного напоминающее тиару и почти полностью скрытое волосами. Лишь тогда Рики сообразила, к немалому своему восторгу, что перед ней гуманоиды с планеты Глинверра. Их мир сильно отставал в технологическом развитии не только от Новой Земли, но и от «периферийного» Миенга, поэтому глинверрианцы, которых в просторечье называли даблами, крайне редко пускались в космические путешествия. Внешне представители этого вида чрезвычайно походили на людей, но имелось одно ключевое и невероятно интересное отличие. Дети у глинверрианок рождались исключительно по двое, наподобие идентичных близнецов. И между ними систематически устанавливалась ментальная связь, каковую в человеческом мире нередко приписывают двойняшкам. Вот только у даблов связь эта была значительно более крепкой и считалась единственным научно доказанным проявлением телепатии. Детали, однако же, были плохо изучены, поскольку глинверрское общество было довольно-таки закрытым. Вероятнее всего, недавние заложницы были едва ли не единственными представительницами своего вида на Боне. Словом, с этими девушками определённо стоило пообщаться, если, конечно, обстоятельства сложатся благоприятно. При появлении капитана члены экипажа приостановили свои дела, а те, кто сидел, поднялись на ноги. Заложники смолкли не сразу, но постепенно уловили изменившуюся атмосферу и устремили вопросительные взгляды на вновь пришедших. - Дамы и господа! Меня зовут Рейер Макнэлл, я капитан корабля «Галалэнд». Рад приветствовать вас на нашем судне. Я понимаю, что всем вам пришлось пережить несколько чрезвычайно неприятных часов. К счастью, все неприятности позади. Наш корабль направляется к Освальду, безопасной планете категории «1». Там вас уже ожидают представители Союза гуманоидов. Всем нуждающимся будет оказана психологическая и медицинская помощь, а затем вас переправят на ваши родные планеты. Предполагаемое время прибытия – 16 часов 18 минут по стандартному межгалактическому времени. Иными словами, примерно через восемнадцать часов. Чтобы вы могли отдохнуть, для вас приготовили каюты, некоторые из них находятся на этом этаже, некоторые – на этаж выше. Члены экипажа вас проводят. К сожалению, у нас нет возможности предоставить каждому отдельную каюту, поэтому нам придётся поселить вас по двое. Если кому-то требуется срочная медицинская помощь и вы до сих пор к нам не обратились, пожалуйста, сделайте это как можно скорее. Позднее вам сообщат о времени приёма пищи. И, разумеется, вы можете в любое время вернуться сюда, в кают-компанию. Здесь есть питьевая вода и кофемашина. Чувствуйте себя как дома. - Можно вопрос? – вытянула руку одна из человеческих женщин. - Конечно. Лицо капитана приняло подчёркнуто-вежливое выражение, и Рики внезапно поняла: Макнэлл любит спасать людей, но терпеть не может с ними общаться. Если, конечно, речь не идёт о близких друзьях и членах его команды. Всегда ли он был таким или это качество - приобретённое, оставалось только гадать. - Что с Рианной? - Рианна находится в медотсеке. К сожалению, состояние пока не позволяет ей присоединиться к остальным. По этому ответу Рики догадалась, что речь идёт о раненой занавитке. - Мы можем её навестить? На этот раз вопрос задал мужчина, дуэллиец. О его расовой принадлежности свидетельствовал главным образом высокий рост в сочетании с худобой и узкокостностью: казалось, дотронься пальцем – и он сломается. - Боюсь, что нет. Она пока не пришла в сознание. - Но, может быть, наше присутствие как-то помогло бы… - Боюсь, наш бортовой врач придерживается очень строгих правил на этот счёт, - отрезал Макнэлл. – А с ним не рискую спорить даже я. Тут он покривил душой, Рики была тому свидетелем. Однако нотка юмора приглушила жёсткость отказа, и в совокупности такой ответ возымел должный эффект: присутствующие больше не настаивали, но и зла не затаили. Однако на этом капитана в покое не оставили: ещё один человек вытянул руку. - Я слышал, что после Освальда вы летите на Сантру. Мог бы я полететь вместе с вами? Я живу на этой планете. - Да, мне тоже надо на Сантру! – оживился ещё один мужчина. - Я смотрю, у нас очень хорошо поставлена информация, - иронично подытожил Макнэлл. Взгляд его пробежал по лицам присутствующих и остановился на Рики. Девушка поспешно замотала головой, дескать, нет, она никак не причастна к разглашению маршрута «Галалэнда». – Что ж, мы вернёмся к этому вопросу позднее, но, думаю, мы вполне сможем подбросить вас до Сантры. - Можно ещё один вопрос? Самый последний? – вновь вытянул руку второй мужчина. - Конечно. - Могу я где-нибудь сварить нормальный кофе? Не из машины? – взмолился тот. – Я на всех могу сварить, я умею! Гости восприняли эту идею с оживлением, и даже кто-то из членов экипажа вытянул вверх большой палец: видимо, и ему поднадоело «пойло» из машины. - Разумеется, - рассмеялся Макнэлл. – Вот, рекомендую: Томас, помощник нашего кока. Он вас проводит.