Глава 41

Меня охватывает дикое волнение и нервный трепет, когда мы в компании таких же шикарных разодетых девушек, как и я, начинаем обратный путь на нижний этаж, где расположен развлекательный клуб. Первые шаги даются невероятно тяжело, но постепенно становится легче, появляется некая самоуверенность, ведь я замечаю, что выгляжу ничуть не хуже девушек. Теперь во мне сложно разглядеть ту самую деревню, официантку и глупую замарашку, которой была час назад.

Я совсем не стала милой сказочной принцессой из волшебной сказки, я перевоплотилась в подобную ИМ, в девушку их уровня, но пусть будет так. Сегодня разрешаю себе ненадолго побыть такой как ОНИ.

Едва преодолеваю последние ступени, ведущие в танцевальный зал, как от сумасшедшего волнения кровь взрывается в венах, шумно оглушая меня. Становится тяжело различать звуки музыки в клубе, но отчетливо вижу…

Передо мной открывается громадный зал. И я предстаю перед большим количеством мужчин, которые внезапно теряют интерес к выпивке и танцам, сосредотачивая внимание на мне.

Кто-то с любопытством поворачивая голову, застывает на мне взглядом. Еще один из представителей сильного пола теряет интерес к разговору с собеседницей, находя более любопытное занятие: украдкой разглядывать откровенный фасон моего наряда.

Возможно, по причине того, что не привыкла к мужским взглядам, поэтому столь остро реагирую на изменившуюся атмосферу вокруг себя?Да, из-за этого я слишком ярко ощущаю внезапное внимание, которого обычно лишена. Парни никогда не смотрят мне вслед, не флиртуют, не роняют слюни, как, например, рядом с Мами. И я к этому привыкла. Так было всю мою сознательную жизнь, но не сегодня. Сейчас я вдруг ощущаю себя словно прижатой к стене, под прицелом тысячи пистолетов, которые собираются медленно и мучительно долго меня расстрелять.

В помещении работают мощные кондиционеры, от которых я начинаю острее чувствовать холод и отсутствие какого бы то ни было белья. Я никогда еще не ощущала себя настолько порочной, но я глушу стыд и совесть и гордо направляюсь вперед за девушками: плечи выпрямляю; лицо поднимаю повыше, чтобы подчеркнуть длинную шею; двигаюсь свободно, не зажимаясь. Пусть это будет вечер сбывшейся мечты. Вечер, когда окажусь наравне с богатыми и известными молодыми людьми.

Мы снова занимаем столик вблизи танцпола и я замечаю публику уже на порядок разогретой. Не только танцовщицы Go-Go наслаждаются бодрой музыкой, но и огромное количество девушек, желающих поймать на крючок красивого парня с толстым кошельком. Азарт и возбуждение пропитало воздух и подняло его температуру на несколько градусов. Парни и девушки гораздо раскрепощеннее, чем были до нашего ухода.

Это заметно не одной мне. По завершению очередной зажигательной песни на сцену к диджею присоединяется молодой парень в обычных джинсах и футболке. Его голос эхом разносится по клубу, бодро заряжая гостей еще большим энтузиазмом:

— Вам стало жарче!? Да!?

Толпа не расходится с танцпола, ожидая продолжения развлечений, но тем не менее разрозненно подхватывает и невпопад отвечает согласием на вопрос ведущего.

Мужчина, состроив недовольное лицо, огорченный слабой реакцией, покачивает головой и неудовлетворенно цокает языком:

— Какие вы вялые. Совсем не горячие. Может быть поддадим ЖАРУ? Покажем всем, как надо отдыхать!?

После провокационной речи я непроизвольно морщусь и мне приходится прикрыть уши ладонями, потому что даже Мами по соседству поддается влиянию ведущего и начинает громко свистеть и кричать это долгое пронзительное слово: «дааааа».

Воодушевленный громкий шум стоит длительное время, на протяжении которого я начинаю опасаться, что стены домика, как в сказке про трех поросят, от нашего крика могут рухнуть и сложиться по середине крыши. Приблизительно где-то над моей головой.

Постепенно под руководством ведущего, точнее благодаря его ладони, которая показывает направление вниз, что означает просьбу сбавить громкость, зал успокаивается и даёт возможность сделать объявление:

— Итак, прекрасные дамы, всё для вас! Представляем вашему вниманию: самый горячий конкурс осени на лучший танец. В котором могут принять участие исключительно дамы. Ваша задача: поразить мужскую половину зала и вызвать аплодисменты. Громкость оваций укажет на победительницу конкурса. Мы подготовили для неё весьма щедрые подарки, но не только девушки, но и зрители также получат интересный подарок. Дамы, желающие принять участие, поспешите зарегистрироваться или через двадцать минут мы начнём без вас!

Сказав необходимое, он низко кланяется, как шут перед господами, и уходит со сцены, а за нашим столом начинается нетерпеливое горячее обсуждение:

— Ух ты, здорово! Мами, не хочешь станцевать или я пойду? — интересуется одна из самых экстравагантных девушек с кольцом в носу и красной прядью в светлых волосах.

— Я не очень люблю всякие конкурсы. Не вижу причины, почему я должна кого-то развлекать на сцене? — со скукой, лениво потягивая из трубочки очередной коктейль, объясняет Мами подруге, но вдруг будто бы что-то вспомнив переводит взгляд на меня и, о, Боже, я узнаю этот взгляд.

Он не сулит ничего хорошего, а означает какую-то опасную мысль, которая мне вряд ли придется по душе.

Улыбка на лице Мами в точности подтверждает мои догадки и плохое предчувствие:

— Героиня, а ты не хочешь попытать судьбу на сцене?

— Да ты что!? — шокированная предложением ошарашено восклицаю, при этом начинаю активно махать руками и головой, показывая свое отрицательное отношение к данному возмутительному вопросу.

Но улыбка на лице Мами становится всё шире после моего категоричного отказа, а это, значит, что она еще сильнее загорается идеей.

— Нет! Нет! — отрицательно, как болванчик, монотонно продолжаю качать головой. — Ни за что! Где я и где эти шикарные девушки? Как я могу сравниться с ними в танцах? Они, наверное, танцуют профессионально, а я просто любитель.

— Пффф! — небрежно хмыкает Мами и поясняет. — Разве профессиональная танцовщица будет выступать среди пьяных людей? Максимум сейчас начнутся «а-ля сексуальные» танцы у шеста. Какая-нибудь пьяная корова снимет лифчик и бросит его в толпу, а потом будет обливаться водой и показывать свои соски через мокрую одежду. Как будто у мужиков нет сосков?

Я продолжаю настойчиво и категорически отказываться даже после её объяснений, ну уж очень стыдно показаться в таком откровенном виде на публике и безумно страшно показаться глупой. А Мами всё сильнее давит на меня в ответ. Наш горячий спор набирает обороты, накал все усиливается, переходим снова на возмущенные крики. Однако, экстравагантная девушка вклинивается в него, не давая разрастись ему до масштабов катастрофы:

— Ой, насмешила, в самом деле. Девочки, как вы себе это представляете? Без обид, но в ней нет грации, она — деревянная! Невероятно сложно представить ее танцующей.

Эти слова звучат как внезапный взрыв, приводящий нас в чувства и насильно вырывающий из когтей упрямства и горячности нравов. Мами прекращает со мной активно спорить, но почему-то улыбка на её красивых устах становится лишь ярче. С победным триумфом она поднимает свой прохладный бокал, наполненный ярко-голубой жидкостью и молча салютует мне, будто предлагая выпить за мерзкие слова, сказанные обо мне в третьем лице.

Я вместе с Мами тоже замолкаю и продолжаю долгое время сглатывать чувство унижения и злости на несправедливость судьбы. Как бы я не одевалась и какой бы доброй и понимающей ни была, им — девушкам из окружения Мами — не важны подобные глупости, для них у меня на лбу всегда будет написано: неудачница и оборванка.

Экстравагантная девушка плевать хочет на всё происходящее, без зазрения совести встаёт со стула и объявляет, что уходит записываться для участия в конкурсе. С улыбкой просит поддержать ее выступление, а мои чувства ей невдомёк.

После ее ухода еще долго я слышу звенящее напряжение за нашим столом и такое странное молчание со стороны болтушки Мами, но потом я медленно и в тоже время решительно поднимаюсь из-за стола, возвышаясь над девушками:

— Пожалуй, я выступлю… — коротко объявляю, в ответ получая удивленные взгляды красавиц, считавших меня забавной игрушкой на вечер, разговаривающей и кивающей только, если ее спросят.

— Я в тебе не сомневалась… ты ж моя героиня! — Мами одобрительно посылает мне лучики добра и конечно страстный воздушный поцелуй, который я игнорирую. Зато я нагло ворую с ее шеи воздушный бирюзовый платок, который послужит мне в качестве порхающей красивой юбки во

время танца. Завязываю его, как парео, на бедрах и решительно-настроенная направляюсь к мужчине-ведущему.

Возможно, алкоголь, возможно, желание доказать, что я чего-то стою в этот момент руководят мною. Возможно, опозорюсь. Покажусь смешной или глупой со своим танцем? Но я уже столько раз попадала в ужасные ситуации, что мне совсем не страшно.

Раз уж мой человеческий язык им не понятен, попробую высказаться посредством тела.

То, что творится на сцене на протяжении целого часа выходит за рамки приличий, да что там приличий, за грань здравого смысла.

Та самая экстравагантная девушка не придумала ничего более впечатляющего, кроме как раздеться до нижнего белья и сношаться со шестом на сцене.

Слова Мами достаточно правильно описали выступления танцовщиц. Безусловно, было несколько девушек, явно занимающихся определенным видом танцев: брейк данс, хип-хоп, но в остальном на сцене — вакханалия, на которую я стараюсь поменьше смотреть.

Правильно утверждала моя покойная бабушка. Алкоголь — зло, способное сбить с истинного пути. Он действительно дурманит мысли, развращает разум, обнажает человеческие пороки и заставляет делать чудовищные вещи. Со всем этим я согласна, однако, жалеть и стыдиться я, пожалуй, буду позже. Завтра. Не сегодня. Сегодня я поговорю на другом языке, понятном для богатой молодежи.

Наступает моя очередь. Совсем немного я волнуюсь, совсем капельку, как перед встречей с первой любовью, которую не видела почти год. Накрывает трепетом, сердце ускоряется, адреналин прыскает в кровь и дыхание учащается. Когда-то это была моя самая большая страсть. Моя первая в жизни любовь. Не Витька или Женька из параллели — первые красавцы школы, а танцы. Поэтому я предвкушаю этот момент и плевать, что подумают богатые детки.

Включается моя любимая музыка.

Она задорная и одновременно медленная, грустная и веселая.

В мелодии звучат думбек, цимбалы, бубны — прекрасные инструменты, которые зажигают кровь вдохновением. С огромным наслаждением я бросаюсь в омут сводящих с ума звуков. Словно ныряю в ледяную воду после палящего зноя пустыни.

Это завораживает не правда ли? Восточная музыка пленяет, влюбляет, наполняет энергией и желанием двигаться. Через нее можно услышать пение ветра и шелест песков. Движения танцоров отличаются особой грацией, плавностью, элегантностью и хорошо демонстрируют хрупкость женщины. В меру страстно и в меру нежно они проводят на острие чувств, очаровывая наблюдателей и затягивая в свои сети.

В танцах, как и в песне, раскрывается человеческая душа, точнее, её внутренняя энергия. Плохое или хорошее, темное или яркое. Стеснение, радость, ненависть или печаль. Всё это можно разглядеть в движениях танцоров. Во время восточного танца задействуются самые женственные части тела, самые откровенные. Мне было в своё время очень тяжело научиться преодолевать стеснение и раскрываться, подключая ту или иную часть тела.

Бог не наградил красивым голосом, но подарил способность говорить при помощи ярких движений тела. Так, по крайней мере, утверждала моя талантливейшая преподавательница по танцам.

Сложно объяснить, когда я начинаю танцевать, в меня словно что-то вселяется. Неизвестное существо. Такое поведение совсем не характерно для настоящей меня, а во время танца все ограничения слетают и я способна на всё, но только одного, как оказалось, не могу…

Спокойно отреагировать, когда за ближайшим столом, расположенным возле сцены, вижу АЛЕКСАНДРА АЛМАЗОВА, сидящего в окружении расфуфыренных красоток и таких же надменных парней, как и он.

Наши взгляды притягиваются невидимыми магнитами и яростно сталкиваются, парируя мысленные атаки друг друга. В результате, сбиваюсь со счета и, соответственно, с танцевального шага. Застываю на месте, перестав кружиться. Рука замирает в какой-то нелепой позе. Волна, которую должна была провести вдоль всего тела, от пальцев на ногах до корней волос, сбивается где-то на середине.

Чувствую себя довольно нелепо, но тут же беру волю в кулак, ибо не дам им лишнего повода позлословить на мой счет. Люди не должны заметить запинки, поэтому продолжаю движение, будто именно такая последовательность движений запланирована изначально. Стоит прекратить борьбу взглядов. Александр — не единственный представитель мужского пола в зале. Но почему, черт возьми, я так спокойно танцевала, но стоило увидеть это чудовище, как пылающая ярость вспыхнула и вырвала меня из танца?

Кто я там по его мнению? Сельская шлюшка, желающая наброситься на него? Да, будет так, а то мне кажется не совсем правильно платить за то, чего не делала? Бирюзовый платок, тот что исполнял роль некой юбки и плавно кружил со мной во время танца, долой! Аккуратно развязываю узелок и позволяю ткани волной спуститься по обнаженным ногам и упасть на пол. Будто бы это вышло случайно, наигранно охаю и в ужасе прикрываю рот ладонью. О, боже, я ведь теперь точно в нижнем белье с обнаженными ягодицами!? Какой стыд и срам!

Тут же быстро наклоняюсь, делая идеальную складку, чтобы подхватить вещицу. Благодаря наклону ягодицы еще больше оголяются для диджея и ведущего конкурса, а грудь — я просто уверена — на радость зрителям частично показывается из топа, когда я наклоняюсь вперед за платком. Это действие длится всего несколько секунд, чтобы привлечь внимание, зацепить и уже не отпускать. Оно еще сильнее должно подогреть интерес. И судя по свисту и гомону в зале, нужной реакции с легкостью добиваюсь. С глубоко скрытым ощущением победы гордо распрямляюсь и вижу, что только мне полностью и безоговорочно принадлежит внимание всех людей в зале.

По их сосредоточенным взглядам, сияющим блеском азарта, замечаю, как сильно впечатлила гостей.

Растянув губы в хитрой улыбке всем своим видом показываю, что просто заигрываю с ними. Всё продумано, платок специально упал. Он больше не будет скрывать мои ноги и бедра от ваших взглядов, теперь он исполняет роль моего партнера по танцу.

Нет, дорогие представители элиты, сегодня во мне отсутствует даже капелька стыда. С вами можно разговаривать только так.

А дальше… мы отключаем мысли, прикрываем глаза и плывем по течению музыки, наслаждаясь звуками мелодии. Тело наконец-то свободно от оков разума, двигается само под ритмичные звуки. При помощи движений грудью, животом или бедрами оно показывает неприкрытую человеческую страсть к танцу, к жизни. Вызов для людей, закомплексованных и закованных правилами. Танец демонстрирует свободу человека.

Платок в моей руке активно кружится, красиво очерчивает мои женские прелести, когда того требует музыка, иногда ласково прикасается к моей коже. Только ему позволено танцевать со мной и гладить. Больше никому, пока я наслаждаюсь своим телом во время танца. Быстрая горячая кровь струится по венам, в висках стучат барабаны, я чувствую, как тело покрывается испариной, нагревшись до немыслимых температур. Честно, не желаю выныривать из этого состояния. Желаю навсегда остаться в мире танца, где человек абсолютно свободен, но всё прекрасное заканчивается. Мелодия затихает и под финальные аккорды мне надо, как можно эффектнее поставить точку в своём выступлении. Прекращаю вращаться. Музыка становится всё тише и тише, зрители в предвкушении замирают. Не слышно звона бокалов, ни грохота вилок, ни смеха, ни даже свиста. Прекрасный момент. Все ожидают, как же закончу любовный танец с мелодией. Не хочу заставлять зрителей долго ждать. Ноги ставлю на ширину плеч, а затем раздвигаю их в стороны. Нарочито медленно и сексуально скольжу, каблуки при этом звучно скрипят по полу. Шире.

Еще шире и медленнее развожу ноги, пока полностью не сажусь на поперечный шпагат. О, это жутко холодно. Особенно без нижнего белья вообще кошмар касаться тем самым местом пола, но мое лицо тщательно скрывает какие-либо признаки того, как же холодно и неудобно. Всё та же яркая победная улыбка блистает на устах. Вскидываю руку и невинно машу пальчиками, прощаясь с дорогими столь ценными и внимательными зрителями.

В ответ с радостью слышу шквал, бурю оваций. Пол дрожит от яростных криков и шума. Не удивлюсь, если от громкости звука внезапно треснут окна или другие стеклянные предметы. И это всё для меня. Для меня одной. Я чувствую зрительское возбуждение и испытываю ответное удовольствие, ведь я смогла через танец передать им своё настроение и чувства. Вижу их блестящие глаза, слышу мощные хлопки, свист и какие-то выкрики с похвалой, комплименты. Я безумно благодарна им за отклик, счастлива видеть их реакцию, поэтому хочу снова ответить тем же. С улыбкой посылаю им воздушный поцелуй от своего большого любящего сердца. Сейчас я тоже влюблена в них, как и они в меня, поэтому охотно дарю любовь.

Тронутая их неожиданно пылкой реакцией, счастливо смеюсь и тогда зал становится еще громче. Похоже, скоро перейдет на ультразвук. Только тогда поднимаюсь со шпагата и снова машу им рукой, с сожалением прощаясь с этими яркими, насыщенными страстью и обожанием, минутами.

Большинство гостей даже привстало со своих стульев, чтобы похвалить меня аплодисментами. Это незабывае минуты моей личной эйфории.

— Фух! Всем стало жарко? Мне так точно! У нас с Митяем был самый лучший ракурс, а вы в пролёте, неудачники! — ведущий посмеивается в микрофон, уже после того, как зал хоть немного затихает.

— Перед вами выступала несравненная Александра Царева. Достойная фамилия для настоящей Царицы восточного танца. Еще раз поаплодируем Царице и проводим её в зал к друзьям.

Ведущий галантно целует мне руку и поддерживает, пока я на каблуках осторожно спускаюсь по маленькой лестнице, ведущей со сцены.

В ту же секунду нападают горькие воспоминания и я с легкой грустью делаю вывод: вот, как надо было выступать в университете для публики, и тогда бы я не упала со сцены, а меня тоже за ручку проводили.

Уже через секунду я стыжусь собственного танца и своей раскрепощенности, даже распущенности. Мои щеки сжигает яростное пламя смущения и эмоционального возбуждения. Не могу поверить, что решилась на подобные откровенные движения. Мною дьявол завладел во время танца, но я всё равно безумно счастлива и рада, что осмелилась выступить.

Мой уход сопровождается шквалом бурных аплодисментов. Поддержка зала переключает меня от возникшего чувства стыда и ощущение счастья и удовлетворения собой доминирует и переполняет.

Возбужденная танцем, раскрасневшаяся, я излучаю мощные живые эмоции и чувства.

Сердце приятно стучит от адреналина, волна блаженства растекается по телу.

Атмосфера зала пропитана страстью восточного танца, продолжая звенеть ритмами моего тела, а я никак не могу выйти из разгоряченного состояния, да и не желаю, ведь находится в нем сейчас так прекрасно.

Тяжелый день стирается из памяти, все события меркнут по сравнению с этими яркими моментами. Приходит понимание, что танец — самое важное из случившегося в череде произошедших событий. Он буквально спас, позволил забыться в страстных ритмах и вернул к жизни. По пути к столику я немного пошатываюсь, движения даются с некоторым усилием, тело захвачено музыкой, оно все еще помнит страстные движения. По сторонам замечаю восторженные взгляды зрителей. Какие настоящие эмоции в их глазах! Это невероятно вдохновляет!

Но в тот же момент испытываю легкое разочарование, когда замечаю за одним из столов знакомых университетских парней и девушек.

Их тяжелые взгляды, направленные на меня, безумно давят, погружая в некую ловушку. Я уж и не думала, что разбалованную молодежь с таким высоким уровнем жизни и достатка возможно чем-то удивить. Это так непривычно и волнительно!

— Иди ко мне, моя восточная богиня! — голос Камиля резко переключает внимание с моих внутренних ощущений на происходящее вокруг.

— Ты была великолепна! — с воодушевлением хвалит, показывая уже знакомый мне страшный взгляд, наполненный какой-то чертовщиной, постоянно пугающей меня.

Сердце екает, сбиваюсь с шага и немного теряюсь.

Также краем глаза за столиком замечаю всю компанию, включая братьев-близнецов и противного вездесущего Александра. И так некомфортно становится в этот момент, когда кожей чувствуется их интерес и давящие разглядывания, от которых хочется немедленно прикрыться, снова спрятаться в рабочую форму официантки.

Камиль, обрадованный моей заминкой, внезапно наклоняется в мою сторону. Его неожиданный взмах руки заставляет меня собраться и быстро среагировать, увильнув в сторону, чтобы избежать пленительного захвата. С трудом удерживаю равновесие и не падаю на огромных каблуках. Парень, мазнув кончиками пальцев по бирюзовой юбке-платку, недовольно сдвигает брови. Лишь по бедру проходится легкое прикосновение ветерка в ответ на это движение. Я выдыхаю от напряжения и позорно сбегаю от столика парней. Александр оказывается тоже здесь, рядом с Камилем. Усилием прогоняю тяжелые воспоминания, связанные с ним, запрещаю себе думать о нем и произошедшем.

Быстрым шагом иду к Мами. Хочется поскорее переключиться. Девушка, увидев меня издалека, широко улыбается и показывает жест, поднимая большой палец вверх. Выражая тем самым свое отношение к моему выступлению на сцене. Я отвечаю ей улыбкой. С удовольствием присаживаюсь за столик, чувствуя, как всё-таки уставшее тело получает заслуженный отдых.

— Ну, ты удивила, Героиня! — Мами с восхищением восклицает.

— Где научилась так танцевать?? Любопытные взгляды девушек устремлены исключительно на меня.

Приятно осознавать, что смогла удивить. В очередной раз радуюсь, что все-таки осмелилась и выступила на сцене.

— Всю жизнь занималась танцами. Мне просто повезло с преподавателем, — с теплом вспоминаю Диану Игоревну.

— Она очень талантливая танцовщица, победительница многих конкурсов, сейчас преподает у нас в посёлке.