13 глава. Я люблю вас

Большой костёр ярко пылает в центре лагеря, языки пламени поднимаются высоко в небо вместе с искорками. Дрова потрескивают, разбрасывая жаркие угли, которые мгновенно растворяются в прохладном ночном воздухе. Восточные сидят вокруг костра плотным кругом — кто-то смеётся, кто-то переговаривается вполголоса, кто-то просто молчит, грея руки над огнём.

Лагерь живёт своей жизнью, но я чувствую себя отдельно от него. Даже сижу в стороне, не слушая никого, ковыряя ужин из каши, мяса и овощей. Аппетита нет. Совсем.

Лиам, как обычно, громко и энергично говорит с кем-то, его голос выделяется среди прочих. Он жестикулирует, кидает улыбки, будто за час зарядился новой энергией и успел поспать. Зои негромко подшучивает над ним, ловко подбрасывая небольшой нож в руке.

Мой взгляд сам ищет Керна и Арона.

Они сидят у самого края света от костра, чуть в стороне от остальных. Их лица освещены огнём, на щеках играют тени. Я украдкой смотрю на них, стараясь не выдать своего внимания. Они говорят между собой. Спокойно, размеренно.

Керн склонился вперёд, локти на коленях, пальцы сплелись замком. Арон легко пожимает плечами, что-то отвечая. В этой непринуждённости между ними есть что-то особенное. Естественное.

Конечно… Они же братья. Они привыкли быть вместе и решать проблемы вдвоём. Сейчас, вероятно, они обсуждают когда уйдут. На рассвете? Позже? Или раньше? Как пойдут? Наверное, в обход мегаполиса и дикого леса…

Брр, всё ещё помню, какой лютый зверь тогда на нас напал. Мне было так страшно… И за них, и за себя… Но, мне казалось, что суровые условия нас сблизили. Мне казалось, что они стали иначе относиться ко мне.

Я замираю, наблюдая за ними.

Слова Зои всё ещё гулко отдаются в голове:

— И чей именно планируемый уход тебя сейчас расстроил, малышка?

Я не отвечаю. Даже мысленно. Боюсь.

Просто сжимаю пальцы на ложке и опускаю глаза в тарелку.

Внутри всё спорит. Одна часть меня боится сказать что-то лишнее, выглядеть глупо, как девчонка, которая не знает, когда остановиться. Другая — кричит от страха, что они могут уйти, оставив меня. Эта мысль приносит невыносимую боль. Неужели я для них всего лишь временная спутница?

Я боюсь потерять их обоих. Боюсь, что если один из них останется, я потеряю другого. А я… Так не хочу никого терять. Я устала терять близких и так тяжело их искать. Я просто хочу жить…

Но как мне их остановить?

Нет. Хватит об этом думать.

Я одёргиваю себя и отворачиваюсь к огню. Но это не помогает. Вместо слов тех, кто сидит рядом, в голове прокручиваются картины: руки Керна — сильные, уверенные. Взгляд Арона, от которого сердце каждый раз пропускает удар.

Моя ладонь невольно скользит к груди, туда, где сердце отбивает неровный ритм.

— Лия, ты не слушаешь, — вдруг раздаётся голос Зои.

Я вздрагиваю. Она садится рядом со мной, смеётся, легко толкает в плечо.

— Лиам только что сказал, что теперь мы заживём.

Я поднимаю глаза на брата.

Он смотрит на меня широкой, счастливой улыбкой.

— Да-да, мы теперь заживём, — повторяет он, наклоняясь, чтобы крепко обнять меня. — У меня теперь есть ты, малышка. Я так рад, что ты тут… Как бы нам… Как бы нам ещё маму выманить…

Его руки такие сильные и тёплые, что я на миг чувствую себя ребёнком. Тем самым ребёнком, которого он всегда защищал.

— Теперь ты дома, сестрёнка. Я тебя никому не отдам, — снова повторяет он эту фразу и меня подкидывает.

Я обнимаю его в ответ.

— Точно…

Когда костёр начинает затухать, Лиам и Зои решают устроить нас в палатках. Арона и Керна они отправляют на самый край лагеря — туда, где меньше всего людей, чтобы никто не мешал им. А Лиам забирает меня с собой.

В палатке темно и прохладно. Я ложусь на жёсткую подстилку, натягиваю одеяло до подбородка и закрываю глаза. Разговоры затихают один за другим, остаётся лишь слабый шелест листьев и потрескивание углей в костре.

Но сон не идёт. Вместо темноты я вижу перед собой губы Арона. Вспоминаю, как его голос обволакивает мягко, как тёплый шёлк, и этот взгляд, в котором всегда что-то большее, чем просто слова. А потом в памяти возникает Керн. Его строгий, тяжёлый взгляд, от которого становится жарко, и губы, которые… я представляю их, чувствуя, как щеки начинают гореть.

Моя ладонь снова тянется к сердцу, и я чувствую, как оно бьётся так быстро, что отдаёт болью в рёбрах.

Это невозможно.

Так больше нельзя.

Я больше так не могу.

Наконец я решаюсь. Поднимаюсь, аккуратно выбираюсь из палатки, стараясь не разбудить брата. Ночной лес встречает меня прохладой. Звёзды ярко горят на небе, а луна заливает всё вокруг мягким серебристым светом. Ветер шуршит в кронах деревьев, принося с собой запах влажной земли и хвои.

Весь мир будто замер, и только я иду вперёд, твёрдо решив, что больше не буду молчать. Я найду их и скажу. Всё скажу.

В тусклом свете от редких ночников на палатках очень сложно ориентироваться. Но на краю лагеря, как раз там, где должны были спать Арон и Керн, как раз ярче горит свет. Я осторожно иду туда, огибая личные вещи и огромные навесы. Прохожу мимо костра, под ногами трещат сухие ветки и от кострища всё ещё идёт жар.

Я осторожно прохожу мимо. Крадусь, стараясь никого не разбудить и подхожу к их палатке уже через несколько минут. Но в самой палатке их нет.

Она открыта настеж, отвёрнута от остального лагеря. Внутри горит ночник, лежат все их вещи. Я узнаю и клинки, которыми они готовы были защищаться, и те, чем они отбивались от зверя, и их рюкзаки…

Интересно, где они сами?

Лёгкое потрескивание под ногами за спиной заставляет меня вздрогнуть. Я уже было хотела отпрыгнуть и повернуться, чтобы посмотреть источник шума, но меня мгновенно прижимают к сильному телу и закрывают рот большой ладонью.

— Тщ, малышка, — слышу в ухо голос Керна. — Идём.

Он забирает меня с собой, идёт к водопаду, но затем резко сворачивает в лес и вскоре отпускает меня, когда я вижу на краю невысокого валуна Арона. Он сидит под неярким светом фонарика и орудует внутри дрона инструментами.

— Это всего лишь Лия, — объявил тихо Керн.

Арон поднимает голову и улыбается мне. Осматривает и интересуется:

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — на ватных ногах иду к ним и сажусь третьей около дрона. Недалеко шумит вода, а небо, усеянное миллионом звёзд, кажется очень близко. Словно можно дотянуться пальцем и коснуться звёзд.

— А вы?

— И мы. У Восточных всегда была хорошая медицина, — улыбнулся Керн. — Почему не спишь? Ты не устала? Тебе нужно поспать. Теперь всё хорошо и ты можешь выспаться.

Я опускаю голову. Устала. Очень. Я никогда так не уставала. Но так лучше. С ними лучше. Мне нравится на Земле. Тут я могу быть свободной. И могу спрятаться от Халазии. Могу даже иногда использовать её ресурсы для защиты. На станции я просто существовала.

А ещё я тут встретила их. Арона и Керна, которых не хочу теперь терять. Не хочу, чтобы они ушли. Мне невыносимо от этой мысли.

— Устала, — честно ответила я. — Но мне не спится.

— Думаю, теперь, когда ты нашла Лиама, тебе ничего не грозит. Возвращайся в палатку. Отдохни, — Керн улыбнулся тоже. Кажется, они тоже немного отогрелись и расслабились.

Я прикусываю губу. Сглатываю. Не знаю, что сказать. Не знаю, что чувствую. Хочется плакать. Ком к горлу подкатил такой, что я хочу закашляться и одновременно громко всхлипнуть.

Встаю. Видимо, я не настолько смелая с ними, как думала до этого… Мне тяжело хотя бы попробовать попросить их остаться. Я боюсь, что они не поймут. Или что-то не то подумают. Высмеют…

— Лия, — окликнул меня Керн, когда я сделала шаг. — Почему ты пришла сюда? Я словил тебя прямо рядом с нашей палаткой.

Что сказать? Я буду выглядеть глупой. Ну и зачем я пришла, в самом деле?

— Мне не спится… — тихо шепчу я. Хорошо, что темно и не видно моего лица. — Я не хотела мешать.

Обнимаю себя руками и пожимаю неопределённо руками. Что ещё? Любая мысль о том, что уже утром они уйдут домой вызывает у меня невероятную боль.

Хотят ли они этого? Наверное. Они рисковали жизнью, чтобы меня привести к брату. Наверное, теперь они хотят домой.

— Тебя проводить? — спросил Арон, отвлекаясь от дрона. — Тебе холодно?

— Нет… Нет. Я… Я просто пойду.

Шагаю так быстро, что ноги дрожат после первых же шагов. Я заворачиваю к водопаду, понимая, что там поплакать можно будет без привлечения внимания. Но слёзы начинают катиться задолго до этого.

Я присаживаюсь к самого края скалы, у воды и обнимаю коленки руками. Прячу лицо и даю волю эмоциям.

Не понимаю, что со мной.

Любовь? Это она и есть? Тогда почему она не приносит радости и счастья и так больно внутри? Все фильмы и книги, что я смотрела и читала, врут о том, что любовь — лекарство от всех болезней? Почему так невыносимо и душно? Почему я хочу сбежать? При чём, от самой себя.

Когда я прилетела сюда, я думала только о брате. Я с трудом могу вспомнить первые дни в Северной деревне и ярко помню, как они согласились идти со мной. Вообще-то, они с первой секунды были рядом. Они помогали мне, защищали и рисковали. А я не заметила, как сама… Разве я влюбилась?

Скорее да, чем нет.

В душе что-то приятное разливается. Я улыбаюсь. Хоть у меня нет решимости признаться в своих чувствах им, я самой себе призналась.

От этого не стало лучше и если они просто уйдут утром… Я всё равно останусь одна…

Наверное, так нужно. Отпустить их. Пусть идут домой. У них много обязанностей. Наверное, они потом должны будут занять место их отца. И им нужно быть готовыми ко всему…

— Малышка, ты чего? — слышу голос Керна и резко поворачиваюсь. Он присел рядом со мной и положил ладонь на спину, осторожно согревая своим теплом. — У тебя что-то болит? Почему ты не вернулась в лагерь?

Я же смотрю на него снизу вверх и не могу отвести взгляда. Тёмные глаза обеспокоенно смотрят в мои, он немного поглаживает меня.

— Нет… Не болит… — тихо шепчу. Болит, конечно… Но я не знаю, как об этом сказать.

— Тогда почему ты плачешь? — впервые вижу его таким. А ещё я чувствую его запах. И он мне дико нравится.

— Ты чего так долго воду набираешь? — слышится голос Арона. Он подходит ближе и светит тусклым фонариком на меня. Я тут же сжалась и всхлипнула.

— Нашёл её. А ну, обезьянка. Пошли, — Керн просовывает руку под коленку и спину, подхватывает меня и встаёт. — Потом наберём воды в путь.

“В путь”...

Он приносит меня, на удивление, в их палатку. Тут тепло, пахнет ими и хочется зарыться в одну из курточек носом, представляя как она весь день пропитывалась их запахами…

Боже, я уже думаю как сумасшедшая.

Но идея прижаться щекой к Керну мне тоже не кажется странной.

— Говори, — Керн посадил меня на мягкий спальный мешок и сел напротив. После накрыл мои плечи курткой, и я украдкой всё же вдохнула лишний раз, чтобы ощутить его запах. Арон спокойно складывает дрон обратно в рюкзак, закрывает палатку и садится рядом, на свой мешок. Он вытягивает ноги и тоже смотрит на меня.

Сейчас на них меньше одежды. Тут не холодно и они могут себе позволить ходить в простых штанах и тонких свитерах. Я тоже в простом термокостюме Зои, и мне комфортно. Но именно этот факт позволяет мне рассмотреть их.

Да, я и до этого знала и видела, что они оба весьма крепкие. Им ничего не стоит сделать больно кому-либо. Даже не применяя силу, они сделают больно мне утром. Но…

Сейчас они оба до умопомрачения красивые… такие, что мне хочется потрогать все мыщцы, ощутить тепло тел и насладиться их близостью.

Что мне сейчас говорить?

Я не могу решиться.

— Что мне говорить? — спросила. Складываю ноги перед собой и натягиваю курточку на плечи.

— Почему не спишь? Почему, когда нашла брата, не выглядишь счастливой? Мы ведь рисковали жизнями. Все трое, малышка, — Керн не нападает. Он просто пытается меня разговорить.

— Я не знаю, — отвернулась, прикусив губу. — Я не знаю, что со мной. После заброшенного города мне как-то не по себе.

— Я спугнул тебя, крошка? — наклонил голову Арон. — Я не хотел. Я лишь поддался… Эмоциям.

О божечки, он это говорит при Керне?

— Малышка, — Керн сам берёт меня за подбородок и быстро поворачивает к себе. — Скажи, что тебя тревожит? Ваш поцелуй?

— Я бы не назвал его полноценным поцелуем, конечно, — усмехнулся Арон.

— Не мешай. Лия?

Я поднимаю взгляд на Керна и нервно сглатываю. Мне страшно. Страшно, что я могу упустить этот шанс из-за собственной глупости. Или неуверенности.

— Нет. Не из-за этого, — отвечаю осторожно.

— А из-за чего? — наклонил голову Керн.

— Мне страшно, — выпалила. — Просто пусти… И уходите. Вам же нужно идти… Вот и идите домой. Я тут… Останусь. С братом. Просто идите.

— Правда? — внезапно улыбнулся Керн. Арон тоже растянул губы.

— Что?

— Правда не хочешь, чтобы мы уходили? — улыбнулся шире Керн.

Я думаю секунду. Сказать “нет” — глупо. Это мой шанс.

Но сказать “да”... А зачем им оставаться только из-за того, что я так хочу?

Я встаю на колени и быстро приближаюсь к Керну. Сама не понимаю, что творю, но отступать не могу. Больше не могу. Наклоняюсь и прижимаюсь к его губам своими. Ведомая только своим желанием, я осторожно обхватываю его губы, радуясь словно маленькая его ответным ласкам.

Это так… Чувствительно… Нежные прикосновения пробуждают неизвестные до сих пор чувства и мелкую дрожь в пальцах. Дыхание сплетается воедино, и я с ума схожу от этого коктейля эмоций. Осторожно держусь за его плечи и пытаюсь удержаться на ногах, не грохнуться от слишком явной дрожи.

Арон перехватывает мои губы, едва Керн на секунду отвлёкся. Он целует намного смелее мои губы, чем тогда, позволяет мне вдохнуть воздуха и снова впивается, словно я — живительный источник в пустыне без воды и еды.

Он валит меня на спину. Тело подкидывает, я дрожу, когда пытаюсь провести по его волосам пальцами или погладить шею. Мне так приятно, тепло и хорошо, что всё отходит на второй план. Я отвечаю со всей взаимностью им обоим, дыхание сбивается и внутри разгорается новое, опасное и неведомое пламя.

— Так! — Арон первый отстраняется. И толкает от меня Керна. Тот мутным взглядом смотрит на меня, едва дыша.

— Прости… — тихо шепчет непослушными губами Керн. Сглотнув, он садится и ставит локти на колени, опускает голову.

— Лия, ты в порядке? — спросил Арон. Он едва дышит, пытается успокоиться.

Внутри меня готова разорваться кровь в венах. Настолько сильно мне понравилось, что хочется ещё. Ещё и ещё. Хочу больше.

Их обоих.

Я привстаю и после сажусь. Касаюсь пальцами своих губ и сглатываю.

— Я… да. А ты? — я смотрю на Арона. — А вы оба?

— Да. Прости, крошка, — Арон снова подползает ближе. — Ты не хочешь, чтобы мы ушли?

— Нет, — ого! Сейчас это сказать намного легче. — Я боюсь… Боюсь, что мы никогда больше не встретимся. Что я потеряю вас. Вас обоих.

Я накрываю ладонь Керна и он поднимает взгляд.

— Мы оба тоже не горим желанием оставлять тебя, малышка, — произносит он. — До утра мы бы придумали уйму лишних поводов… Но ты… Облегчила задачу, — мужчина улыбнулся.

— Прости, что довели тебя до слёз, — тихо произнёс Арон. — Просто… Я посчитал, что испугал тебя. Да и мы вместе пережили столько сложностей, что сейчас расстаться было бы идеальным решением. Чтобы больше не подвергать тебя опасности, — улыбнулся он.

— Я рада, что мой брат жив. И с ним я бы отправилась дальше, к Восточным. Но… Без вас… Мне сложно думать, что тут… Что это конец.

— Снова слёзы, малышка, — шепнул Керн, улыбнувшись. — Ну, чего ты?

Он тянет меня на себя и быстро укладывается. Под голову кладёт свою руку и прижимает спиной к себе. Арон ложится впереди и гладит по щеке, вытирая слёзы. Он снова целует меня, но в этот раз не так пылко. В волосах я ощущаю нос Керна и мгновенно растворяюсь. Мне тепло и хорошо.

— Восточные не против, чтобы мы пошли к ним, — шепчет в моё ушко Керн. — Оставалось узнать, что ты сама об этом думаешь. Ты очень смелая и храбрая девочка. Ты спасла нас обоих, даже не предполагая, что можешь справиться с этим. Ты помогла подняться моему брату и когда я был ранен, заботилась. Лия, неужели ты думала, что мы готовы тебя отдать?

— Думала… — тихо шепчу в губы Арона. — Арон сам сказал, — я повернулась к нему и посмотрела в глаза, — что расстаться сейчас — это идеальное решение.

— Идеальное в двух случаях, крошка. Если ты не ощущаешь к нам того же, что и мы. И если мы хотим оградить тебя от опасностей. И если первое ты только что доказала, то насчёт второго… нам придётся защищать тебя ещё сильнее.

— Просто останьтесь. Не нужно ни причин, ничего… мне больно от мысли, что вас не будет рядом, — я смотрю на Арона.

— Хорошо, — кивнул Арон. — Мы с тобой. Придём к восточным и устроимся там. Знаешь, они тоже живут у моря. И у них оно тёплое, приятное. В нём можно купаться.

— А рыбу они готовят лучше Северных? — усмехнулась я.

— Не хуже, — признается Арон. Он ложится на спину, пока как Керн обхватывает меня сильнее и кладёт голову на мою, прижимая к себе сильнее. Он накрыл меня спальником, а на втором разложеном мешке умостились мы втроем. Как и в заброшенном городе.

— Когда мы встретили тебя, мы возвращались от Восточных. Это была неформальная встреча, потому отцу мы придумали другую легенду, — тихо рассказывает Керн. — На Земле ты либо подчиняется общим правилам, либо нарушаешь, подрывая доверие к себе. Мы с братом не хотим жить под началом нашего отца. Он против в любых новых людей в деревне, и отпустил нас, наверное, для того, чтобы мы избавились от тебя, — он вздохнул.

— Мы не смогли. Вообще-то, мы просто шли дальше, к Восточным, понимая, что они примут нас. То, что Лиам попал к ним — это хорошо.

— Я тоже в восторге… а ещё он уже раз попадал к ним. Он говорил же… И кажется, Лиам не просто так вернулся на станцию и после полетел обратно. Они явно продумали его полёт заранее. Только зачем — не понимаю.

Я говорю это тихо.

— Да, в твоих словах есть логика. Он мог понять, что тут лучше. Всяко лучше, чем подчиняться искусственному интеллекту.

— А что вы знаете о создателе? — тихо спросила я.

— Каком?

— Создателе Халазии. Кто-то ведь написал первый код. Кто-то начал это.

— Это началось с планеты, это точно. После построили станции и потом что-то пошло не так. Станции должны были служить дополнительной мощью для Земли. А не стать домом для человечества.

— А как тут люди остались?

— Существует одно поверье. Оно от Западных пошло. У них на территориях есть подземные бункеры. Через пару десятков лет люди вышли из него и начали тут жить. Уже тогда Халазия взяла верх и стала править людьми.

Арон подложил под голову руку и вздохнул.

— Южные — первые, кто сдался и не захотели вступать в диалог с нами и другими поселениями. Часть забрали на базы. Остальные работают добровольно на систему. А после каждое поселение заключило договора на своих условиях. Мы не мешаем ей разбивать базы и заниматься добычей чего бы то ни было. А она не трогает наши поселения. Потому внутри Севера, Востока и Запада — мы в безопасности. Сейчас же, в этом лагере, — нет. Но тут и ей делать нечего.

— Я удивлена, что вы не чипированы… Я не верила, что тут можно жить.

— А мы думали, что на станциях только чипированные. И нет таких особенных крошек.

Я прячу лицо в груди Арона. Мне так приятно, что хочется не прекращая улыбаться. А ощущая их запахи, мне очень хочется никогда больше не отпускать их. Ни на одну секунду, если честно.