Глава 9. Скелетный клининг и танго на костях

Кое-как отмывшись у раковины в углу от липкой неоново-белой пены маскировочного тумана, удалось наконец привести себя в относительный порядок. Вода шумно уходила в слив, унося остатки недавнего мыльного побоища. Казенная кожаная шапочка болотного гада с противным шлепком полетела на дно мешка, а пышные рыжевато-каштановые локоны снова обрели свободу, хоть и пахли теперь ядреной лунной мятой. Подхватив на плечо замшевую сумку, откуда осторожно высунулась всё еще круглая, слегка ошалелая от пережитого взрыва мордочка Оливки, пришлось тяжело вздохнуть. Любимица бдительно шевелила ушами, явно пребывая в легком шоке от пережитого пенного апокалипсиса.

В этот самый момент собственный желудок издал до неприличия требовательный, утробный и такой громкий звук, что пушистая бестия в сумке испуганно передёрнула ушами. Нахлынуло запоздалое осознание: со вчерашнего вечера, когда Иллария так вовремя угостила в комнате пышными сдобными булочками с земляничным чаем, во рту не было ни единой крошки. Из-за утренней суматохи и затянувшейся прогулки с куратором на завтрак в Академии попасть так и не удалось.

— Эй, ходячее бедствие, живая? - из-за двери алхимической аудитории показалась круглая, добродушная физиономия Криса. Серые волчьи ушки оборотня весело подергивались, а следом в коридор высунулась и рыжая лисичка Алисия, задорно помахивая пушистым хвостом.

— Лика, бросай свои мокрые тряпки! Пора срочно кормить нашу земную гостью, пока ты от голода магическое ядро не растеряла. До сегодняшней изнурительной отработки у некромантов со скелетами нужно как следует заправиться!

— Настоящее ильмерийское жаркое ждет! - подмигнула Алисия, хватая под руку.

— Погнали в столовую, там сегодня повар обещал выдать нежнейшее мясо. Твоя кошка, судя по её голодному сопению на дне сумки, тоже голосует за обед.

Мысли о еде придали сил. Пока двигались по бесконечным монументальным переходам и гулким каменным галереям в сторону трапезной, ребята без умолку болтали, стараясь скрасить моё вынужденное переселение в новый мир.

— У нас в клане Серебряного когтя вообще всё просто, - весело рассказывал Крис, потирая шрамы на переносице, пока его серые ушки чутко ловили каждый шорох замка.

— Семья огромная, тридцать братьев и кузенов, вечно драки за лучший кусок мяса на охоте. Так что к суровой дисциплине Боевого факультета мне не привыкать. Главное - вовремя выставить щит и не злить старшекурсников.

— Ой, помолчал бы, волк, - со смехом отмахнулась Алисия, изящно поправляя пышный рыжий хвост.

— Вот у нас у лисиц в клане Огненных Хвостов. - сплошные интриги и дипломатия. Отец мечтал выдать меня замуж за какого-нибудь эльфийского лорда, чтобы укрепить торговые связи. Ага, щас! Я стащила его парадные сабли, завалила вступительный экзамен по этикету и сбежала на Боевой факультет. Здесь хотя бы можно легально давать сдачи всяким клыкастым снобам вроде Торвальда. Лика, а у тебя на Земле как дела обстоят? Семья большая?

Вздох получился непроизвольным. Воспоминания о предательстве Максимки кольнули легкой досадой.— Да какая там большая семья... Сирота, родителей рано потеряла, так что крутилась в жизни сама. Три года пахала старшим продавцом в огромном книжном магазине. А перед самым переносом в ваш мир вообще устроила бывшему жениху тотальный разгром и от души отметелила этого иуду тяжелой железной ложкой для обуви! Он в плед завернулся и по коридору как таракан от тапка метался, пока кольцо обратно не швырнул.

Крис испуганно округлил карие глаза и даже прижал свои серые волчьи ушки к голове:— Погоди, Соколова... Железная ложка для обуви? Это какое-то секретное земное оружие ближнего боя? Особый карательный артефакт безмагических?

Алисия рядом прыснула со смеху, утирая слезы кончиком мантии. Я весело хмыкнула, поправляя сумку с Оливкой:— Типа того, Крис! Шедевр нашей металлургии. Ей можно отбиваться от стаи голодных волков, и ложка бы победила. Так что вы со своими клыками и когтями со мной поаккуратнее. Если Хаос разбушуется, у меня рефлекс срабатывает мгновенно!

Лавируя между длинными дубовыми столами огромной академической столовой, которая больше напоминала величественный рыцарский зал с высокими готическими сводами, удалось наконец получить свои порции. И повар действительно превзошел сам себя! Главным блюдом дня знаменовалось традиционное ильмерийское жаркое: огромные, сочные куски запеченного нежнейшего мяса с золотистым местным картофелем, щедро приправленные ароматными горными травами. Пахло это кулинарное чудо настолько умопомрачительно, что слюнки потекли мгновенно.

Обидеть Оливку и оставить любимицу голодной, конечно же, было нельзя. Специально для пушистой бестии пришлось выпросить у раздатчика отдельный, чистый кусочек сочной ильмерийской вырезки без капли острых специй и соуса. Стоило опустить это мясное сокровище прямо в замшевую сумку, как оттуда мгновенно высунулась довольная усатая мордочка. Оливка ухватила лапой угощение, в один миг втянула его в свои недра и зашагала когтями по замшевому дну, развив такое громкое, тракторное урчание от удовольствия, что наш дубовый стол, кажется, завибрировал в такт кошачьему восторгу.

— Ну надо же, фамильяр у тебя такой же прожорливый и боевой, как хозяйка, - хохотнул Крис, с аппетитом уничтожая свою порцию.

Подкрепившись под веселые байки друзей, удалось наконец почувствовать себя человеком. Кошачья сытость и полный желудок вернули бодрость духа. Попрощавшись с друзьями после сытного обеда, пришлось уныло поплестись вместе с Оливкой в сторону общежития, надеясь выкроить хотя бы часик на законный послеобеденный сон. Но стоило только доползти до комнаты и в полном бессилии упасть на мягкий матрас, как по ушам ударил резкий, оглушительный стук в дверь. Деревянная створка содрогнулась так, словно её штурмовал боевой таран.

Оливка испуганным гиббоном взлетела на шкаф, распушив хвост, а я сердито подскочила на постели. На пороге обнаружился раздраженный, взъерошенный куратор. Скрестив руки на груди, Ривердан буравил меня своими бирюзовыми глазами, в которых отчетливо читалось желание лично скормить попаданку местным гаргульям.

— Соколова, ты опять умудрилась что-то натворить?! - бархатный голос дракона прозвучал подозрительно нервно.

— Живее собирай свои шмотки, Хаос ходячий. Я лично должен доставить тебя в Западное крыло и проконтролировать твою отработку, чтобы подвалы Академии не превратились в филиал мыльной фабрики. Поднимай свои копытца и пошли!

— Да иду я, иду, - буркнула я, поудобнее перехватывая сумку, куда Оливка со шкафа перетекла с самым независимым и бдительным видом. Оставлять кошку-катализатор в комнате после угроз комендантши было плохой идеей, так что пушистая бестия отправилась на отработку вместе с нами.

Тренировочный полигон некромантов, располагавшийся в самом глубоком подвале Западного крыла, встретил замогильным холодом, сыростью и вековой пылью. Весь пол зала был живописно завален учебными пособиями - грудами пожелтевших от времени костей и целых скелетов, раскиданных после спаррингов старшекурсников.

— Итак, Соколова, фронт работ тебе ясен? - раздался сверху ленивый, бархатный голос куратора.

Он с чисто драконьим комфортом устроился на высоком каменном уступе. Его старостская мантия была безупречно расправлена, глаза насмешливо поблескивали, а зрачки сузились. Дракон подпер голову ладонью и свысока наблюдал за тем, как я в своих тяжелых ботинках стою по колено в этом костяном хаосе, сжимая в руках плетеную корзину и старую метлу.

— Ясно, - отозвалась я, сердито зыркнув на уступ. — Сортировать черепа по размеру, ребра - в левый угол, берцовые кости - в правый ящик. Изверги вы, Ривердан. Я, между прочим, планировала отдохнуть, а вы меня тут эксплуатируете из-за утреннего происшествия с котлом!

— Инициатива, Соколова, должна быть наказуема, - он невыносимо ухмыльнулся, обнажив кончик строгого клыка.

— На алхимии ты устроила мыльный апокалипсис, а убирать за тобой должен весь Боевой факультет. Так что работай, Соколова, работай. Наслаждайся правилами гигиены.

Пришлось обиженно сопеть носом следующие пятнадцать минут. Спина после двадцатого поднятого черепа начала призывно поскрипывать. Посмотрев на огромную гору костей, пришло чёткое осознание: надо что-то менять – Меня осенило. Решительно бросив корзину на пол, оперлась на метлу и закрыла глаза, пыталась нащупать внутри колючую искру силы. Мне просто нужно было направить поток магии на метлу и приказать костям самоорганизоваться по ящикам, устроив генеральную уборку.

Сосредоточившись, резко выставила ладонь вперед, мысленно приказывая: «А ну-ка, приберитесь тут быстро!» В ту же секунду по залу пронесся ядовито-зеленый всплеск. Замшевая сумка на плече бешено задергалась - Оливка, почуяв выброс энергии, высунула усатую мордочку и звонко, катализирующе чихнула прямо в эпицентр магии!

Щелк! Хрусь! Грохот!

— Соколова, стоять! Что ты творишь?! - закричал сверху куратор, мгновенно подскакивая на ноги, а на его шее проступили бирюзовые чешуйки.

Но процесс благодаря кошачьему чиху уже пошел. Пожелтевшие кости на полу задергались, загремели и начали с бешеной, космической сложностью слетаться друг к другу. Через тридцать секунд посреди полигона в полный рост стояли десять скелетов древних воинов. Они синхронно повернули свои пустые черепа в мою сторону, зловеще щелкнув челюстями. Спутник у уступа уже собирался спрыгнуть вниз, окутав кулаки драконьим пламенем, но тут бытовая магия хаоса выдала свой окончательный, сокрушительный вердикт.

В момент подскока один из костяных воинов... вежливо забрал из пальцев метлу. Второй подхватил тряпку, третий пулей метнулся в угол, схватил казенное ведро с водой и кусок мыла. Под моим ошалелым взглядом и в абсолютном шоке зависшего дракона, скелеты древних воинов... развили бешеную деятельность по генеральной уборке подвалов!

Один костяной воин принялся с космической скорость подметать пол, вздымая тучи пыли. Еще двое встали на четвереньки и начали до блеска драить каменные стены мыльной водой. Но самый шедевр начался в центре зала. Оставшиеся три пары скелетов, не найдя свободных тряпок, галантно обняли друг друга за костяные талии, зловеще и ритмично защелкали зубами, задавая такт, и... страстно, безупречно затанцевали аргентинское танго прямо посреди полигона некромантов!

Клац-клац-клац - отбивали ритм челюсти.Вжих-вжих - терлись друг об друга ребра в крутых разворотах танца.

Я стояла посреди этого пугающе чистого зала, где мертвецы устроили шоу профессионального клининга, и нервно подхихикивала. Дракон медленно опустился на колено прямо на краю уступа. Его челюсть окончательно капитулировала, а глаза округлились, а тёмная прядь волос смешно встала дыбом. Оливка из сумки завороженно разглядывала это костяное шоу, удивленно округлив зеленые глаза-пуговицы и согласно, очень тихо мяукнув в такт разворотам мертвецов.

— Соколова... - глухо, сдерживая истерический смех, выдал высший дракон, глядя, как один из скелетов в эффектном пасе наклонил своего костяного партнера до самого пола, параллельно вытирая тряпкой пыль с плинтуса. — Я видел многое на Боевом факультете. Но чтобы нежить отмывала полигон некромантов под танец... Это исторический момент для Ильмерии.

В этот самый момент тяжелая дверь полигона отворилась, и на пороге появился мрачный Магистр Кроу. Замректора зашел с самым суровым выражением лица, готовый лично отчитать попаданку за утренний погром. Но когда его тяжелый черный взгляд уперся в вальсирующего с ведром скелета, который в этот момент весело и страстно крутанул тазом прямо перед его носом, Игнациус замер. Его серое гранитное лицо вытянулось, а из пальцев на пол медленно, беззвучно выскользнул свиток с отчетами.

Я гордо закинула метлу на плечо, словно штурмовую винтовку и с самым невозмутимым лицом, озвучила:

— Спокойствие, Магистр Кроу! Земной Терминатор на минималках прибыл для зачистки территории! Зато полигон чистый, а у нежити проснулось чувство прекрасного!

Кайл сверху на уступе не выдержал. Его плечи содрогнулись, и куратор бархатно, во весь голос, оглушительно расхохотался на весь подвал, полностью растеряв маску сурового изверга! Он спрыгнул с уступа, приземлившись на пол с чисто кошачьей грацией, и сделал шаг в мою сторону, всё еще искрясь безумным весельем.

— Хватит паясничать, Ривердан! - ледяной, грозный окрик Магистра Кроу мгновенно разрезал воздух подвала, заставив куратора резко осечься и вернуть лицу строгий вид.

Замректора медленно перевел свой тяжелый антрацитово-черный взгляд на вальсирующего с ведром скелета, который в этот момент как раз попытался сделать крутой разворот у его сапог. Кроу брезгливо отодвинул костяную ногу носком своего черного туфля и сухо процедил:

— Адептка Соколова. Заклинания у вас, конечно, варварские, а чувство такта у древних воинов хромает. Но должен признать: полигон некромантов не блестел так последние три века. А теперь - живо марш по комнатам, пока нежить не пригласила меня на кадриль! На сегодня отработка окончена! Ривердан, проконтролируй, чтобы этот ходячий Хаос дошел до жилого корпуса без промежуточных катастроф.

— Слушаюсь, Магистр, - глухо отозвался дракон, бесцеремонно подталкивая меня к выходу из подвала.

Едва тяжелая дубовая дверь полигона захлопнулась за нашими спинами, коридоры Западного крыла встретили нас звенящей вечерней прохладой. Переходы замка уже погрузились в глубокие полусумерки, стрельчатые окна окрасились в багровые тона заката, а парящие магические сферы под потолком медленно зажигались уютным золотистым светом. Мои берцы весомо стучали по каменным плитам полп. Кайл шел чуть впереди - высокий, широкоплечий, двигающийся с опасной грацией хищника. Взгляд непроизвольно зацепился за его профиль, и упрямство в очередной раз взяло верх над осторожностью.

— И долго вы планируете маршировать с таким кислым видом, господин куратор? Словно у вас прямо сейчас без объявления войны конфисковали всё фамильное золото. Полигон чистый, Кроу доволен. В чем драма?

Ривердан резко остановился, заставив едва не впечататься носом в его широкую спину, и медленно повернулся. В его бирюзовых глаза внезапно полыхнуло мистическое, пугающее пламя, а вертикальные зрачки хищно сузились в тонкие щелочки.

— Драма в том, Соколова, что мой день обычно расписан по минутам. - вкрадчиво, но от этого еще более звучно пророкотал он, наклоняясь к самому моему лицу так близко, что кожу обдал жаркий аромат озона после грозы.

— Вместо тренировок по полетам на драконьем полигоне старших курсов я вынужден провожать тебя, которая за один день успела стать легендой Боевого факультета благодаря пене и танцующим мертвецам. Откуда в тебе столько этого безумного, нелогичного упрямства?

— Жизнь научила, - я нагло вскинула подбородок, глядя прямо в его светящийся бирюзовый огонь и удерживая лицо.

— Сирота, родителей потеряла слишком рано, так что крутиться на Земле довелось самостоятельно. Выросла в государственном детском доме, а там законы простые: если перед другими хоть раз покажешь слабость или страх - тебя сожрут и не поморщатся. Привыкла рассчитывать только на себя, пахала от звонка до звонка, строила жизнь по кирпичику. А перед самым переносом в ваш мир должен был случиться личный маленький юбилей - двадцать пять лет. Думала, наконец обрела дом и покой. Но жених и лучшая подруга... люди, которых искренне считала своей единственной семьей, подло предали и буквально растоптали меня в мой же день рождения. Прямо на моих глазах..

Дракон замер. Бирюзовое пламя в его глазах медленно угасло, сменившись странным, глубоким и очень внимательным выражением. Он медленно выпрямился, заложив руки за спину, и его шаги стали заметно медленнее, подстраиваясь под мой ритм.

— Сирота, значит… — тихо, без прежнего высокомерия пробормотал он, глядя вперед на мерцающие сферы.

— Что ж. В Велариуме Высшим Драконам тоже ничего не дается даром, Лика. Род Ривердан древний и влиятельный, но мой отец воспитывал меня железной рукой. Стоило мне в детстве проявить минутную слабость, не удержать концентрацию пламени на тренировке или завалить экзамен по военной стратегии - наказание следовало незамедлительно. Родовая гордость - это тяжелый крест. От наследника требуют абсолютного совершенства. Малейшая ошибка - и ты позор семьи. Так что правила дисциплины у меня вбиты прямо в кровь.

Замшевая сумка на плече тихонько зашевелилась. Оливка, словно почувствовав, что атмосфера между нами наконец потеплела, высунула усатую мордочку наружу и согласно, очень тихо мяукнула, глядя на притихшего дракона. Кайл скосил взгляд на кошку, и его губы впервые дрогнули в мягкой, совершенно искренней полуулыбке без капли привычного сарказма.

За этим неторопливым, удивительно откровенным разговором дорожка незаметно вывела нас к жилой зоне общежития. Остановившись у массивных дверей, куратор повернулся ко мне, и в его бирюзовых глазах снова промелькнула привычная, насмешливая искра:

— Ну вот мы и на месте. И очень советую тебе на сегодняшнем ужине вести себя тихо. Без происшествий.

— Спасибо, что проводил, Ривердан, - улыбнулась я, поправляя сумку с Оливкой. - Постараюсь не разрушить столовую раньше времени.

Он едва заметно ухмыльнулся, круто развернулся и зачеканил шаг обратно по коридору, оставив в воздухе легкий шлейф грозового озона.