Глава 32

— Можете поблагодарить меня позже, — говорю я, когда мальчики выходят из-за угла и находят меня сидящей на земле рядом с машиной Хаэля. Я помню, что Вик сказал мне не прикасаться эту чёртову железку без разрешения Хаэля, но, похоже, его не беспокоит то, что я облокотилась на неё.

— Поблагодарить тебя за что? — спрашивает Вик, а потом обращает внимание на догорающее содержимое мусорного бака рядом с контейнером.

— Мисс Китинг нашла коробку со всем, что было у директора Вана на вас за все эти годы, доносы об издевательствах, вандализме, издевательствах. У него в обороте была чертова золотая жила, которую он хотел использовать, лишь бы прибить ваши задницы. Это было под его столом.

— И как ты оказалась здесь? — интересуется Хаэль, и Каллум хихикает, наклонившись рассмотреть остатки пепла. Он смотрит на меня и подмигивает своими красивыми голубыми глазами.

— Она затащила меня в свой офис для какого-то дурацкого разговора, — рассказываю я, запахнув руки в карманы, и чувствую, как моя собственная жалоба царапает подушечки пальцев. — Я выкрала ее и выбралась через окно.

— О-о, должно быть, в понедельник у тебя будут гребаные неприятности, — говорит Каллум и улыбается. Хаэль выглядит отстранённым, а Аарон смотрит так, словно никогда не видел меня. Оскар изучает меня своим проницательным взглядом, но хотя бы Вик выглядит счастливым.

— Что у тебя в карманах? — спрашивает Оскар, продолжая смотреть на меня. Вопрос звучит непринужденно, но в нем слишком много угрозы. Никто не пропускает это мимо ушей.

— Выверни карманы, — бросает Вик, окинув Оскара хмурым взглядом. — Если обвиняешь члена Хавок, то проверь его. Мне не нравятся пустые угрозы.

Делаю, как сказал Вик, мои ладони вспотели, когда я вытащила скомканный лист бумаги, зажигалку и два доллара. Вик делает шаг вперёд, прошлёпав карманы руками, проверяя, все ли я вытащила. Хотя, может он просто это делает, потому что хочет? Эта мысль заставляет чувствовать себя лучше.

Наши взгляды встречаются, и он отступает, развернув комок.

Глаза Оскара темнеют, будто его подозрения подтвердились, но тогда Вик поворачивается и впечатывает листок в грудь своему другу.

— Не сомневайся в нашей девушке, — предупреждает он, пока Оскар читает, его глаза сужаются до щёлок, и он передаёт бумагу мне, пусть и неохотно.

— Извини, Бернадетт, — произнёс он с легкостью в голосе. — Я ошибался, а такое случается редко.

— Ошибался? Как это? — переспрашиваю я, засунув лист бумаги обратно в карман, пока Оскар поправляет очки.

— Я предположил, что свою жалобу ты могла сохранить, — он глядит на мусорный бак. — Или спрятала остальное в другом месте.

— Довольно, Оскар, — вякает Вик, и даже Аарон выглядит разочарованным, пробегая пальцами по своим волнистым каштановым волосам.

— Можешь подозревать меня сколько угодно, — говорю я, приблизившись к Оскару, благодаря массивной подошве, мы с ним находимся примерно на одном уровне. — Но я должна была красть коробку. Я могла оставить ее в офисе мисс Китинг и позволить ей избавиться от Хавок. Я могла спрятать ее, и вы бы даже не узнали о ее существовании.

Улыбка прорезается на моем лице, когда я встречаюсь с глазами Оскара и смотрю на него. Его взгляд не так-то просто выдержать, я это признаю. Но сдавать назад я отказываюсь. Во всяком случае, именно я недавно надрала его задницу.

— Пришло ли мне в голову использовать коробку против вас? О, ещё как пришло, — я отхожу и качаю головой, поправив волосы. — Но, полагаю, что лучше позволить всему сотворенному вами дерьму сойти с рук, нежели стать лгуньей, как все вокруг меня.

Оскар улыбается, на его лице застыло злое выражение, но, думаю, что мне удалось заработать у него один или два балла.

— Это объясняет, почему мисс Китинг носилась по коридорам, — подал голос Аарон, одарив меня оценивающим взглядом, словно гадал, куда делась милая девочка Бернадетт. Думаю, она умерла примерно в то же время, когда и мальчик Аарон. Потому что, давайте посмотрим правде в глаза, все хорошие мальчики склонны к этому. — Тебя отстранят, и то в лучшем случае.

— Возможно, — говорю я, полностью осознавая риск. — Но у нее тот странный синдром спасателя. Так что, я могу избежать наказания.

— Прекрасно сработано, Бернадетт, — в голосе Вика прозвучала гордость. Его глаза сверкают, когда он приподнимает подбородок в моем направлены. Он не позволит мне забыть, как мы занимались сексом в туалете сегодня. Без презерватива. Я сжимаю зубы. Я знаю, но, честно говоря, очень сложно делать вид, что меня это волнует. Единственное, что имеет значение, это здесь и сейчас. Будущее — привилегия, которую я могу и не увидеть.

— Парни, давайте отправимся в Хэллоуинский магазин. Нам нужны гребаные костюмы, желательно, с масками.

***

«Адская дыра» — это маленький жуткий магазинчик в Спрингфилде, который работал круглый год, расположен он был рядом с захудалым баром на Мэйн Стрит. В это время года улицы переполнены покупателями, и среди них есть студенты Прескотта, которые пришли сюда, чтобы закупиться (или украсть) вещами для школы. К примеру, мои сапоги с большими серебристыми черепами, которые сейчас на мне.

Ага, я купила их в «Адской дыре».

Это что-то типа анти-трендового местечка. Горячая точка — это то место, где вы закупаетесь при условии, что учитесь в школе Фуллер и живете в миленьком доме в красивом районе среднего класса.

Эта задница дьявола больше похожа на место, где вы шопитесь, если едите на завтрак детей из средней школы.

— Здесь слишком, блять, мало места, — бормочет Аарон, глядя на резиновые маски вдоль одной из стен. Это место не только оставляет минимальное количество воздуха, но и широта коридоров пропускает лишь одного человека. Всякое Хэллоуинское дерьмо свисает с потолка, стен и заполняет десятифутовые полки по центру комнаты.

Я замечаю пот на лбу Аарона и вспоминаю, что он действительно клаустрофоб. Инстинктивно протягиваю руку и расчесываю несколько прядей по лбу. Когда он замирает, я резко вспоминаю, что мы расстались много лет назад, и что я, блять, не переношу его лицо.

— Отойди, мальчик Хавок, — произнесла я, сняв кровавую маску со стены, и приложила ее к своему лицу. — Что скажешь?

— Думаю, ты слишком красивая, чтобы носить маску, — бросает он и стягивает ее с моей головы, чтобы приметь самостоятельно, это и хорошо, потому что с ответом лучше я бы не нашлась. — Лучше?

— Ты заставишь Кару и Эшли разреветься, — разворачиваюсь от стенда с масками и иду к отделу с — не могу подобрать лучшего слова — шлюховатыми костюмами. Я могу стать, кем захочу — космонавтом, пожарным, полицейский, до тех пор, пока это все сопровождается сексом

Я замечаю Хаэля в углу, он печатал что-то в своём телефоне, и по моей коже тут же прошлась эта горячая вспышка ярости.

— Бриттани? — спрашиваю я, и он поднимает голову, делая вид, что не понял, что я стою рядом. Он стреляет одной из своих фирменных ухмылок, но сегодня это не срабатывает.

— Она хочет встретиться и поговорить, — поясняет он, качнув головой. — Я не знаю, что делать. Но точно знаю, что это, блять, не мой ребёнок.

— Может, она проделала дырку в презервативе? — предположила я, ощутив раздражённость при необходимости обсуждать секс Хаэля и Бриттани. У меня был секс с парнями, которые мне не очень нравились, но как будто не все мы совершаем ошибки на определенном этапе жизни. И все же, я ненавижу даже мысль об этом.

— Нет. Я всегда пользуюсь своими презервативами, всегда открываю их и всегда надеваю сам.

Он позволяет долгому усталому вздоху слететь со своих губ и тянется, чтобы потереть лицо рукой, замерев, когда пара ребят с извинениями протиснулись мимо него.

— Что, если ты так накидался, что той самой жаркой ночью забыл о презервативе? — предложила я, и Хаэль окинул меня взглядом.

— Ты не забудешь, если тебе действительно нравится девушка, — говорит он, опуская глаза к экрану телефона. Он не заметил, как напрягалось все мое тело. Тогда почему Вик постоянно забывает? Или ему плевать…

— Я бы ни за что не забыл с кем-то вроде Бриттани. Иметь с ней общего ребёнка схоже с кошмаром наяву.

— Назначь время и место для встречи, — я подпрыгиваю на месте, когда за моей спиной вырастает Вик, выскользнув из соседнего прохода, скелеты висят над его головой, а где-то позади рычит робот-цербер. — Сделай это после Хэллоуина. Ври, если придется. На этой неделе достаточно дерьма, с которым надо разбираться.

— Я пытаюсь, нахрен, — огрызается Хаэль с ещё одним вздохом, и зажимает кнопку включения, пока экран не погасает. Он запихивает телефон в карман и хватает маску мумии со стен, разглядывая ее.

— Думаете, они станут ждать до вечеринки Стейси, чтобы что-то сделать с информацией, которую получили от Айви? — спрашиваю я, оглядываясь через плечо на Вика. Он смотрит на меня свысока, и я чувствую сильный всплеск… чего-то в своём теле. Чувства и эмоции наполняют меня, половина из которых чужда, а другая хорошо знакома. Я хмурюсь. — Я просто знаю, что сама не стала бы. Не дала бы нам время на то, чтобы обдумать план.

Губы Вика расплываются в ухмылке, и он натягивает маску льва себе на голову.

— Нет, они не станут ждать. Как и мы.

Он рычит подобно льву сквозь маску, а затем хватает пакет со стены и кидает его мне. Сердце колотится, когда Вик разворачивается и исчезает в лабиринте праздничных вещей, оставив меня здесь с очень сексуальным костюмом чирлидерши.

Так-так.

Хэллоуин — это повод, чтобы примерить чужую кожу на своей, верно?

У меня, скорее, прорастут крылья и хвост, чем я стану чирлидером.

Я возьму этот костюм.

***

Вместо дома Аарона мы направляемся к Вику, к счастью, дома никого не оказалось. Когда я переступаю через порог, мои глаза сами находят то место, где Вик впервые меня трахнул. Он перехватывается мой взгляд, проскальзывает мимо и вскидывает бровь. Отвечаю ему с жестокостью в глазах.

— Я приготовлю девочкам что-нибудь перекусить, — пробормотал Аарон, от него не ускользнул наш с Виком обмен взглядами. Моя рука сжимает маленькую ладошку Хизер. Мы забрали ее на обратном пути из «Адской дыры», я была совсем не против, но все же, я не понимаю, почему мы находимся здесь, а не у Аарона.

— Им было бы проще найти себе занятие, будь мы у тебя дома — говорю я, следуя за ним в маленькую кухню. Кажется, Эшли и Кару это не беспокоит, они несутся вдоль кухни к двери, ведущей во двор.

— Я могу пойти? — спрашивает Хизер, дергая меня за руку. Я неохотно отпускаю ее, но остаюсь следить у окна, как ястреб, готовая к появлению отца Вика или тех ужасных мужчин.

— Было бы проще найти им занятие у меня дома, но я предпочту, чтобы Картеры или Энбсруки не знали о том, где я живу, — Аарон открывает холодильник и вытаскивает пару яблок и чеддер, достает карманный нож из кармана джинс, разрезая зелёный фрукт как профи.

— У нас кто-то на хвосте? — я направляюсь в гостиную, чтобы посмотреть в переднее окно. Но за толстой листвой кустов по краям, почти невозможно разглядеть хоть что-то.

— Тебе ещё многому предстоит научиться, Бернадетт, — говорит Вик, склонившись надо мной, а затем снова выпрямляется. — Как только они уедут, мы отвезём детей к няне и отправимся на вечеринку.

— А куда именно мы отправляемся? — Оскар отводит взгляд от окна, чтобы взглянуть на нас с Виком.

— Сегодня мы разгромим вечеринку Прескотта, — расплывчато отвечает он, и свет от окна отражается от линз его очков. — Виктор, не хочешь поделиться новостями?

— Новостями? — переспрашиваю я, и Хаэль отрывается от своего телефона, его брови сходятся, а на губы забралась ухмылка. — Какими ещё новостями?

— Послушай, малышка, — начинает Вик, и уши сворачиваются. Малышка. Не уверена, нравится мне или… нет, я возненавидела это прозвище. Сужаю глаза в его направлении, но он уже наблюдает за мной.

Каллум падает на стул, его гибкость — напоминание о его прошлом, обо всех секретах, которыми он поделился со мной.

— Кали беременна.

— Что? — я моргаю, чувствуя, как страх и разочарование омывают меня.

— А мы не избиваем беременных цыпочек, — поясняет Каллум своим хриплым голосом, его блондинистые волосы прикрывает капюшон.

— Отлично. Вы же такие примерные граждане. Я выдам вам гребаную награду.

Вик приближается, пока я выплевываю одно оскорбление за другим, и берет мое лицо в ладони, удерживая меня крепкой хваткой своих татуированных рук.

— Мы найдём способ добраться до неё, Берн. Я обещаю. Но это немного меняет наши планы.

— Значит, она залетела, и это автоматически вычеркивает ее из списка? — фыркаю я, пытаясь освободиться от рук Виктора.

— Это не вычеркивает ее из списка, — парирует он, вынуждая меня взглянуть в его тёмные глаза. — Но нам нужно сменить стратегию. Не волнуйся, когда мы с ней покончим, она будет уничтожена.

Он смотрит на меня, а затем наконец отпускает, но я до сих пор чувствую каждый участок кожи, которого он коснулся. Внутри я воспламенилась.

— Ну конечно, — огрызаюсь я, трясясь так сильно, что нужда ударить что-нибудь возрастала в геометрической прогрессии. — Меня заперли в шкафу, преследовали в лесу и выбросили из машины посреди пустыря, а ей все прощается, потому что она трахнула какого-то чувака без презерватива? Кстати, кто отец? Митч?

— Вряд ли, — подал голос Оскар, когда Хаэль прислоняется к стене, наблюдая за нами. Оскар движется в нашу сторону, одетый в свой нелепый костюм и белую рубашку, расстегнутую достаточно, чтобы было видно татуировки, он положил айпад на столик рядом со мной.

— Она трахалась с Митчем последние три месяца.

Я опускаю глаза и начинаю читать личную переписку между Кали и девушкой, которая тоже учится с нами, Венди, или как-то так. Я помню, как сидела с Хавоками за столом в первый раз, как Вик сбил поднос Хаэля, и Венди бросилась поднимать его содержимое. Очевидно, что она в долгу перед парнями. Должно быть, это часть их договора.

Кали: — У меня задержка уже три месяца.

Венди: — Ты делала тест? Я могла бы взять парочку из коробки в аптеке рядом с моим домом.

Кали: — Правда? Встретимся после школы, Митчу нужно разобраться с каким-то дерьмом.

Венди отправила ей эмодзи большого пальца, затем между сообщениями есть некоторая пауза, и переписка продолжается.

Кали: — Они могут ошибаться, верно?

Венди: — Подруга, ты сделала шесть тестов. Один может и ошибаться, но шесть — это беременность, дорогуша. Разберись с этим.

Сменяю фокус внимания с экрана на Оскара, его глаза цвета пепла сфокусированы на мне, а не на айпаде.

— С кем она спала до Митча? — спрашиваю я, пытаясь вспомнить, развлекалась ли с кем-то Кали перед окончанием первого года обучения в старшей школе. — Она дважды спала с каким-то придурком из Оак-Велли, да? Это может быть ребёнок того парня?

— Без понятия, — отвечает Вик, но у меня небольшие трудности с тем, чтобы смотреть на него. Когда он говорит, мой пульс сходит с ума. — Кали не была в наших планах, пока ты не вписала ее в список.

— Ты, скорее всего, подумала, что это весеннее обострение, — бормочет Хаэль, его взгляд где-то далеко, челюсть сжата, шея напряжена. Он явно сосредоточен на Бриттани.

Задняя дверь отворяется, и Аарон исчезает на улице, чтобы отнести девочкам еду, на бумажной тарелке лежат яблочные дольки и кусочки сыра. Он улыбается, когда девочки вскакивают, чтобы забрать еду, совсем не выглядя как человек, заботившийся о малышках. Как и у меня, это его единственная цель в жизни. Его причина, чтобы жить.

Грудь сжимается, и я падаю в кресло позади себя.

— Только потому, что она беременна, — размышляет Каллум, играясь со своим ножом, тем самым, который я вынула из его кармана, чтобы ударить Кали. Возможно, я должна чувствовать себя плохо, но к этой девчонке чертовски сложно выразить сочувствие. Или мое сердце просто замертвело. В любом случае, я ничего не чувствую. До того момента, пока…Вик не обратил ко мне взгляд, и я опять почувствовала все. Стискиваю челюсть.

— Это не значит, что мы не можем подправить ей личико…

Я вскидываю бровь в ответ на очевидную угрозу в его голосе, которая так противоречит с тем, как красиво он танцует.

Конечно, он был злым, но не жестоким. Но когда я думаю о бейсбольной бите и охраннике, и то, как он выбивал дерьмо из Кайлера.

— Хочешь немного поцарапать ее? — уточняет Вик, развивая идею Кэла. — Тогда это точно оставило бы след на ее модельной карьере.

Аарон возвращается и решает присоединиться к нам, облокотившись на стену, где мы с Виком…

— Она куда больше, чем просто имя в списке Бернадетт. Она откровенно бросала нам вызов. Вся школа знает, что именно она затеяла то дерьмо в туалете на пару с Билли. Нам нужно преподать ей урок на виду у всех студентов, — Аарон уперся ногой о стену, скрестив мускулистые руки на груди, и нахмурился.

— Подкрасить ее личико делу не поможет? — Кэл оборачивается через плечо к Аарону. Мой бывший пожимает своими большими плечами и выуживает сигарету, поджигает ее, как будто делал так всегда. Я знаю, что он никогда не прикасался к сигаретам до того, как умер его отец, и он присоединился к Хавокам. — Поверьте, уж я то знаю цену хорошенькому шраму. — Каллум пробегает пальцами по рубцу на подбородке и вздыхает.

— Я не берусь утверждать, что это плохая идея, но ее недостаточно, — Аарон метнул взгляд на задний двор, где смеялись девочки, периодически сопровождая игру на мечах криками. Ох уж эта детская беззаботность. Пытаюсь вспомнить, когда я это утратила — умение отпустить мысли и просто повеселиться.

— М-м, — Вик снова потирает подбородок, и пожимает плечами. — Мы всегда что-то придумываем. А теперь, одевайтесь. Оскар, посмотри, они уже ушли?

— Куда одеваться? — интересуюсь я, пока Оскар выходит на улицу.

— У нас есть кое-какое вечернее занятие, — отвечает Вик, его внимание тоже сместилось к девочкам. Он разворачивается и идет к себе в комнату, оставляя меня либо последовать за ним, либо остаться тут и подождать.

Выбираю последнее.