Глава 16

— Тише, детка, — рычал Харвард, заглушая мой вопль своими губами.

Трудно дышать, заглатываю тяжелый мужской стон, усиливая нажим эрогенной зоны. Дернулся.

— Тебе больно? — шепнула, мгновенно убрав руку.

— Издеваешься? — широко улыбнулся, одним рывком подтягивая к себе.

Тонкими пальцами обвиваю шею Равновесного, крепко прижимаюсь щекой к груди. Я слышу, как дико бьется его сердце, чувствую легкое дрожание напряженных рук Харда.

Будто разрываюсь на части, сумасшедшая похоть захватившая каждый сантиметр моего тела и кошмарное осознание скорого будущего, но эта ночь того стоит, черт возьми.

В ногах отдается горячее покалывание, подпрыгиваю, обхватывая голенями торс Харварда. Мужские руки держат мой зад, поощряя раскрепощенный настрой. Лихорадочно глажу ладонями лицо Равновесного, не в силах оторвать взгляда с его магнетических глаз.

Слишком красивые, завораживающие, огнем уничтожающие мою сущность.

Горячие губы накрывают сосок, затаив дыхание откидываюсь назад.

Боже… что же ты делаешь, Харвард.

Нежно обводит его влажным языком вокруг, вбирает в себя на мгновенье, прикусывает. Вздрагиваю как от электрической волны.

— Дьявол, — выдавливаю из себя, чувствуя беспардонные движения между ног.

В бедрах становится совсем жарко, возбужденные соки предательски выдают мое позволение. Рефлекторно втягиваю живот, ощущая медленное, скользящее проникновение сразу двух пальцев. Точно Дьявол.

Ударила кулаком по кафельной стенке. Жесткий толчок. Дую в лицо Харварду.

— Ты готова перепасть с отбросом общества? — азартно выдает он, не вынимая пальцы.

— Да класть я хотела на ваши ранги, — задыхаясь, ответила, позабыв обо всех рамках приличия.

Облегченный стон Харда, мое максимальное напряжение, надавливает на клитор.

Я марионетка в его руках, такие создания знают наизусть всю женскую анатомию. По телу пронеслась мощная волна пульсации.

Натянутая внутренняя струна расслабляется, когда мужчина плавно выходит из меня, скользя по возбужденной смазке. Теплая ладонь касается ягодицы, слегка сжимая, осторожно ставит мое тельце на ноги.

Всю трясет, страх, звериное желание и бешеный адреналин, сердце колотится в ожидании последующего. Гипнотизирую глазами яркий рисунок на груди Харда.

Измененная сущность Равновесного, одерживает верх, громкий яростный рык, заставил очнуться. На секунду уловила взглядом его подбородок, как тут же, одним рывком была развернута и откинута сильным толчком вперед. Успела задержаться, уперевшись руками о стенку.

Снова вскрикиваю, чувствуя как он, бесцеремонно входит в меня сзади, выскальзывает, но продолжает толчки. Еще, еще раз, твердый член проникает на все длину, к такому я была не готова.

Безумный…

Таранит, растягивая мое лоно еще сильнее, кладет ладонь на поясницу, спускается ниже, жгет хлестким ударом по ягодице. Скулю, до крови закусывая губу, сжимаю кулаки до белых костяшек. Грубая, хищная близость, от которой чернеет в глазах. Нутро закручивается в спираль, когда Равновесный испускает очередной рваный выдох, цинично ударяется пахом о мой зад.

— Я тебе этого не прощу, засранец, — прерывисто шипела, оборачиваясь к нему лицом.

— Не страшно.

— Разве так обращаются с женщинами?

— Лен, заткнись, пожалуйста, — тактично прервал диалог.

Проявил снисхождение, нежно поглаживая спину от лопаток к плечам. Блаженно простонала, когда Равновесный наконец-то вынул из меня объект возбуждения.

— Нет, хватит! — тут же завизжала, ощутив крепкий захват мужскими руками.

Невозмутимо хватает мое тело, тащит, перешагивая через низкие борта ванны. Упираюсь, пытаясь вырваться, больно ударюсь ногой.

Гад.

Оказавшись на полу, нахально перекидывает через плечо, традиционно бьет по заднице, с пинка открывая дверцу. Шлепаю ладошками широкую мужскую спину, позволяя себе бранную речь.

— Не думал, что ты настолько испорчена, тебе место рядом с Равновесными, — пускал колкие издевки Хард, шагая в сторону комнаты.

— Мне нечего стыдиться, все равно это последняя ночь в моей жизни!

— О да…

Отшвырнул меня на постель.

— Давай, вперед, покажи, на что ты способен! Убивай, своди с ума! — кричала, нервно размахивая руками.

— Всенепременно.

Двинулся ближе, склонился, плотно накрывая своим телом сверху. Рукой легонько коснулся живота, пощекотав, уткнулся лицом, втягивая губами кожу. Вдыхает мой аромат.

Напряглась, зажимая в руках мягкий бордовый плед. Цвет покрывала очень гармонировал с моей физиономией. Бросает в жар.

Ладонь Харда почти невесомо скользила от моего запястья к плечу, вызывая мурашки. Кончиками пальцев обвел ключицу, спустился ниже, полностью захватив грудь. Закрыла глаза, чувствуя как зубы, принялись отбивать дробь.

Уже скоро хищник наиграется со своей добычей, стойко держусь, стараясь отвлечься от скорбных мыслей. Очередная волна осознания выступила испариной на теле. Я не боюсь Харварда, но и умирать так рано не очень хочется.

— Страшно? — довольно спросил Равновесный.

— Не надейся, — уставилась на мужчину.

Подтянулся ближе, делая опору на локти. Сверлит взглядом, копошится внутри головы, не давая возможности сомкнуть веки. Глубоко вдохнул через ноздри, ртом выпуская из легких воздух.

— Чувствуешь бергамот? Ты сделала это со мной, — продолжал Равновесный. — Не стыдно?

Коленом развел мои ноги в стороны.

Крепко сомкнула челюсть, разглядывая уверенный фейс Харда. Дернулась, еще сильнее сжимая плед, ощущая внутри себя неудовлетворенную мужскую плоть.

Что ж, давай, бери меня, пока не надоест, плевать, я сделала свой выбор.

Движения четкие, сказала бы даже механические, а во взгляде напротив, леденящий душу холод. Тело содрогалось от очередного мощного толчка, ничего не слышу, только биение своего сердца и громкие шлепки паха Равновесного. Интимные мышцы сводило от сладостного трения, слишком влажно. Тихий стон из уст Харда, резко отстранился, поднимаясь с кровати.

Господи… я чувствую, как горячее мужское семя стекает из меня, вязко скользя по нежной кожице. Закрываю ладонями лицо, сводя трясущиеся ноги.

— Жду тебя в коридоре, — твердо произнес Равновесный, стоя ко мне спиной, — выходи, как будешь готова.

Молча обняла коленки, видя перед глазами только его жуткую татуировку, череп, который скалился, въедаясь своими черными впадинами.

И что? И что теперь? Я впервые сталкиваюсь с такой ситуацией. А главное, как хладнокровно произнес страшный приговор Харвард: Жду тебя в коридоре…

Ну, жди!

Судорожно вскочила, подбежала к двери. По ту сторону отчетливо отдаются шаги, Равновесный нервничает, ходит, наматывая круги.

Двинулась к окну, распахнула створку, потянулась вниз.

— Асмодей!

— Отличная грудь, Елена!

Черт! Быстро прикрываюсь свободной рукой.

Мужчина все это время дежурил у подъезда, не отходя ни на минуту. Такое внимание с его стороны весьма удивляет, но сейчас не до этого.

— Что Харвард со мной сделает? — решила уточнить детали.

Знаю, глупо, единственное, на что могу сейчас надеяться, только на честный ответ Асмодея.

— Это известно только ему, откажись от Харда, я спасу тебя дурочка!

Спешно покинул свой автомобиль, шагая ближе к стене дома.

— Не интересно… — шепнула, захлопывая форточку.

Отстранилась, семеня ногами в сторону туалетного столика. Умирать так с достоинством, старательно расчесала волосы, сделала вечерний макияж. Сначала подумала надеть коктейльное платье, нет уж, так пойду, голая. Какая теперь разница? На создание образа ушло достаточно времени, но Хард не торопил.

Больше тянуть некуда, медленно приподнялась с пуфика, окинув на прощанье взглядом родную комнату. Весь боевой настрой Амазонки исчез, растворился во временном пространстве, тело сковало в предсмертной агонии. Я уже чувствую, как мне больно, внутренности разрывались, невыносимо жарко.

Осторожно шагнула в сторону двери, вновь замерла. Так тихо. Переминаюсь с ноги на ногу, давлю в себе отчаянные слезы.

Это не сон и не мираж, действительно, ад потихонечку крадется в мою душу, история подходит к концу.

Крепко зажмуриваю глаза, распахиваю полотно. Ступаю наугад, вытягивая вперед ладошку, упираюсь в мужскую грудь.

— Я готова, можешь убивать, — замерев, бурчу себе под нос.

— Это не входит в мои обязанности, — грубый мужской голос.

Тут же открываю веки, видя перед собой невозмутимого Гектора. Какого? Подпрыгнув, вскрикиваю, встречаюсь взглядами с Дамиром. Смеется, почесывая затылок. В полнейшем шоке осматриваю все помещение.

В самом углу, возле выхода стоит он, самодовольный Дьявол, с самодовольной рожей, скрестив руки на груди. Ухмыляется, подмигивает, раздери его черти!

Осеклась, вжавшись в стену напротив, судорожно пытаюсь прикрыться, возмущенно пялясь на Равновесного. Ну, вот этот финт уже слишком, я была готова даже к смерти, но не к такому.

Гектор, стянув с себя куртку, тактично накидывает мне на плечи, следом кладет руку, подталкивая в середину коридора. Мгновенно вспыхиваю, растерянно верчусь по сторонам, старясь держать под контролем всех участников сия действа.

— Быстро говорите, что вы задумали! — верчусь юлой.

Громкий мужской смех заполнил пространство.

— Да расслабься, — вальяжно произнес Гектор, — ты же вроде как уже “своя”, поэтому все пройдет в неформальной обстановке.

— Гребаный Харвард! — взвизгнула, подскакивая на месте, — Бесстыжий клоун! Где моя смерть?

Мужчина загадочно прищурился, склонив голову на бок, демонстративно выдохнул через рот, напомнив источающим бергамотом, кем сейчас он является.

— Все по правилам, есть я, значит и Хранители…

— Предупредить не мог? — перебив, раздраженно продолжала кричать.

— Я не знал, что ты явишься в таком амплуа, — еле задерживая усмешку, парировал в ответ.

Он не “знал”! Серьезно? Харду известны все мои действия, если я не нахожусь в особом состоянии. Больше чем уверена, Равновесный, специально так подстроил, чтобы в очередной раз блеснуть передо мной своим “гениальным” чувством юмора.

— Через минуту я буду на тебя воздействовать, — продолжил мужчина, — а Хранители защищать, ты либо умрешь, что, скорее всего, случится, либо останешься жива.

Яростно сдвинув брови, окинул с ног до головы гневным взглядом.

Боже! Визжу на максималках, прячусь за широкую спину Гектора.

— Елена! — успокаивал Дамир, — сейчас мы тебя постараемся спасти, но только один раз, пока ты не определишься с Хранителем, по-другому не получится.

Молчу, впиваясь пальцами в крепкие мужские руки. Но это сложно назвать расправой, даже сравнивая с тем, как чувствовала себя, находясь рядом с Асмодеем.

— Не помешал? Посмотреть захотел.

Тебя еще не хватало. Как говорится, только вспомни. Повисла немая пауза, обернулись в сторону вошедшего Асмодея. Блеснул своими черными глазищами, встал возле двери, подпирая проем.

Ситуация абсурдна, но мне совершенно не весело при виде их наглых ухмылок. Смущенно потянула края куртки вниз, дабы убедиться в надежном прикрытии моего голого зада.

Автоматически перевожу внимание в центр грудной клетки, закрываю глаза, утыкаюсь носом в Гектора. Замерла, отслеживая состояние. Мне просто хочется плакать. Все. Возможно, сыграло роль, то, чему успел научить меня Харвард ранее, неуязвимое спокойное состояние, ну и два амбала-Хранителя рядом, оберегали на случай моей неудачи.

А концентрироваться-то все сложнее. Внутренности горят, сердцебиение усиливается, волнение медленно, но верно, стремится одолеть разум. Потеряю контроль — умру, наверное…

— Пошел вон, Харвард! Уходи, я не верю тебе, — закричала.

— Ты отказываешься от него? — удивленно повернулся Гектор.

— Чертов ублюдок! Ненавижу! — продолжала стоять на своем, игнорируя Хранителя.

У меня нет возможности даже посмотреть ему в глаза, слишком рискованно. Глотаю слезы, бью кулаком ни в чем не повинного Гектора.

— Как скажешь, Елена.

Громкий дверной хлопок, ненужные аплодисменты счастливого Асмодея. Отстранилась, робко выглядывая из-за спины. Ушел.

— Умничка, — мягко приобнял за талию Гектор, — ты справилась, теперь делай выбор, иначе не сможешь “открепиться” от Харварда.

— Вообще-то, если девчонка хорошо попросит, я смогу стать ее покровителем, там конечно, пару трудностей имеется, но мы Еленой почти друзья, — обратил на себя внимание Асмодей.

Уставилась в его сторону, выпучив глаза.

Вот сейчас мне по настоящему жутко, даже с безумным Хардом было легче. В тесном коридоре трое здоровенных мужчин, я одна и уже совсем не доверяю Хранителям. Что им от меня надо, черт возьми? Держу неуязвимое состояние, принимаю игру.

— Мне нужно в туалет, — придумываю первое, что пришло в голову, — уходите.

— В чем проблема? Иди, — подозрительно ответил Дамир, приподнимая бровь.

— Дверь сортира за твоей спиной! — утвердительно топаю, — Очень слышно.

— Мы будем громко разговаривать, — не уступал Хранитель.

Черт! Черт! Черт! Суетливо вглядываюсь в лица, быстро-быстро перебирая пальцами на руках. Вдох-выдох. Прости Харвард.

Вскидываю подборок, становлюсь в центр коридора, медленно тянусь к металлической молнии на куртке, одним движением сбрасывая с себя единственную часть моего гардероба. Я вижу каждого из них, вижу огненный блеск в глазах и то, чего так не хватает этим могущественным созданиям. Сердце бьется через раз, тело наливается жаром, выпрямляю осанку, еще выше поднимая лицо.