Глава 10

Дальше я отрешилась от опасений призрака, приставаний Виолы и полностью сосредоточилась на миссис Голдвинд, которая около двух часов сперва рассказывала про обучение в академии, а потом подробно объясняла, как обращаться с кристаллом. По её словам, создать в кристалле иллюзию очень просто всем, у кого есть магические основы. Гораздо сложнее её удержать.

– Интересно, а что делать тому, у кого этих основ не нашли? – пробурчала я.

Мелодик кувыркнулся в воздухе и проговорил:

– То, что в тебе их не нашли, коллин, не значит, что их нет.

– Как остроумно, – иронично отозвалась я. – Хочешь сказать, что пять высококлассных магов с практикой в десятки лет и ректор не смогли сделать свою работу?

Призрак вытянулся в струнку, распрямил руки по швам и начал выплясывать джигу, быстро перебирая полупрозрачными ногами в воздухе.

– И на старуху бывает проруха! – браво выкрикнул он.

Я заметила:

– В этом случае аж на пять старух.

– Кто знает, коллин, – продолжая плясать, отозвался призрак, – может быть, они чего не заметили. Меня же зачем-то к тебе прислали.

– А ты сам не знаешь зачем? – уточнила я и стала повторять пассы, которые миссис Голдвинд показывала с середины поляны.

Мелодик перестал танцевать и покачал головой, после чего резко поклонился.

– Не-а, – ответил он. – Мне только выдали документ и отправили на работу.

– И ты не видишь во мне… Ну… Что там положено видеть? – попыталась разобраться я.

Пожав плечами, призрак произнёс:

– Я всех вижу как… Как тебе сказать, коллин… – Он потёр подбородок, при этом активно двигая густыми бровями. – Вот ты когда смотришь на воду, она ж тебе одинаково вода. Одна прозрачная, другая не очень. Но все одно – вода.

– Ну? – протянула я в попытке понять логику призрака.

– Что «ну»? – отозвался он. – Вот и я всех вижу, как эту воду. Я не могу узреть вашей формы.

Я цокнула языком и проговорила, продолжая двигать руками вслед за миссис Голдвинд:

– Ну вот Виолу и Закария ты как видишь?

Когда я кивнула на них, Мелодик как-то нахмурился, его брови сдвинулись, а взгляд стал пристальным и внимательным.

– А вот не пойму, – признался он спустя несколько мгновений. – Вроде один как бы такой, пло-о-отный, как обычно. А другой какой-то разма-а-азанный.

Я фыркнула:

– Вот это объяснение. И стало всё понятно. Что ж ты сразу не сказал.

– Прости, коллин, – с извиняющейся улыбкой проговорил Мелодик. – Точнее и не знаю, как.

Махнув на призрака рукой, я вернулась к занятиям. После того как миссис Голдвинд показала методику чтения заклинаний и совершения пассов, все стали пробовать создать в кристаллах что-то похожее на иллюзию мира. Виола и Макс с энтузиазмом принялись за дело, и вот через несколько минут стараний у одной в кристалле заплясали какие-то человечки, а у него – рогатые девицы. Однако у меня не получалось совершенно ничего, хотя старалась я часа полтора.

Старая ведьма прохаживалась между нами, подбадривала, а когда приблизилась ко мне и наклонилась к моему кристаллу, над ухом прозвучал негромкий и спокойный голос:

– Милая, не переживай. Однажды у тебя получится.

– Хотелось бы сейчас, – проговорила я, снова прочитала слова заклинания и несколько раз взмахнула руками, как она показывала.

На результат я уже не надеялась, но в какой-то момент в середине кристалла что-то задвигалось, и миссис Голдвинд с интересом наклонила голову к нему.

Мелодик рядом напрягся.

– Вот этого я и опасался.

Но я, подстёгнутая первым успехом, проигнорировала его и стала концентрироваться ещё старательнее. Через несколько секунд я с победой смогла разглядеть в кристалле тёмно-зелёные оттенки. Они стали увеличиваться и приближаться, а я довольно заулыбалась. Оттенки тем временам росли довольно быстро, превращаясь во что-то плоское. А потом я рассмотрела в них бескрайние заросли кустов с рассыпанными кое-где скалами. Пока я с удовлетворением наблюдала результат стараний, иллюзия в кристалле расширилась и взялась маревом вокруг границ кристалла, будто собралась выйти за его пределы.

Сперва я обрадовалась успеху, но, когда подняла воодушевленный взгляд на миссис Голдвинд, радость улетучилась, потому что ведьма стояла бледная и встревоженная.

– Это что такое? – выдохнула она, придя в себя, и схватила кристалл.

– Не знаю, – растерявшись, ответила я. – Я просто решила постараться сильнее.

Подняв кристалл над головой, миссис Голдвинд что-то быстро прошептала, его охватило синеватым вихрем, после чего кристалл треснул и рассыпался на блестящую пыль вместе с содержимым. Ведьма сдержанно выдохнула и поправила седой локон, который посмел выбиться из высокого пучка, после чего очень терпеливо и мягко обратилась ко мне:

– Милая, скажи, то, что ты изобразила в кристалле…. Ты это где-то видела?

Рассказать этой доброй женщине о том, что похожий мир я видела во сне и ещё неведомым способом туда переносилась, захотелось невероятно. Но парящий рядом Мелодик, который зачем-то хватался за волосы и корчил рожицы, встрепенулся и быстро замотал головой. Так что я неуверенно промычала:

– Э… Эм…

Миссис Голдвинд заметила, что я кошусь ей за спину, оглянулась, после чего снова посмотрела на меня и проговорила ещё мягче:

– Милая, не бойся. Тебя никто не накажет.

По идее, медноволосый скандинавский полубог с полотен неведомого художника тоже не должен был ругать. Но отчитывал меня почем зря он вполне бодро. Так что на этот раз я решила, Мелодик прав, и проговорила:

– Я не боюсь. Эта иллюзия – случайность.

По вздоху старой ведьмы я поняла – она мне не поверила, но не хочет давить, чтобы не напугать. Мне стало неловко, но теперь изменять версию глупо. Так что я лишь благодарно ей улыбнулась, а ведьма сказала негромко:

– Милая, ты опасаешься. Я понимаю. Но ко мне можно обратиться всегда. Если будешь готова.

Я поблагодарила её и остаток занятий занималась заучиванием заклинаний и пассов, пока другие наслаждались своими иллюзиями. Ближе к концу Мелодик подлетел ко мне и прошептал:

– Не говори, что видела Мир Духов.

– Почему?

Призрак развёл руками.

– Ну, один раз на тебя уже наорали, – произнёс он, подтверждая моё предположение.

– Твоими стараниями, – заметила я. – Но миссис Голдвинд совсем не такая.

Кивнув, Мелодик проговорил:

– Моими стараниями ты не попала в лапы к… Сама знаешь к кому. А проверять, кто «такой», а кто нет, лучше, когда ты будешь твёрже духом.

Правда, как этот дух укрепить, он не сказал, и, когда прозвучала музыка завершения занятий, он по обыкновению исчез. Мы с Виолой, Максом и Закарием, который прилип как банный лист, поднялись с подушек и направились к выходу. Я торопилась. Но несколько задумчивых взглядов от старой ведьмы я всё же успела уловить.

Пока шли по коридорам, Виола без умолку трещала о своих успехах, Макс её обнимал, а Закарий пытался то же самое провернуть со мной. Но я вовремя успевала отодвигаться. Заниматься экивоками от Закария некогда. Гораздо важнее то, что миссис Голдвинд что-то заподозрила. С другой стороны, я и сама не знаю, в чём дело. Единственное, что пока ясно наверняка, – я смогла поступить в основную МГА, поскольку во мне что-то есть, хотя и непонятно что. Ещё я вижу магию. И каким-то образом переместилась в Мир Духов. За это на меня наорал Джек Лантерн, а на занятиях у старой ведьмы я создала в кристалле что-то, что ей очень не понравилось. Или напугало. В любом случае загадок пока больше, чем ответов. Кроме того, у меня есть фамильяр в виде призрака, судя по всему, древнего кельта, который уже два раза поспособствовал моему спасению. Что ж, кое-что я имею, и пусть это пока не даёт ясности, но хоть какая-то база.

В конце очередного коридора нас встретил зеленокожий дворецкий и повёл через большой зал к громадным дверям.

Когда те открылись, мы впервые вышли наружу. Здесь мы, как один, превратились в глазеющих по сторонам детей, потому что глазеть было на что.

Двор парит, как и вся нижняя часть академии, под каменным сводом с желтоватыми кристаллами. По кругу высажены пышные кусты с красными и синими листьями, лавочки вырезаны прямо в камне, на них подушечки, чтобы не заморозить филейную часть. Деревья с привычной зелёной кроной, но цветы на них кристаллические и радужно переливаются. Впереди высоченные ворота, а от них идёт длинный парящий мост на следующий остров.

– Ожидайте, – проговорил дворецкий, – сейчас прибудет преподаватель.

Почему занятия у нас без перерыва, никто даже не спросил – на такие занятия хочется бежать вприпрыжку.

Закарий, который опять некстати оказался справа, попытался меня приобнять за плечи, но я выскользнула и отшагнула к Виоле, которая что-то жарко рассказывала Максу.

– У меня скоро первое превращение, – с гордостью сообщил оборотень.

– Поздравляю, – отозвалась я как можно более отстранённо, чтобы он осознал, насколько мне все равно.

– Тогда я смогу контролировать себя и… – Он немного помялся, потом оскалился, что, видимо, должно было означать улыбку. – И тогда сходим куда-нибудь?

Я глубоко вздохнула:

– Закарий, когда ты поймёшь? Я не хочу иметь с тобой ничего общего.

– А я с тобой хочу, – хмыкнул он.

– Что ты за человек такой? – сокрушённо отозвалась я.

На это Закарий ухмыльнулся.

– А я не человек. Я оборотень.

– И думаешь, что можешь приставать и навязываться?

Зарычав, как настоящий зверь, он всплеснул руками так сильно, что едва не задел меня. Я только успела отклониться, а он произнёс резко:

– Ну чего ты уперлась? Не надоело ходить отшельницей? На драной козе к ней не подъедешь! Парня хочешь? Вот я! Бери!

Для подтверждения серьёзности намерений он зачем-то схватился за ремень на поясе и покрутил тазом. Я на это представление вытаращилась круглыми глазами. И, судя по опустившейся тишине, не только я. Когда оглянулась, обнаружила, что все смотрят на нас и чего-то ждут.

Пульс, конечно, участился не столько от выпада Закария, сколько от его вытянувшихся клыков и глаз, которые сейчас очень настойчиво светятся желтизной. Но ответить ему я всё же смогла:

– Для того, кто заявляет о серьёзных намерениях, ты слишком часто спускаешь внимание ниже пояса.

– Зато ты внимания в этой области никогда не получала, – прорычал он глухо.

– Даже если так, то за ним я пойду не к тебе, – бросила я.

Позади девчонки охнули, кто-то из парней присвистнул, а лицо Закария стало чернее грозовой тучи, глаза засветились, как фонари. Я даже не успела испугаться, когда он дёрнулся ко мне. Чем бы это закончилось, не знаю, но из массивных дверей очень своевременно вышел мистер Стальбород, массивный и кряжистый, несмотря на свой невысокий рост. Такими ручищами ему самое подходящее гнуть подковы и завязывать их в бараний рог.

Увидев его, Закарий отшагнул и притих, хотя поглядывать на меня с мрачной задумчивостью не перестал. Теперь мне придётся держать ухо востро ещё больше. Кто знает, как тяжело ему сдерживать в себе зверя.

Гном тем временем тяжёлой, но бодрой поступью спустился по ступенькам. Пригладив густую бороду, он радостно проговорил:

– Вот вы все и здесь. Ну, друже, на тренировочное поле!

Я думала, мы просто перейдём на какую-нибудь площадку на заднем дворе академии или вроде того. Но вспомнила, что академия висит под землёй, основанием вниз подобно айсбергу, и едва ли здесь найдётся задний двор. Разве что рядом летают острова.

Подтверждая мои догадки, почва перед нами задрожала. Охнув, мы попятились, а препод-гном вскинул могучую длань и успокоил:

– Не трусим, друже. Это просто летай-голем.

Газон перед нами вспучился, и из него стало выступать что-то каменное, а через несколько секунд из-под почвы на двор вылезла громадная каменная ладонь. Она держала пальцы сжатыми, будто зачерпнула воды и не хотела расплескать. Пятерня зависла в метре над раскуроченным газоном, после чего средний и безымянный пальцы разошлись, и между ними выдвинулись каменные ступеньки.

Мы с Виолой переглянулись, а мистер Стальбород довольно прикрякнул и весьма проворно для такого невысокого создания пробежал к лесенке.

– Ну что, робяты, стоим? – удивился он и замахал, приглашая внутрь. – Садимся. Кучнее, кучнее. Летай-голем защищён чарами. Не боимся. Сейчас быстренько долетим, и ух, как будет задорно!

Энтузиазма гнома я не разделяла. Я не летала даже в самолёте, а этот летательный аппарат и вовсе доверия не вызывал. Но, когда все полезли в каменную ладошку, пришлось последовать. Внутри на пальцах лавочки, и когда мы на них расселись, а гном-препод уселся на скамью в районе большого пальца, ступеньки втянулись, и вход закрылся.

Я осторожно спросила:

– Мистер Стальбород, а эта штука точно летает? Она вроде как каменная.

Гном довольно ухмыльнулся и встал ногами на скамью, опершись локтем на изгиб большого пальца.

– Не только летает, – деловито сообщил он, – но и закладывает крутые виражи. Летай-големы вытачивают из ветер-камня в глубоких рудниках Роголана. Ох и красиво же там, я вам скажу. А какие там женщины… И пышные, и ладные. А как готовят, как готовят…

Среди студентов прошелестели негромкие смешки, а препод спохватился и, приняв нарочито серьёзное выражение лица, хмыкнул.

– Ну, об этом как-нибудь в другой раз. А теперь приготовились, друже. На взлёт!

После его слов я только успела ухватиться пальцами за край лавки, и каменная ладонь взмыла в воздух. Ветерок растрепал волосы, запахло чем-то сладким и свежим. Мы быстро набрали высоту и поплыли под сверкающим каменным сводом.

Не глазеть за борт трудно, так что мы встали коленками на лавки и стали выглядывать. Внизу на разной высоте проплывали парящие острова, между ними покачивались полупрозрачные мосты. Где-то в глубине бездны что-то мерцало, время от времени по воздуху проносились светящиеся птички. Одна даже села на указательный палец голема и что-то деловито прочирикала, а после умчалась в сторону громадного чёрного котла в перелеске на парящем острове, который я иногда наблюдала из окон.

– А что это? – спросила я и указала на него.

Гном проследил за моим взглядом и прикрякнул, отмахиваясь:

– Котёл желаний. Слабенький и не очень точный.

– Это как?

– Иногда выполняет желания, иногда нет. А иногда не пойми как, – пояснил гном-препод. – Но высечен он из редкого геркимерского металла. Так что оставили его для любования. Но желаний у него давно никто не загадывает.

Я проводила взглядом уникальный котёл, который маслено блестел цветными разводами, со словами:

– Красивый…

– Недра великой бездны полны чудес и тайн, – согласился гном. – Но нам туда не надо. Нам во-он туда.

Мы разом оглянулись. Мистер Стальбород указал на широкий парящий остров прямо по курсу. Он напомнил арену Колизея, только здесь по краям не только стены, но и деревья.

– Это чтобы вы в пылу задора не вывалились, – пояснил гном. – А то лететь до дна до-о-олго. Но не бойтесь, площадка тоже под защитой.

Приземлились мы в центре арены, которая оборудована рядами манекенов в праздничной паутинке, какими-то батутами и шведскими стенками. На специальных подставках снаряды, оружие, кувалды, молоты, алебарды и масса каких-то штук, названий которым я не знаю.

Когда мы вышли из летай-голема, мистер Стальбород бравым свистом приказал ему припарковаться у стены арены, а сам развернулся со счастливой улыбкой и хлопнул в громадные ладоши.

– Значица, так, – произнёс он радостно. – Оборотни направо, ведьмы посередине, просто маги слева, а феи ещё левее.

Студенты сразу перегруппировались, а я осталась стоять на месте, потому что не отношусь ни к одним. Гном, заметив это, хмыкнул и, погладив бороду, произнёс с задумчивостью:

– Куда ж мне тебя определить?

Из кучки оборотней донёсся знакомый голос Закария:

– Давайте её к нам!

Гном покосился на них, затем на меня и, видимо, оценил, как я помотала головой с выпученными глазами.

– Ну нет, – заключил препод-гном. – У оборотней своя программа. Вы мне девку зашибёте, что я потом ректору скажу? Иди-ка ты просто к магам. Они универсалы.

Послав мистеру Стальбороду благодарный взгляд, я просеменила к Виоле в кепке, которая стояла с ещё двумя девушками и что-то активно рассказывала, махая руками, как крыльями.

– Класс, ты с нами, – прочирикала она. – Вы знакомы? Нет? Алиса, это Рона и Софи.

Рона – блондинка, как моя соседка из верхней академии, а Софи русая и кудрявая. На меня обе посмотрели то ли с сочувствием, то ли с жалостью, но всё-таки улыбнулись.

Препод-гном тем временем помахал руками, из земли вылезли столы, и он проговорил:

– Тут, значица, будете себе записывать пассы, чары, заклинания и схемы. А вон там, – он указал на манекены и стойки с оружием, – отрабатывать. Каждому положено своё оружие и техники. Не торопимся, подойду ко всем и всё покажу.

Начал он с оборотней, которым провел мастер-класс по рукопашному бою с применением когтей, зубов и оружия. Мы с восхищением смотрели, как коренастый гном ловко крутится и кувыркается в воздухе. Потом пришла наша очередь, и он стал объяснять:

– Так, девочки. Вам полагается биться издалека. Поскольку вы, во-первых, девочки, во-вторых, маги. Не магское это дело, кулаками махать. Это вон лохматые пущай машут. А вы вот что.

Он нырнул толстыми пальцами в карман и вынул свиток. Когда развернул, свиток повис перед нами в воздухе, а препод проговорил:

– Перепишите себе все три базовых заклинания. На их основе строятся и другие, боевые и оборонительные.

Он достал второй свиток.

– А здесь схема пассов и движения ног при их создании. Пока переписывайте, а я схожу к остальным и вернусь к вам. Это оборотням показал, что делать, и они кувыркаются. А с вами тонкость нужна.

Только мистер Стальбород потопал к ведьмам, как Виола уткнулась носом во второй свиток и проговорила:

– Я не буду переписывать. У меня хорошая память.

– Препод сказал переписать, – заметила я.

– Не будь такой правильной, Алиса, – улыбнулась она. – Смотри. Тут же все просто. Помнишь про самостоятельность?

Виола стала изображать то, что нарисовано на втором свитке, одновременно читая заклинание из первого. Сперва ничего не происходило, потом воздух перед ней задрожал и уплотнился в шар. А в следующую секунду вся эта круглая масса полетела в меня.