Глава 8

Молчаливая сцена длилась недолго, но её хватило, чтобы я прочитала на лице Виолы, какие мысли пронеслись в её голове.

– Это не то, что ты подумала, – поторопилась объяснить я.

Глаза Виолы распахнулись, и в них я увидела пламя любопытства, хотя сама она тоже сейчас одета в исподнее.

Она проговорила быстро:

– Да я и не подумала ничего такого…

Хотя мы обе понимаем, что подумала она именно «такое». Но дальше развивать ей мысль никто не позволил. Мистер Лантерн сложил руки на груди и поинтересовался строго, будто не он стоит перед студентками в домашней одежде:

– А где вы были, мисс Пирли? Почему не в постели?

– Ой… Э… – протянула она. – Я искала, где попить.

– У вас на столике графин с водой, – заметил медноволосый.

Театрально вскинув брови, Виола выглянула из-за него и посмотрела на столик, где и правда в свете ночного алмаза из окна сверкает графин.

– Ой… Надо же. А я и не заметила, – проговорила Виола и расплылась в невинной улыбке.

Конечно же, мистер Лантерн догадался, что ходила она не по воду, но и то, что она нас застала в неоднозначной ситуации, тоже вносило коррективы.

– Значит, так, мисс Пирли, – произнёс он спустя несколько секунд раздумий. – Я обещаю не рассказывать о вашем отсутствии выше, а вы не сплетничайте о том, что сейчас видели. Тем более вы ничего не видели. Ясно?

Виола старательно закивала:

– Конечно, конечно…

Медноволосый ещё раз строго зыркнул на неё, после этого повернул голову ко мне и кивнул со словами:

– Доброй ночи, мисс Арбис.

А затем быстро покинул нашу комнату.

Виола проводила его долгим и крайне любопытным взглядом, а потом с притворным визгом запрыгнула в комнату. Закрыв дверь, она кинулась ко мне с расспросами:

– «Доброй ночи, мисс Арбис»?! Это что сейчас было? Алиса, расскажи мне всё. Что он делал у нас в комнате? Почему вы в ночнухах? У вас что, роман?

– Ты с ума сошла? – сбрасывая с себя цепкие пальцы Виолы, которыми она впилась мне в локти, выдохнула я. – Какой роман? Я его вижу второй… Нет, третий. Или четвёртый… Раз.

– Вы виделись четыре раза? – снова взвизгнула она. – Считай, четыре свидания!

– Не мели ерунды. Все разы были случайностью и чисто рабочими.

– Угу, ага. Ещё скажи, что он случайно и по рабочим вопросам зашёл к тебе в комнату. В ночной рубахе, – сложив руки на груди, заметила Виола.

Мне стало неуютно. Сегодня я и так испытала массу впечатлений, и, если бы не чары спокойствия, которые наложил медноволосый, я бы, наверное, сейчас вопила и носилась по комнате.

Подойдя к кровати, я забралась в неё и расправила одеяло со словами:

– Но это так. Он заходил по делу.

– Неубедительно, – покачав головой, ответила Виола и тоже села на кровать напротив.

– Просто он меня провожал… – начала объяснять я, но Виола меня перебила:

– Вот! А говоришь, не роман!

– Не роман, потому что меня доставал Закарий, – всё-таки смогла договорить я. – И мистер Лантерн согласился проводить меня до комнаты.

О своём полёте из окна и возлежании в кровати препода я предусмотрительно умолчала, потому что, узнай об этом Виола, убедить её в чисто рабочих отношениях между мной и медноволосым было бы совсем невозможно.

Я легла и укрылась одеялом до подбородка, чтобы дать понять – я буду спать. Виола ещё немного посидела, видимо, рассчитывая на ещё какие-то подробности. Но когда так их и не дождалась, с разочарованным вздохом улеглась на подушку.

– А как было бы романтично, – предприняла она последнюю попытку. – Студентка и преподаватель. Это так красиво…

– Не выдумывай, – буркнула я. – Ты сама-то где была?

Виола тоже укрылась повыше и проговорила:

– В отличие от тебя, я как раз проводила время с поцелуями. Ну скажи, неужели он тебя даже не приобнял? И не поцеловал хоть в щёчку?

– Ой, всё. Виола, спи, – проворчала я и отвернулась лицом к стене.

В сонную дрёму я провалилась быстро и мягко с плавными мыслями о том, что Виола в чём-то права. Глупо отрицать – мистер Лантерн привлекателен невероятно. Но я ведь не могу позволить себе… Это не принято…

Обдумать как следует эту мысль я дальше не смогла, как и то, что Полли наверняка заметит моё отсутствие сегодня в комнате, потому что сон укрыл меня пушистым одеялом.

Обычно сны мне снились яркие и красочные. Этот раз исключением не стал, с тем лишь отличием, что этот сон, вернее очень на него похожий, я уже видела. Потому что заросшие густым мхом скалы, среди которых торчат густые кустарники, и над всем этим нависает почему-то зеленоватое небо, сложно не запомнить. Сон настолько реалистичный, что я подумала, будто перенеслась с кровати на мшистую скалу. Причём прямо в ночной рубахе.

Огляделась.

Сейчас здесь только древние валуны, покрытые мхами и лишайниками, и почему-то перекати-поле, которое одиноко катится по своим делам. Вдалеке над кустами и скалами на вершине скалы высится пустой трон.

– Это что? Осознанное сновидение? – пробормотала я и удивилась, как глухо прозвучал голос, будто здесь нет эха.

– Да брось, коллин, – донеслось за спиной знакомое, и я резко развернулась.

Призрак Мелодика с дудкой в правой руке предстал передо мной всё в том же потрёпанном камзоле.

– Здрасте, – проговорила я.

Он крутанулся на носке и уселся на возникшую в воздухе подушечку. Когда его пальцы легли на отверстия, я ожидала услышать музыку, но они запорхали, а звука так и не последовало.

Призрак посмотрел на меня, продолжив беззвучно шпарить по дудке, и произнёс:

– Коллин, в этой округе не добиться чистоты звука.

– Так здесь его вообще, считай, нет, – заметила я.

Он кивнул.

– Я и говорю. Лучше никакой звук, чем плохой.

Я покосилась на клочки тумана, которые ползут в просвете между скалами, и осторожно спросила:

– А «здесь» это где? Где мы?

– Ещё не поняла, коллин? – удивился призрак. – Сразу ж видно, это мир духов.

В рот мне попала капля, довольно холодная и натуралистичная, я отплевалась и уточнила:

– В смысле «мир»? Я разве не сплю?

– Может, и спишь, – ответил призрак и поднялся с подушечки, которая тут же исчезла. – Но кому это мешало ходить между мирами?

– М-да, действительно… – отозвалась я. – Всё время так делаю. Ты зачем мне мешал сдавать экзамены?

Его лицо оскорблённо вытянулось.

– Мешал?! Да помогал изо всех сил!

– Тем, что сбивал с толку?

– Не сбивал, а направлял, – уверенно сообщил призрак. – Если б не я, ты так бы и стояла у ступенек. И вообще, это я рассказал хьярну Лантерну, что ты вообразила себя птахой.

Пришлось поблагодарить:

– Спасибо. Но в следующий раз, когда решишь появиться, как-то предупреждай. И не вздумай это делать, когда я в душе. Понятно?

Призрак фыркнул:

– Чего я там не видел…

– Что-о-о???

– Ты вообще не о том думаешь, – проигнорировав моё негодование, произнёс Мелодик. – Сейчас пора немедленно спрятаться, коллин.

– И почему вдруг?

– В этом мире живых не очень жалуют.

Я хотела уточнить, что значит «в этом мире», но со стороны трона зарокотало, да так, что задрожал воздух. Здесь, на камне, я как на ладони, так что пришлось торопливо последовать совету Мелодика. Подхватив подол сорочки, я быстро спустилась с каменюки и спряталась за ним.

Гул усиливался. Когда я выглянула из-за валуна, то обнаружила, как из-за трона выплывает группа тёмно-зелёных теней. Лиц нет, а может, их просто не видно, зато глаза огромные, почти мультяшные.

– Это кто? – шепнула я.

– Прислужники Гвинмара, – из-за спины таким же шёпотом ответил Мелодик. – Они тут всё время ошиваются.

– И зачем? И кто этот Гвинмар?

– Тише ты! – горячо зашептал призрак. – Не зови его лишний раз. Ошиваются они тут… А где им ещё ошиваться? А вот нам, вернее тебе, лучше бы поскорее отсюда смыться. Я-то что? Я призрак. Мне можно.

Отряд теней облетел трон, видимо, дозор, а потом почему-то поплыл над кустами в нашу сторону. Не уверена, что они нас заметили, но, если продолжат двигаться этим маршрутом, нас точно найдут.

– Ты прав, – пробормотала я и отлепилась от камня, после чего осторожно попятилась. – Вопрос только в одном.

– В чём?

– Я не знаю, как выбираться.

Призрак облетел меня и почесал затылок дудкой.

– Видать, так же, как и попала сюда, – заметил он.

Я покосилась на него хмуро:

– Думаешь, мне это известно?

– Было бы хорошо, – кивая на отряд теней, отозвался он, – потому что самое время.

Тени, как выяснилось, значительно ускорились, и у меня сложилось стойкое ощущение, что они заметили если не нас, то факт нашего присутствия.

– Ой-йо… – выдохнула я и, развернувшись, со всех ног побежала через кусты и клубы тумана.

Бежала я, почему-то высоко подкидывая колени, а призрак летел справа и повторял мои движения. Казалось, что тени преследуют нас и вот-вот схватят, от этого мой бег ускорялся, а дыхание становилось чаще и поверхностней.

– А ты… не мог… – запыхиваясь, проговорила я, – предупредить раньше?

– О чём? – невинно спросил Мелодик.

– Что здесь… не… безопасно…

– Так это ж и ежу понятно.

– Ну спасибо… что сравнил меня с… ежом, – с придыханием отозвалась я, хрустя листком на зубах, который на бегу случайно откусила с ветки.

Призрак махнул рукой на лету:

– Да не за что.

Мне осталось только бросить на него возмущённый взгляд, а потом случилось то, чего меньше всего хочется, когда убегаешь: я споткнулась и грохнулась в мох. Попыталась встать, но не смогла. Показалось, что десятки холодных лап обхватили меня со всех сторон и трясут, как веточку.

– Отвалите… Отстаньте… Вот гады!.. – завопила я.

Трясти продолжало сильнее, я замахала руками и ногами в попытке освободиться, кажется, даже в кого-то попала. На миг тряска прекратилась, но лишь для того, чтобы какая-то тварь в меня плюнула. Причём очень холодным и… Много. От холода меня дёрнуло, швырнуло и…

Я разлепила веки.

Вокруг полумрак, в окно мягко светят кристаллы, которые постепенно из белых становятся желтоватыми. Я на кровати, одеяло сбилось в ногах, а рядом Виола с кувшином в руке держится за щёку.

– Ты охвенела? – морщась от боли и коверкая слова, спросила она.

Кое-как я села и только теперь заметила, что ночнушка у меня мокрая. Дыхание всё ещё быстрое, но я смогла спросить:

– Что случилось?

Виола поставила кувшин на столик и убрала ладонь от щеки, где я даже в полумраке рассмотрела пока ещё красный синяк. Через какое-то время он посинеет. А соседка снова взяла кувшин и приложила его к месту ушиба.

– Да откуда я знаю? – отозвалась она недовольно и как-то по-птичьи нахохлилась. – Орала ты, лежала. Я тебя будила, а ты мне – вот. – Она указала на синяк. – Пришлось облить тебя водой.

Мне стало ужасно стыдно и за беспокойный сон, и за фингал.

– Ой, прости, пожалуйста, – попросила я. – Мне снился…

– Кошмар? – предположила Виола.

В том, что это кошмар, я не уверена, как и в том, что он вообще снился, а не был каким-то вариантом реальности. Потому что после всего я ничему не удивлюсь.

– Не знаю. Но было очень натуралистично, – заключила я и спустила стопы в тапки. – Уже утро?

Виола кивнула.

– Восемь утра, – сказала она. – Завтрак в девять, занятия в десять. А мне теперь надо придумать, что сказать, когда меня увидят с таким бланшем.

Стыдно мне стало ещё больше, я сложила руки в молитвенном жесте и быстро-быстро заговорила:

– Ну, прости-прости-прости-прости. Дай посмотрю?

Я попыталась наклониться поближе, чтобы разглядеть синяк. Но Виола отпрянула.

– Ну нет. Тебя я к своему лицу больше не подпущу.

Со вздохом раскаяния мне пришлось отправиться в ванную. Когда я привела себя в порядок, Виола уже выбегала из комнаты.

– Мы разве не вместе на завтрак? – удивилась я.

– Твоими стараниями мне теперь надо разыскать дворецкого. Вдруг он знает, что делать с синяками, – отозвалась Виола и выпорхнула из комнаты.

Мне осталось только переодеться в форму и выйти следом.

В коридоре царила суматоха. В основном из новоиспечённых студентов. Макса я увидела выходящим из комнаты чуть по диагонали, видимо, из лекарни его отпустили пораньше, и помахала ему, но именно в момент, когда я это сделала, вышел Закарий. Он, видимо, решил, что приветствие предназначается ему, и расплылся в улыбке. Теперь она куда больше похожа на улыбку мистера Тальтона, то есть на оскал.

– Раскопыть черешню… – пробормотала я и поторопилась поскорее убраться из коридора.

Но на входе в столовую Закарий с Максом меня догнали.

– Доброе утречко, – бодро поздоровался Макс. – А Виола где?

– Скрывает следы моего сна, – мрачно заметила я и заторопилась к столу раздачи.

Макс не понял, только пожал плечами и последовал за мной к концу очереди.

Столовая оказалась большим помещением со стенами из старинного камня. Под потолком парили винтажные люстры, и свет от них мягкий и тёплый, в отличие от коридоров с синей подсветкой. Окна тоже большие, в них лилось желтоватое сияние дневных камней. Столы из добротного дерева стояли в ряды. К моему удивлению, завтракали за ними не только студенты, но и люди, а может, и не люди, в одинаковой брючной форме глубокого зелёного оттенка и со значками на воротниках. У них я успела разглядеть значки медведей, волков, ведьминские колпаки, какие-то крылышки, дерево и даже носорога.

Судя по спокойному поведению Макса, о том, что случилось ночью, Закарий ему не сказал. На него я старалась не смотреть, но краем глаза заметила, что он не решается подойти. Я рассчитывала, что он так и останется стоять позади Макса, но, к моему разочарованию, всё же набрался смелости, а может, наглости и через пару минут всё же впихнулся между нами. Теперь я ощутила не только его едва заметный запах собаки, но и тепло.

А когда он наклонился к моему уху и зашептал горячо прямо в него, я вздрогнула.

– Слушай, извини за вчерашнее, – проговорил он глухо. – Мы как-то не так начали. Я не плохой парень. Просто на меня всё это навалилось. Мне сложно пока контролировать свои потребности.

Понять его я могла, но принимать не обязана, так что сказала:

– Охотно верю. Поэтому давай, пока учишься себя сдерживать, ты будешь держаться от меня подальше.

Он с шумом втянул воздух прямо у моего виска и проговорил немного охрипшим голосом:

– Это трудно.

– Но ты постарайся, – не оборачиваясь, отозвалась я, изо всех сил стараясь изображать уверенность и твёрдость, хотя самой хотелось побыстрее сбежать. – Ты же как-то смог избежать наказания за то, что спровоцировал моё падение.

С этими словами я даже обернулась немного и встретилась взглядом с заметно пожелтевшими глазами Закария, которые неотрывно смотрели на меня и прямо пожирали.

Он сглотнул и ответил:

– Мне повезло. Я успел убежать.

– Значит, вместо того, чтобы попытаться мне помочь, ты смотался, – заключила я. – Это так ты пытаешься завоевать моё доверие? Слушай, Закарий, у нас ничего не получится. Просто держись от меня подальше.

Откуда у меня пробудилась такая смелость, я и сама не поняла. Возможно, адаптация повлияла и на характер, а может, присутствие других студентов вселило уверенность, но мои слова новоиспечённого оборотня озадачили настолько, что, когда очередь двинулась вперёд, он продолжил стоять на месте.

Я же подошла к высокой женщине с толстыми зелёными косами за столом раздачи. Она приветливо улыбнулась и показалась очень милой, пока не обнажила зубы. А они оказались заостренными, как у пираньи, и длинными.

– Вам стандартный завтрак или усиленный? – спросила она, не замечая или делая вид, что не замечает моей растерянности.

Хлопая ресницами, я протянула:

– Э… А чем они отличаются?

– Стандартный для студентов. Усиленные – для сотрудников актива и студентов, у которых активная фаза преображения, – пояснила она.

Я поскребла пальцем подбородок и спросила:

– А как понять, есть ли у меня эта фаза?

Зеленоволосая женщина улыбнулась своим острозубым ртом ещё приветливее.

– О, мисс, вы бы точно знали, что у вас она есть, – сказала она и кивнула в сторону.

Когда я проследила за её взглядом, то снова увидела Закария, который всё ещё мялся в конце очереди. Он то чесался, то нервно дёргал плечами, а его глаза время от времени светились желтизной.

– У оборотней преображение происходит довольно неприятно, – продолжила пояснять сотрудница столовой. – Меняются кости, кожа, обмен веществ. И нервничают они сильно. Но потом приспосабливаются.

Теперь к Закарию я даже испытала некоторое сочувствие. Возможно, он действительно не хотел мне вредить. Но получилось то, что получилось.

– А кто такие сотрудники актива? – поинтересовалась я, пользуясь расположением зеленовласки.

Она указала пальцем на круассан под стеклянной крышкой, а когда я кивнула, взяла его щипчиками и положила на тарелку со словами:

– Это штат сотрудников по устранению внештатных магических ситуаций.

Я удивилась.

– А разве такие ситуации бывают?

– Ох, мисс, так ведь и вас собрали гораздо раньше, потому что ситуация внештатная, – почему-то шёпотом сообщила зеленовласка. – И хорошо, что у нас столовая общая. Ректор считает: так студенты, преподы и актив чувствуют, что делают общее дело.

Её слова меня так заинтриговали, что я даже оперлась ладонями на стол раздачи и наклонилась к ней.

– А какое дело? – так же шёпотом спросила я.

– Вам разве ничего ещё не объяснили? – вскинув брови, удивилась зеленовласка. – Ну ничего. Значит, объяснят.

– А вы можете рассказать?

Справа от меня прозвучал недовольный голос какой-то невысокой, но очень громкой девицы:

– Эй, Арбис, ты будешь брать поднос или ты болтать сюда пришла? Тут люди есть хотят!

Пришлось сползти со стола раздачи, а зеленовласая сотрудница проговорила:

– Не переживай. Вам всё расскажут.

Она собрала мне на поднос свежий круассан, чашку овсяной каши с земляникой и сливками, чай с травами и два кусочка сыра. Забрав его, я нашла свободный стол и в спокойном одиночестве за него села. Я планировала позавтракать в уединении и мыслях о предстоящем, но что-то пошло не так, потому что перед глазами поплыло марево, и чем больше я пыталась проморгаться, тем сильнее очертания столовой превращались в совсем другие очертания. Вполне знакомые.