Глава 37

NICKELBACK – I’D COME FOR YOU

Амелия

Проснувшись, вижу за окном восход солнца. Небо окрашено розовато-оранжевым градиентом, который кажется ослепительным из-за лучей утреннего света. Провожу рукой по кровати рядом с собой и понимаю, что я одна. Джейка нет.

Быстро сажусь в постели, мое сердце стучит сейчас намного быстрее. Оно колотится так, словно вот-вот выпрыгнет, оставив дыру между ребрами. Отбрасываю простыню и подрываюсь на ноги. На глаза наворачиваются слезы.

– Джейк, – зову его я в надежде, что он все еще не уехал.

Он ведь не мог не попрощаться, правда?

Сердцебиение зашкаливает. Оно оглушает меня своими ударами. Внутри меня словно грядет самый настоящий апокалипсис. Из глаз начинают водопадом струиться слезы. Я не могу их контролировать, да и не хочу. Мне так больно, что я едва могу дышать.

Со всех ног несусь в гостиную и снова кричу:

– Джейк!

В груди стремительно разрастается дыра, в которой с минуты на минуту навсегда исчезнет мое сердце. Я жадно глотаю воздух ртом, пытаясь унять боль, но не выходит.

– Джейк, – шепчу я и замираю, когда вижу его на пороге кабинета.

Он уже полностью одет. На нем джинсы и черное худи с принцессой, которое я ему подарила. Это вызывает у меня улыбку, но стоит мне увидеть его влажные от слез глаза, улыбаться больше не хочется.

Не раздумывая, я срываюсь с места и прыгаю на него. Джейк ловит меня, крепко подхватывая за ягодицы, и я скрещиваю на его пояснице ноги и утыкаюсь носом ему в грудь. Почувствовав его теплоту, я начинаю рыдать.

– Ты здесь. – Мой голос звучит приглушенно, ведь я говорю ему в толстовку, которая вот-вот промокнет насквозь от моих слез.

– Такси приедет через десять минут, – тихо отвечает он, и в это мгновение мое сердце перестает стучать по ребрам. Оно замирает, напрочь отказываясь биться дальше.

Я отстраняюсь от груди Джейка и провожу подушечками пальцев по его лицу, стремясь запомнить каждый шрам, каждую родинку и каждую веснушку. Встречаюсь с ним взглядом и непрерывно смотрю в синие глаза, теряясь в пучине. Боюсь моргнуть. Вдруг он исчезнет.

Джейк разрывает зрительный контакт первым. Прислоняется лбом к моему, зажмуриваясь при этом от безысходности. С моих губ срывается очередной всхлип, тут же теряется в поцелуе, с которым Джейк льнет к моим губам. Крепче вжимаюсь ему в плечи, пока он снова и снова целует меня.

Он раскрывает мои губы сразу же. Этот поцелуй отличается от тех, что были до. Он быстрый, грубый и чертовски отчаянный.

Зарываюсь руками ему в волосы и тяну изо всех сил, пока слезы одна за другой продолжают струиться по щекам.

Я прижимаюсь к нему ближе. Обнимаю его крепче. Вкладываю в этот прощальный поцелуй всю боль от своего разбитого сердца.

Не замечаю, как оказываемся в кабинете. Джейк сажает меня на стол и жестко сжимает пальцами мои бедра. С моих губ срывается стон. Понимаю, что мне нужно его отпустить. Мы оба должны жить дальше, но…

Но мне плевать. Плевать, насколько это неправильно – хотеть почувствовать его.

Тянусь руками к ремню на его джинсах, и Джейк разрывает поцелуй. Мы оба тяжело дышим, глядя друг на друга темными от возбуждения глазами.

– Принцесса. – Его хриплый голос нарушает ночную тишину.

– Не отвергай меня, – прошу я, едва ворочая языком.

Джейк пристально смотрит прямо мне в глаза, и сейчас я отчетливо вижу и его боль.

– Ты не заслуживаешь одноразового быстрого секса без прелюдии, – произносит он с сожалением.

– У нас была прелюдия длиной в три месяца, Джейк, – спорю я. – Я хочу тебя. Пусть даже это случится лишь однажды.

Жду, что он оттолкнет меня. Что в очередной раз решит побыть джентльменом. Что будет настаивать на своем. Но с моих губ срывается облегченный вздох, едва его губы вновь находят мои. Его язык раскрывает их с таким напором, что я начинаю задыхаться. Его ладонь смещается с моей ягодицы на бедро, а затем подушечки пальцев ведут линию ко мне под футболку.

Он касается пальцами моих трусиков, и я двигаюсь ему навстречу. Я так сильно возбуждена и так сильно в нем нуждаюсь, что отбрасываю все мысли о том, насколько жалкой сейчас ему кажусь.

Возможно, я никогда больше не проведу ночь с человеком, которого люблю. И я буду до конца своих дней жалеть, если так и не узнаю, каково это – заниматься любовью.

– Ты так возбуждена, – выдыхает Джейк мне в губы, разрывая поцелуй.

Я смотрю на него стеклянными глазами, не в силах вымолвить и слова, пока его пальцы снова и снова ласкают меня сквозь кружево. Пытаюсь не отводить взгляд, но не получается – от невероятного удовольствия веки прикрываются сами собой.

– Твою мать, – ругается Джейк и убирает руку, чтобы расстегнуть джинсы. Понимаю это по звуку ремня.

Прерывисто дыша, я возвращаю к нему свой взгляд. Он пристально смотрит на меня, пока достает из заднего кармана джинсов бумажник. В моих глазах все расплывчато, но я догадываюсь, что он все же не собирается играть в джентльмена, и оказываюсь права.

Позаботившись о защите, Джейк снова целует меня. Его грудь тяжело вздымается, а по моим щекам вновь начинают струиться слезы.

– Я не смогу быть нежным, – хрипло произносит он, прислонившись своим лбом к моему.

– На это нет времени, – шепчу я, обхватывая его лицо обеими руками.

Теплые губы Джейка находят мои, и я открываюсь ему и зарываюсь пальцами в его взъерошенные волосы, нуждаясь в нем так, как никогда прежде. Стоит мне почувствовать его внутри, пульс принимается захлебываться ритмом. Джейк двигается очень медленно, давая мне время привыкнуть к его размеру, что удивляет, учитывая, что он сказал, что не сможет быть нежным. И мне хочется разрыдаться еще сильнее, ведь он и в самом деле идеален.

– Не больно? – отстраняется и шепчет Джейк, тяжело дыша.

– Уже нет. – Я прогибаюсь в спине, больше не испытывая дискомфорта после долгого отсутствия сексуальной жизни, и лишь тогда он ускоряется.

Мы продолжаем целоваться, отрываясь друг от друга, лишь чтобы сделать вдох. Но если честно, мне не хочется дышать без него. Тело загорается от пламени между нами, но вот сердце… Сердце в груди разрывается от боли.

Сквозь приоткрытое окно с улицы слышу шум подъехавшей машины. Из ее салона доносится припев Nickelback – I’d Come for You, и с моих губ снова срывается всхлип. Вижу влажные от слез глаза Джейка и понимаю, что, пусть никто из нас не признавался вслух в любви, сейчас и без слов понятно, что мы занимаемся именно ею.

Его тяжелое дыхание одурманивает меня. Я хватаюсь за него крепче, пытаясь сохранить в памяти каждое мгновение.

Мы снова и снова пробуем друг друга на вкус. Позволяем отбросить сомнения в правильности происходящего.

Моя голова кружится от осознания того, насколько это прекрасно: ощущать его каждой клеточкой тела. Мое сердце переполняет любовь к нему. Мое тело взрывается от удовольствия, растекающегося по венам.

Его ладони не перестают меня касаться. Его губы целуют мои так сладко. А его толчки хоть и быстрые, они совсем не грубые.

Я задыхаюсь. И вовсе не от безумного поцелуя.

Я задыхаюсь от любви к нему.

Глаза затуманиваются слезами от мысли, что я не хочу отпустить его, но ведь это я сама отказалась улететь с ним. Это из-за меня мы сейчас прощаемся.

Но мне страшно.

Мне страшно снова облажаться.

Мне страшно, что я не переживу еще одно унизительное возвращение, если вдруг Джейк меня растопчет.

Я прижимаюсь к нему ближе, целуя его так отчаянно. Мое сердце грохочет в груди. Все чувства накалены. У меня кружится голова. Я будто лечу.

Когда его пальцы накрывают меня между бедрами, я вскрикиваю. Мы отстраняемся друг от друга, и в полночной синеве его глаз я вижу неукротимый огонь. И именно он пробивает мою защиту как сокрушительный удар. Прошептав его имя, я запрокидываю голову и улетаю в пропасть. Теряюсь где-то в темноте, видя перед собой лишь едва заметные разноцветные мушки.

Джейк покрывает мою шею скользящими поцелуями. Он наращивает темп и вскоре не выдерживает и сам. Крепко обнимаю его, пока он пытается отдышаться, уткнувшись мне в ключицу.

Отстранившись от меня, Джейк выбрасывает резинку и застегивает джинсы, и я зажмуриваюсь, пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания, но тщетно. В груди растекается ужас.

– Принцесса, – с сожалением произносит Джейк, обхватив мое лицо обеими ладонями, пока слезы неконтролируемым потоком стекают по щекам.

– Даже не вздумай извиняться и говорить, что тебе жаль, – прикрыв веки, прошу я. – Я хотела этого. Я хотела тебя.

Джейк покрывает мое лицо едва уловимыми поцелуями, пока мое тело сотрясается от беззвучных рыданий.

– Я не могу остаться, – сдавленно произносит Джейк, притянув меня к своей груди. – И я не хочу давить на тебя и пользоваться тем, в каком мы оба сейчас состоянии, но… Но я хочу, чтобы ты знала, что я всегда буду ждать тебя. Это не просто слова, Принцесса. Если вдруг ты передумаешь… Не важно, завтра или через год, а может, даже через пять. Я буду тебя ждать. А если ты все же не захочешь переезжать ко мне, то я вернусь за тобой, как только завершу карьеру. Да, это не один год, и я понимаю, что веду себя эгоистично… Но если я останусь здесь, в «Ротенбурге», то через пару лет я начну винить тебя в том, что лишился карьеры. Мы возненавидим друг друга. А я… Я никогда не позволю этому случиться. Я не прошу тебя ждать меня. Живи дальше. И если однажды ты встретишь кого-то, кто сделает тебя счастливой, то хватай его. А я… тогда я отпущу. Только тогда. Но если к тому моменту, как я вернусь, ты будешь одна… То это…

– Судьба, – договариваю за него я. С моих губ срывается всхлип, и Джейк крепче сжимает меня в объятиях.

– Судьба, – едва слышно повторяет он.

– А говорил, что главные герои фильма «Интуиция» идиоты… – сквозь всхлипы говорю я.

– Значит, и я идиот. До одури влюбленный идиот. – Джейк грустно усмехается.

Льну к нему всем телом, крепко прижимаясь к его груди. Сердце колотится так сильно и так больно, что страшно.

Страшно рискнуть и полететь с ним. Что, если все было так идеально здесь, в Ротенбурге, потому что мы были лишь вдвоем? А там, в Манчестере, он вновь встретится со своими друзьями и… бывшей. Что, если в Манчестере он поймет, что все еще любит Элизабет? Ведь он сам говорил мне, что однолюб.

Тогда я сломаюсь. И мне очень страшно вновь ломаться.

– Джейк, мне страшно, – честно признаюсь ему я. Мы ведь взрослые люди. – Слишком страшно рисковать и лететь куда-то за парнем, которого я знаю пару месяцев. Особенно когда у меня нет денег, жилья, рабочей визы и, самое главное, когда я настолько опустошена предыдущим провалом, что боюсь просто не пережить подобное снова.

– Я знаю. – Он касается губами моего лба. – Прости меня за все…

– Джейк… – Я снова захлебываюсь слезами и обнимаю его.

– Мне жаль, что я оставляю тебя, Принцесса, – шепчет Джейк, перебирая пальцами мои волосы. – Но с тобой остается мое сердце.

Вздрагиваю от звонка телефона Джейка, зазвучавшего в рассветной тишине. Джейк смотрит на дисплей, а затем переводит взгляд в сторону окна. И я понимаю, что ему пора.

– Тебе нужно ехать, – шепчу я.

– Мне нужно ехать, – шепчет он в ответ, едва уловимо касаясь моих губ своими. – Когда я уйду, подойди к третьему стеллажу и возьми с третьей верхней полки третью книгу слева. Ты справишься?

– А ты справишься? – Я сглатываю слезы.

– Я имел в виду поиск нужной книги.

– С этим справлюсь…

– А со всем остальным?

– Тебе нужно ехать, – безжизненным голосом повторяю я.

– Принцесса, – прикрыв веки, произносит Джейк, проводя подушечками пальцев по моему лицу.

А затем оставляет на моих губах очередной поцелуй. Такой сладкий, что мое тело запросто могло бы покрыться мурашками, если бы уже не было переполнено болью.

– Как там говорят в твоих любовных романах? Если это судьба, то мы обязательно встретимся? Хотя какие разговоры в порно, правда? – Он грустно усмехается. – Я вернусь за тобой. Обещаю.

Вновь коснувшись моего лба губами, он делает шаг назад и направляется к двери. Я глубоко выдыхаю, смотря ему вслед и отказываясь верить в то, что все это происходит из-за меня. Из-за моего страха неудачи. Как же это глупо. Если бы подобное происходило на страницах любовного романа, сейчас бы я рвала и метала из-за бестолковой главной героини. А теперь и сама веду себя так же…

Вытираю слезы, всё еще стекающие по щекам, и подхожу к окну в кабинете. Силуэт Джейка подсвечивает яркий фонарь, стоящий прямо на подъездной дорожке. Джейк спешно направляется к подъехавшему такси и загружает вещи в багажник.

Вспоминаю все те фильмы, что мы смотрели с ним вместе, и, возомнив себя одной из героинь, шепчу себе под нос:

– Обернись.

Если он обернется, то действительно любит меня. Так гласит закон любой мелодрамы.

Я слишком не уверена в себе, чтобы осознать, что все это не сон. Меня колотит изнутри. А ладони потеют и крепче сжимают ткань футболки.

И когда он оборачивается, чувствую, как все органы словно сжимают в тиски. По телу вихрем проносится дрожь.

Я осознавала, что отпустить его будет больно, но не предполагала, что настолько.

Джейк Эванс не просто стал моим идеальным книжным парнем. Он позволил мне узнать, что такое любовь. Пробрался в мою душу. Атаковал сердце. Распространился по организму, как самый сильный смертельный вирус. Он стал моим спасением, но и он же меня погубил.

Тяжело сглатываю и смотрю ему прямо в глаза. В них так много любви.

В груди жмет, словно что-то давит. Одна лишь мысль, что больше его не увижу, не смогу прикоснуться, вдохнуть его запах… она вводит меня в состояние ужаса.

Страшно ли мне уезжать из Ротенбурга за парнем, которого я едва знаю?

Очень. Но я вдруг осознаю, что остаться одной без него… вот что действительно страшно.

Такси отъезжает от подъездной дорожки, и я сломя голову несусь к стеллажу, пытаясь отыскать, что же именно хотел сказать своей странной просьбой Джейк. Нахожу взглядом третью полку и скольжу пальцами по книгам, пока не отсчитываю третью. Мой палец замирает на корешке книги Сесилии Ахерн «P. S. Я люблю тебя». К горлу снова подступают слезы.

Схватив книгу, прижимаю ее к груди и сползаю на пол, захлебываясь рыданиями.

И я тебя люблю, Джейк.